Цитата сообщения Лезгафт
Народная война на смоленщине. 1812 год. Часть 2
НАРОДНАЯ ВОЙНА НА СМОЛЕНЩИНЕ В 1812 ГОДУ.
(Окончание)
Начало. Часть 1
О рапортах предводителя Николая Нахимова
Интересна судьба рапортов Николая Матвеевича Нахимова Главнокомандующему русской Российской армией и разных орденов кавалеру Михаилу Илларионовичу Кутузову, отправленных 3 сентября и 30 октября 1812 года.
Они в итоге оказались в Смоленской губернии в делах губернатора К.И. Аша и в настоящее время находятся в фондах Государственного архива Смоленской области. Можно подумать, что рапорты не покидали губернию вообще. Но, к счастью, в архиве сохранилась также и сопроводительное письмо Михаила Богдановича Барклая-де-Толли, которое он, пересылая рапорты Нахимова 1 июня 1813 года из прусского Рейхенбаха, адресовал вернувшемуся к тому времени в Смоленск губернатору Казимиру Ивановичу Ашу.
Фельдмаршал русской армии, командующий русско-прусской армией светлейший князь Смоленский М.И. Кутузов почил на боевом посту 16 апреля в прусском Бунцлау. Командующим союзническими армиями после наших неудач 9 мая был назначен Барклай-де-Толли. 23 мая с Наполеоном было достигнуто перемирие до 29 июля.
Разбирая бумаги Кутузова, Михаил Богданович натыкается на рапорты о партизанских действиях на Смоленщине. Он не знает, предпринял ли что-либо Михаил Илларионович по ним, довёл ли до сведения Его Императорского Величества, как того просил предводитель Николай Нахимов? Вместе с тем рапорты не оставили его равнодушным, и он в своём письме обращается к Ашу: «покорно прошу меня уведомить... по мнению Вашему заслуживают рекомендованные господином предводителем исправник и крестьяне, и действительно ли успели они истребить означенное число неприятелей с такой собственной потерей» (ГАСО Барклай-де-Толли. Отношение к губернатору Смоленской губернии К.И. Ашу 1 июня 1813 г., N465 из Рейхенбаха).
Михаил Илларионович мог получить послание Сычёвского предводителя от 3 сентября 1812 года после сражения при Малоярославце. Известие о народной войне на Смоленской земле, да ещё и из первых рук, должно было порадовать старого воина, утвердить его во мнении, что нет силы, способной одолеть поднявшийся на врага народ. Ничего подобного рапортам предводителя Сычёвского уезда в почте фельдмаршала нет. Очевидно, в благодатную почву попали слова Михаила Илларионовича, обращённые им к жителям Смоленщины 17 августа из Царёва Займища накануне вынужденного отступления к Москве: «В самых жутейших бедствиях показываете вы непоколебимость своего духа. Вы исторгнуты из жилищ ваших; но верою и верностью твёрдые сердца ваши связаны с нами священными узами единоверия, родства и единого племени. Враг мог разрушить стены ваши, обратить в развалины и пепел имущества; но не мог и не может победить и покорить сердец ваших!».
По всей видимости, Кутузов исполнил просьбу Нахимова довести содержание рапорта до сведения императора Александра I: дворянский предводитель Сычёвского уезда коллежский секретарь Н.М. Нахимов и исправник Е. Богуславский после засвидетельствования их особых отличий принцем Георгом Гольштейн-Ольденбургским рескриптом от 7 ноября 1812 года «В изъявление особенного Моего к вам за сиё благоволения всемилостивейше жалую вас» орденами св. Владимира 4-й ст. и св. Анны 2-й ст. соответственно (Семейный архив Нахимовых. Из рескрипта императора Александра I о награждении 7 ноября 1812 года Сычёвского предводителя дворянства Нахимова).
