1. Миф как он есть
Вечером накануне приезда Кришны Дхритараштра провёл беседу с Бхишмой, Дроной, Санджаей, Видурой, Дурьйодханой и его советниками. Царь предложил подготовить жилище Духшасаны для проживания Кришны. Видура советовал заключить мир с пандавами. Его поддержал Бхишма, но Дурьйодхана предложил арестовать Кришну.
Удьйогапарва, гл. 86, шл. 12 - 15:
"Дурьйодхана сказал:
Слушай же меня о том, какое великое дело я задумал. Я заточу в темницу Джанардану — это крайнее прибежище пандавов. А когда он будет в заключении, вришни и пандавы, да и вся наша Земля станут подвластны мне. А прибудет он сюда завтра поутру. Какое можно найти верное средство, чтобы не мог догадаться (об этом) Джанардана и чтобы не случилось (для нас) беды, — благоволи ты сказать мне о том!".
Его слова расстроили Дхритараштру и он сказал, что этого нельзя допустить, потому что "Хришикеша прибывает сюда) как посол". Бхишма в сердцах произнёс, что Дурьйодхана вступает на скользкий путь и вышел разгневанный из помещения.
Во Врикастхале на рассвете Кришна совершил утренние обряды и отправился в Хастинапур. Во дворце Дхритараштры, пройдя через три комнаты, он встретился с царём, Дроной, Бхишмой, Крипой, Сомадаттой, Бахликой. После окончания церемонии гостеприимства он отправился в жилище Видуры, а затем посетил Кунти. Следующий визит он нанёс Дурьйодхане, где находились Духшасана, Карна и Шакуни. Царь предложил ему пищу, воду и жильё, но гость отказался. Улыбнувшись Карне, Дурьйодхана спросил у Кришны, в чём причина отказа от воды, пищи, одежды и жилья. Джанардана ответил, что "послы вкушают пищу и принимают почести лишь после того, как цель их достигнута" (гл. 89, шл. 16 - 22). Но его ответ не удовлетворил Дурьйодхану, он счёл отказ от пищи проявлением неуважения. Кришна ответил, уточнив причину отказа.
Удьйогапарва, гл. 89, шл. 23 - 32:
"Вайшампаяна сказал:
... Выслушав сказанное, Джанардана из рода Вришни промолвил в ответ сыну Дхритараштры, бросая как бы насмешливо взгляды на него и его советников: «Ни из страсти и гнева, ни из ненависти или корысти ради, ни ради полемики или из жадности я никогда не поступлюсь законом. Можно вкушать пищу другого, когда тот внушает любовь, или же, напротив, можно вкушать пищу другого, оказавшись в бедствии. Теперь же ты, о царь, не внушаешь мне любви (своими поступками) и мы не находимся в бедствии. Безо всякой причины, о царь, ты с самого детства ненавидишь пандавов — своих милых и сговорчивых братьев, наделенных всеми достоинствами. И твоя беспричинная ненависть к партхам вовсе неоп-равдана. Пандавы ведь пребывают в законе! Кто может что-либо (дурного) сказать о них? Кто ненавидит их, тот и меня ненавидит; кто благосклонен к ним, тот и ко мне благосклонен. Знай, что у меня полное единодушие с благочестивыми пандавами! Кто под влиянием страсти и гнева или в ослеплении стремится вредить человеку достойному или ненавидит его, того считают самым низким из людей. Кто, не обуздав себя самого и не усмирив гнев, в ослеплении или из жадности жаждет смотреть па своих родственников, одаренных высокими достоинствами, тот недолго пользуется своим благополучием. Кто же, напротив, своей любезностью располагает к себе людей, наделенных достоинствами, хотя бы даже и немилых сердцу, тот надолго пребывает в счастии. Вся эта пища осквернена пороком и поэтому не может быть отведана мною. Только (пища, поданная) Кшаттри, может быть отведана мною, — так представляется мне!".
Закончив свою речь, гость вышел из дворца Дурьйодханы. Ответа хозяина так и не прозвучало. Кришна отправился в дом Видуры, где решил провести ночь. Во время беседы с Бхагаваном хозяин сказал гостю, что его приезд "недостаточно хорошо обдуман", поскольку Дурьйодхана нарушает границы закона и обладает многочисленными пороками, но Кришна возразил ему.
