Подвиг Подольских курсантов |
Эти события подтолкнули меня по другому посмотреть на свою жизнь, на приоритеты и на те трудности, которые я считаю трудностями.
Я также захотел внести свой вклад в популяризации этого великого подвига. В этой статье я выкладываю отрывок книги В. Довганя «Код счастья»:
Почему нам с вами очень важно обратить внимание именно на массовый героизм? До знакомства с историей подвига Подольских курсантов, я искренне верил, что обычный человек, как я, как вы, не может стать героем, ведь героизм – это особый дар, а герои – это люди, обладающие сверхспособностями, как выдающиеся художники, поэты, ученые, чемпионы спорта. Я заблуждался так же, как и большинство людей.
Подвиг Подольских курсантов разрушил это очень вредное заблуждение. Заблуждение, не позволяющее нам развивать свои сверхспособности. Самое главное послание бессмертного подвига Подольских курсантов для нас с вами звучит так: «Мы смогли – и вы сможете! Мы выстояли – и вы выстоите! Мы преодолели – и вы сможете преодолеть!». Каждый человек герой, что в каждом из нас живет величие, героизм и храбрость! Это легко понять, прочитав историю подвига. Ведь согласитесь, дорогой читатель, случайно 3100 великих героев в одном месте, в одно время оказаться не могут.
Почему свой рассказ о подвигах я начинаю с истории 300 спартанцев? История подвига 300 спартанцев известна всем. Для меня очень важно было привести сначала известный, разрекламированный художественными фильмами подвиг, чтобы подчеркнуть еще большее величие, грандиозность, подвига обычных мальчишек курсантов. Спартанцы же были профессиональными воинами, это была личная гвардия царя Леонида. И доказывает простую истину, что и мы с вами, дорогой читатель герои.
Для меня подвиг подольских курсантов, прежде всего подвиг духовный, нравственный, а не военный. Мемориальный комплекс Ильинские рубежи (121 км. по Киевскому шоссе) – это одно из самых святых мест для меня. Это именно то место, где сражались и погибли мальчишки в 1941 году. Может быть, именно благодаря их бесстрашию Гитлер и не уничтожил все человечество. Это место для меня – неиссякаемый источник силы. Может, эта глава и вам поможет найти себя и прийти к истине.
Итак, вперед! Мысленно переносимся на тысячи лет назад. Свежий воздух ударяет нам в ноздри, чистейший мир без химических заводов, атомных электростанций, девственная по нашим меркам природа, яркое солнце, блеск и грохот мечей, щитов воинов древней Греции. .
Эта история произошла в 480 году до н.э.. Могущественный правитель Персии Ксеркс, собрав многотысячное войско, пошел войной на группу независимых греческих государств – единственный сохранившийся на континенте островок свободы. Разведчик спартанцев наблюдал передвижение персидских войск семь дней и ночей. Вернувшись в Спарту, он докладывал царю Леониду о многочисленности персидских войск: «Ночью, когда они зажигают костры, их больше, чем звезд на небе». Царь Леонид ответил шуткой: «Отлично, когда я был ребенком, я мечтал дотянуться до звезд своим мячом», «Ха-ха-ха», – засмеялись спартанцы. На собрании греческих независимых государств царь Леонид дал слово привести свое войско и сразиться с персами. Его решение вдохновило всех греческих лидеров на войну с захватчиками. Спартанцы в то время были сильнейшими воинами Греции. Но царю Леониду необходимо было получить разрешение Совета старейшин. В то время в Спарте царь не мог единолично принять решение о начале военных действий, пока его решение не утвердил Совет старейшин. На беду греков Совет старейшин Спарты принял решение не участвовать в войне. Царь Леонид дал слово придти с войском. Единственная сила, которую он мог привести с собой, была его личная гвардия, которая состояла из 300 спартанцев.
Даже получив отказ старейшин, царь Леонид остался верен своему слову: «Я дал слово грекам привести войско. Но я не говорил о его численности!». Оценив ситуацию, Леонид принял решение своим маленьким отрядом перекрыть горное ущелье. Задержав персов в узком ущелье, спартанцы давали возможность другим греческим государствам собрать объединенное войско и спасти независимость Греции. Персы успели покорить почти весь мир. Свободными оставались только греки.