В 1814 году дворянство Сычёвского уезда обратилось к губернскому предводителю с просьбой «исходатайствовать Высочайшего у Государя Императора позволения на поднесение Сычёвским предводителю Нахимову и исправнику Богуславскому от имени дворянства шпаг с приличной надписью в знак признательности, чувствуемой оным за сохранение в Сычёвском уезде, во время нашествия неприятеля, тишины и недопущение его к распространению разорения...». Вместе с тем Нахимов позже был повышен в чине, награждён сычёвским дворянством шпагой с благодарственной надписью.
Составленные предводителем рапорты исполнялись писарем, но подписаны они собственноручно изящным почерком рукой самого Николая Матвеевича. Так, спустя два столетия, я располагаю факсимиле своего прадеда.
Боевые действия в Сычёвском уезде во время нашествия французов
![7e03153812f0184d14f054b176cb0080_thumb_270 (270x192, 48Kb)](//img0.liveinternet.ru/images/attach/c/7/95/589/95589694_7e03153812f0184d14f054b176cb0080_thumb_270.jpg)
Начнём с реальной исторической фигуры бывшего крепостного Семёна Емельянова, чьё имя можно прочесть в перечне отличившихся в народной войне 1812 года на стене в воссозданном храме Христа Спасителя в Москве. Многие описания партизанской деятельности на Смоленщине отмечают: в особенности же отличился отставной суворовский майор Семён Емельянов, получивший ранее известность в суворовском сражении при Цюрихе, когда тяжело раненным спас полковое знамя и сохранял его в плену до обмена с французами пленными. За что император Павел I жаловал солдату Емельянову офицерский чин. Когда французы явились в качестве захватчиков на его родную землю, ветеран не мог остаться в стороне и, не взирая на старые раны, с готовностью отозвался на призыв вооружиться и быть готовым дать оккупанту отпор. Используя свой непререкаемый авторитет, он сформировал из односельчан отряд, которому придал военную организацию, строй и обучил действию с оружием, отбитым у неприятеля. Обладая боевым опытом, он появлялся со своим отрядом совершенно неожиданно, нападал на противника, часто значительно превосходившего его.
Передано В. Савиным: В селе Левшине, в 15 верстах от Сычёвок, крестьяне были извещены о приближающейся неприятельской партии, насчитывающей более 30 французов и поляков. Было решено оставить сельцо и отойти в ожидании подмоги, для чего был послан гонец к Емельянову. В селе остался лишь бурмистр Пётр и ещё один крестьянин. Когда французы достигли села, то направились к добротному дому бурмистра, проникли в него и, добравшись до съестного, стали пировать, не выставив даже охраны. Пётр с товарищем, незаметно подкравшись, ловко подпёрли кольём дверь, так что открыть её из избы не было никакой возможности. До прибытия Емельянова с командой бурмистр и его напарник сдерживали гостей в доме. Это стоило Петру жизни, выстрелами из окна он был смертельно ранен. Тут подоспел и героический майор Емельянов, вынудивший разбойников сдаться.Пал герой в бою с врагом у села Тёсова, когда его отряд перехватил значительную партию мародёров, спешащую ускользнуть с добычей за пределы уезда. Емельянов ворвался в колонну французов и сбил с лошади грабителя, уносящего икону в позолоченном окладе. Несколько пуль повалили храбреца наземь. Французы поплатились тогда более чем сотней убитыми и 160 взятыми в плен, никто из мародёров тогда не ушёл. Славный герой партизанил две недели, но получил со своими соратниками заслуженную известность. В народе их прославляли как героев, а враги стали страшиться одного упоминания о сычёвцах («Могила майора Емельянова». Памятная книжка Смоленской губернии на 1857 год, с. 51-52; 55-60).
Император повелел разыскать, кто остался после убитого героя и в чём те нуждаются. Отыскали двух братьев Семёна, Савелия и Андрея, мещан Сычёвок, которым и вручили по 1000 рублей.
Ниже приводятся свидетельства славных дел сычёвцев из газеты «Северная почта», издававшейся в начале XIX века дважды в неделю в Петербурге.
«Северная почта» N74 от 14 сентября 1812 года.