Удьйогапарва, гл. 91, шл. 1 - 11, 12 - 21:
"Бхагаван сказал:
...Я искренне постараюсь, о Кшаттри, заключить мир между кауравами и сринджаями, которые обречены на уничтожение в битве! Эта страшная опасность, (нависшая над ними), возникла в среде кауравов из-за действий Дурьйодханы и Карны, ибо все они следуют указаниям последних двух...
Поэтому сын Дхритараштры вместе с советниками, о Видура, должен принять мой благой и добрый совет, отвечающий закону и пользе и способный (предотвратить бедствие). Ибо я искренне пытаюсь сделать добро как сынам Дхритараштры, так и пандавам, а равно и всем кшатриям на земле!".
Ночь прошла. На рассвете Кришна проснулся под звуки раковин и барабанов, затем он стал совершать утренние обряды, когда к нему приехал Дурьйодхана.
Удьйогапарва, гл. 92, шл. 1 - 9:
"Вайшампаяна сказал:
...И в то время как Кришна был поглощен исполнением своих утренних обрядов, к тому непобедимому отпрыску рода Дашарха подошли Дурьйодхана и Шакуни, сын Субалы, и возвестили Кришне, что Дхритараштра восседает уже в зале собрания, а также кауравы во главе с Бхишмой и все цари земные".
Закончив обряды, Кришна поднялся на колесницу вместе с Видурой и отправился ко дворцу Дхритараштры. Следом за ним на колесницах ехали Дурьйодхана с Шакуни и Сатьяки с Критаварманом. " А Сатьяки и Критаварман и другие могущественные воины из рода Вришни ехали следом за Кришной на колесницах, конях и слонах" (гл. 92, шл. 10 - 19). Дорога была заранее подметена и полита водой, кортеж сопровождала музыка. Кришна вошёл в зал собрания. "Впереди Васудевы были Карна и Дурьйодхана вдвоем, а позади Кришны шли вришни и Критаварман" (гл. 92, шл. 27 - 36)
Почтив приветственным словом царей, Кришна заметил "парящих в воздухе мудрецов" во главе с Нарадой и обратился с просьбой к Бхишме, чтобы им дали сидения: "Пригласи их и предложи им сидения. окажи им радушный прием" Ибо пока не уселись они, никто здесь не может садиться" (гл. 92, шл. 37 - 45). Бхишма распорядился принести сидения. "И при виде мудрецов, стоящих у дверей залы собрания, сын Шантану поспешно приказал тогда слугам принести сидения" (гл. 92, шл. 37 - 45). Мудрецы уселись, заняли свои места и остальные.
Удьйогапарва, гл. 92, шл. 46 - 53:
"Вайшампаяна сказал:
...Кришна занял свое место, также и цари уселись по своим местам. Духшасана предоставил отличное сидение Сатьяки, а Вивиншати предложил золотую скамью Критаварману. Неподалеку же от Кришны сели вдвоем на одном сидении Карна и Дурьйодхана, оба неистовые и великие духом. Царь Гандхары Шакуни, охраняемый соплеменниками, уселся на скамье вместе со своим сыном, о владыка народов! А Видура многоумный сел на разукрашенное бесценными камнями сидение, покрытое белой, весьма дорогой, антилоповой шкурой, едва не касаясь сидения Шаури. Увидев после долгого времени отпрыска рода Дашарха, цари всей земли, взирая на Джанардану, не могли наглядеться, как не могут насытиться (те, кто вкушает) амриту. В желтых одеждах, внешностью подобный цветку атаси, Джанардана сиял среди собрания, будто темный сапфир, оправленный в золото".
Когда хозяева и гости расселись по скамьям и установилась тишина в зале, Джанардана произнёс свою речь.
