Цитата сообщения gregoryh
![(441x297, 116Kb)](//img1.liveinternet.ru/images/attach/c/2//71/254/71254047_101.jpg)
Щербаков Александр Сергеевич (1901-1945) - советский государственный и партийный деятель.
В 1936—37 годах 2-й секретарь Ленинградского, в 1937—38 годах 1-й секретарь Восточно-Сибирского (Иркутского) обкомов партии. В 1938 году 1-й секретарь Донецкого обкома партии. С 1939 член ЦК ВКП(б). С мая 1941 г. секретарь ЦК ВКП(б). С 1941 г. возглавлял Московскую партийную организацию, в 1942 году стал также начальником Главного политуправления Красной Армии, одновременно
являлся начальником Совинформбюро.
С 1934 1-й секретарь Союза писателей СССР. Хотя формально Союз возглавлял М. Горький, все административные, хозяйственные и политические вопросы решались Щербаковым.
Брат жены А. А. Жданова.
Отец троих сыновей: Александра (лётчик-испытатель, Герой Советского Союза), Константина (советский и российский журналист и писатель) и Ивана (учёный-физик, директор института общей физики имени А. М. Прохорова).
«Судьба Щербакова темна и трагична. Официально он скончался 10 мая 1945 г., на следующий день после Победы» ( И. Бунич Операция «Гроза», или Ошибка в третьем знаке).
По воспоминаниям Н.С. Хрущева, "он и сам глушил крепкие напитки, и других втягивал в пьянство в угоду Сталину". Умер от сердечного приступа после сильного запоя. "Берия тогда правильно говорил, - вспоминал Хрущев, - что Щербаков умер потому, что страшно много пил. Опился и помер". Прах погребен в Кремлевской стене. В 1952-53, когда начало раскручиваться "дело врачей", часть из них были в т.ч. обвинены в том, что довели Щербаков до смерти неправильным лечением. Хрущев назвал его характер "ядовитым, змеиным". Похоронен у Кремлевской стены.
В честь Щербакова в 1946—1957 годах назывался город Рыбинск, где он недолгое время работал (впоследствии носивший также имя Андропова) и московская станция метро, с 1990 называющаяся «Алексеевская». В Москве планировалось открыть также памятник Щербакову у Сретенских ворот, однако при Хрущёве эти планы были отменены, а впоследствии, в 1975 году, на этом месте был поставлен памятник Н. К. Крупской.
Из статьи Гавриила Попова "Гибель московского народного ополчения":
Инициатива его (московского народного ополчения) создания принадлежит московскому руководству. Но выяснилось, что Сталин вовсе не в восторге от этой идеи. Сталин умел мыслить масштабно. И главную опасность в неудачный начальный период войны он видел не в немцах.
В дни празднования Победы в мае 1945 года он позволил себе весьма нетипичную для него откровенность: "Иной народ мог бы сказать правительству: вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит наш покой"
Не создают ли в виде ополчения претенденты на новое правительство России вооруженную базу для себя? Сталин хорошо помнил судьбу Николая II, вооружившего на свою голову в ходе Первой мировой войны миллионы крестьян и рабочих.
Первое, что бросается в глаза: МГК решил формировать ополчение задолго до появления опасности для Москвы — в конце июня 1941 года. Как раз тогда, когда стало ясно, что руководившая долгие годы страной сталинская группа, обещавшая вести войну на чужой территории, обанкротилась, а Сталина несколько дней даже не видно и не слышно.
Московское руководство состояло из лиц, не обремененных прямой ответственностью ни за коллективизацию, ни за террор 1937 года. Это были "молодые волки". И они не могли не думать о своей судьбе. Кроме того, лидер московского партаппарата А.С.Щербаков явно имел свою концепцию ведения войны. Это он был одним из главных авторов патриотических идей освобождения от "еврейского засилья" и т.д.
Если уж не политик, а ученый В.И.Вернадский — как видно из его дневниковых заметок — думал о проблеме нового правительства, то как об этом мог не думать тот же Щербаков? Ведь был пример Ленина — Брестский мир, Отдать, как в 1918-м, немцам всю Прибалтику, Украину с Белоруссией, весь Кавказ и сохранить собственно Россию. Эта ленинская идея 1918 года, идея спасения советской власти в России ценой отказа от всех "нерусских" частей страны снова возродилась в 1991 году — ради спасения власти номенклатуры и за ту же цену. Тем более эта идея не могла не возникнуть в головах великорусской, прежде всего московской, номенклатуры 1941 года. Но для этого надо было сталинское руководство заменить. Сделать это с сотней тысяч вооруженных ополченцев дело вполне реальное.
Возможно, Сталин, с его интуицией, что-то чуял, а возможно, о каких-то разговорах ему донесли. И Сталин начал действовать. Сначала, в своей речи 3 июля Сталин вроде бы поддержал инициативу москвичей по созданию народного ополчения. Но тут же сделал многозначительное пояснение: ополчение надо созывать там, где складывается угрожающая ситуация. Получалась странная картина:
пока "угрожающей" ситуации нет, не стоит формировать ополчение. А когда она возникнет, обычно уже поздно что-то серьезное делать.
Московские начальники поняли, что Сталин о чем-то догадывается. Они знали, что со Сталиным шутки плохи. И они, учуяв неладное, насмерть перепугались. И в панике начали "корректировать" свой почин.
Во-первых, все ополчение не остается в столице, а немедленно, сразу же, уезжает из нее на рытье окопов. Как известно, в 1917 году Красная армия категорически отказывалась куда-то выезжать из Петербурга — чтобы ни творилось на фронте. А тут пошли на выезд.
Во-вторых, никакого оружия мы у ГКО не просим. Мы обойдемся внутренними резервами, которых, как хорошо знал Сталин, не было.
При другой обстановке Сталин вряд ли бы удовлетворился такой "корректировкой", уж он устроил бы резню в московском руководстве. Но враг у ворот, и пришлось сделать вид, что успокоился.
Сталин не был бы Сталиным, если бы он не подстраховался. Судя по всему, армейское командование получило приказ при первом же поводе двинуть ополченцев подальше от Москвы и бросить их в первую же "мясорубку", использовав в качестве пушечного мяса. Так ополченцы оказались за сотни километров от Москвы, под Вязьмой.
По негласному указанию МГК из ополчения срочно было "уведено" 50 тысяч "своих", в основном аппаратчиков и активистов. Для размещенного в Москве в качестве "резерва" МГК ополчения эти 50 тысяч были очень нужны, а вот с лопатами.им делать было нечего. Взамен МГК и РК начали искать "пополнение" на улицах Москвы.
Примечательна судьба А.С.Щербакова. Уже в 1941 году, его, казалось бы, находящегося на сверхответственном посту первого секретаря МК и МГК, одновременно назначают начальником Совинформбюро, а в 1942 году — секретарем ЦК ВКП(б) и начальником Главного политического управления Красной Армии. Его явно постепенно "нагружают", чтобы появился повод для перемещения с поста лидера Москвы. Но его переместили радикально - в 1945 году он умирает в возрасте всего 44 лет. Известно, что смерть не щадит и молодых, но не менее известно и то, что Сталин никогда и ничего не забывал и щадил нисколько не больше смерти.