Мы получили здесь уведомление, что Смоленской губернии Сычёвского уезда крестьяне села Тёсово писали своей помещице подполковнице Логиновой от 2 сентября, что 29 августа исправник Евсафий Богуславский приехал к ним и, собрав мужиков, вооружённых ранее помещицей по предписанию предводителя Николая Нахимова, велел им быть готовыми к обороне от неприятеля, который, по его словам, большим отрядом вышел из Вязьмы по Сычёвской дороге. На следующий же день произошло дело. Когда к селу подошёл отряд французов численностью более 300 человек, команда, руководимая Богуславским, остановила французов на подступе к селу. В произошедшей схватке было убито 130 французов, которых позже снесли в Красный овраг недалеко от села. Пленённых 60 человек перевязали и отвели в Сычёвки. Остальные спаслись бегством. В схватке погибло двое дворовых людей и четыре крестьянина тяжело ранены. «Теперь мы начинаем убирать хлеб, и по сиё время у нас всё спокойно», - заключает своё письмо автор.
«Дай Бог здравствовать Сычёвскому уезду», - пишет сюда одна выпускница училища благородных девиц из Зубцовского уезда Тверской губернии. Она далее сообщает, что в Сычёвском уезде собрались из всех мест крестьяне и мещане с косами, топорами, вилами, пиками и объявили, что они ни на пядь не пойдут из своего уезда, пока останутся только в живых. Во многих с французами сшибках удалось уже им более тысячи человек положить на месте, да в плен взять около трёхсот. Один из пленных, следующих под конвоем из Сычёвок в Зубцов, с которым ей удалось поговорить на французском, жаловался крайне на сих необразованных воинов, что они бьют неприятеля без всякой пощады.
Девица теперь уверена, что с помощью Божиею и мужеством соседей неприятель не коснётся никак Зубцовского уезда.
«Северная почта» N79 от 2 октября 1812 года.
Из Ржева от 18 сентября:
...Что касается соседнего Сычёвского уезда, то, как сказывают, там и ныне продолжаются набеги, и тамошний исправник имеет довольно хлопот с неприятелями каждый день, отправляя многих на тот свет, а забираемых в полон отсылая через Зубцов от двадцати до ста в день. Продолжая таким образом, он может очистить от французов не только свой уезд, но даже выгнать их и из соседних уездов.
Из Зубцова от 19 сентября:
Обстоятельства наши относительно неприятелей находятся почти в одинаковом положении. Французы от нас стоят в 45 и 60 верстах (от Сычёвок до Зубцова по прямой 43 версты) и не делают никакого нападения на наш уезд. В городе же Сычёвках исправник, ловя ежедневно французских мародёров, отправляет через наш город партиями по 25, 50 и по 100 человек. Слышно, что он с вооружёнными крестьянами большую часть неприятеля побивает на месте, а самую малую токмо берёт живыми и пересылает. В Зубцовском уезде таковых нещастий ещё не происходило, а мародёров и у нас иногда ловят.
Из Старицы от 19 сентября:
С другой же стороны совершенно зашищает нас Сычёвский исправник со своим ополчением и успокаивает весь Зубцовский и наш уезд. В течение одной недели препровождено от него через здешний город (Старицу) пленных французов более 500 человек.
«Северная почта» N80 от 5 октября 1812 года.
В донесении от 15 сентября городничий Сычёвок Карженковский сообщает о гибели отставного майора Семёна Емельянова, погибшего в одной сильной перестрелке с неприятелями.
«Северная почта» N87 от 21 октября 1812 года.
Сказывают, что вчера приведено в город Сычёвку более ста человек пленных французов и привезены две отбитые у них пушки. Лёгкая артиллерия наша, как слышно, преследует непрительские войска, отступающие повсюду с великой поспешностью и в беспорядке к Вязьме. По всем обстоятельствам можно теперь надеяться несумненно, что наш город (Зубцов) и уезд, при помощи Божией, останутся спокойными от набегов врагов наших.