Удьйогапарва, гл. 93, шл. 1 - 10, 11 - 21, 40 - 49Ю 50 - 56, 57 - 62:
"Вайшампаяна сказал:
...заговорил Мадхава, обращаясь к Дхритараштре, но заставляя слушать все собрание. «Пусть установится мир между кауравами и пандавами — с такою мыслию, о потомок Бхараты, я прибыл сюда, чтобы попытаться достигнуть этого без усилий героев. Ничего другого, о царь, что отвечало бы общему благу, не должен я говорить тебе. Ибо все, что следовало узнать (по этому поводу), тебе уже хорошо известно, о усмиритель врагов! Ведь ныне этот род твой по сравнению с другими царями самый высокий, о царь, благодаря своей учености и поведению и благодаря всевозможным достоинствам, коими он наделен. Жалость и сострадание, доброта и незлобивость, о потомок Бхараты, а также прямота, прощение и правдивость — это качества, коими отличаются кауравы. Поэтому этот твой род, о царь, представляется столь благородным, что не подобает ему совершать что-либо непотребное, особенно по твоему собственному почину. Ведь ты самый достойный, кто может сдерживать кауравов, о первейший из рода Куру, когда они поступают вероломно, о отец мой, как по отношению к чужеземцам, так и к тем, кто принадлежит к своему же роду.
Дело мира зависит от тебя, о царь, и от меня так же, о владыка народов! Поставь на место сыновей своих, о Кауравья, я же призову к порядку других.И если ты приложишь старания к миру, то будет благо и для тебя, о царь, а также благо и для пандавов, ожидающих моего повеления
Приветствуя и умилостивляя тебя, о царь, говорят тебе пандавы: "По твоему повелению мы вместе с приверженцами перенесли большие невзгоды. Эти двенадцать лет мы прожили в лесу, а весь тринадцатый год провели неузнанными в краю, населенном людьми. Поскольку нами (выполнено) условие, мы твердо уверены, что и отец наш будет строго придерживаться его. А то, что мы не нарушили уговора, о отец, о том знают брахманы, жившие с нами. И как мы сдержали наше обещание, о бык из рода Бхараты, так и ты сдержи свое. Долго мы терпели лишения, о царь! Так пусть же мы получим назад свою долю царства!".
Сыновья твои, о бык из рода Бхараты, (велели) сказать и этому собранию: "Если участники собрания сведущи в нравственном законе, то не должно там допускать, чтобы случилось непотребное. Там, где на глазах у свидетелей (собрания) справедливость попирается несправедливостью, а правда — неправдой, там гибнут и сами участники собрания. А ведь когда справедливость, уязвленная несправедливостью, прибегает к покровительству собрания, тогда, если у последней не отсекают жало, бывают уязвлены и члены собрания. Тогда справедливость губит их, подобно тому как река (точит корни) деревьев, растущих по ее берегам!".
(Рассуди теперь сам), о бык из рода Бхараты! Папдавы, обращая свои помыслы к справедливости и размышляя обо всем, спокойно пребывают (в ожидании своей доли царства),168 и то, что они говорят, правдиво, законно и справедливо. Что другое можешь ты сказать, о владыка людей, кроме готовности твоей возвратить (им царство)? Или пусть скажут хранители земли, которые восседают в собрании, (какой должен быть ответ). Если (ты полагаешь, что) я, поразмыслив как следует о законе и пользе, говорю сущую правду, то избавь тогда этих кшатриев от сетей смерти, о бык среди кшатриев! Умиротворись, о первейший из рода Бхараты, и не поддавайся влиянию гнева! Отдай пандавам их часть отцовского царства, как им положено. Затем вместе с сыновьями наслаждайся всеми благами, преуспев в своей цели, о усмиритель врагов! Ты знаешь, что Аджаташатру всегда следует закону праведных. (Ты знаешь) также, как он ведет себя по отношению к тебе и твоим сыновьям, о владыка людей! Хотя и обрекал ты его на сожжение (в смоляном доме) и удалил его в изгнание, все же он вновь прибег к тебе, ища покровительства. Когда же он был тобою и твоими сыновьями сослан в Индрапрастху, он, живя там, подчинил своей властв всех царей и представил их пред лицом твоим, о царь, не желая оказать небрежения к тебе!
