Стих. Пока не знаю чей, как не знаю, не потускнеет ли. Но пока все, что я способна думать: "Госсподи, как же мне хорошо" - хорошо от стиха прочитанного даже в слух, с ощущением что слова сладкие как мёд и пьянящие как жизнь.
Цапли
Ра слабеет; с востока грядут порожденья ночи,
солнце медное катится, словно валун с горы,
громыхая – и разум, качаясь ладьёй непрочной,
смотрит в бездну, в глазницы застывших в глубинах рыб.
Плачут в озере цапли – бесплотные, как надежды,
души мёртвых – за миг до того, как их скроет мгла…
…уходя, оглянись: ничего не случится, прежде
чем, ожив, звякнет лук, и сорвётся с руки стрела,
проследив долгий путь по течению до истока
через Нил твоих дней – и поток повернётся вспять…
но не смей говорить то, что смерть – это так жестоко:
лучше просто скажи, что не можешь её принять.
Жизнь над дельтой цветёт и, как лотос, пылает красным:
сила крови, любви, между добрым и злым война;
смерть – песчаная тишь, и она над тобой не властна,
нет, не властна, пока над туманом звучит струна,
и, дрожа в тростнике, клонит клюв, проливая слёзы
над богами, героями, временем и людьми…
Серебристая гладь разделяет Дуат и звёзды:
защищая людей, запирая загробный мир –
и, пока ты не сдашься, мелодия будет длиться,
белокрылою птицей удерживать мощь ветров,
что в пасть Змея уносят мечты и родные лица –
плачь и смейся, пока над волнами кружит перо,
и когда опалённый свод неба скорлупкой треснет
под ударом стрелы, и тебя захлестнёт прибой –
память жаром взметнётся, и выжжет на стенах фрески:
след минут, что ты волен навечно забрать с собой.