Давай разговаривать больно, как будто бы наши реплики
из самых подкожных песен, от которых идет озноб.
Давай разговаривать громко. Из всех языков — на нескольких,
давай станем антисептиком бессмысленных этих трущоб.
Вот так говорить: «будь проклята!»
и так: «задыхаюсь, девочка,
вдыхая весь воздух сущего в твой жадный открытый рот!»
и шепотом, с долгой нежностью, с немыслимой человечностью,
простыми неловкими фразами: «ты знаешь… люблю тебя. вот».
Давай разговаривать искренне, не жаться в привычную суетность -
работа, покупки и праздники,
мир, вывороченный на пол.
Давай говорить тем голосом, в котором как будто внутренность
души истекает розовым — и больно, и тяжело,
и сладко — до слез, до выкрика, до жажды намного большего,
до той неуемной близости, что людям — как рай и мор.
«не смей, не прощайся, господи!» вместо «всего хорошего»
и «вот уже век, как умер я» вместо «иди домой».
Аль Квотион