И хотя он поступал таким образом, все же сыном Субалы, жаждавшим отнять у него владения, богатство и состояние, были применены (при игре в кости) самые' искусные средства обмана. Оказавшись в таком положении и видя Кришну, (насильно) приведенную в собрание., Юдхиштхира с душою неизмеримой все же не отклонился от долга кшатрия...".
2. Где в мифе история
Накануне приезда Кришны в Хастинапур во время вечернего совещания по версии авторов эпоса Дурьйодхана предложил отцу арестовать Кришну. Такое заявление он сделал в присутствии Видуры. Но это невозможно! Если бы сын царя произнёс эти слова, то на следующий день Видура сообщил об этом Кришне, но этого не было. О том. что откровенность в присутствии Видуры недопустима, Дурьйодхана и Карна знали ещё в юности. Став свидетелями разговора Дхритараштры с Видурой, в котором царь положительно отозвался о пандавах, они высказали ему свои упрёки, на что царь им ответил: "Я думаю об этом точно так же, как и вы, но я не хочу подать вида Видуре. Именно поэтому я особенно превозносил их достоинства, чтобы Видура не узнал о моем намерении по внешним признакам" (Адипарва, гл. 193, шл. 1- 3). Если уже в юности Дурьйодхана знал, что нужно скрывать свои мысли в присутствии Видуры, то почему он бы стал таким откровенным в его присутствии, будучи уже взрослым? Ведь это как раз бы и повредило его планам.
После прибытия Кришны в Хастинапур он нанёс визиты вежливости Дхритараштре, Видуре, Кунти и Дурьйодхане. Самым интересным из них было посещение им жилища Дурьйодханы. Джанардана отказался от предложенных царём воды, пищи, одежды, жилища. За таким поведением просматривается не только неуважение к хозяину, но и будущая жёсткая позиция на переговорах. Нельзя исключить и того, что Кришна просто боялся отравления. Видимо, как раз об этом и сообщил Дурьйодхана с улыбкой Карне. На вопрос, в чём причина отказа, Кришна ответил, что послы едят только после достижения ими цели. Но это смешно! А если переговоры будут вестись несколько дней? На замечание Дурьйодханы, что это просто несерьёзно, Кришна произнёс целую речь, которая, может быть, и выглядела бы убедительной для Видуры и Нарады, но не для Дурьйодханы и его друзей. Кришна говорит, что для него нет ничего выше закона (дхармы). Но соблюдать дхарму - значит говорить правду! На самом деле дхармой для Кришны является то, что выгодно в данный момент. Чуть позже на поле Куру он будет говорить Арджуне: " Тот, кто прибегает ко лжи, во имя (спасения) своего имущества, лжецом не окажется" (Карнапарва, гл. 49, шл. 50 56). А вот Дурьйодхане он говорит совершенно другое, что дхарма для него выше корысти. Получается, разговоры о дхарме для Кришны - это способ воздействовать на сознание других людей, а двойная мораль - норма повседневной жизни. Разве причиной употребления пищи является только любовь к Кришне или бедствие, испытуемое им? Смешно слышать такие доводы. А голод уже не является такой причиной? Отказавшись от пищи и воды, предложенные хозяином дома, гость высказал неуважение к Дурьйодхане.
Кришна упрекает Дурьйодхану, что он ненавидит пандавов без всякой причины. Но разве это так? Вот сколько раз мы слышим от всех защитников пандавов укоры в адрес кауравов о нечестном характере "игры в кости", но сам Юдхиштхира говорит иное: "Ведь я вовлекся в игру потому, что желал отнять у сына Дхритараштры власть и царство"! (Араньякапарва, гл. 35, шл. 1 - 5). Это как понимать? У Дурьйодханы были веские основания привлечь Юдхиштхиру за попытку лишить его царства к суду. Но авторы эпоса умудрились этот суд превратить в "игру в кости"...
Джанардана заявляет о своём полном единодушии с пандавами. Но причина его вовсе не в одном мировоззрении. Это единодушие проистекает от того, что пандавы подчиняются его воле, он сделал их своими марионетками. А редкие попытки проявить самостоятельность, как например, пытался сделать Юдхиштхира, Кришна легко подавил, пообещав ему передать послание кауравам о пяти деревнях. И не сделал этого! О чём и пойдёт речь ниже... В конце своей речи гость прямо оскорбил хозяина, когда сказал, что предложенная ему пища осквернена пороком.