(Вот теперь в Тверской губернии вздохнули с облегчением - отсиделись, пронесло! Ну а как, если б сычёвцы не поднялись на врага и предпочли остаться в роли сторонних наблюдателей? - А.Н.)
Крестьянин Семён Силкин из Бельского села Новосёлки помещика Воеводского отказался указать отряду французов в 3000 человек с 4-мя пушками кратчайшую дорогу к селу Читаты и далее на Белый через Свитские болота. Рискуя своей жизнью, он убеждал командование отряда в том, что болота нынче непроходимы, а дорога тесна и местами завалена лесом, где их поджидают вооружённые крестьяне в заранее устроенных засадах. Так уездный город Белый, имевший на тот момент гарнизон из нескольких десятков казаков, был спасён самоотверженным поступком простого крестьянина. Возможно, Семён Силкин принадлежал Василию Гавриловичу Воеводскому, имевшему в тех местах земли с усадьбой в сельце Юрьево. Отставной поручик Василий Гаврилович Воеводский был женат на старшей сестре Павла Степановича Нахимова, и, по моим предположениям, семья Нахимовых с недорослями Иваном, Павлом и Сергеем могла перебраться в имение своего зятя в Юрьево, чтобы там пережидать военную пору.
Пономарь сычёвского села Савенок на реке Касне Алексей Смирягин, собрав и вооружив команду удальцов из своих прихожан, повсеместно, как говаривали, "трезвонил" неприятеля в своём округе. Однажды пономарь со своей командой выследил вторгшуюся в уезд неприятельскую партию, возглавляемую французским офицером. Мародёры были уничтожены, а забранные у офицера знак Почётного легиона и ландкарта России со временем препровождены к Управляющему военным министерством. Генерал-лейтенант князь Горчаков довёл о сём до высочайшего сведения, на что государь Высочайше соизволил наградить пономаря Смирягина знаком отличия военного ордена, а крестьянам, участвовавшим в сём деле, дать похвальные листы («Народные подвиги в 1812 г.». «Русская Старина», 1901 г., май, с.362).
При отступлении наполеоновских войск в октябре их отряды постоянно заходили в Сычёвский уезд. Произошло несколько боевых стычек с врагом сычёвских партизан под командой штабс-капитана Тимашева, избравшего на время местом базирования своего отряда село Баскаково. Получив известие, что на границе уезда появились французы, Николай Тимашев направился в поиски неприятеля, имея в своём распоряжении 200 вооружённых конных крестьян. Вскоре наши партизаны обнаружили партию французских кавалеристов числом не менее 150 и гнали её до большой дороги; захватив в плен 19 улан, вернулись в Баскаково. Утром прибыл сторожевой партизан с известием об обнаруженном им кавалерийском французском отряде в составе нескольких эскадронов. Тимашев поднимает по тревоге отряд, присоединяет к нему пешую дружину местных крестьян и выходит навстречу подходящему неприятелю. В происшедшем сражении было убито на месте 5 и пленено 27 вражеских кавалеристов, остальные предпочли ретироваться. Партизаны преследовали их до деревни Холм, где они были встречены и атакованы вооружёнными крестьянами графа Гудовича во главе с вотчинным управляющим Гаврилой Ивановым и оказались меж двух огней. Кавалерийский отряд понёс значительные потери: 34 человека было убито и 17 пленено, остальные ускакали по большой дороге.
Не прошло и дня, как Тимашев получает известие о приближении к Баскакову по просёлочной дороге отряда французской инфантерии в 500 человек. Численное преобладание врага не смутило бывалого офицера. Разделив свои силы на две части, он атаковал французов из засады, когда те ещё переходили поле. Быстрый натиск партизан ошеломил врага, который в беспорядке отступил, оставив на месте 47 убитых (Слезкинский А. «Народная война в Смоленской губернии». Из донесения Н. Тимашева губернатору Л.С. Кологривову 20 октября 1812 г. «Русский Архив», 1901 г., с.17).
