Душа
По улицам дура гуляет.
Опавшей листвою шурша,
Танцует, поёт и не знает
О том, как она хороша.
Не знаю, что будет в итоге,
Но вижу чудесный пролог:
Какой-то дурак на дороге
Целует следы её ног.
Целует, и след пропадает,
С дороги ведет в облака.
Смешно вам? А дура летает
По небу того дурака.
Царевна
К проруби пристыла золотая рыбка.
На душе постыло. Жалко, да не шибко.
Обмелела речка. Обманула сказка.
Хоть кабак, хоть свечка – всё одна развязка.
Мне бы утопиться. Да желанья зыбки.
Наберу водицы со слезами рыбки.
И пойду в избушку стороною древней,
Целовать лягушку, бывшую царевной.
Женственность
Сладким лекарством и горьким вином
влиться, исчезнуть – и вновь сотворяемой
струнами всеми звучать об одном,
радугу их ослеплённо даря ему,
шёлковой кошечкой млеть под рукой,
ждать и хранить золочёными ножнами,
и не спросить его: кто ты такой,
чтоб на тебя променять невозможное?!
Феминистское
Я – женщина, а ты – неправ.
Сидел бы, в рот воды набрав –
Так нет же! Вечно лезешь спорить!
Ну до чего же вздорный нрав!
Я – жeнщина, а ты – молчи!
С утра, под вечер и в ночи Замкни уста!
Заткнись, заглохни, А все слова спали в печи!
Я – женщина! Забудь мечты,
Сотри следы, сожги мосты,
Но главное – не спорь со мною!
Неправ – по умолчанью – ты!
|