300 бесстрашных спартанцев шли два дня и две ночи. Сверкая на солнце большими круглыми щитами, уверенные, сильные, красивые. Их яркие красные плащи, как факелы свободы, развевались на ветру. Проходя мимо греческих поселений, спартанцы только одним видом внушали людям уверенность в победе. Дойдя до ущелья, спартанцы, не отдыхая, принялись строить укрепление. Времени до сражения оставалось мало. Уставшие воины таскали огромные камни, делая из них укрепление. Пусть небольшое, но все-таки укрепление. Прекрасно понимая, что его отряд до атаки персов не успевает закончить строительство, Леонид принимает смелое решение: атаковать врага ночью, и вызывает добровольцев лучших пловцов. Проплыв вдоль побережья, тридцать храбрецов атаковали царский шатер Ксеркса. Ксерксу повезло – в этот момент он находился в другом месте. Но все персидское войско было испугано ночной атакой спартанцев. В лагере персов началась паника. Это позволило спартанцам выиграть еще один день, и они закончили строительство укрепления.
Спартанцы знали, что никто из них не останется в живых. Даже зная о своей близкой смерти, герои находились в прекрасном расположении духа, постоянно шутили и смеялись. За завтраком царь Леонид шутил: «Друзья, кушайте как можно больше. В следующий раз будем ужинать уже в царстве мертвых». «Ха-ха-ха», - раздался дружный смех.
Персидские трубачи – протрубили сигнал к атаке. Двадцатитысячное войско персов бросилось в бой. С одной стороны ущелья стояли 300 спартанцев. С другой, надвигалось двадцатитысячное войско. Увидев перед собой маленькую горстку храбрецов, персы сходу решили взять спартанские укрепления.
Началось сражение. Столкнулись огромная лавина персов и тоненькая полоска спартанцев в красных плащах. Персов 20 тысяч, спартанцев – 300. Но персы сотнями погибали под ударами копий и мечей спартанцев. Они валились как скошенная трава. Мечи спартанцев работали как ножи газонокосилок. Спартанцы не просто держали оборону, они еще и наступали! Персы не понимали что происходит. Их теснила маленькая горстка храбрецов. Двадцатитысячная армия отборных воинов, вернее то, что от нее осталось, отступали под беспощадными ударами спартанцев, оставляя на поле горы мертвых тел. Кровью персов была пропитана вся земля, струйки крови превращались в лужи и ручьи.
Наступил самый главный момент сражения. Спартанцы услышали громкий голос своего царя: «Спартанцы, вперед!». Атака спартанцев была настолько мощной, – отступать персидскому войску было некуда. Сзади персов было море. Оставшиеся в живых персы утонули, голубая морская вода стала красной от крови. За битвой наблюдал царь персов и его многочисленное войско. Ксеркс был поражен полным разгромом двадцатитысячной армии.
Всё поле перед укреплением спартанцев было завалено телами убитых врагов. Ксеркс, понимая, что спартанцами одержана важная моральная победа, решил их запугать, и послал на переговоры своего полководца. Персидский полководец передал волю своего царя: «Ваше решение безумно. Через несколько минут Вы умрете». На что Леонид спокойно ответил: «Но мы не сдадимся». «Сложите оружия, – не переставал уговаривать персидский полководец, – и наш великий царь подарит Вам жизнь». На что Леонид спокойно и гордо ответил: «Придите и возьмите». Ксеркс, взбешенный непокорностью маленького отряда спартанцев, бросил в бой элитные войска, свою личную гвардию «бессмертных». И опять спартанцы одержали блестящую победу. Еще больше убитых персидских воинов осталось лежать на земле. Что только ни делали персы, пытаясь уничтожить маленький отряд, но ничего у них не получалось.
Неизвестно, сколько бы еще дней продержались бесстрашные герои, если бы не предательство. Персы, узнав от предателя тайную обходную тропу, окружили спартанский отряд в плотное кольцо. Ксерксу мало было уничтожить спартанцев физически, ему необходимо было сломить их волю, растоптать их храбрость, чтобы вся Греция и его бесчисленное войско рабов увидели, что нет на Земле героев, нет свободы. А есть только страх и рабство.
