Что не сделает зрелая женщина 10 вещей, которые зрелая женщина не сделает
Что не сделает зрелая женщина
Елена Шпундра
В классической литературе любовь часто представляется жертвенной. Начиная от "Ромео и Джульетты", заканчивая "Мастером и Маргаритой" влюбленные идут на всяческие муки и ухищрения ради друг друга, недолго пребывают вместе, а после расстаются или вовсе умирают. Любовь не дается легко, ради нее нужно страдать, ждать, томиться и терпеть.
Наверное, в юности я прочитала много книг о тяжелой, жертвенной любви, поэтому долгое время моя любовь была именно такой, полной драм, слез и прощаний. Казалось, если без них, то это не любовь вовсе, а так, несерьезные увлечения. К счастью я прозрела, а может просто выросла или устала страдать. Теперь любовь для меня - это тихая радость. И никаких жертв.
Мне почти 42 и временами мне нравится быть циничной. Говорить, что я не верю в любовь, романтику, вечное счастье. С мужчинами я пряма как бамбук – без колебаний сообщаю о том, что мне нравится, не нравится и в чем мои желания. К черту посылаю, тоже без колебаний. Периодически я проверяю себя, неужели мое сердце окаменело, а душа сжалась? Ведь раньше я могла сутками ждать одной смс-ки, ехала куда-то на край света, если только он позвал, не задумываясь покупала дорогие подарки, лишь бы только сделать ему приятное, готовила завтраки и обеды из блюд, которые, конечно же, предпочитал любимый мужчина, изводила подруг бесконечными «он сказал, к чем бы это?».
Естественно под этим «он» скрывались разные мужчины, кого-то я любила, с кем-то жила, в кого-то была просто влюблена, кем-то увлечена без взаимности. Но чувства, которые вызывала мужская фигура были сходными – каждый раз я была на многое готова ради любви. Если сейчас эта готовность прошла, значит ли, что и способность любить тоже?
В юности мы мучительно ищем себя, в 18-25 лет мы представляем собой лишь сырое «Нечто». Как понять, что тебе нравится, где твои границы и кто вообще ты есть, не попробовав разного опыта? Поэтому в юности мы с готовностью бросаемся в любые эксперименты - со внешностью, профессией, сексом, любовью.
После 25 какой-то каркас мы уже обретаем - получены образование, профессиональный опыт, набиты шишки с сексом и любовью. Мы уже не так безудержны в экспериментах, более определенны в своих целях. Многие уже вышли замуж и заводят детей. Или начинают строить серьезные отношения с перспективой всего этого. Мы уже что-то понимаем про жизнь, но еще очень мало понимаем про себя. Путаем свои желания с желаниями общества. Любовь же подменяем жертвенностью. Нам кажется, что мужчине нужно угождать, иначе он обидится и уйдет.
Зрелость – это для меня возраст истинной встречи с собой. После «слепой» юности, молодости «ради кого-то», мы начинаем жить для себя и ради себя. Это не значит, что нам никто не нужен. Мы стали успешными, эгоистичными, самодостаточными одиночками. Нет. Мы так же, как и в 20, хотим любви, хотим тепла, хотим отношений. Просто мы понимаем, что в здоровых отношениях все это обоюдно. Мужчина либо хочет всего того же, либо не задерживается в нашей жизни. Как говорил Омар Хайям «мне не нужен тот, кому не нужен я».
Поэтому я больше:
1. Не жду мужских звонков или сообщений. Я или пишу сама, или удаляю контакты тех, кто не находит времени для короткого ответа «извини, сегодня я занят, наберу как освобожусь».
2. Не хожу на свидания, если их место и время мне неудобны. Чтобы встреча была в радость, она должна быть удобна обоим. Если мужчина не интересуется ни временем, ни желанием, ни удобством женщины, значит, он в целом не интересуется женщиной. И такой мужчина мне не нужен.
3. Не прощаю отсутствие подарков на мой день рождения и другие, важные мне праздники. Мне нравятся мужчины, которым нравится тратить деньги на женщину, которая им нравится, то есть на меня. Финансово скупые люди обычно скупы и во всем остальном. Невнимательность к датам, важным для человека, это невнимательность и к человеку в целом. Тех, в кого мы влюблены, хочется баловать и радовать. Все, что важно для него становится важным и для нас. Если не важно, или жалко, или забыл - можешь забыть и мой номер тоже;
4. Не ищу оправданий мужской неблагоустроенности и неуспешности. Это не значит, что от мужчины мне нужны только деньги. Но «с милым рай и в шалаше» - точно не история из жизни зрелой женщины. Свои шалаши мы отбыли в 20 и в 30 лет, в 40 у нас уже есть собственноручно построенная комфортная жизнь и нет оправданий;
5. Не молчу о том, что мне не нравится. Конечно, я не выношу мужчине мозг бесконечными придирками. Но есть вещи, о которых другой человек не догадывается просто в силу того, что он другой. Если я не люблю большую скорость, она меня пугает, то я не молчу или не восхищенно охаю, если мужчина разгоняется до 120 кмч. Так же я не сообщаю раздраженно «куда ты разогнался, как ты едешь», я спокойно говорю «не гони, пожалуйста, я нервная и мне страшно».
6. Не боюсь задавать любые вопросы. Так же готова к ответам сама. В молодости мы боимся прояснять непонятное, так как не хотим спугнуть, напрячь или ранить мужчину. Но именно эта непроясненность и создает потом раны у нас самих. Я больше не хочу ран, поэтому все выясняю.
7. Не глажу мужские сорочки. Я не люблю гладить. Мне и мои рубашки погладить в тягость. Я больше не делаю для мужчины ничего, что в тягость мне самой. Если он любит меня - он погладит свою рубашку сам.
8. Не принимаю секс за любовь. Секс может быть связан с любовью, а может быть и не связан. Любовь для меня это погладить свою рубашку, помолчать со мной утром, потому что утром я не люблю разговаривать, запомнить как зовут моего кота и сколько ложек сахара я кладу в кофе, принести в мае букет свежесрезанных, влажных от дождя пионов, прийти и молча починить текущий кран. Если всего этого нет, а есть только секс - значит мы просто трахаемся.
9. Не ревную мужчину к друзьям или работе. Или к детям от прошлых отношений. Если мужчина любит меня, он находит для меня время. Включает меня в свой плотный график совещаний, поездок, футбола с друзьями или рыбалки с сыном. Потому что я тоже живу плотной, насыщенной жизнью. Если мы оба находим время друг для друга – значит все ок, у нас есть отношения. Если время для отношений нахожу только я, а мужчина все время занят, значит и для отношений мне нужно поискать кого-то другого.
10. Не стараюсь выглядеть лучше ради мужчины. Наоборот, при знакомстве я могу быть даже хуже, грубее, циничней, прямолинейней. Не стесняюсь рассказывать о своих проблемах или трудностях. Тот, кому нужно всегда заглянет глубже и дальше. Тот кому, нет – пройдет мимо.
Мне почти 42 года. И я бамбук. Прямой, крепкий, гибкий, неприхотливый. Меня трудно сломать, искривить или выкорчевать. Я закалилась. Но я по-прежнему хочу любить. Просто не готова идти на жертвы ради этого. Любовь – созидание, а не жертвы и разрушения. Давайте созидать
В книгах, теориях, мифах, сказках и литературе представлены различные образы отца, отец играет разные роли в зависимости от культуры. Эти образы появляются в нашей коллективной и личной психике, и в этом докладе я размышляю о феномене отсутствия, который раньше был нормой, и психологическом тупике, возникающем вследствие такого отсутствия.
Мы знаем, что становление Я происходит в контексте отношений с другим. Этот архетипический паттерн развития и отношений включает в себя фигуру отца. Он подразумевает переживание отца как объекта любви, который обеспечивает ребенку чувство принадлежности, поддержки и ценности. Когда он отсутствует и потребность в нем неудовлетворена, течение естественного поток в дочери затрудняется. Я акцентирую внимание на предательстве, невыполнении добрых отцовских обещаний, лишении поддержки и любви. Понимание собственных ран имеет важное значение для интеграции личности, так как на жизнеспособность личности влияет отсутствие и нехватка отца.
Отсутствие отца можно понимать по-разному. Это может быть его реальное физическое отсутствие или очень ограниченное присутствие, когда он отсутствует эмоционально и не проявляет родственных отношений. Основная предпосылка заключается в том, что отсутствие отца наносит раны не только самим фактом отсутствия, но и наличием этого отсутствия, что оказывает влияние на тело, разум и душу дочери. Его отсутствие может оказать негативное влияние на возможность простраивания связей с объектом из-за укоренившегося убеждения в том, что открытость другому несет в себе риск психологического уничтожения (Solomon, 1998, p. 228).
Чаще всего люди лишены алхимии помолвки с отцом, поэтому даже в процессе терапии отец возникает не сразу и они не сразу сосредотачивают свое внимание на нем. На его месте - пустота. Это может быть вызвано прежним страхом перед ним, когда дочь не чувствовала себя в безопасности или не имела возможности сближения. Или его отсутствие настолько воспринималось как само собой разумеющееся, что попытки забыть или игнорировать чувства скрывали последствия его отсутствия, создавая еще большее отсутствие. Можно годами не осознавать отсутствие или даже необходимость его хорошего присутствия. Или, возможно, он говорил, что дочь ему небезразлична, но он не может быть с ней рядом, что его отсутствие не означает, что он не любит. Тогда что же означало его отсутствие?
