uzlit.net/ru/28376
Виктор ГОФМАН
ИГРАЕТ ВЕТЕР ЛЁГКОЙ ЗАНАВЕСКОЙ...
02.11.15
Виктор Гофман
1950-2015
Виктор Генрихович Гофман родился в 1950 году в Одессе.
Окончил Литинститут (1977).
Публиковался в журналах - «Юность», «Знамя», «Новый мир».
Автор книг стихов: “Медленная река”. М., 1982; “Волнение звука”. М., 1990; “В плену свободы”. СПб., 1996.
Член Союза писателей с 1985 года.
30 октября в своей московской квартире на Малой Грузинской улице был найден убитым поэт Виктор Гофман. На его теле обнаружены признаки насильственной смерти, имеется пулевое ранение. Виктору Гофману было 65 лет. Сын героя Советского Союза, летчика и писателя Генриха Гофмана, он погиб от рук людей, позарившихся, очевидно, на его коллекцию монет, ордена и медали отца-фронтовика.
Отмечается, что были украдены орден Ленина, Звезда Героя Советского Союза, ордена «Боевого Красного Знамени», «Отечественной войны», «Красной Звезды» и коллекция монет...
"Витя, Витя, поздно кричать вслед, что ты значил для меня, кем ты был, как бережно и ласково относилась к тебе, большому ребёнку...
Эти наши публикации, переписки и переговоры (всё о стихах!); эти твои появления, высоченный, элегантный, с каким-нибудь кульком из кондитерской внизу, (и с детской радостью и восторгом сам же и съедал эти убогие, но навороченные дорогущие сладости, которые я всё подвигала к тебе, уверяя, что мне такое нельзя...).
А этот твой рассказ об операции на глазах, - потрясённо рассказывал, сам хохотал и крутил головой - как сразу после операции, когда вообще ничего нельзя, бежал по Москве на своих длинных ногах за смывающимся такси, я говорила: "Сумасшедший!", он был рассеянно-доволен....
Вот всегда так - теперь и не знаешь, как быть, рухнули все дела и планы, и всё пропало, потому что не стало этого почти святого отшельника на Малой Грузинской, странного пророка, всё последнее время пишущего о скорой гибели...
А неужели это мы, Витька, пировали у отца Валентина втроём: так запомнилось графично: я подаю настоящую лесную дичь, которую долго готовила, на белой крахмальной скатерти стоит нарядное, тёмно-красное вино, и мы счастливые - этим блаженным праздником на троих, на фоне молочного окна, нашей негромкой беседой, Господи, сохрани это в моей памяти навсегда...
Но красная твоя кровь - от выстрела, выстрела, да нет, лучше это не представлять себе.
Только бесчеловечное телевидение показало на рассвете мне, ошеломлённой, оглушённой: как выносят тебя, завёрнутого в чёрный полиэтилен, и ещё видны длинные твои ноги в больших ботинках - такой ты был большой, нигде не помещался..."
Ольга Ермолаева