Спартанцы понимали – смертный час их пробил. Их осталось в живых очень мало, да и те истекали кровью, силы их были на исходе. Но они стояли плотным кругом с гордо поднятыми головами. Их щиты, помятые ударами мячей и копий, испачканные кровью, все равно продолжали сверкать, отражая лучи яркого южного солнца. Ксеркс опять попытался устрашить непокорных героев: «Посмотрите, безумцы, вы окружены. Наше войско настолько бесчисленно, что стоит нам выпустить стрелы, они закроют солнце». «Хорошо, - улыбаясь сказал царь Леонид, - мы будем сражаться в темноте». Несмотря на огромное численное превосходство, персы боялись. Уж очень много их погибло за предыдущие дни. Ксеркс дал команду лучникам открыть огонь. Тысячи, тысячи стрел со всех сторон полетели в спартанцев. Спартанцы погибали, но не сдавались. Несколько стрел попали в царя Леонида. Одна стрела перебила ему сонную артерию, он мгновенно потерял сознание и умер. Его воины еще плотней сомкнули ряды. Но стрелы врагов продолжали забирать жизни оставшихся героев. Ксеркс, видя, что спартанцев осталось человек сорок, не оставлял попытки сломить их волю. Он опять посылает своих послов. «Отдайте тело царя Леонида, и мы оставим вас в живых». «Нет! – ответили гордо спартанцы, – мы останемся с ним». Оставшиеся в живых храбрецы подняли тело царя, и горстка израненных храбрецов понеслась в атаку с криками «Спартанцы, вперед!». Последние слова героев мы слышим сегодня, даже спустя 2,5 тысяч лет: «Спартанцы, вперед!!!». Люди на Земле всегда будут помнить подвиг трехсот героев. Время для нас бережно сохранило историю массового героизма. Эта память нужна каждому из нас, чтобы спасти наши души и стать еще сильней.
Дорогой друг, сейчас ты наполнишь свою душу еще большим величием и героизмом.
В 1941 году под Москвой разгорелось самое кровопролитное сражение за всю историю человечества. Гитлер разработал дьявольский план уничтожения Москвы под названием «Тайфун». Цель этого плана была ужасающе жестокой: окружить Москву, убить всех детей, женщин, стариков, сравнять город с землей и затопить водой, чтобы не было даже упоминания о великой столице России. Но на пути этого нечеловеческого замысла встала горстка мальчишек…
История великого подвига началась в 1941 году 5 октября в девять часов утра. В это время с московского аэродрома вылетел летчик на разведку и с ужасом обнаружил в220 км от Москвы по Варшавскому шоссе прорвавшуюся колонну танков длиной 25 километров. Это были отборные элитные войска 54-го моторизованного корпуса под командованием генерала фон Бока. Вернувшись, летчик взволнованно доложил: «Немцы прорвали оборону наших войск и стремительно движутся к Москве». Командование отказалось верить. Отправили еще двух летчиков проверить данные первого. Асы на бреющем полете пролетели так близко к земле, что видели выражение лиц фашистов. Вернувшись с боевого задания, летчики подтвердили худшее.
Сталин был в шоке. Вся стратегия Сталина заключалась в том, чтобы воевать на чужой территории. Оборонительные рубежи не были готовы. Катастрофа!
Сталин из Ленинграда срочно вызывает Жукова. Георгий Константинович с самолета сразу садится в машину и лично едет на передовую. По пути он проезжает свое родное село, где живут его мать, сестра и племянники и думает, что же будет с ними, когда немцы захватят его близких и родных.
За всю историю войны это был самый опасный момент – момент, от которого зависело не только будущее России, но и всего мира. Ставка очень высока! Командованием принимается единственное возможное решение: бросить в бой последний резерв – два военных училища: подольское артиллерийское училище и подольское пехотное училище. Больше Москву защитить было некому.
Мне посчастливилось лично общаться с одним из немногих оставшихся в живых подольских курсантов – Меркуловым Николаем Ивановичем. Величайшая история героизма записана с его слов. Вот как вспоминает Николай Иванович день 5 октября 1941 года, воскресенье:
…«День был абсолютно обычный. Курсанты отдыхали после непрерывных 18-часовых занятий, встречались с родными, писали письма. Но все мгновенно изменилось.