Ответа Дурьйодханы не последовало. Авторы эпоса лишили его возможности защищать себя. Вот так по большей части и будет создаваться миф о "злокозненных кауравах": мы слышим только голоса обвинения. Что ж, будем наблюдать этот спектакль лицемерия, клеветы и тщеславия, чтобы разоблачать его...
В жилище Видуры перед отходом ко сну Кришна говорит хозяину, что угроза войны возникла из-за Дурьйодханы и Карны, а он постарается установить мир между панчалами и кауравами. На самом деле война нужна была прежде всего Кришне, который создал коалицию противников кауравов, желая власти над всей страной. Дальнейшие события покажут, что в Хастинапур приехал не миротворец, а поджигатель войны. И он сам об этом признается Юдхиштхире в Упаплавье, когда вернётся туда! В присутствии Видуры он говорит осторожно, опасаясь того, что кто-то из слуг хозяина может оказаться соглядатаем Карны.
На рассвете, когда Кришна ещё совершал утренние обряды, к нему приехали Дурьйодхана и Шакуни для приглашения на переговоры. Утренние и вечерние сумерки на широте Дели 28 градусов продолжаются в сентябре и октябре не более 20 минут, а восход Солнца в период осеннего равноденствия наблюдается в 6 часов 9 минут по местному времени, месяц спустя в октябре - в 6 часов 26 минут. Становится понятным, что или Дурьйодхана не совершает утром религиозных обрядов, или он им уделяет значительно меньше времени. Нужно отметить, что Кришна не царь, а посол, но Дхритараштра посылает к нему не суту, не одного из своих младших сыновей, а именно Дурьйодхану, которого авторы эпоса называют тоже царём. Уважение к гостю и послу оказано на высочайшем уровне. Ко дворцу Дхритараштры участники переговоров едут соблюдая определённый церемониальный порядок: первыми едут Кришна с Видурой, за ними Шакуни с Дурьйодханой и потом уже Критаварман с Сатьяки. И снова отмечаем, что Критаварман находится в лагере противников кауравов.
Войдя в зал, Кришна увидел "парящих в воздухе мудрецов" во главе с Нарадой и обратился к Бхишме, чтобы они могли сесть в зале. Явно у Кришны есть проблемы или со зрением, или с логикой. Если мудрецы могут висеть в воздухе, то, очевидно, скамейки им не нужны. А вот у Бхишмы зрение нормальное, он заметил "мудрецов, стоящих у дверей" залы собрания и распорядился принести им сидения. Предчувствуя сюрпризы от кауравов на переговорах, Кришна взял с собой Нараду. И ведь он не ошибся...
То, как расселись участники переговоров хорошо говорит о раскладе сил. Душхасана и Вивиншати - хозяева - предлагают скамейку Сатьяки и Критаварману - гостям. Карна и Дурьйодхана, как два брата, сидят на одной скамейке. Они - друзья, и у них одна позиция на переговорах. Шакуни сидит со своим сыном, что естественно и понятно. А вот "многоумный" Видура уселся рядом с Кришной! Кто может сказать, что этот человек - каурава? Джанардана - Возмутитель людей (это у него такой эпитет!) - начал свою речь.
Вся 93 глава Удьйогапарвы из 62 шлок состоит из четырёх частей: обращения Кришны к царю и собранию, послания пандавов к Дхритараштре, а затем к собранию и заключительного обращения Кришны к царю и собранию. Что же он сказал и чего не сказал, хотя обещал...
В начале своей речи Кришна хорошо отозвался о кауравах, перечисляя положительные качества потомков Куру, не забыл упомянуть и о самом Дхритараштре. Вслед за тем посол пандавов призвал царя сдерживать кауравов, когда они поступают вероломно. Что же вызывает недоумение: как могут обладатели стольких достоинств быть верооломными? По словам Кришны, если он сам и Дхритараштра приложат усилия для мира, то он будет достигнут. И тут он нечаянно выдаёт себя, когда говорит, что пандавы будут ждать "моего повеления"! Значит. эти претенденты на власть не могут проводить самостоятельной политики...