22 октября на границе с Вяземским уездом шли бои казаков Платова с арьергардом Нея, в котором его корпус только убитыми потерял до 7000 человек. В ночь на поле боя оставались наши раненые. Владелец Сычёвского сельца Липицы Хомяков подобрал со своими дворовыми более двух десятков раненых казаков, разместил в своём флигеле и некоторое время выхаживал их на свои средства.
![f924f768badd0dc4a17924e5906c1193_thumb_270 (270x192, 54Kb)](//img1.liveinternet.ru/images/attach/c/7/95/561/95561271_f924f768badd0dc4a17924e5906c1193_thumb_270.jpg)
Рассказывали о бесстрашной сычёвской крестьянке Прасковье из деревни Соколовой, которая надела мундир убитого ею в общей схватке с партией фуражиров офицера и на его же коне лихо явилась к своему помещику («Народные подвиги в 1812 г.». «Русская Старина», 1901 г.).
При отступлении два француза в поисках пропитания забрались в сарай одного из не разорённых имений Бельского уезда. Мальчик из дворовых заметил незваных гостей и поднял тревогу. Хозяин послал двух солдат, нашедших приют в доме помещика после побега из французского плена, схватить мародёров с тем, чтобы потом отконвоировать их в Сычёвку. Как только французы услышали о Сычёвке, они столь проворно выскочили из постройки, что ловцы не смогли угнаться за ними.
Что касается легендарной народной мстительницы Василисы Власьевны Кожиной из Новодугинской волости Сычёвского уезда, представительствующей на чугунной мемориальной доске в Смоленске всех народных партизан, и которая, по публикации в иллюстрированной газете «ВОИН И ПАХАРЬ», N26, 1911 г., к тому же наводила отряды Дениса Давыдова, Фигнера, Вадбольского и др. на вторгавшиеся французские партии, то никаких подтверждений её деятельности обнаружить не удаётся. Денис Давыдов и другие партизаны от армии проводили свои рейды южнее Большой дороги и в Сычёвском уезде не появлялись. Лихой партизан позже вспоминал, как его отряд едва не подвергся нападению партии вооружённых крестьян, принявших перекликающихся между собой на французском гусаров за неприятеля.
Сычёвка наших дней
В сентябре 2010 года я предпринял давно намеченное свидание с Сычёвкой. В середине сумрачного дня на перекладных, поскольку в Сычёвку можно добраться редкой электричкой или автобусом из Вязьмы, я въезжал в уютный и тихий районный центр. До этого я был здесь проездом в июле 2002 года, когда с компанией из села Нахимовского Холм-Жирковского района ездил на исток Днепра. Название Сычёвка, или, как говорили до революции, Сычёвки в нашей московской семье я часто слышал от бабушки в детстве. Здесь прадед Николай Матвеевич Нахимов 12 лет подряд возглавлял дворянское собрание уезда, отсюда он руководил партизанским сопротивлением оккупантам в 1812 году.
Нынешний Сычёвский район распространяется только на часть земель дореволюционного Сычёвского уезда. Юго-западная оконечность уезда теперь включена в Холм-Жирковский район, центральные земли - в Новодугинский.
Брат моего деда Николай Николаевич Нахимов избирался в начале XX века земским начальником 3-го участка и служил в Сычёвке. Благодаря его увлечению фотографией мы сегодня можем перенестись в Сычёвку тех дней, побывать в Ново-Дугине у Паниных, в Тёсове у Тимофеевых, в Волочке у Нахимовых, в Муравишниках у Герасимовых, в Липицах у Хомяковых и в других замечательных местах бывшего Сычёвского уезда. Я не первый год сотрудничаю с местным краеведческим музеем и с готовностью предоставил копии заинтересовавших его сотрудников фотографий. Расположенный в старом купеческом доме Сычёвский музей может служить примером многим музеям районных центров. Уничтоженный в Великую Отечественную войну, он возродился трудами замечательного местного художника, члена Союза художников СССР Петра Никифоровича Ионова. В экспозиции музея можно увидеть различные детали амуниции наполеоновских вояк, до сих пор обнаруживаемые в разных местах бывшего уезда: бляхи, металлические пуговицы, свинцовые пули, холодное оружие. Далеко не всё попадает в музей, самодеятельные поисковики не афишируют свою деятельность и не спешат предъявлять находки. Летом 2009 года из глухомани с помощью вертолёта извлекали французскую бронзовую пушку: кто финансировал эту тайную операцию неизвестно, так же, как и то, в чьей коллекции оказалось найденное орудие. Музею не предоставили ни фотографии артефакта, ни описания места, где его извлекли из земли.
