![(336x698, 74Kb)](//img0.liveinternet.ru/images/attach/c/2//67/351/67351000_26351805_sidvicious_large_msg_119530531426largemsg120772390028.jpg)
Сид Вишес родился в Лондоне в семье Джона Ричи (охранника, одно время работавшего в Букингемском дворце)[1] и Энн, женщины хиппиозных наклонностей, многие годы употреблявшей наркотики. Джа Уоббл (друг детства Сида и впоследствии участник Public Image Limited) вспоминал, в какой ужас он пришел, когда увидел, что Энн выдаёт сыну дозу героина: «Мне было 16 лет, а в таком возрасте мама — это человек, который оставляет тебе ужин в духовке, а не шприц, которым сама пользовалась…»[2]
Вскоре после рождения сына Джон Ричи ушел из семьи, а Сид с матерью отправились на остров Ивиса, где провели четыре года. По возвращении в Англию Энн в 1965 году вышла замуж за Кристофера Беверли[3]. Некоторое время семья жила в графстве Кент; после смерти отчима мать и сын сняли комнату в Танбридж Уэллс, затем жили в Сомерсете. [4].
К учебе Сид интереса не проявлял и в 15 лет бросил школу, но вскоре (под именем Саймон Джон Беверли) поступил в художественный колледж Хэкни (англ. Hackney College), где начал изучать фотографию. Здесь он познакомился с Джоном Лайдоном, который и дал ему ставшее впоследствии знаменитым прозвище. Согласно одной из версий хомячок Лайдона по прозвищу Сид укусил Ричи за руку, и тот воскликнул: «Sid is really vicious!»[4]. Позже появились версии, согласно которым прозвище было дано в честь Сида Баррета и песни Лу Рида «Vicious»[5]. Вместе с Джоном Уордлом (позже взявшим псевдоним Jah Wobble) и Джоном Греем они образовали команду The 4 Johns. Как вспоминает Энн, в отличие от Лайдона, который был чрезвычайно замкнутым и застенчивым парнем, Сид красил волосы и вел себя в манере своего тогдашнего кумира, Дэвида Боуи[3]. Лайдон рассказывал, что они дуэтом часто зарабатывали деньги уличными концертами, исполняя песни Элиса Купера: Джон пел, а Сид аккомпанировал ему на тамбурине[6].
Долгое время Сид жил попеременно — то со сквоттерами, то в доме матери, но в 17 лет, рассорившись с ней, стал действительно бездомным, благодаря чему впервые и вошел в панк-культуру (большинство лондонских сквоттеров в те дни составляли панки). Примерно в это время Сид впервые попал в магазин на Кингс Роуд под названием «Too Fast to Live, Too Young to Die» (вскоре переименовавшийся в «SEX») и познакомился — сначала с Гленом Мэтлоком (который работал здесь, а по вечерам играл на бас-гитаре), затем через него с Стивом Джонсом и Полом Куком. Двое последних только что образовали группу Swankers и пытались уговорить владельца магазина Малкольма Макларена (который незадолго до этого вернулся из Америки, где некоторое время управлял делами New York Dolls) стать их менеджером. Вскоре состав превратился в Sex Pistols и нашел себе вокалиста в лице другого завсегдатая, Джона Лайдона, — хотя поначалу жена Макларена, Вивьен Вествуд остановила свой выбор именно на Сиде[3].
Некоторое время Сид рассматривался и в качестве возможного вокалиста другой новой группы, The Damned, но из списков был вычеркнут после того, как не явился на прослушивание. В те же дни он собрал скандально знаменитый сквоттер-бэнд The Flowers of Romance; в числе участников были будущие The Slits. Еще недавно страдавший от одиночества, Сид вдруг оказался в самом центре нового культурного движения и решил не упускать своего шанса: взяв (по примеру своего нового кумира, Ди Ди Рамона) бас-гитару, он окончательно принял образ жизни, который очень скоро привел его к трагедии[7].
В сентябре 1976 года Сид стал участником так называемого Первого международного панк-фестиваля, организованный Роном Уоттсом, менеджером 100 Club в содружестве с Малкольмом Маклареном. Хедлайнерами здесь были The Sex Pistols, к тому времени уже имевшие репутацию новой, в высшей степени перспективной группы с потрясающим авторским дуэтом. Когда стало известно, что в программе освободилось время для еще одного участника, двое участников Bromley Contingent — Сьюзи Сью и Стив Спанкер (Северин) — тут же предложили свои услуги, в качестве двух других участников несуществующей «группы» пригласив Сида (ударные) и Билли Айдола (гитара; место последнего тут же занял Марко Пиррони, приятель девушки по имени Сью Женщина-кошка (Soo Catwoman), с которой также дружил Сид). Так в первый день Фестиваля Сид впервые вышел на большую сцену. Впрочем, уже на второй день он с неё «сошел», поскольку был арестован (за то, что начал бросать на сцену бутылки) и помещен в тюрьму для несовершеннолетних Ashford Remand. Выйдя из заключения, он поселился у Catwoman и стал для неё кем-то вроде телохранителя.