Вторая часть речи Кришны отсылает нас к посланию пандавов. Обращаясь к Дхритараштре, он говорит, что пандавы "по твоему повелению" жили в лесу 12 лет, провели неузнанными ещё один год в краю, населенном людьми и, тем самым, выполнили условия, а теперь они надеются, что им вернут их "долю царства". В действительности же по решению суда пандавы не имеют право находиться среди людей за свои преступления, а 13-й год для них является своего рода испытательным сроком - они не должны совершать разбои и убийства. Но ведь и этого они не соблюли! Убийство Кичаки в царстве Вираты - характерный тому пример.
В третьей части своей речи Кришна сообщает послание пандавов собранию. Братья надеются на справедливое решение царей. Возникает такое впечатление, что собрание царей ("хранителей земли") - это отдельный орган государственной власти, контролирующий исполнение дхармы решений царя. И судя по всему это собрание возглавляет Бхишма, старейший из Куру - Предок. Иногда даже трудно сказать, кто имеет больше власти: царь или собрание.
В конце своей речи Кришна снова обращается к царю и собранию от своего имени: пусть "владыка людей" или "хранители земли" дадут ответ на требование пандавов вернуть им "часть отцовского царства".
Объективно говоря, если Панду - брат Дхритараштры, то пандавы - не дети Панду, их отцом являются так называемые боги: Дхарма, Ваю, Индра, Ашвины, а родились пандавы в лесу и никто из кауравов не считает их сыновьями Панду. И какие у них права на наследство Панду? Да никаких! Остаётся загадкой, за что Панду сам был сослан в лес? Такое впечатление, что причиной высылки Панду была сваямвара, где он "выиграл" Кунти. И не была ли она на тот момент уже беременной? Такой вопрос возникает потому, что за каждой сваямварой скрывается какой-то подвох. Требование вернуть "часть отцовского царства" - это просто предлог для Кришны, Друпады и компании брахманов развязать войну. Далее последовали дежурные упрёки Кришны в том. что Дурьйодхана "обрекал" Юдхиштхиру на сожжение в смоляном доме. Ну сколько раз можно так лгать! В этом "злодеянии" авторы эпоса постоянно упрекают Дурьйодхану, но факты говорят о другом, сам Юдхиштхира отдал приказ поджечь смоляной дом: "Этот злодей Пурочана считает нас доверчивыми, но он обманулся, коварный; я полагаю, что время для (нашего) бегства (наступило), подожжем оружейный склад и, предав огню самого Пурочану и оставив здесь шесть трупов, убежим отсюда незамеченными. И вот ночью, когда подул сильный ветер и люди улеглись спать, о владыка, Бхима, сын Панду, поджег тот (дом), где спал Пурочана." (Адипарва, гл. 136, шл. 1 - 4). И, спрашивается, кто здесь коварный и кто злокозненный? И уж точно не Дурьйодхана! Что значат эти упрёки для кауравов, если им хорошо известно, что никто из них не причастен к убийству Пурочаны, шести нишадов и сожжению смоляного дома!
Слова Кришны вернуть "часть отцовского царства" повторяют требование Юдхиштхиры, которые он высказал Санджае в Упаплавье: "Пусть царство в Индрапрастхе будет моим!" (Удьйогапарва, гл. 26, шл. 23 - 27). Это было официальное требование коалиции. В разговоре с сутой наедине он уже выдвинул другое предложение: вернуть пандавам только пять деревень. После отъезда Санджаи на собрании пандавов с Кришной Юдхиштхира просил своего посла официально озвучить это второе требование. Именно такое послание и должен был передать Кришна пандавам. И Джанардана обещал это сделать: "Во всяком случае, что до меня самого, то мною будет выполнено повеление царя справедливости". И не выполнил его! Сколько слов он произносил о том, что все люди должны соблюдать дхарму! И для чего, спрашивается? Только для того, чтобы, зная, как другие люди будут поступать по дхарме, самому было удобно нарушать её...