Сложная динамика разворачивается там, где отец эмоционально отсутствовал, даже если физически присутствовал. Практика воспитания детей в прошлом игнорировала последствия, когда отца нет вовсе, или когда он есть, но его одновременно и нет. Отсутствие страсти тянется от болезненных детских переживаний, которые изначально заставляли скрывать свое Я. Посредством идентификаций и интернализаций внешних источников, обеспечивающими питательную среду можно наполнить внутреннею пустоту (Solomon, 2004, p. 642).
Отец представляет собой архетипический паттерн, «проявление более глубокого слоя бессознательного, в котором лежат образы, общие для человечества» (Jung, 1954, par. 228). Западная культура и ее патриархальное наследие акцентуируется отсутствующим отцом. Его отсутствие способствует проживанию жизни исходя из маскулинного сознания, что приводит к одностороннему развитию. Феминность имеет ограниченную ценность. Господствующий патриархальный порядок также кастрирует и мужчин, оправдывая их низкое эмоциональное развитие. Бесчисленные поколения отцов не участвовали в семейной жизни или не были эмоционально вовлечены в нее. Отсутствие эмоционального отношения отцов к сами себе и другим в настоящее время способствует разрушению домов, разрушению общественных ценностей и росту насилия. Более того, непроработанность культурного, личностного и психологического пространство вокруг отцов помещает их влияние в сферу бессознательного.
Юнг говорил об этом, когда утверждал, что ничто не оказывает на детей более сильного влияния, чем непрожитая жизнь родителей. Он писал о том, что бессознательное повторение модели семьи, которое он описывает как психологический первородный грех может иметь катастрофические последствия (Jung, 1963, пар. 232). Ограниченный опыт хорошего взаимодействия между отцом и ребенком создает наследие непричастности и личной отрешенности. Без достаточной эмоциональной связи формирование оказывается трудной задачей, удовлетворение в отношениях сложно достижимо, любовь становится проблемой, а не удовольствием.
Следующая цитата предлагает другое представление об отце как об архетипе и его воздействии на психику. «Поскольку наша культура патриархальна, сам воздух, границы, содержание личной бессознательной психики и состав коллективной психики полны Мужчиной: его образ, его история, его определения, его требования, его ожидания, его потребности, его желания, его угрозы, его власть, его законы, его религии, его боги, его деньги и его двойственное, нереалистичное представление о ней» (Cowan, 2004, p. 12).
Отец, у которого нет способности откликаться на мысли и эмоции ребенка, оказывает прямое воздействие поведенческую или эмоциональную сферы (Knox, 2010, p. 132). Женщина с отсутствующим отцом говорит, что немеет от чрезмерного стресса. Она часто не может говорить или не знает, что она чувствует. Она заперта внутри. Она знает, что избегает конфликтов, избегает просить или получать то, что ей нужно, и определенно не проявляет настойчивость. Она не принимает решений. Она колеблется и беспокоится, что может обидеть кого-то, беспокоится, что кто-то обвинит ее, разозлится на нее или унизит, и она распадется на мелкие части.
Такая женщина не доверяет другим и не открывается. Отсутствие отца оставило ее с ощущением нехватки, сделало ее закрытой, непринятой и чувствующей себя исключенной, не допускающей никакого другого. Она несет созданную отсутствующим отцом пустоту, оставляющую ощущение одиночества. Нет никакого знания о том, что отец думает о ней, и нет отца, отражающего ее чувство Я. У нее не было опыта того, чтобы быть воспринятой как она есть, и поэтому ей трудно найти себя по отношению к другим. Она оказалась запертой в безвоздушном замкнутом пространстве (Solomon, 1998, с. 234).
Пренебрежение со стороны отца может привести к внутренней пустоте, уязвимости и отсутствию психологической связи. Это проявляется как меланхолия и пассивность, избегание духа и потеря чувствования в целом. Человек переживает потерю смысла, неспособность восстановить объект горевания или пробудить утраченное желание. Происходит отождествление с вакуумом или пробелом, разрывом, который возник на месте отсутствующего отца. Именно эта потеря «блокирует способность любить… разделение опыта с другим запрещено. По сути, ребенок остается изолированным с мертвым отцом, и ни с кем другим» (Green, 1983, p.156). Привязанность к тому, чего не хватает, к пробелу, к отсутствию и тому, что остается, представляет собой «по существу конфликтную, неоднозначную природу желания, которое возможно как желание желания Другого» (Green, 1979, стр. 69)… » «Отсылка на небытие, пустоту, пустое место, пробел ... даже если объект появляется позже, его реальность связана с его небытием» (Green, 1998, p. 218).
Когда отец не может удовлетворить потребности в любви и самоутверждении, развивается привычка к самоуничижению, низкая самооценка, нерешительность и избегание близости. Это интернализируется как негативная энергия, ведущая к самоизоляции, а маскулинный и феминный аспекты не служат целям раскрытия личности. Отсутствующий отец может стать интернализованным отцом-преследователем и приводить к развитию враждебного внутреннего мира, полного ярости, онемения или маниакальных реакций, препятствующих вдохновению и блокирующих интеграцию. (Kavaler-Adler, 2000, с. 40).
Например, женщине снится, что ее отец так сильно надавил ей рукой на бедро, что сжег ее плоть до костей. Заклейменная таким образом, она не оказать сопротивление его руке. Позже она думает о заполнении раны бетоном. Как можно залечить эту рану? Бетон сделает ее плоть жесткой, тяжелой и нечеловеческой. Клеймо наносит ей фаллическую рану, запечатленную на всю жизнь. Ее реакция во сне зацементирует эту рану, сделав ее более прочной, неподвижной. Сновидица не испытывает никакого ужаса от отвратительного образа сна, ни ярости, ни неповиновения своему отцу, но пассивно принимает это как свою судьбу. Из-за отсутствия отца у женщины может развиться комплекс отца, который становится похожим на демона, держащего ее в своих лапах (Leonard, 1983, p. 88).
Ей нужно то, на что указывает гексаграмма № 18 в «И Цзин»: «Работа над тем, что было испорчено» [Распад]. Гексаграмма призывает «исправить то, что испортил отец». Это происходит в процессе разрушения и строительства и влечет за собой столкновение с реальностью, разрушение и постепенное формирование расширенного образа отца. Но когда недостаточно заботы и много чувства вины, скорби или предательства, человек не может получить силу, необходимую для выполнения этого задания. Как это ни парадоксально, это те самые раны, которые открывают мир самопознания и дают толчок для преодоления проблемы.
Юнг пишет о том, что «либидо обладает необычайной косностью, которая не хочет выпускать ни одного объекта из своего прошлого, а напротив ,желает удержать каждый навеки за собой, риверсия к изначальному пассивному состоянию, в котором либидо застряло на объектах детства». Это становится затруднительным, когда Эрос или аспекты отношений родства связаны с отсутствующим, пренебрегающим, но все же всеобъемлющим отцом. Его оставление через отсутствие приводит к фиксации и заманивает в ловушку. В невозможности освободить либидо, трудно вылечить раны, оставленные нехваткой связи с ними. Будучи не в состоянии расшифровать свое эмоциональное состояние, человек не осознает его губительных последствий.
Когда у отцовской фигуры нет четких границ, вследствие того, что отец давал слишком много или слишком мало, или является ригидным носителем дисциплины, дистантным и авторитарным предвестником плохого, ребенок не может чувствовать какого-то личностного к себе отношения и не ощущает, что его любят. Напротив, ребенок чувствует себя преданным, без индивидуальной идентичности и лишенным власти или голоса. Если отец эмоционально отсутствует или физически недоступен, образуется вакуум, вызывающий недоумение, и пустота, которая заполняется различными невзгодами. И, как продолжение этого, отцовская фигура может оказать злокачественное влияние на феминное начало, так как женщина с отсутствующим отцом может интернализировать его садомазохистические отыгрывания (Kavaler-Adler, 2000, p. 85).
Дефицит отца сказывается на развитие женственности у дочери. Внутреннее разъединение происходит от отца, который был эмоционально недоступен, окруженный своим психологическим молчанием. Отсутствие любви и заботы со стороны отца формирует её взгляд на саму себя как на недостаточную и отсутствующую. Эти негативные образы со временем разрушают ее жизненные возможности и подрывают уверенность в себе. Чувство защищенности, дающее душевное спокойствие, когда присутствует отец, в данном случае недоступно для переживания. Ей придется отказаться от внутренней связности в пользу бессвязности, потому что мир не такой, как ожидалось (Britton, 1998, стр. 79). Дочь пытается инкорпорировать качества, интересы и т. д., связанные с отцовским образом. Тем не менее, разочарование вызывает депрессию и надежды, которые начали рушится в раннем детстве, продолжают свой крах. Базовые стремления дочерей к общению и связи с отцовской фигурой влияют на будущие выборы. Без него жизнь внутри себя исполнена трудностями; быть с другими тоже сложно. Она может быть как нечувствительной, так и гиперчувствительной к глубоким эмоциям, легко уязвимой.