В 12 часов дня в двух училищах: Подольском артиллерийском и Подольском пехотном, одновременно раздалась боевая тревога. Курсанты на бегу одевали шинели, быстро строились во дворе. В оглушительной осенней тишине прозвучал приказ: «Выдвигаемся навстречу врагу!»
Три тысячи сто мальчишек в сводном отряде под командованием генерала Смирнова – командира пехотного училища – выдвинулись навстречу фашистской армаде. Командовать артиллерией было поручено командиру артиллерийского училища полковнику Ивану Семеновичу Стрельбицкому. Шли молча, запрещалось говорить.
В этот день навстречу друг к другу двигались не просто два войска. К сражению готовились добро и зло, свет и тьма. С одной стороны – вооруженные до зубов убийцы-профессионалы, покорившие всю Европу, не знавшие поражения, матерые, хладнокровные убийцы. С другой стороны – мальчишки 15-18 лет. Четвертая батарея обучалась всего две недели, опыта воевать абсолютно не было.
По планам командования необходимо было успеть занять рубежи обороны. У села Ильинское ширина обороны составляла 10 километров. Это означало: на один километр обороны приходилось всего триста слабовооруженных детей. Через 60 километров их догнали грузовики, высланные им в помощь. Смирнов и Стрельбицкий приняли решение отправить передовой отряд в количестве 100 человек с целью задержать противника хотя бы на несколько часов, чтобы основные силы успели окопаться и подготовить оборонительные укрепления. Передовой отряд быстро погрузился в подъехавшие грузовики. Перед тем как тронуться, мальчишки поклялись: «Ни шагу назад!»
Первое сражение произошло в селе Красный Столб. Фашисты, одетые в парадные мундиры, уже вовсю праздновали победу: жгли крестьянские избы, убивали скот, издевались над местным населением, оскверняли церковь. Тогда они были победителями. Польшу гитлеровцы завоевали всего за 21 день, Францию за 30 дней. Они были абсолютно уверены, что скоро уничтожат и Москву. В этот момент у них была только одна проблема: где взять мрамор и гранит, чтобы срочно поставить памятник завоевателям Москвы. Им даже в голову не могло прийти, что их остановят. Они точно знали, что Москва беззащитна.
Часы истории человечества пробили час бессмертия: мальчишки сходу пошли в атаку – всего несколько десятков юных храбрецов. Как вспоминает Иван Семенович Стрельбицкий: «Они шли в атаку так, словно всю предыдущую жизнь ждали именно этого момента. Это был их праздник, их торжество. Они мчались стремительные – не остановишь ничем – без страха, без оглядки. Пусть их было немного, но это была буря, ураган, способный смести со своего пути все. Я думаю, до тех пор гитлеровцы ничего подобного еще не видели. Атака на деревушку Красный Столб их ошеломила. Побросав оружие, ранцы, они стремглав бежали, бросались в Угру, и, выбравшись на свой берег, мчались дальше, к Юхнову».
Фашистское командование было шокировано дерзкой атакой. Им даже в голову не могло прийти, что их разбили всего лишь несколько десятков юных курсантов. Генерал Фон Бок приказал авиации и артиллерии сжечь соседний лес. Он был уверен, что там находится целая армия. Несколько часов непрерывного артобстрела и бомбежки превратили густой лес в выжженное поле.
Одержав свою первую победу, ребята не хотели отступать. Проблема командира передового отряда курсантов была в том, чтобы убедить ребят отступать к основным позициям. Ведь ребята дали клятву «Ни шагу назад!»
В это время основные силы мальчишек готовились к обороне. Ребята копали окопы, устанавливали орудия, а мимо них шли раненные, истекающие кровью солдаты, тысячи, тысячи раненных. Стрельбицкий предложил Смирнову останавливать отступающих и формировать из них дополнительные отряды. На что Смирнов ответил: «Посмотри им в глаза. Они сломлены. Они не могут нам помочь».