Город расположился на высоком левом берегу Вазузы, известного нам ещё со школы притока Волги. Излучина реки мне напомнила Москву-реку в Лужниках. Такой же высокий берег, петля реки внизу, живописная перспектива... Сегодня в Сычёвке проживает немногим более 9 тысяч жителей. Действуют три храма: Благовещенский, Никольский и старообрядческий. По-прежнему выпускает свою продукцию известный на всю страну Электродный завод, из местного молока вырабатывает прекрасные натуральные продукты фирма Seven Hills («Семь холмов»).
В центре города, как и полагалось в советские времена, - площадь Революции с расходящимися Пролетарской, Карла Маркса, Советской, Интернациональной улицами... Хорошо, что уже нет следов ни Троцкого, ни других пламенных ненавистников России. Бережно сохраняются памятники защитников Родины в последнюю Отечественную войну: воинам 30 и 31 армий, герою Советского Союза Виноградову. Сычёвка 17 месяцев была под немцами, прежде чем на день 8 марта 1943 года была освобождена от врага. Здесь проходила Ржевско-Вяземская оперативная линия, и Сычёвка часто упоминалась в сводках СОВИНФОРМБЮРО 1941-1943 годов. Тут же чудом сохранившееся двухэтажное кирпичное здание уездного училища постройки 1832 года, исправно служащее нынешнему поколению юных сычевлян. Вход в мемориальный парк надёжно охраняют львы из Новодугинского усадьбы графоф Паниных. Но нет в городе, как и в районе, улиц и других топонимов, названных в память отличившихся в 1812 году. Мы в долгу перед нашими героическими предками, мы должны сделать общим достоянием их славные имена, и несправедливо сводить народную войну к легендарной Василисе Кожиной!
Герои Народной войны 1812 года Сычёвского уезда жители:
1. Подлуцкий Аксентий - поручик, начальник инвалидной команды Сычёвок. Повышен в чине. Сычёвка.
2. Нахимов Николай Матвеевич - подпоручик, коллежский асессор, предводитель дворянства уезда. Св. Владимир 4 ст. с бантом. Сычёвка, Волочек-Нахимовское Холм-Жирковский р-н.
3. Емельянов Семён - майор. Братьям по 1000 рублей. Новодугинский р-н.
4. Богуславский Евстафий - губернский секретарь, исправник. Св. Анна 2 ст. с бантом.
5. Карженковский Павел - городничий. Св. Владимир 4 ст. с бантом. Сычёвка.
6. Ленов Василий - губернский секретарь. Серебряная памятная медаль на аннинской ленте. Сычёвка.
7. Масленников - купец, бургомистр. Серебряная памятная медаль на аннинской ленте. Сычёвка.
8. Бандурин - купец, ратман. Серебряная памятная медаль на аннинской ленте. Сычёвка.
9. Пентюхов - купец, ратман. Серебряная памятная медаль на аннинской ленте. Сычёвка.
10. Иванов Агапий - крестьянин, вотчинный приказчик. Знак военного ордена.
11. Васильев Максим - крестьянин, бурмистр. Знак военного ордена.
12. Иванов Гавриил - крестьянин, вотчинный приказчик. Знак военного ордена.
13. Никитин Василий - крестьянин, экономический голова. Знак военного ордена.
14. Игнатьев Иван - крестьянин, бурмистр. Знак военного ордена.
15. Савельев Павел - крестьянин, бурмистр. Знак военного ордена.