Если дочь остается без отцовской поддержки, психологическое развитие нарушено, и она теряет путь к себе. Вместо того, чтобы испытывать весь диапазон своих чувств, она учится сдерживать себя и действовать механически. В качестве защит выступают различные способы эмоциональной защиты и пути психологического побега. Оставаясь эмоционально дистанцированной от самой себя и других, она облачена в доспехи. Естественные проявления могут быть заблокированными из-за отсутствия отца и пустоты на том месте, где должны были быть ответы. Она как будто лишается возможности чувствовать и её эмоциональность оказывается приглушена. Она осознает себя только в ситуациях напряженности или кризиса. Эта память проникает в тело, через которое также говорит психика.
Такой отец недоступен, не поддерживает и не присутствует в качестве партнера матери. Это оставляет дочь с разочарованием, невыполненными обещаниями, без моделей построения отношений, проработки и с разбитой любовью. (Samuels, 1993, стр. 73). Потребности в зависимости отрицаются, а взаимное доверие между партнерами не устанавливается.
Отношение к фигуре отца, его положение и образ как неприкасаемого навеки наглухо закрыло доступ к любым попыткам исследования отношений в эмоциональном, психологическом, культурном и физическом планах. Раньше мужчины могли оправдать недостаточность своей эмоциональной вовлеченности. У бесчисленных поколений отцов не было соответствующих ролевых моделей. Девочки, чье детство характеризуется отсутствием отца, растут ощущением того, что отцовская роль невыполнима, ненадежна неизвестна, а мужчине нельзя доверять. Тем не менее, она также может идеализировать его и все мужское только потому, что оно настолько для нее неизвестно.
Чувствуя себя слабой и не оправдывающей ожиданий, она живет в психологическом подчинении отцу. Полярность ненависти и любови сохраняет психологическую взаимосвязь между ней и ее отцом, но в то же время оставляет их разъединенными. Ее усилия по восприятию и определению ее личности фрустрированы отбрасывающим на нее тень отцом. Она запугана его физическим и психологическим отсутствием, которое в свою очередь становится навязчивым присутствием. Она избегает того, чтобы стать видимой и уязвимой. Когда Я скрыто, оно не может проявиться, быть увиденным или принятым.
Она неосознанно признала отцовский язык внутреннего разрушения и ненависти к себе, неудач и неадекватности. Существует также проблема нарушенной связи с телом, когда инстинкты отключены, а дух угасает в отсутствии подлинности.
Все это вынуждает ее задуматься, что значит быть женщиной. Она оказывается не в состоянии полностью реализовать свои таланты, так или иначе играя роль второго плана, ожидая меньшего, даже когда она добивается успеха. У нее есть какой-то внутренний навязанный идеал, чувство, которое расстраивает ее, и было с ней столько, сколько она себя помнит. Будучи не в контакте со своей феминностью, она находится под давлением личных и культурных сил, которые поклоняются недостижимым, нереалистичным и бесчеловечным идеалам, препятствующим появлению моделей зрелой женственности в нашем обществе. Будучи не в состоянии адекватно себя оценивать, она не уверена в своей привлекательности, не ухаживает за своим телом и не обращает внимания на свою эмоциональную чувствительность. Её действия не приносят результатов, она подавлена, иногда парализована и феминное эго вырвано из истинного я.
Бессознательный подавленный, отстраненный отец нарушает катексис объекта. «Я» погребено внутри и не может накапливать энергию, чтобы жить в полную силу. Подобно марионетке, лишенной возможности самостоятельно двигаться, эта женщина уязвима, а затем стерта, неспособна выковать свой собственный образ. Ненависть к себе провоцирует стремление избавиться от своего тела - потому что оно женское. Поскольку ее естественные побуждения к самовыражению были подавлены, у нее вызывает тревогу необходимость расслабиться или быть близкой. Ей трудно оставаться спокойной или чувствовать себя комфортно из-за постоянного вороха мыслей, необходимости действовать и навязчивой озабоченности тем, что она считает плохими сексуальными фантазиями. Она часто может не слышать в терапии, задыхаться от чувств и считать свои слезы постыдными.
Как это ни парадоксально, но, как показано в сказках, именно боль от предательства отца заставляет ее порвать с ним. Его бессознательное имеет в виду, что ребенок должен уйти, решить много задач и быть открытым для самопознания. Боль, нанесенная бессознательным отца и его отсутствием дает стимул для движения за пределы замкнутого пространства, которое создала семья происхождения.
Когда фигура отца не имеет границ и является либо щедрой, либо жесткой дисциплинированной личностью, заключенной в дистантную и мрачную властную структуру, девочка не получает опыт личного взаимодействия с достаточно хорошей маскулинностью. Когда его эмоции отсутствуют или когда отец физически недоступен, никакое руководство не передается, а создается вакуум недоумения, который в таких условиях естественным образом и стремится заполниться чем-то отрицательным.
Комплекс Отсутствующего Отца
Знание специфики комплекса отца очень важно, потому что, как и любой комплекс, он содержит образы, относящиеся к бессознательной ситуации. Часто это конфликтующие эмоции, которые трудно примирить с сознанием. Комплекс развивает разную степень автономии от едва нарушающего функционирование до достаточно сильного, чтобы управлять личностью. Поскольку он представляет собой хорошо организованную, но отщеплённую часть личности, комплекс ощущается как независимый источник энергии, воздействующий на психику. Комплекс является нормальной частью психической жизни и относится к базовой структуре психики, но, когда он является бессознательным, человек попадает под его власть. Проблема может оставаться нерешенной в семье в течение нескольких поколений и передаваться как если бы она была заразной.
Поскольку комплексы возникают там, где энергия подавляется или даже блокируется, ядро комплекса привлекает все больше внимания, как если бы это был магнит. Когда комплекс контеллируется, сознательное теряет часть энергии.
Диана начала анализ со следующего сна: «Меня собирался убить мой отец. Я пытался застыть на время. Он уже убил мою сестру, что меня разозлило и опечалило. Я старалась казаться спокойной, когда он направил на меня пистолет. Я выхватила у него пистолет, когда мы боролись, и бежала, бежала и проснулась».
В этом сне ее жизнь поставлена на карту, и она убегает, но куда, мы не знаем. Этот уход имеет решающее значение для борьбы с отцом / киллером мужского пола, который явно нацелен на совершение убийства. Часть феминного Я или анима в форме сестры уже была уничтожена. Диана сейчас находится под угрозой уничтожения. Пистолет и отношение отца показывают, что он серьезно настроен ее прикончить. Маскулинное начало в Диане было настолько бессознательным, что эта часть накопила огромную разрушительную силу в бессознательных отношениях, пожирающих личность. Она являет собой человека, чье становление на раннем этапе «встретило пустую и враждебную обстановку, настолько плохо состроенную с ней, что человек чувствует себя невидимым и / или в болезненной связи»(Solomon, 2007, p. 198).
Когда женщина приобретает знания о маскулинности, ее женственность также получает возможность свободно выражать себя. Сон иллюстрирует понимание того, что женская психология привлекает внимание к отцу. Он является частью того, что означает отношение женщины к мужчине, к мужчинам в целом, к культуре и к более целостной психике.
Многие образованные и независимо мыслящие женщины заканчивают тем, что отрицают собственную силу, саботируют и не знают, как действовать как волевые и эмоциональные. Тем временем они демаскулизированы тем маскулинным, которое остается бессознательным. Эмма Юнг сказала следующее о маскулинном: «то, что женщины должны преодолеть в связи с анимусом, - это отсутствие уверенности в себе и сопротивления инерции. Это как если бы мы должны были подняться ... до духовной независимости. Без такого восстания, независимо от того, что ей пришлось бы пережить в итоге, она никогда не освободится от власти тирана, никогда не найдет себя» (Jung1969, с. 23).
Она не может полагаться только на то, чтобы быть милой, потому что в действительности этого будет недостаточно, и это унижает личность. Подчинение мужчине сводит ее личность на нет. Это мешает восстать против отца, и тошнотворное заклинание комплекса отсутствующего отца опустошает ее, делая самоопределение невозможным. Независимость и чувство собственного достоинства приходят тогда, когда она перестает играть роль хорошей девочки.
Предательство отца и опыт брошенности является частью процесса индивидуации для мужчин и женщин. Разрыв символизирует конец невежества, поскольку реальность должна быть осознана в полной мере. Придумывание оправданий, взятие на себя вины или минимизация его важности формируют жизненную траекторию. Отделение от отца в психологическом и физическом плане является частью поиска внутренних ресурсов, необходимых для жизнескойкости и вдохновения.
В терапию Диана приносит любимые отрывки из книг, которые она прочитала, и хотела поделиться, руководствуясь идей о том, чтобы быть понятой, чтобы её жизнь проявилась во вне. Многие сны показывают, что она хочет находиться в доме психотерапевта, чувствует, что она вторгается, хочет присутствовать на вечеринках, но ей стыдно за то, как сильно она этого желает и насколько исключенной она себя чувствует.