После того, как в январе 1977 года бас-гитарист Sex Pistols Глен Мэтлок вынужден был уйти, его место предложили Вишесу, слабо владевшему инструментом, но обладавшему имиджем идеального панк-рокера. Тот искренне пытался овладеть инструментом, но его игра была неровной и слабой. В частности, Стив Джонс считал, что Сид играть так и не научился[8]. Того же мнения придерживался Лемми, у которого Сид брал уроки[9][~ 1] На концертах зачастую приходилось отключать его бас-гитару от усилителей, чтобы он не сбивал с толку других музыкантов (в студии Вишес не играл). Концертный дебют Сида в группе состоялся 3 апреля 1977 года в лондонском клубе Screen on the Green. Это выступление было заснято на пленку Доном Леттсом; запись была включена в фильм «Punk Rock Movie».
Попав в состав Sex Pistols почти случайно, Сид Вишес оказался в лучах скандальной славы группы и тут же стал её самым ярким персонажем. Прессу особенно привлекал имидж и манеры Вишеса, полюбившего позировать и давать интервью, оттого в восприятии широкой публики Вишес, даже более чем Роттен и остальные участники коллектива, стал олицетворением панка, хотя собственно в творчество Sex Pistols он вложил немного (одна написанная песня и несколько перепевок чужих). Между тем, именно Сид придумал знаменитый «танец» пого:[10]
Я ненавидел Контингент Бромли и вот придумал способ погонять их по этому
«Клубу 100». Я просто бросался из стороны в сторону, подпрыгивая — бойнг, бойнг, бойнг! — и сбивал их с ног на пол.
Сид Вишес, 1978.[8]
Принято считать, что именно благодаря Сиду вокруг группы сгустилась атмосфера насилия. Утверждалось, что однажды он с велосипедной цепью атаковал журналиста Ника Кента — якобы по наущению Макларена и Роттена, которых возмутило то, что Кент накануне выступил в составе The Damned[8] Впоследствии реальность этого факта подвергалась сомнению, поскольку свидетелей нападения не было, и о нём все узнали из статей и воспоминаний самого Кента. Мифу о «грозном» Сиде также не соответствует тот подтверждённый многими очевидцами факт, что Сид совершенно не умел драться и бывал неоднократно бит — в частности, Полом Уэллером, Дэвидом Ковердейлом и гитаристом Thin Lizzy Джоном Робертсоном.
Почти сразу же после прихода в группу Сид познакомился с Нэнси Спанджен, наркоманкой-групи, которая прибыла в Лондон из Нью-Йорка единственно с целью переспать с Sex Pistols[11]. Памела Рук, приятельница Сида, работавшая в магазине одежды[~ 2], вспоминала: «От Джона и Стива она перешла к Сиду, и тот влюбился мгновенно. Для него, помимо всего прочего, Нэнси была олицетворением целой культуры с центром в Нью-Йорке, где царствовала его любимая группа Ramones»[12]. Пара поселилась в квартире Рук неподалеку от Букингемского дворца, где все трое расположились на одном, общем матрасе — в столовой.
Сид стал для неё легкой добычей. Все хотели быть с ним, но, к несчастью, он выбрал Нэнси. Она была на удивление толстокожа: возможно, самый неприятный человек из всех, с кем мне приходилось встречаться в своей жизни. Все видели её насквозь. Все, кроме Сида.
— Памела Рурк.[13]
Тем временем Sex Pistols потеряли и второй контракт — с A&M Records; во многом причиной тому стали потасовки, инспирированные Сидом. [~ 3] Свой третий контракт группа подписала с Virgin Records, но к моменту выхода «God Save the Queen» здоровье Сида ухудшилось: он успел побывать в больнице, где лечился от гепатита-С. При этом две его страсти — к Нэнси и героину — нарастали неконтролируемо[14].
После того, как Sex Pistols вернулись из Скандинавии и отыграли несколько «секретных» британских сетов (SPOTS: Sex Pistols on Tour Secretly), стало ясно, что Нэнси становится для группы опасной обузой. Её попытались насильно отправить в Америку, но план провалился: Сид и Нэнси сблизились ещё сильнее: теперь они противостояли всему миру, и ничто уже не могло их разлучить. Временами пара выглядела вполне респектабельно: например, в ходе благотворительных концертов в Хаддерсфилде в пользу шахтёров (где Джон принял участие в «драке тортами») Сид и Нэнси общались с детьми и произвели на всех самое приятное впечатление. Здесь же впервые Сиду дали возможность выйти к микрофону (он спел «Chinese Rocks» и и «Born to Lose»)
Американское турне Sex Pistols началось с Юга (в Атланте, Джорджия). Нэнси рядом не было, её оставили в Англии, и Сид впал в депрессию. Кроме того, Warner Bros. Records, американский лейбл группы, приставил к нему охранников (во главе с Ноэлом Монком) с единственной целью — не подпускать к героину. Эффект тем самым был достигнут противоположный. Сид после концерта в Джорджии сбежал и вернулся на следующий день с некой Хелен Киллер (одной из фанаток «Пистолз»)[15].
Вскоре группа разделилась на два лагеря. Стив Джонс, Пол Кук и Малкольм Макларен продолжили гастроли на самолёте, а Джон Лайдон (к этому времени всерьёз обеспокоенный состоянием своего друга) вместе с Сидом путешествовал в фургоне. Гастроли проходили в атмосфере наркотического хаоса и нараставшего насилия. В Сида постоянно летели бутылки; однажды он немедленно ответил обидчику — ударом бас-гитары по голове. С изрезанной грудью, в крови, он (по словам Джона) «превратился в циркового артиста». На сцену в Далласе, Техас, Сид вышел, нацарапав на груди кровавую надпись: Gimme a Fix. 14 января остатки группы, ещё недавно считавшейся популярнейшей в мире, собрались в Сан-Франциско, чтобы дать последний концерт в Winterland Ballroom. В конце его, бросив в зал свой вопрос: «А вы чувствовали себя когда-нибудь обманутыми?» — Джон Лайдон объявил о выходе из состава Sex Pistols и остался в Америке без гроша в кармане. Стив и Пол отправились в Рио, Сид продолжал наркотическую оргию с новыми друзьями, обеспечивавшими его наркотой. Один из них (некто Буги) спас его от смерти после передозировки и со второй попытки переправил в Англию, к Нэнси[15].
Принято считать, что причиной падения Сида была Нэнси. Но Джон Лайдон значительную часть вины возлагал на Макларена.
В Лондоне Макларен, занятый созданием фильма (который тогда назывался «Who Killed Bambi»: впоследствии он вышел под названием «The Great Rock and Roll Swindle»), дал понять Сиду и Нэнси, что денег они от него не получат, если не согласятся выполнять все его указания, касающиеся фильма. Сид отправился в Париж на съемки и записал там версию «My Way» (песни, прославленной Фрэнком Синатрой). Запись проходила нелегко: Сид то и дело отказывался работать «с этими французскими идиотами»[16]. Готовые пленки были отправлены в Лондон: здесь Стив Джонс наложил гитарные партии и придал треку специфически «пистоловское» звучание. «My Way» вышел синглом в июне (с «No One Is Innocent») и тут же стал подниматься в чартах (#7 UK Singles Chart)[17]. В благодарность за участие в фильме Сид получил свободу от Макларена. Официально ставшая его менеджером Нэнси Спанджен вылетела в Нью-Йорк и взялась там за организацию предстоящих гастролей. С группой The Vicious White Kids (Глен Мэтлок, Стив Нью и Рэт Скэбиз) Сид дал один концерт в Electric Ballroom и, получив деньги, тут же вылетел в Нью-Йорк. По прибытии Сид и Нэнси направились в отель «Челси», некогда знаменитый своими постояльцами, теперь же славный лишь наркотическими оргиями, и сняли здесь номер (№ 100). Нэнси действительно удалось организовать несколько концертов: в составе новой группы вместе с Сидом выходили Джерри Нолан и Киллер Кейн (экс-New York Dolls), а также гитарист Стив Диор. В клубе Max’s в качестве гостя появился Мик Джонс, гитарист The Clash. Вскоре Сид и Нэнси отправились в гости к родителям последней, но визит успеха не имел. Оба были законченными наркоманами, выглядели ужасно и привели респектабельное еврейское семейство в ужас и негодование[16].