К окопам курсантов подъехал Жуков, храбрейший полководец, жесткий как сталь. Человек, который начал свою карьеру солдатом в первую мировую войну, за храбрость получивший три Георгиевских Креста. Жуков выступил перед курсантами, сказав всего лишь несколько слов: «Дети, продержитесь хотя бы пять дней. Москва в смертельной опасности». Обратите внимание, как он обратился к курсантам. Он назвал их не солдатами, а «детьми». Перед ним стояли дети.
И вот час истины пробил. Немцы сразу бросили в атаку 60 танков и пять тысяч солдат. Ребята отбили первую атаку. И не просто отбили, а, выскочив из окопов, пошли в штыковую. Контратака была настолько стремительной, что немцы струсили, побросали оружие и помчались с поля битвы. От школьников бежали непобедимые воины, покорители Европы. Ребята одержали первую победу. Это был их первый бой в жизни, и они поверили в себя, поверили, что можно бить гадов. Но радовались они недолго. На позиции ребят немцы обрушили всю мощь артиллерии и авиации, буквально выжигали землю. С воздуха позиции ребят были не прикрыты. Немецкие самолеты, зная, что им ничего не грозит, выстраивались в круг по 20 самолетов – это называлось «чертово колесо» и по очереди пикировали на позиции курсантов, сбрасывали бомбы, детей расстреливали из пулеметов и пушек.
Бомбы, снаряды, мины превратили поле битвы в горящий ад. Черный дым, разорванные тела мальчишек, расплавленный метал, люди, земля, техника, животные – все было замешано дьявольской силой в одну кровавую, черную массу, пропитанную ужасом, воем сирен и непрерывными разрывами бомб и снарядов.
Фашисты стояли и смотрели, как гибнут дети. Они ждали, что вот-вот появится белый флаг. Странно, этого не произошло… Где поднятые руки, где согнутые спины, где глаза рабов, наполненные ужасом?! Ведь они так привыкли видеть это чуть ли не каждый день. Мощный бомбовый и артиллерийский удары, десятки танков, и вот она – легкая победа. Но этого не произошло.
Канонада прекратилась так же резко, как и началась. Раздался гул танков, земля задрожала от тысяч гусеничных катков. Стальные монстры надвигались на окопы. А за ними шла пехота. Пьяные, хладнокровные убийцы с ледяными улыбками, не прячась от пуль, бесчисленной волной накатились на окопы мальчишек. Покорители всей Европы не знали еще, что их остановят и уничтожат обычные российские мальчишки. Они даже в самом страшном сне не могли представить, что они навечно останутся лежать в русской земле.
Вооружены ребята были очень плохо. Оружия не хватало. У артиллеристов – разбитые учебные 45-миллиметровые орудия. Они были настолько изношенными, что выходили из строя после каждых 5-6 выстрелов. Оружейным мастерам приходилось ремонтировать их прямо под кинжальным огнем врага. Горело все: металл, земля, тела ребят. Курсанты гибли, но не сдавались. Ни один мальчишка не предал товарищей.
Казалось все выжжено, ничего живого не может остаться. Но вот начинало стрелять сначала одно орудие, затем другое. К орудийным выстрелам присоединялись оружейные, где-то оживал пулемет. И в очередной раз атака фашистов превращалась в бегство. Именно там, на Ильинских рубежах родилась фраза: «Русского мало убить, его нужно еще свалить».
Особый ужас на немцев наводил Алешкинский дот. Старший лейтенант Алешкин удачно замаскировал свою огневую позицию, а справа от нее создал запасную. Немцы долго не могли обнаружить, откуда идет огонь. Горели их танки, гибли пехотинцы. Меткий огонь артиллеристов безжалостно уничтожал их ряды, потери были колоссальные. Позднее немцам удалось обнаружить дот. Они буквально выжгли дот огнем. Наблюдали, как шоу. Они видели, как внутри дота все горит, ничего живого не могло остаться. Ничего.
Снова командование погнало солдат в атаку. И снова дот оживал. Немцы были настолько испуганы, их сердца охватил ужас. Им казалось мистическим, что русские доты оживают после смертельного огня.