«Изменения связаны с опасностью ... есть позитивные силы, которые стремятся продвинуть психику в будущее, есть мощные ретроградные силы, которые стремятся предотвратить такое движение. Они… часто создают опыт проживания общих душевных волнений и смятения, которые требует участия обеих сторон, присутствующих в аналитической комнате» (Solomon, 2007, p. 142). Все это указывает на ранний дефицит, имевший место до того, как ребенок смог обработать натиск физического и психологического возбуждения, который был одновременно слишком интенсивным, и слишком слабым (Solomon, 2004, p. 646). Она научилась приуменьшать свои потребности в том, чтобы быть понятой и оцененной своим отцом, человеком, который отсутствовал в ее жизни до ранней взрослости. Он никогда не интересовался ей. Его исчезновение было загадкой. Она жаждала его и тайно населяла то, что она называла своим меланхоличным умом. Она ощущала себя отчужденной и отличной от других, чувствуя себя обреченной на неописуемое одиночество. Она не могла скинуть с себя покров депрессии. Она верила, что если ее отец не хочет ее, то кто тогда захочет?
Личность стремится к саморегуляции, поскольку терапевтический процесс собирает диссоциированные фрагменты и устанавливает между ними взаимосвязь. Юнг прокомментировал склонность психики к излечению посредством диалектических процедур: «Психологическая теория ... должна взять за основу противоположности; без этого можно только восстановить невротически расбалансированную психику. Нет баланса, нет системы саморегуляции, без противоположностей» (Jung, 1966,par. 92).
Она тосковала по опыту настроенности друг на друга, который отсутствовал ранее. Термин «тоска» ярко выражает силу ранних ядовитых переживаний, которые заставили Я уйти. Здесь произошло смещение на внутреннюю сущность отсутствующего отца, который был непроницаемой и похожей на гробницу фигурой. Не чувствуя основ, она сказала, что ей нужно «руководство по тому, как быть человеком».
Когда необходимого отцовского подтверждения не хватает, человек погружается в себя, но без связи с самим собой. Основание самого себя остается неизвестным, и он не осознает себя источником своих размышлений. Он не осознает, что сознание себя признает себя в качестве источника
Отсутствие отца поставило ее перед невозможной дилеммой. Джин Нокс, юнгианский аналитик, объясняет это следующим образом. «Чтобы быть любимой и любимой, она должна перестать существовать и поэтому должна разрушить всю свою жизненность в постоянной борьбе с тем, кто она есть. Этот конфликт и сопротивление становятся своего рода пыткой. С другой стороны, ощущение себя настоящим человеком с чувством себя и способностью делать свой собственный выбор несет в себе риск насильственного возмездия ... Это неразрешимый тупик, который в конечном итоге приводит дочь в состояние отчаяние. Любить - значит существовать и хотеть, чтобы любимый человек узнал и отреагировал на это независимое существование». (Knoks, 2004, стр.)
Качество связи между отцом и ребенком формирует осознание тела, чувство удовлетворенности и дает ощущение заботы. Чем больше ему отказывается в любви, чем больше было отторжения, как физического, так и эмоционального, тем больше человек может чувствовать себя покинутым и обеспокоенным, тем у него более негативное отношение ко всем телам, в основном к своему. «Существует огромный пробел или молчание по поводу той роли, которую играет тело отца в ранних отношениях с ребенком» (Samuels, 1993, стр. 137).
Приобретая такие модели поведения, она все больше теряет себя. Дочь учится быть подавленной, эмоциональное развитие и взрослая жизнь скорее имитируются, а не осознаются. Она может быть сексуально заморожена, бессознательно остаться в детском состоянии, выглядеть беспомощной и зависимой или оборонительно агрессивной. Психологически она эмоционально ослаблена и неспособна выйти из внутренней замкнутости, чтобы установить диадность, необходимую для близости. Способность справляться с собой и с другими, как и движение потока между ними затруднено. Она либо настолько сосредоточена на себе, что другой не может быть включен, либо сосредоточена на других так, что она сама оказывается устранена из отошений, потребность в диадности и взаимности неудовлетворены. «Она должна противостоять извращенному маскулинному аспекту и оставить невинность, которая может проявиться как беспомощность, зависимость, жертвенность и вместо этого взять на себя ответственность за силу, которой она действительно обладает» (Leonard, 1983).
Когда рай детства слишком рано разрушается из-за его отсутствия, это может ощущаться как преступление против личности, что часто приводит к самопреследованию и внутренней мести. Негативный отцовский комплекс отрицательно влияет на уверенность ребенка, способствует идеализации других и блокирует инициативу. Человек чувствует ностальгию, сожаление, вину, обиду и гнев.
Отсутствие отца приносит разрушение, лишая ребенка существенной части. Недостаточная забота отца порождает вину, печаль и / или предательство, в результате чего ребенок пытается исправить ущерб, зачастую прибегая к перфекционистским методам. Они указывают на правление ложного и / или неполного я. Американский психоаналитик Кристофер Боллас писал, что человек умерщвляет себя и свою психику из-за мертвого объекта внутри (Lane, 1979, p.74). Поиск отца как потерянного объекта любви является доминирующей психологической темой. Эффект отсутствующего отца оставляет ребенка без внутреннего пристанища. Эта рана не легко зарубцовывается. Жизнь становится историей, отмеченной недостаточной связью и отключённостью от себя и других.
Психическое пространство закрывается, когда отца там нет. Ребенок испытывает постепенное падение, несуществование, отмеченное вакуумом, пустотой и бессодержательностью. Потерявший чувство руля, преданный, разочарованный. Памяти нанесен ущерб. «Отсутствие только тогда переносимо, когда оно признано таковым» (Kohon, 1999, p. 165). «В слове «отсутствие» есть надежда на возвращение присутствия… Сила человеческого разума с его бесконечными возможностями создаст новые объекты» (Kohon, 1999, с. 218-219).
В завершении своего эссе «Значение Отца в судьбе человека»Юнг писал следующее: «Будем надеяться, что исследования ближайшего будущего, вероятно, позволят пробить более глубокие ходы в эти пока еще столь темные области. Я мог только попытаться бегло осветить их».
«Энн, я не хочу жить. , , , Теперь слушай, жизнь прекрасна, но я не могу ее проживать. Я даже не могу объяснить. Я знаю, как глупо это звучит. , , но если бы ты знала как это чувствуется. Быть живым, да, живым, но не быть способным жить. Да, это трудно. Я как камень, который живет. , , заперт за пределами всего, что реально. , , , и все же находиться за стеной, наблюдая, как все находят себе место там, где я не могу, говорить за серой туманной стеной, жить, но не достигать или не достигать неправильного. , , делать все неправильно. , , поверь мне, (можешь?). , , в чем дело. Я хочу принадлежать ..»
Откуда и зачем появляется любовь? Человек во многих своих проявлениях — существо иррациональное, особенно это касается эмоций и чувств: порой их не так-то просто обосновать с логической точки зрения. Если же говорить о таком сложном явлении, как любовь — здесь закон причин и следствий совершенно перестаёт работать, потому что состояние любви слишком сложное и многогранное, чтобы его можно было разобрать, что называется «по кирпичикам».
Тем не менее, специалисты не оставляют попыток объяснить любовную страсть химическими реакциями, животными инстинктами или, скажем, социальными закономерностями. Далее приведены восемь высказываний учёных, в которых они излагают своё видение любви.
1. «Любовь как жажда», — Люси Браун, невролог из Медицинского Колледжа им. А. Эйнштейна, Нью-Йорк, штат Нью-Йорк
Переживания влюблённого похожи на чувство жажды, которая может быть утолена только присутствием объекта страсти. Все мысли, действия, стремления — всё вдруг подчиняется желанию быть рядом с возлюбленным (или возлюбленной). Конечно, у каждого свой темперамент, и романтические чувства все выражают по-разному, но любой человек, влюбляясь, испытывает состояние, подобное эйфории, причём оно возникает только в присутствии «второй половинки».
Изучив мозговую деятельность нескольких пар влюблённых с помощью магнитно-резонансной томографии (МРТ), мы пришли к выводу, что когда влюблённые находятся вместе, или думают друг о друге, у них активизируются области мозга, которые также ответственны за ощущение радости от какого-либо вознаграждения или признания, причём по силе это чувство вполне сравнимо с жаждой или голодом. Можно сказать, что влюблённость — это часть репродуктивного механизма заложенного в нас самой природой: она способствует установлению прочных эмоциональных связей между половыми партнёрами и таким образом повышает шансы рождения детей.
2. «Любовь — это как будто в твоей голове кто-то поселился», — Хелен Фишер, антрополог из Ратгерского университета, штат Нью-Джерси
Любовь бывает разная, но я думаю, можно выделить три основных её разновидности: сексуальное влечение, влюблённость и глубокая привязанность. Мы с коллегами давно занимаемся изучением функционирования мозга влюблённых, в одном из наших экспериментов участвовали 60 мужчин и женщин в возрасте от 18-ти до 57-ми лет, которых мы обследовали с помощью МРТ, анализируя основные проявления романтических чувств.
Первое, что начинает испытывать человек, когда влюбляется, — некое чувство «особенности» и «уникальности» всего, что связано с объектом любви — его (или её) одежды, автомобиля, улицы, чего угодно. Влюблённый начинает во всём ориентироваться на свою пассию: хандрит, когда он (она) не звонит и «светится» от счастья, когда отношения налаживаются.
Состояние влюблённости также характеризуется учащённым сердцебиением, повышенным потоотделением и физиологическим состоянием, которое ещё называют «бабочки в животе». Это связано с увеличением выработки гормона дофамина, вызывающего у человека восторг, прилив энергии и побуждающего к действиям — эти ощущения можно сравнить с тем, что кто то, поселившийся прямо в голове, постоянно призывает куда-то бежать, предпринимать меры и всё ради трёх самых главных слов: «Я тебя люблю».
Я полагаю, что любовь служит для более надёжного воспроизводства потомков: она заставляет нас сосредоточить всё внимание на одном партнёре и не распыляться на случайные половые связи.
3. «Любовь в качестве строительного материала», — Дэниел Крюгер, психолог из Мичиганского университета, город Энн Арбор, штат Мичига
Любовь — это положительный опыт, который способствует налаживанию устойчивых социальных связей и формированию стабильных отношений и как следствие облегчает создание семьи как основополагающей ячейки общества. Без неё мы бы чаще действовали исключительно из собственных краткосрочных эгоистичных побуждений и соображений личной выгоды, что неминуемо сказалось бы на обстановке в обществе.
Чувства, испытываемые нами к любимым, укрепляют длительные отношения, что в свою очередь положительно сказывается на рождении социально защищённых детей. Любовь позволяет людям заботиться об отпрысках, пока они не станут самостоятельными, и это, как мне кажется, её основная социально значимая функция.
4. «Любовь выражается в настойчивом стремлении позаботиться», — Дэвид Гивенс, директор Центра невербальных исследований, город Спокан, штат Вашингтон
Прежде всего, любовь — это эмоция, чувство привязанности и преданности, которое человек испытывает по отношению к кому-либо или чему-либо. Пылкая страсть может оказаться сильнее, например, любви к членам семьи или даже к собственным детям, а может выражаться лишь в сексуальном стремлении.
Любовь зарождается в том же отделе мозга, что и материнская привязанность, желание заботиться о потомстве, поэтому я считаю, что она развилась именно из материнского инстинкта. Тот факт, что возлюбленные чувствуют необходимость ухаживать друг за другом, во всём помогать и поддерживать это подтверждает.
5. «Любовь — это секс», — Луис Гарсия, профессор психологии Ратгерского университета
Науке известно множество доказательств того, что сексуальность играет в отношениях очень важную роль. Ряд исследований говорит о том, что удовлетворённость интимной жизнью напрямую влияет, например, на общие впечатления от брака, кроме того, согласно результатам наших экспериментов, человек, живущий полноценной сексуальной жизнью, имеет больше шансов на обретение долгосрочных и плодотворных отношений.
Мы вместе с коллегой, доктором Шарлоттой Марки, опросили несколько пар, достаточно долго живущих вместе — в гражданском браке или зарегистрированном, неважно. Оказалось, что одним из основных стимулов в совместный жизни было их сексуальное влечение друг к другу. Также на интимной жизни, а значит и на чувствах, положительно сказывается богатый сексуальный опыт, и если у партнёров он примерно одинаков, их союз имеет все шансы долгие годы быть счастливым.
6. «Любовь немыслима без уважения», — Кейт Вакс, психолог, автор книги «Отношения для чайников»
Любви без взаимного уважения и доверия не бывает. Влюблённые стараются проявить себя с лучшей стороны, поэтому успешные отношения всегда складываются из честности, верности, эмоциональной поддержки и самопожертвования. Любовь даёт каждому чувство его уникальности и заставляет принять уникальность другого: каждый считает, что если его партнёру хорошо с ним, необходимо принимать меры, чтобы не разрушить хрупкий баланс. Поэтому любой любящий человек стремится отстаивать интересы своей «второй половинки» и удовлетворять её потребности.
Я считаю, что чувство, противоположное любви, — не ненависть, а равнодушие: если вы перестали беспокоиться о человеке и не испытываете потребность заботиться о нём, это говорит об утрате уважения, а значит о любви уже и речи быть не может.
7. «Любовь — это долгоиграющие отношения», — Стэфани Ортиг, невролог из Сиракьюсского университета, город Сиракьюс, штат Нью-Йорк
Что такое любовь, знают все, но никто не может дать чёткого согласованного определения. В своей интерпретации я использую результаты своих психологических исследований и нейровизуализации работы мозга влюблённых. По моему мнению, любовь — это сложное позитивное и мотивирующее психическое состояние, характеризующееся стремлением к единению с определённым человеком. Это состояние включает в себя ряд химических, эмоциональных и когнитивных процессов.
Если при общении с партнёром наблюдается активность определённых участков нейронов, это говорит о наличии любви, причём нам неизвестны никакие доказательства того, любовь не может продолжаться сколько угодно времени, но проблема в том, что на неё влияют слишком многие факторы, изменение которых порой спрогнозировать невозможно. Однако, если рассматривать любовь как устоявшееся приязненное отношение к кому-либо, под это определение попадают такие виды любви, как материнская и отцовская, любовь детей к родителям и любовь между сексуальными партнёрами.
8. «Любовь как историческая константа», — Стефани Кунц, историк из Вечнозелёного государственного колледжа, город Олимпия, штат Вашингтон
Люди всю свою историю влюбляются друг в друга, однако пылкие романтические чувства до относительно недавнего времени не считались достойным основанием для отношений или тем более брака. Большинство выходили замуж и женились, повинуясь воле родителей, которые при выборе спутника жизни для сына или дочери учитывали, как правило, лишь меркантильные соображения.
Ситуация начала меняться в XIX-м веке — любовь стала играть в семейных отношениях гораздо более значимую роль. Людям пришлось заново осознать, что их влечёт противоположный пол и признать, что в основе любого успешного брака должна быть любовь. Я полагаю, что в наше время супруги и влюблённые должны испытывать друг к другу не только любовную страсть, но и дружеские чувства. Сочетание любви и дружбы обеспечит партнёрам длительные, счастливые и плодотворные отношения.
Эрик Берн: Разрешите себе жить по собственным правилам!
Эрик Берн: Разрешите себе жить по собственным правилам!(2)
3. Виды и варианты сценариев
Жизненный сценарий формируется по трем основным направлениям. Вариантов внутри этих направлений множество. Итак, Эрик Берн делит все сценарии на:
победителей,
непобедителей,
неудачников.
На языке сценариев неудачник — это Лягушка, а победитель — Принц или Принцесса. Родители в основном желают своим детям счастливой судьбы, но желают им счастья в том сценарии, который для них избрали. Они чаще всего бывают против изменения избранной для своего ребенка роли. Мать, воспитывающая Лягушку, хочет, чтобы дочь была счастливой Лягушкой, но сопротивляется любой ее попытке стать Принцессой («Почему ты решила, что ты можешь…?»). Отец, воспитывающий Принца, конечно же, желает сыну счастья, но он предпочитает видеть его скорее несчастным, чем Лягушкой.
Победителем Эрик Берн называет человека, который решил в своей жизни достичь определенной цели и, в конечном счете, добился своего. И здесь очень важно то, какие цели сам человек для себя формулирует. И хотя в основе их Родительское программирование, но окончательное решение принимает его Взрослый. И тут надо учитывать следующее: человек, поставивший себе цель пробежать, например, стометровку за десять секунд, и сделавший это, — победитель, а тот, кто хотел добиться, например, результата 9,5, а пробежал за 9,6 секунды — этот непобедитель.
Кто же это такие — непобедители? Важно не путать с неудачниками. Им сценарием предназначено тяжко трудиться, но не для того, чтобы победить, а чтобы удержаться на имеющемся уровне. Hепобедители чаще всего прекрасные сограждане, сотрудники, потому что всегда лояльны и благодарны судьбе, что бы она им ни принесла. Проблем они никому не создают. Это люди, о которых говорят, что они приятны в общении. Победители же создают окружающим массу проблем, так как в жизни они борются, вовлекая в борьбу других людей.
Однако большинство неприятностей причиняют себе и окружающим неудачники. Они остаются неудачниками, даже добившись определенного успеха, но если попадают в беду, то пытаются увлечь за собой всех находящихся рядом.
Как понять, какому сценарию — победителя или неудачника — следует человек? Берн пишет, что это легко выяснить, ознакомившись с манерой человека говорить. Победитель обычно выражается так: «В другой раз не промахнусь» или «Теперь знаю, как это делать». Hеудачник же скажет: «Если бы только…», «Я бы, конечно…», «Да, но…». Непобедители говорят так: «Да, я поступил так, но по крайней мере я не…» или «Во всяком случае, спасибо и за это».
Сценарный аппарат
Чтобы понять, как действует сценарий и как найти «расколдовыватель», необходимо хорошо знать сценарный аппарат. Под сценарным аппаратом Эрик Берн понимает общие элементы любого сценария. И тут надо вспомнить три состояния Я, о которых мы говорили в самом начале.
Итак, элементы сценария по Эрику Берну:
1. Сценарный финал: благословение или проклятие
Один из родителей кричит в порыве гнева ребенку: «Пропади ты пропадом!» или «Чтоб ты провалился!» — это смертные приговоры и одновременно указания на способ смерти. То же самое: «Ты кончишь, как твой отец» (алкоголик) — приговор на всю жизнь. Это сценарный финал в форме проклятия. Формирует сценарий неудачников. Здесь надо иметь в виду, что ребенок все прощает и принимает решение только после десятков или даже сотен таких транзакций.
У победителей вместо проклятия звучит родительское благословение, например: «Будь великим!»
2. Сценарное предписание
Предписания — это то, что нужно делать (приказы), и то, чего делать нельзя (запреты). Предписание — самый важный элемент сценарного аппарата, который варьируется по степени интенсивности. Предписания первой степени (социально приемлемые и мягкие) — это прямые указания адаптивного характера, подкрепленные одобрением или мягким осуждением («Ты вела себя хорошо и спокойно», «Не будь слишком честолюбивым»). С такими предписаниями еще можно стать победителем.
Предписания второй степени (лживые и жесткие) не диктуются прямо, а внушаются окольным путем. Это лучший способ сформировать непобедителя («Не говори отцу», «Держи рот на замке»).
Предписания третьей степени формируют неудачников. Это предписания в форме несправедливых и негативных приказов, неоправданных запретов, внушаемых чувством страха. Такие предписания мешают ребенку избавиться от проклятия: «Не приставай ко мне!» или «Не умничай» (= «Пропади ты пропадом!») или «Перестань ныть!» (= «Чтоб ты провалился!»).
Чтобы предписание прочно укоренилось в сознании ребенка, его нужно часто повторять, а за отступления от него наказывать, хотя в отдельных крайних случаях (с жестоко избитыми детьми) достаточно одного раза, чтобы предписание запечатлелось на всю жизнь.
3. Сценарная провокация
Провокация порождает будущих пьяниц, преступников, а также другие типы пропащих сценариев. Например, родители поощряют поведение, ведущее к итогу — «Выпей!». Провокация исходит от Злого Ребенка или «демона» родителей, ее обычно сопровождает «ха-ха». В раннем возрасте поощрение быть неудачником может выглядеть так: «Он у нас дурачок, ха-ха» или «Она у нас грязнуля, ха-ха». Затем приходит время более конкретных поддразниваний: «Он когда стукается, то всегда головой, ха-ха».
4. Моральные догмы или заповеди
Это наставления, как нужно жить, чем заполнить время в ожидании финала. Эти наставления обычно передаются из поколения в поколение. Например, «Экономь деньги», «Трудись усердно», «Будь хорошей девочкой».
Тут могут возникнуть противоречия. Отцовский Родитель вещает: «Экономь деньги» (заповедь), в то время как Ребенок отца подначивает: «Ставь все сразу в этой игре» (провокация). Это пример внутреннего противоречия. А когда один из родителей учит экономить, а другой советует тратить, то можно говорить о внешнем противоречии. «Береги каждую копейку» может означать: «Береги каждую копейку, чтобы потом пропить все сразу».
О ребенке, который оказался зажат между противоположными наставлениями, говорят «попал в мешок». Такой ребенок ведет себя так, как будто реагирует не на внешние обстоятельства, а отвечает на что-то в своей собственной голове. Если родители в «мешок» сунули какой-нибудь талант и подкрепили его благословением на победителя, это превратится в «мешок победителя». Но большинство людей в «мешках» — неудачники, поскольку не могут вести себя сообразно ситуации.
5. Родительские образцы
Дополнительно родители делятся опытом, как в реальной жизни осуществлять их сценарные предписания. Это образец, или программа, формирующаяся по указанию родительского Взрослого. Например, девочка может стать леди, если мать научит ее всему, что должна знать настоящая леди. Очень рано, путем подражания, как большинство девочек, она может научиться улыбаться, ходить и сидеть, а позже ее научат одеваться, соглашаться с окружающими и вежливо говорить «нет».
В случае с мальчиком родительский образец скорее скажется в выборе профессии. Ребенок может сказать: «Когда вырасту, я хочу быть юристом (полицейским, вором), как отец». Но осуществится это или нет, зависит от материнского программирования, которое гласит: «Займись (или не займись) чем-нибудь рискованным, сложным, как (или не как) твой отец». Предписание начнет действовать, когда сын видит восхищенное внимание и гордую улыбку, с какими мать слушает рассказы отца о его делах.
6. Сценарный импульс
У ребенка периодически появляются стремления, направленные против сценария, формируемого родителями, например: «Плюнь!», «Словчи!» (против «Работай на совесть!»), «Истрать все сразу!» (против «Береги копейку!»), «Сделай наоборот!». Это сценарный импульс, или «демон», который прячется в подсознании.
Сценарный импульс чаще всего проявляется в ответ на избыток предписаний и наставлений, то есть в ответ на сверхсценарий.
7. Антисценарий
Предполагает возможность снятия заклятия, например, «Ты можешь преуспеть после сорока лет». Такое волшебное разрешение называется антисценарием, или внутренним освобождением. Но нередко в сценариях неудачников единственным антисценарием оказывается смерть: «Свою награду ты получишь на небесах».
Такова анатомия сценарного аппарата. Сценарный финал, предписания и провокации управляют сценарием. Они называются контролирующими механизмами и формируются до шести лет. Остальные четыре элемента могут быть использованы для борьбы со сценарием.
Варианты сценариев
Различные варианты сценариев Эрик Берн разбирает на примерах героев греческих мифов, сказок, а также на наиболее часто встречающихся в жизни персонажах. В основном это сценарии неудачников, поскольку именно с ними психотерапевты встречаются чаще всего. Фрейд, например, перечисляет бесчисленные истории неудачников, тогда как единственные победители в его работах — это Моисей, Леонардо да Винчи и он сам.
Итак, рассмотрим примеры сценариев победителей, непобедителей и неудачников, описанные Эриком Берном в его книге «Люди, которые играют в игры».
Варианты сценариев неудачников
Сценарий «Танталовы муки, или Hикогда»представлен судьбой мифического героя Тантала. Всем известна крылатая фраза «танталовы (то есть вечные) муки». Тантал был обречен страдать от голода и жажды, хотя вода и ветвь с плодами находились рядом, но все время миновали его губ. Тем, кому достался такой сценарий, родители запретили делать то, что им хотелось, поэтому их жизнь полна искушений и «танталовых мук». Они как бы живут под знаком Родительского проклятья. В них Ребенок (как состояние Я) боится того, чего они сильнее всего желают, поэтому они мучают себя сами. Директиву, лежащую в основании этого сценария, можно сформулировать так: «Я никогда не получу того, чего больше всего хочу».
Сценарий «Арахна, или Всегда» основан на мифе об Арахне. Арахна была великолепной ткачихой и позволила себе бросить вызов самой богине Афине и состязаться с ней в ткацком искусстве. В наказанье она была превращена в паука, вечно ткущего свою паутину.
В данном сценарии «всегда» — это ключ, который включает действие (причем негативное). Этот сценарий проявляется у тех, кому родители (учителя) постоянно со злорадством говорили: «Ты всегда будешь бомжом», «Ты всегда будешь таким ленивым», «Ты всегда не доводишь дело до конца», «Ты навсегда останешься толстой». Этот сценарий порождает цепь событий, которая обычно именуется «полосой неудач» или «полосой невезения».
Сценарий «Дамоклов меч». Дамоклу на один день было позволено блаженствовать в роли царя. Во время пира он увидел обнаженный меч, висящий на конском волосе над его головой, и понял призрачность своего благополучия. Девиз этого сценария: «Пока радуйся жизни, но знай, что потом начнутся несчастья».
Ключ этого жизненного сценария — это зависший меч над головой. Это программа на выполнение какой-то задачи (но задачи не своей, а родительской, причем негативной). «Вот выйдешь замуж, наплачешься» (в итоге: или неудачное замужество, или нежелание выходить замуж, или сложности в создании семьи и одиночество).
«Когда вырастишь ребенка, тогда ты почувствуешь себя на моем месте!» (в итоге: или повторение неудачной программы своей матери после того, как вырастет ребенок, или нежелание иметь ребенка, или вынужденная бездетность).
«Гуляй, пока молодой, потом наработаешься» (в итоге: или нежелание работать и тунеядство, или с возрастом — тяжелый труд). Как правило, люди с этим сценарием живут одним днем в постоянном ожидании несчастий в будущем. Это бабочки-однодневки, их жизнь бесперспективна, в результате они часто становятся алкоголиками или наркоманами.
«Снова и снова»— это сценарий Сизифа, мифического царя, который разгневал богов и за это вкатывал на гору камень в подземном мире. Когда камень достигал вершины, он срывался вниз, и все приходилось начинать снова. Это также классический пример сценария «Чуть-чуть не…», где одно «Если бы только…» следует за другим. «Сизиф» — сценарий неудачника, поскольку, приблизившись к вершине, он каждый раз скатывается вниз. В основе его лежит «Снова и снова»: «Старайся, пока можешь». Это программа на процесс, а не результат, на «бег по кругу», бестолковый, тяжелый «сизифов труд».
Сценарий «Розовая Шапочка, или Бесприданница». Розовая Шапочка — сирота или по каким-то причинам чувствует себя сиротой. Она сообразительна, всегда готова дать добрый совет и весело пошутить, но мыслить реалистически, планировать и реализовывать планы не умеет — это она оставляет другим. Она всегда готова прийти на помощь, в результате приобретает много друзей. Hо каким-то образом она в конце концов остается в одиночестве, начинает пить, принимать стимуляторы и снотворное и часто думает о самоубийстве.
Розовая Шапочка — сценарий неудачницы, поскольку, чего бы она ни добивалась, она все теряет. Этот сценарий организован по принципу «нельзя»: «Это тебе нельзя делать, пока не встретишь принца». В основе его лежит «никогда»: «Никогда не проси ничего для себя».
Варианты сценариев победителей
Сценарий «Золушка».
У Золушки было счастливое детство, пока была жива ее мать. Затем она страдала до событий на балу. После бала Золушка получает выигрыш, полагающийся ей по сценарию «победителя».
Как же разворачивается ее сценарий после свадьбы? Вскоре Золушка делает удивительное открытие: самыми интересными для нее людьми оказываются не придворные дамы, а посудомойки и служанки, занятые на кухне. Путешествуя в карете по маленькому «королевству», она часто останавливается, чтобы поговорить с ними. Со временем этими прогулками начинают интересоваться и другие придворные дамы. Однажды Золушке-Принцессе пришло в голову, что неплохо бы собрать вместе всех дам, ее помощниц, и обсудить их общие проблемы. После этого родилось «Дамское общество помощи бедным женщинам», избравшее ее своим президентом. Так «Золушка» нашла свое место в жизни и даже сделала вклад в благосостояние своего «королевства».
Сценарий «Зигмунд, или “Если не выходит так, попробуем иначе”».
Зигмунд решил стать великим человеком. Он умел работать и поставил себе целью проникнуть в высшие слои общества, которые стали бы для него раем, но его туда не пускали. Тогда он решил заглянуть в ад. Там не было высших слоев, там всем было все равно. И он обрел авторитет в аду. Успех его был столь велик, что скоро высшие слои общества переместились в преисподнюю.
Это сценарий «победителя». Человек решает стать великим, но окружающие создают ему всяческие препятствия. Он не тратит время на их преодоление, он все обходит стороной, и становится великим в другом месте. Зигмунда ведет по жизни сценарий, организованный по принципу «можно»: «Если не получается так, можно попытаться иначе». Герой взял неудавшийся сценарий и превратил его в успешный, причем вопреки противодействию окружающих. Это удалось благодаря тому, что оставлялись открытые возможности, позволяющие обойти препятствия, не сталкиваясь с ними лоб в лоб. Такая гибкость не мешает достижению желаемого.
Как самостоятельно выявить свой сценарий
Эрик Берн не дает четких рекомендаций, как самостоятельно распознать свой сценарий. Для этого он предлагает обращаться к сценарным психоаналитикам. Он даже про себя пишет: «Что касается лично меня, то я не знаю, играю ли я по-прежнему по чужим нотам или нет». Но кое-что сделать все-таки можно.
Есть четыре вопроса, честные и продуманные ответы на которые помогут пролить свет на то, в какой сценарной клетке мы находимся. Вот эти вопросы:
1.Каков был любимый лозунг ваших родителей? (Он даст ключ к тому, как запустить антисценарий.)
2.Какую жизнь вели ваши родители? (Продуманный ответ на этот вопрос даст ключ к навязанным вам родительским образцам.)
3.Каков был родительский запрет? (Это наиболее важный вопрос для понимания поведения человека. Часто бывает так, что какие-то неприятные симптомы, с которыми человек обращается к психотерапевту, — это замена запрета родителей или протест против него. Как говорил еще Фрейд, освобождение от запрета избавит пациента и от симптомов.)
4.Какие ваши поступки заставляли родителей улыбаться или смеяться? (Ответ позволяет выяснить, какова альтернатива запрещенному действию.)
Берн приводит пример родительского запрета для сценария алкоголика: «Не думай!» Пьянство — это программа замены мышления.
«Расколдовыватель», или Как освободиться от власти сценария
Эрик Берн вводит такое понятие, как «расколдовыватель», или внутреннее освобождение. Это «устройство», отменяющее предписание и освобождающее человека из-под власти сценария. В рамках сценария это «устройство» для его саморазрушения. В одних сценариях оно сразу бросается в глаза, в других его надо искать и расшифровывать. Иногда «расколдовыватель» таит в себе иронию. Такое обычно бывает в сценариях неудачников: «Все наладится, но после твоей смерти».
Внутреннее освобождение может быть ориентировано либо на событие, либо на время. «Когда встретишь Принца», «Когда умрешь, сражаясь» или «Когда родишь троих» — это событийно ориентированные антисценарии. «Если переживешь возраст, в котором умер твой отец» или «Когда проработаешь в фирме тридцать лет» — это антисценарии, временно ориентированные.
Чтобы освободиться от сценария, человеку требуются не угрозы и не приказы (приказов у него в голове и так достаточно), а разрешение, которое освободило бы его от всех приказов. Разрешение — главное орудие в борьбе со сценарием, ибо оно в основном дает возможность освободить человека от предписания, наложенного родителями.
Нужно разрешить что-то своему Я-состоянию Ребенка со словами: «Все в порядке, это можно» или наоборот: «Ты не должен…» В обоих случаях звучит также обращение к Родителю (как своему состоянию Я): «Оставь его (Я-Ребенка) в покое». Такое разрешение работает лучше, если оно дано авторитетным для вас человеком, например психотерапевтом.
Эрик Берн выделяет позитивные и негативные разрешения. С помощью позитивного разрешения, или лицензии, нейтрализуется родительское предписание, а с помощью негативного — провокация. В первом случае «Оставь его в покое» означает «Пусть он это делает», а во втором — «Не принуждай его к этому». Некоторые разрешения совмещают в себе обе функции, что ясно видно в случае антисценария (когда Принц поцеловал Спящую Красавицу, он одновременно дал ей разрешение (лицензию) — проснуться — и освободил от проклятия злой колдуньи).
Если родитель не хочет внушать своим детям то же самое, что было когда-то внушено ему самому, он должен осмыслить Родительское состояние своего Я. Его долг и обязанность заключаются в контроле своего Отцовского поведения. Только поставив своего Родителя под надзор своего Взрослого, он может справиться со своей задачей.
Трудность заключается в том, что мы часто относимся к своим детям как к нашей копии, нашему продолжению, нашему бессмертию. Родители всегда довольны (хотя могут не показывать вида), когда дети им подражают, даже в дурном отношении. Именно это удовольствие и нужно поставить под Взрослый контроль, если мать и отец хотят, чтобы их ребенок чувствовал себя в этом громадном и сложном мире более уверенным и более счастливым человеком, чем они сами.
Негативные и несправедливые приказы и запреты должны быть заменены на разрешения, которые не имеют ничего общего с воспитанием вседозволенностью. Важнейшие разрешения — это разрешения любить, изменяться, успешно справляться со своими задачами, думать самому. Человека, обладающего подобным разрешением, видно сразу, так же как и того, кто связан всевозможными запретами («Ему, конечно, разрешили думать», «Ей разрешили быть красивой», «Им разрешено радоваться»).
Эрик Берн уверен: разрешения не приводят ребенка к беде, если не сопровождаются принуждением. Истинное разрешение — это простое «можно», как, например, лицензия на рыбную ловлю. Мальчишку никто не заставляет ловить рыбу. Хочет — ловит, хочет — нет.
Эрик Берн особенно подчеркивает: быть красивой (так же, как иметь успех) — это вопрос не анатомии, а родительского разрешения. Анатомия, конечно, влияет на миловидность лица, однако лишь в ответ на улыбку отца или матери может расцвести настоящей красотой лицо дочери. Если родители видели в своем сыне глупого, слабого и неуклюжего ребенка, а в дочери — уродливую и глупую девочку, то они такими и будут.
Заключение
Свой бестселлер «Люди, которые играют в игры» Эрик Берн начинает с описания своей главной концепции: транзактного анализа. Суть этой концепции заключается в том, что каждый человек в любой период времени находится в одном из трех Эго-состояний: Родителя, Ребенка или Взрослого. Задача каждого из нас — добиться доминирования в нашем поведении Эго-состояния Взрослого. Именно тогда можно говорить о зрелости личности.
После описания транзактного анализа Эрик Берн переходит к концепции сценариев, которой и посвящена эта книга. Основной вывод Берна таков: будущая жизнь ребенка программируется до шести лет, и дальше он живет по одному из трех жизненных сценариев: победителя, непобедителя или неудачника. Конкретных вариаций у этих сценариев очень много.