16. Максимов Сергей - крестьянин, приказчик. Знак военного ордена.
17. Аристов Никита - крестьянин, бурмистр. Знак военного ордена.
18. Степанов Андрей - крестьянин, вотчинный приказчик. Знак военного ордена.
19. Фёдоров Антон - крестьянин, бурмистр. Знак военного ордена.
20. Ананьев - унтер-офицер. Повышение в чине. Сычёвка.
Остальные отмеченные наградами участники партизанских действий в Сычёвском уезде:
21. Смирягин Алексей - пономарь. Знак военного ордена. Новодугинский р-н.
22. Тимашев Николай - помещик, штабс-капитан. Повышение в чине. Гагаринский р-н.
23. Грабилин Иван - помещик, лейтенант флота, серебряная памятная медаль на аннинской ленте.
Командование Сычёвской боевой дружины, награждённое в 1814 г. бронзовой памятной медалью на владимирской ленте.
24. Мельников Федот - купец, депутат квартирной комиссии.
25. Куренков Матвей - мещанин, сотенный дружины.
26. Щеников Захар - мещанин, сотенный дружины.
27. Милеев Федот - мещанин, пятидесятник дружины.
28. Тяпольский Семён - мещанин, пятидесятник дружины.
29. Костин Александр - мещанин, пятидесятник дружины.
30. Мельников Василий - мещанин, пятидесятник дружины.
31. Василиса Власьевна Кожина - крестьянка, старостиха, собирательный образ народной мстительницы Отечественной войны 1812 года.
42 крестьянина, отличившихся в партизанских операциях, получили Монаршее благоволение и по 5 рублей каждый.
И безвестные герои, отдавшие жизни в святой борьбе за свою землю и право жить на ней.
В этом перечне из Храма Христа Спасителя помимо сычёвцев присутствуют известные на Смоленщине имена подполковника Энгельгардта, коллежского асессора Шубина, расстрелянных французами; уездные предводители Цызырёв и Храповицкий; отличившиеся из Богородицкого уезда Московской губернии крестьянин Герасим Курин, волостные головы Стулов, Васильев.
О героических делах остальных 49 отмеченных народных мстителях предстоит ещё узнать, и здесь не обойтись без профессиональных исследователей.
Что необходимо и возможно сделать на территории бывшего уезда, встречая всенародный праздник 200-летия победы в Отечественной войне 1812 года.
В увековечивание заслуг города Сычёвки и подвига граждан одноимённого уезда и района в защите Родины в Отечественные войны 1812 и 1941-1945 гг. рассмотреть предложение о присвоении городу Сычёвка почётного звания города Воинской славы.
Рассмотреть предложения о переименовании улиц Сычёвки в память героев партизан 1812 года.
Установить памятные доски с именами героев партизан Отечественной войны 1812 года в Сычёвском уезде в храмах и поселениях Сычёвского, Новодугинского, Холм-Жирковского, Вяземского и Гагаринского районов.
Присвоить школьным дружинам имена героев партизанской Отечественной войны 1812 года.
Высадить лес в память 200-летия подвига, как это было сделано в Волочке на 100-летие в 1912 году.
Открыть в экспозиционном зале Сычёвского музея выставку о вкладе граждан уезда в победу в 1812 году.
Рассмотреть возможность консервации руин дома организатора партизанской войны в уезде Николая Матвеевича Нахимова в селе Нахимовском, бывшем Волочке.
В лихих 90-х Сычёвка подверглась «десанту», по словам моего водителя на обратном пути в Вязьму, чеченцев. Появились палатки и обычные для этой публики услуги и проблемы. Вечерами, когда они снимали на торговых точках выручку, их задиристые гортанные стайки можно было видеть в различных местах города. Соплеменники всё прибывали, оседали с семьями, и очень скоро, возомнив себя хозяевами положения, приступили к дележу сфер влияния. Произошёл конфликт с местным предпринимателем, завершившийся поджогом его дома и резнёй, в которой тот погиб от кинжальной раны. На беду гостей брат предпринимателя служил в силовых структурах. Он с коллегами неожиданно объявился в городе, и пару дней тут и там случались глухие стычки. На этот раз обошлось мордобитием, летальных исходов не было, действовали профессионалы. На следующей неделе не было палаток ни на рынке, ни в городе - вся стая исчезла бесследно.
Я могу свидетельствовать, что за два дня пребывания в Сычёвке не встретил ни одного кавказца, видимо, оставшиеся все стояли у станков на местном электродном заводе. Подобное в ноябре 2010 года произошло и в подмосковном Хотькове, в самой Москве, в Дегунино Северного административного округа, Кондопоге, Сагре...
Печально и дико: народ, переполненный толерантными иллюзиями, выходит из летаргической спячки только тогда, когда льётся кровь и случается жертвоприношение внедряемому либералами сатанинскому порядку.
Сычёвский уезд можно по праву назвать русским оплотом на Смоленской земле, здесь дубина народной войны не отставлялась в пыльный угол, а была постоянно в деле.
Вместо заключения
Отдавая должное организаторам III Всероссийской конференции «1812 год: Война и Мир», состоявшейся 3-4 декабря 2010 года, нельзя не отметить очевидное влияние пробонапартийски настроенных участников конференции и их лобби в Смоленске.
К изумлению присутствующих, на пленарном заседании в зале смоленской Универсальной библиотеки им. А.Т. Твардовского слушания открывались докладом профессора Поволжской социально-государственной академии д.и.н. А.В. Попова «Упущенная победа». Словно сам гитлеровский генерал-фельдмаршал Манштейн пожаловал на конференцию, чтобы ознакомить с очередной главой его известных «Утраченных побед».
Профессор бесстрастно и долго докладывал о своём недавнем открытии: судьба всей восточной кампании Наполеона могла быть решена ещё до Смоленского сражения. Используя разобщённость наших сил, французы могли опрокинуть наши арьергарды и первыми войти в Смоленск. Но Россия была спасена самым чудесным образом. По словам Андрея Ивановича, еврей-проводник заплутал и вывел французов несколько не туда и не ко времени. А генерал Жюно всё не решался бросить в схватку приданных ему вестфальцев, в недавнем прошлом стойких противников Бонапарта. К огорчению аудитории, профессор не привёл даже имени "Сусанина 1812 года".
Докладчик занял более чем двойной регламент, скомкав последующие выступления.
Обмениваясь своими впечатлениями в кулуарах, участники конференции так и не смогли объяснить друг другу, зачем организаторы конференции сознательно запустили откровенно неуместный доклад А.И. Попова.
Профессор имеет особое мнение и на характер войны на территории Смоленской губернии. «Так вы правнук того Николая Нахимова? Но ведь в Сычёвском уезде ничего такого не было. Не было и никакой народной войны в уездах губернии, партизанами отряды вооружённых поселян не были, никаких французов они не трогали, не убивали и не пленили. Французам не было необходимости отнимать продовольствие и фураж у крестьян, всё необходимое они везли с собой», - заявил мне А.И. Попов при знакомстве лет 6 тому назад в Давыдовой пустыни при перезахоронении героя Отечественной войны 1812 г. героического генерала Д.С. Дохтурова.
По возвращении в Москву с конференции я делился своими впечатлениями с друзьями, многих это озадачивало, другие не хотели верить в подобное. Но тогда же я узнал из авторитетного источника о том, что в Москве уже не первый год существует устойчивая группа адептов бонапартизма, подыскивающих к юбилею нашествия место в России для установки памятника своему кумиру.
А что, ведь обернул же В. Батурин панораму в Москве на Кутузовском проспекте баннером с известной картиной коронации императора Наполеона Бонапарта в 2004 году по случаю 200-летия этого события.
Возможно, нам в этот раз повезёт, и деньги Виктора Батурина уже не сработают, как бывало. Да ему сейчас и не до того...
А.П. Нахимов
(c)