Атаки на ребят были не только огневыми – немцы вместе с бомбами сбрасывали с самолетов пустые бочки. Эти бочки, падая, издавали душераздирающий вой. Немцы хотели морально сломить сопротивление курсантов, запугать их, сломить их волю, но ничего не получалось. Каждая атака фашистов, унося жизни курсантов, захлебывалась в крови.
На одной из позиций в живых осталось всего лишь 18 курсантов. В очередную атаку на них шли 200 вооруженных до зубов немцев. У ребят кончились патроны. Им нечем было стрелять, но они не сдавались: выскочили из окопов и с громкими криками «Ура!» пошли в контратаку. Немцев охватила паника, они побежали, побросав оружие.
Ребята физически и морально находились за пределами человеческих возможностей. Замерзали, не спали, не ели уже несколько дней. Но даже на фоне нечеловеческой усталости они проявляли смекалку. Ночью, закладывая взрывчатку под очередной подбитый фашистский танк, Иван Кайтмазов обратил внимание, что танк по сравнению с другими оказался наименее поврежденным. На следующий же день орудие танка открыло огонь по своим бывшим хозяевам.
В первый день враг штурмовал позиции курсантов одиннадцать раз, бросая в бой тысячи солдат и сотни танков. Каждая атака фашистов заканчивалась провалом. Ребята, отбивая атаку, сразу переходили в контрнаступление. Ночные попытки захватить позиции ребят еще дороже обошлись врагу. За двенадцать легендарных дней обороны курсанты выдержали более ста атак, более двухсот бомбежек и обстрелов, но не сдались. Вот это героизм!
Даже раненные, курсанты не покидали своих позиций. В первые дни, когда была еще связь с Москвой, на передовую приезжали машины медсанбата. Раненые курсанты прятались в окопах, уползали в кусты, но никто из них не покинул товарищей, санитарные машины уезжали пустыми. Это был единственный приказ командиров, который они не выполнили. Якова Гаврилова ранило в голову, он ослеп. Товарищи уговаривали его: «Езжай в госпиталь, чем ты можешь нам помочь». «Руки-то у меня целы. Дайте мне дело». Ослепший, истекающий кровью мальчишка до последнего вздоха набивал пулеметные диски.
Немцы были в ужасе, в их сердцах навсегда поселился страх. Не знавшим поражения фашистским войскам дорогу преграждала всего лишь горстка мальчишек. Мальчишки своими детскими сердцами заслонили Москву.
Потеряв надежду прорвать оборону курсантов, немцы решили ударить с тыла. Как вспоминали немногие оставшиеся в живых: «когда они услышали рокот танков, идущих к ним от Москвы, то подумали, что это наши – на танках развевались красные флаги. Выскочив из окопов, ребята смеялись, прыгали, обнимали друг друга, подбрасывали в воздух шапки: «Ура! Ура! Пришла долгожданная подмога!» Но когда танки подошли поближе, они увидели на серых башнях зловещие черные кресты.
Никто из ребят не растерялся, развернув орудия, они сразу ударили по врагу. Только Юрий Добрунов в этом бою подбил шесть танков и три бронетранспортера. Тогда за подбитых в одном бою два танка давали Героя Советского Союза. Курсанты не получили ни одной награды. В Москве был хаос, правительство эвакуировалось в Куйбышев, было не до героев-курсантов. Курсанты Пехотного училища не уступали в храбрости артиллеристам. Курсант-снайпер Александр Иванов за три дня уничтожил 93 фашиста.
Выдержать, не сломаться в аду могут только настоящие герои. А шутить, глядя в лицо смерти, могут только сверхгерои. На седьмой день обороны фашистский десант попытался захватить штаб курсантов. Аркадий Никитин метким пулеметным огнем всего за пять минут уничтожил более пятидесяти фашистов. С рукой на перевязи к нему подошел раненый Курдюмов и пошутил: «Тебе, Аркаша, в училище и зачетной стрельбы сдавать не надо. Вон сколько накрошил…»
Курсант-пулеметчик Борис Тимошенко в течение пяти часов отбивал натиск фашистов. Накануне он был сильно ранен и заявил командиру: «Я не могу думать о своих ранах, когда в бою гибнут мои товарищи». Его пулемет был поврежден осколками. Залепив пробитый кожух пулемета «максима» хлебным мякишем, залив его водой, он отбивал атаку за атакой, уничтожив около ста гитлеровцев.