Сценарий по Берну — это постепенно развертывающийся жизненный план, который формируется в раннем детстве в основном под влиянием родителей. Часто сценарное программирование происходит в негативной форме. Родители забивают головы детей ограничениями, приказами и запретами, таким образом воспитывая неудачников. Но иногда дают и разрешения. Запреты затрудняют приспособление к обстоятельствам, тогда как разрешения предоставляют свободу выбора. Разрешения не имеют ничего общего с воспитанием вседозволенностью. Важнейшие разрешения — это разрешения любить, изменяться, успешно справляться со своими задачами, думать самому.
Чтобы освободиться от сценария, человеку требуются не угрозы и не приказы (приказов у него в голове и так достаточно), а все те же разрешения, которые освободили бы его от всех родительских приказов. Разрешите самому себе жить по собственным правилам. И, как советует Эрик Берн, отважьтесь наконец-то сказать: «Мама, лучше я сделаю по-своему».
Как и когда можно использовать маски в арт-терапии:
1. Для работы со страхами
2. Как форму переносного объекта
3. Как форму творческой проекции
4. С целью знакомства с субличностями
5. При коррекции деструктивных форм реагирования
6. Развития пространственно- образного восприятия смыслов
7. С целью поиска решений в сложных ситуациях
Больше про формы использования масок на обучающих программах Виктории Назаревич
Не копи печали, не держи на сердце зла,
Нам не обещали, что печаль всегда светла.
Нам не говорили, что запретны облака,
Но предупредили, что дорога не легка.
Кто-то верит в чудеса,
Кто-то в милые глаза,
Кто-то ни во что не верит -
Им труднее раза в два.
У каждого найдется уголок,
Куда уставшим сердцем он стремится...
Там он не будет больше одинок.
В ключах там сможет досыта напиться
Воды студеной, полной чудных сил,
Там слаще яблоки, и звонче песни..
Там живы те, кто нас давно простил...
Ты в мире места не найдешь чудесней!
Кракелюр без проблем. Секреты успешной работы с кракелюрными составами.
Кракелюр одна из самых интересных и эффектных техник состаривания и декорирования. Практически каждая декупажница, чуть ли не с первых работ пытается применить эту технику. И не секрет, что редко у кого получается добиться хорошего результата с первой попытки. Хотя в сети можно найти огромное количество мастер-классов по работе с конкретными видами кракелюрных составов. Я бы рекомендовала начинающим декупажницам, прежде чем пытаться сделать кракелюр на своих работах, разобраться с общими принципами работы этих составов. Это не только поможет избежать ошибок, но и критически оценивать советы не достаточно опытных декупажниц, которыми они, конечно же, с самыми добрыми намерениями спешат поделиться в сети.
В этой статье я постараюсь помочь вам систематизировать те знания о применении кракелюрных составов, которыеу вас уже есть, а именно:
- где, когда и какой стоитделать кракелюр;
- какие бывают кракелюрные составы и как с ними работать;
- чем затирать трещины;
И дать несколько советов,проверенных на собственном опыте.
Wang Yi Guang обучался в Центральной Академии Искусств в Пекине и окончил ее в 1990 году. С юношеских лет Wang участвовал в различных национальных и международных выставках. С 2002 года художник немалое внимание уделяет теме Тибета и особенностям жизни местного населения, он подолгу остается в горах, много работая и изучая колорит жизни и взгляды людей, находящихся в окружении величественной природы, вдалеке от больших городов и цивилизации.
Смеющиеся счастливые девушки, бегущие по равнинам Тибета на фоне гор, летящие домашние животные - не что иное, как размышления автора на тему летающего духа Feitain, мистического персонажа китайского фольклора. В 2004 году прошла первая персональная выставка автора: Retrospective of Tibet - The Spirit and Movement, Schoeni Art Gallery of Hong Kong.
Рапунцель - сказка о девушке с очень длинными волосами, заточенной в башне. Сказка была записана братьями Гримм в XIX веке.. В преддверии выхода на экраны кинотеатров мультфильма студии Дисней, хотелось бы представить образ Рапунцель в иллюстрациях разных художников и вспомнить саму сказку.
Великолепные подсвечники из...соли! Просто и красиво!
Доброго времени суток!
Какой же праздник без свечей? А тем более в новогодние вечера? Посмотрите, как быстро и не затратно можно самостоятельно изготовить подсвечники необыкновенной красоты из обыкновенной соли!
используя советы профессиональных дрессировщиков собак.
Однажды кто-то мимоходом обронил фразу: "Мужчины - как собаки".
И мне показалось, что в этой расхожей мудрости содержится немалая доля Правды (именно с большой буквы П). Мне ли этого не знать? Я потратила немало лет на утомительные исследования и немало часов на различные изнурительные любовные игры - и все для того, чтобы подтвердить (и не единожды!) свою теорию о собачьей природе мужчин.
Итак, если вы недовольны поведением своего мужчины, предлагаю последовать советам профессионалов - я имею в виду профессиональных собаководов. Но прежде чем приступить к чтению этой книги, давайте ознакомимся с терминами, которые вам в ней встретятся.
Собака, пес, щенок, дворняга, кобель, животное = мужчина. Свора собак = мужчины.
Запомните эти термины. Теперь вы подготовлены к тому, чтобы разобраться в этой книге и - в жизни.
Книга содержит образцы архитектурного орнамента викторианской эпохи.
Автор: James K. Colling
Великолепная коллекция редких иллюстраций в викторианском стиле, изображает милые образы растительного направления: из листьев дуба, клена, мака, плюща, папоротника, а также образы, включающие фрукты, цветы и животных.
Можно верить или не верить в духов, домовых, леших; можно видеть в них представителей иного мира, а можно — нелепые дедовские суеверия. Однако, несомненно, с нечистью и нежитью связан целый пласт национальной культуры. Нечистая сила представляет собой низовой уровень древней славянской мифологии дохристианских, языческих времен. В ряде случаев вера в нее сохранялась до наших дней. Русалки, водяные, лешие, кикиморы во множестве встречаются в сказках, преданиях, песнях славянских народов. Но не только фольклорная традиция отличалась вниманием к этим персонажам. Художественная литература также не раз обращалась к подобным загадочным существам. Достаточно вспомнить произведения классиков русской литературы: А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, А.К. Толстого и др. Не раз находила отражение эта тема и в изобразительном искусстве. Деревянные фигурки домовых встречаются при раскопках древних славянских поселений. В народном искусстве — в лубке, в резьбе по дереву — также можно видеть изображения русалок, леших, водяных и т.п. Нечистая сила присутствует и в произведениях многих известных русских художников: М. Врубеля, В. Васнецова, Н. Рериха, И. Билибина...
Произведения изобразительного искусства и художественной литературы стали своеобразными источниками для художника Алексея Орлеанского, взявшегося сделать героями своей карточной колоды самую разнообразную нечисть. Особенно же важным для него оказалось обращение к Толковому словарю В.И. Даля и народным русским сказкам, собранным А.Н. Афанасьевым. Именно в них были почерпнуты наиболее важные и интересные сведения о нечистой силе, которые оставалось только претворить в яркие запоминающиеся образы карточных фигур.
Ванитас (лат. vanitas, букв. — «суета, тщеславие») — жанр живописи эпохи барокко, аллегорический натюрморт, композиционным центром которого традиционно является человеческий череп. Подобные картины, ранняя стадия развития натюрморта, предназначались для напоминания о быстротечности жизни, тщетности удовольствий и неизбежности смерти. Наибольшее распространение получил во Фландрии и Нидерландах в XVI и XVII веках, отдельные примеры жанра встречаются во Франции и Испании. Термин восходит к библейскому стиху (Еккл.1:2) Vanitas vanitatum et omnia vanitas («Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, — всё суета!»).
Вам это может показаться парадоксальным, но это не парадокс.
Это правда бытия.
Только те люди, которые способны быть наедине с собой, могут любить, делиться, проникать в самую глубинную сущность другого
Не присваивая другого, не становясь зависимым от другого.
Не превращая другого в вещь, не попадая в наркотическую зависимость от другого.
Они предоставляют другому абсолютную свободу потому, что знают, что если другой покинет их, они будут также счастливы как и сейчас.
Другой человек не может отнять их счастье потому, что оно не дается другим человеком.
Тогда почему же они хотят быть вместе?
Это уже не потребность - это роскошь.
Они рады делиться.
В них столько радости, что они хотят излить ее на кого-то другого.
Они умеют играть. Их жизнь - их сольный инструмент.
Соло-флейтист умеет наслаждаться игрой на флейте в одиночку.
А когда он встречает музыканта, играющего соло на табла* - они будут рады быть вместе и создавать гармонию между флейтой и табла
«Время сна» — это романтичное название, данное австралийскими аборигенами, периоду перед сотворением Земли, когда не существовало физического и материального мира.
Время сна, по их мнению, все еще существует за пределами видимого мира и, посредством соответствующих магических обрядов, можно добраться до него и пообщаться с духами обитающими там.
Все живые существа на Земле, являют собою связь и составляют одну большую систему, которая происходит непосредственно от их духовных предков из Времени сна. Это небытие может воссоздаваться в снах, а также в обрядах, в которых исполнители отождествляются с мифическими предками.
Предполагается, что это одна из исконных австралийских легенд, существующая уже более 50 000 лет.