Две других песни, записанных Сидом одновременно с «My Way», — «Something Else» и «C’mon Everybody» — вышли синглами под вывеской Sex Pistols и стали хитами (#3 UK)[17]. В октябре он получил от Макларена гонорар (чеком) и сумму наличными в 25 тысяч долларов: последняя в тот же день была положена в нижний ящик стола в гостиничном номере отеля[16]. Наступил день 11 октября: Сиду и Нэнси срочно потребовалась доза. Прошел слух о том, что деньги у них есть, и они готовы заплатить любую сумму. Известно, что в гостиничном номере у них побывали как минимум два наркодилера. Получив дозы, Сид и Нэнси впали в забытье. Сид пришел в себя утром 12-го. Нэнси находилась в ванной: она была убита, судя по всему, его ножом. Он немедленно вызвал сначала скорую, потом полицию, а 19 октября был арестован по подозрению в убийстве[18]. Сумма в 25 тысяч долларов из нижнего ящика стола исчезла и найдена не была. Сам музыкант вследствие тяжёлой алкогольной и наркотической интоксикации не помнил происшедшего и вину свою категорически отрицал.
В первые же часы после происшедшего люди, знавшие Сида и Нэнси, стали выражать уверенность в том, что он не мог совершить это преступление. «Он был каким угодно, но не Vicious; собственно, под таким именем я его и не знал. Он был тихоней, очень одиноким человеком. С Нэнси они были очень чувствительной парой и прекрасно относились друг к другу. Даже в моем кабинете они не выпускали друг друга из объятий. Чувствовалось, что между ними существует сильнейшая связь»[19], — говорил Стэнли Бард, менеджер отеля «Челси».
Фил Стронгман в книге «Pretty Vacant: A History of Punk» утверждает, что убийцей Нэнси был, скорее всего, Рокетс Редглер, наркодилер, вышибала, актёр (и позже эстрадный комик). Он, как было достоверно установлено, находился в ту ночь рядом с Нэнси, которой принёс 40 капсул гидроморфона. Существовала также и версия, согласно которой гибель Нэнси явилась результатом неудавшегося «двойного самоубийства»[
Смерть Сида Вишеса
Сид был помещен в тюрьму Райкерс. Макларен уговорил Virgin Records выделить залоговую сумму (в 50 тысяч долларов), пообещав от Сида новый альбом. Компания Warner Bros. собрала деньги на команду адвокатов и подозреваемого выпустили под залог. 22 октября, по-прежнему в состоянии глубокого потрясения от смерти возлюбленной, Сид попытался покончить с собой. Пока он находился в больнице, за ним ухаживала мать, прилетевшая из Англии. Едва выписавшись, Сид 9 декабря ввязался в драку, разбил бутылку о голову брата Патти Смит Тодда Смита, и был арестован на 55 дней. 1 февраля он был вновь выпущен под залог и с матерью и группой друзей направился на квартиру своей новой подруги Мишель Робинсон. Здесь он принял дозу героина и потерял сознание. Присутствующие сумели привести его в чувство, после чего он принял героин вновь. «Могу поклясться, в эти минуты над ним возникла розоватая аура, — позже говорила Энн Беверли. — Наутро я принесла ему чаю. Сид лежал в полном умиротворении. Я попыталась растолкать его, и тут поняла, что он холоден… И мёртв»[21].
Главный коронер Нью-Йорка доктор Майкл Баден (англ. Michael Baden), проводивший вскрытие, установил, что героин, обнаруженный в его организме, был 80-процентной чистоты, в то время как обычно Вишес использовал 5-процентный раствор[4].
7 февраля 1979 года Сид Вишес был кремирован, а несколько дней спустя Энн Беверли (несмотря на протесты четы Спандженов) рассеяла его прах — как принято считать, над могилой Нэнси на кладбище Царя Давида. Позже, однако, появились сообщения о том, что она случайно или умышленно опрокинула урну с прахом в Хитроу, и всё содержимое ушло в вентиляционную систему аэропорта[4].
Мать Вишеса не раз утверждала, что Сид покончил с собой, а не стал жертвой трагической случайности. Прямым указанием на то, по её словам, служили строки, написанные им незадолго до гибели в тюрьме Райкерс:
Ты была моей девочкой / И я разделял с тобой все твои страхи / Такое счастье было обнимать тебя / И поцелуями собирать слёзы / Но вот тебя нет, осталась только боль / И ничего не поправишь / Я не хочу продолжать жить, Если мне больше нельзя жить ради тебя / Моей прекрасной девочки… / Наша любовь не умрёт.