Фон Бок был взбешен. От ярости он топал ногами и кричал на подавленного Кнобельсдорфа. Тот только неуверенно оправдывался: «Вы правы, господин генерал. Силы противника незначительны. Но ему не откажешь в упорстве. Я сам стал свидетелем, когда русские мальчишки с винтовками наперевес шли на наши танки».
Убедившись, что лобовыми атаками, бомбами, огнем фашистской армаде не удается сломать мужество курсантов, немцы, зная о том, что ребята голодают и замерзают в окопах, напечатали листовки и с самолетов разбросали их над позициями курсантов: «Доблестные красные юнкера! – говорилось в ней. – Вы мужественно сражались, но теперь ваше сопротивление потеряло смысл. Варшавское шоссе наше почти до самой Москвы. Через день-два мы войдем в нее. Вы – настоящие солдаты. Мы уважаем ваш героизм. Переходите на нашу сторону. У нас вы получите дружеский прием, вкусную еду и теплую одежду. Эта листовка будет служить вам пропуском».
Характерно, что в фашистской инструкции войскам немецкое командование давало совсем иные указания: «Не доверять раненному или убитому русскому солдату. Будьте тверды и безжалостны!», «Недопустима снисходительность по отношению к пленным».
Жуков ставил перед курсантами нереальную задачу: продержаться хотя бы 5 дней. Мальчишки сделали невозможное – они продержались 12 дней. За эти 12 свинцово-огненных дней они выдержали сотни атак, сотни обстрелов, сотни бомбежек, но никто из них не сдался, не побежал. Даже убитыми они вселяли ужас в сердца врагов.
Немцы, несмотря на свой численный перевес, несмотря на перевес в оружии, несмотря на поддержку авиации, морально были сломлены. Они проиграли. Они потерпели поражение от детей. С каждым днем они все больше боялись ходить в атаку. Их командиры под страхом смерти заставляли идти на штурм Ильинских рубежей. Даже один, оставшийся в живых раненный курсант Михаил Круглов наводил ужас на фашистов. Все его товарищи погибли. Однако он, истекая кровью, заряжал орудие, наводил его и вел точный огонь.
Позже, когда наши войска отбросили врагов от Москвы, перед ними на Ильинских рубежах открылась страшная картина. Все поле битвы были усеяно детскими телами с тонкими осиными талиями, перевязанными широкими солдатскими ремнями, земля была усыпана школьными тетрадками, ребята готовились сдавать зачеты, экзамены…
Непонятно, как мы могли забыть курсантов – героев, это страшно! Мы, потомки, которые живут только потому, что они погибли. Почему наши дети не воспитываются и не вдохновляются примером Подольских курсантов? Ведь все знают и помнят подвиг 300 Спартанцев. Сколько фильмов снято на это тему!
Я поклялся себе: на каждом семинаре рассказывать о подвиге Подольских курсантов. Я провел уже сотни семинаров. На мои семинары приходят огромное количество людей. Одновременно в зале бывает до несколько тысяч слушателей, и всегда я рассказываю о подвиге подольских курсантов. Когда я заканчиваю рассказ, у многих людей текут слезы – слезы очищения. Я объясняю людям: наша душа, как дачный участок, если за ним не ухаживать, он зарастет. Рассказ о Подольских курсантах – это удивительный источник мужества и света. Он делает нас сильней, очищает нашу душу от всего фальшивого, несущественного, позволяет увидеть истину. Рассказывая эту историю, я постоянно задаю себе один и тот же вопрос: «Как же так получается? Как!? Мальчишек нет в живых уже 60 лет, их тела давно стали землей, деревьями и цветами. А они сквозь толщу времени передают нам свою силу!».
Вечная вам память, низкий поклон! Люди, помолитесь своим богам на своих языках за их души. Они своими сердцами, своим бесстрашием остановили дьявола. Они отдали свою жизнь, чтобы мы с вами жили.
Владимир Довгань.
Рубрики: | История/Великая Отечественная |
« Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |