Период, на который приходится творчество тирольского мастера Михаэля Пахера (XV век) Алтарь Михаэля Пахера в Санкт-Вольфганге на Аберзее был заказан бургомистром и городским Советом.
История создания храма, в котором помещался алтарь, уходит корнями в X век и напрямую связана с преданием о святом Вольфганге (ок. 924 – 994 гг.), с 971 года епископе Регенсбургском. Уже в 1052 году он был канонизирован папой Львом IX. Св. Вольфганг считался заступником бедного люда, крестьян и мелких граждан, которых он называл «господа и братья». Он был также миссионером и реформатором, выступал против легкомыслия и лени священников, призывая их к порядку и дисциплине. Главными центрами почитания святого были Верхняя Австрия и, естественно, Регенсбург. Предание гласит, что св. Вольфганг собственноручно сложил часовню в своем городе. Позже она была перестроена в готический храм, для которого и был заказан алтарь в мастерской Михаэля Пахера, работавшего в то время в Брунеке. Алтарь Пахера, являющий собой величайшее достижение поздней немецкой готики, стал одной из самых знаменитых достопримечательностей земли Зальцкаммергут.
Хотя заказ на создание алтаря поступил Пахеру в 1471 году, вероятнее всего, основные работы начались не раньше 1477 года. Дата окончания работ определена точнее – 1481 год, так значится на нижней раме внешних створок. Это одна из немногих работ того периода, дошедших до нас в целости и сохранности.
Алтарь представляет собой полностью развитый складень с двумя парами створок, надстройкой и пределлой с одной парой створок. Его размеры весьма внушительны: общая высота превышает 12 метров, а статуи короба выполнены в натуральную величину. Будничная сторона алтаря украшена четырьмя картинами на сюжеты из жизни св. Вольфганга: Проповедь, Дар хлеба, уже упомянутое выше Строительство часовни и Изгнание беса. В пределле закрытые створки показывают четыре полуфигуры Отцов Церкви. По обеим сторонам алтаря виднеются огромные статуи стражей с копьями – святых воинов Георгия и Флориана. В открытом виде их фигуры скрывают широкие створки.
Воскресная развертка алтаря состоит из восьми живописных сцен, повествующих о земной жизни Христа.
Они расположены в два ряда и читаются слева направо: верхний ряд – Крещение, Искушения Христа,
Свадьба в Кане, Умножение хлебов; нижний ряд – Попытка избиения Иисуса камнями, Изгнание торгующих
из храма, Иисус и женщина, взятая в прелюбодеянии, Воскрешение Лазаря.
Подборка сюжетов делает акцент на прославлении Христа, на содеянных им чудесах; отсутствует тема Страстей.
Обращает на себя внимание явная итальянская направленность мастера. Нам известно о нескольких поездках Пахера в Верхнюю Италию, и некоторые исследователи отмечают в его работах влияние живописца и гравера Андреа Мантенья из Падуи. Действительно, влияние итальянской живописи на Пахера неоспоримо. Первая из сцен воскресной стороны – Крещение Христа – по своей композиции и расположению персонажей вызывает прямые ассоциации с аналогичными картинами Верроккьо и Фра Анжелико. Пахер даже применяет к фигуре Христа позу хиазма – прием, не слишком распространенный в немецкой живописи додюреровского периода. Однако недаром Пахера называли предтечей Дюрера.
Впечатлению полной «итальянизации» картины мешают лишь причудливый узор изломанных складок на плаще Крестителя и острые крылья ангелов, парящих над Христом. Нарушая мягкость линий, они привносят в картину некоторую угловатость, а с ней и взволнованность, экспрессию, присущую немецкой живописи.
Обратимся к двум другим сценам этого же цикла, совпадающим друг с другом по вертикали: Свадьба в Кане и – ниже – Иисус и женщина, взятая в прелюбодеянии. Они связаны друг с другом и по смыслу, и по композиции: прежде всего, художник помещает оба сюжета в средний неф готической церкви. Пространство четко продумано и выстроено – в противоположность многим другим немецким мастерам даже более позднего времени, Пахер не пренебрегал соотношением пропорций. Композиция явно строится по законам линейной перспективы, и это особенно заметно именно в этих двух сюжетах, где построение линий облегчают такие элементы, как нервюрный свод, узкий неф и выложенный плитками пол. Картины одновременно и соотносятся, и противостоят друг другу по смыслу: в верхнем ряду мы видим свадьбу, законный союз мужчины и женщины, а в нижнем – прелюбодейку, попирающую этот закон.
Воскресная развертка открывает глазам зрителя роскошную по своему исполнению сцену Коронования Марии.
Если до сих пор мы рассматривали художественные возможности Пахера-живописца, то здесь уже можем говорить
о достоинствах Пахера-скульптора. Выше упоминалось, что виды работ среди мастеров были очень строго
разграничены, настолько, что даже мастер, расписывающий створки, не имел права заниматься раскраской
скульптуры. Возникает естественный вопрос – как же понимать такую разносторонность в деятельности Михаэля Пахера?