(и еще 3 записям на сайте сопоставлена такая метка)
Другие метки пользователя ↓
анисимов арзамасцев аршавин билан болельщик бренд бут валдайский клуб варламов варнаков вахруков выборы голышак горохов гэс динамо доброфест касильяс коньков красоткин кубок гагарина лисицын логотип локаут локо ярославль локомотив медведев муниципальные выборы мхл непряев обама паршин по чесноку поллыева послание президента ростов великий роу русский язык северсталь состав спартак тройки холос шепель шинник шинник ярославль ярославль
Дмитрий Красоткин: кассета в "Икарусе" |
Дневник |
Он был капитаном в Ярославле десять сезонов подряд. Поучаствовал во всех трех чемпионствах. Пережил уйму тренеров и смену названия. Сейчас ему 42. Он тренирует ярославскую молодежь. Чтоб однажды наверняка вернуться в хоккей взрослых.
ВСПОМИНАТЬ ПРОТИВНО
- Вы тот редкий хоккеист, которого не втянули ни в какой бизнес?
- Предлагали недвижимостью заниматься, строительством. Я всех выслушивал и ни во что не встревал.
- Вы помогали Воробьеву, когда "Локомотив" играл в ВХЛ. Но дальше за Петром Ильичом не пошли.
- Так не мне это было решать. Я остался с молодежью, мне полезнее работать здесь. В МХЛ ребятам по 21 году. Разве это дети? Что тренировать - мое дело, понял, когда команду принял Воробьев. Петр Ильич так учил, что профессия открылась с новой стороны. Я с блокнотом стал ходить на тренировки, записывал за ним. Интересно!
- Как-то спросил Илью Воробьева - самое тяжелое упражнение отца? Он рассмеялся: "Злая собака"…
- Это правда - несколько вариантов игры один в один. Название придумал, скорее всего, Юрзинов. Воробьев "злую собаку" обычно давал после выходного. Борьба хорошо показывает, как ребята…
- …провели выходной?
- В том числе. Показывает, насколько парень способен работать через "не могу".
- Своей молодежи такое даете?
- Даю! Почему нет? И "баллоны" даю. Иногда полезно. Кто-то занимается в тяжелом жилете, кто-то покупает тяжелые накладки на коньки. Я тренировался в тяжелом поясе штангиста. Стоит снять, такая легкость!
- Вас заставляли по 250 раз прыгать через барьеры.
- Вот к этому надо готовить. Сейчас и так у многих мениски больные. А у меня, например, не было ни одной операции на коленях. Уникальный случай. Егор Подомацкий, наш вратарь, сделал на коленках операций пять.
- Заканчивали вы с хоккеем неохотно - побывав в "Северстали", Минске, "Крыльях"…
- Не стоило мне туда ехать, только время потерял. Заканчивать следовало в Ярославле. С "Крыльями" жили в Подольске, базы у команды не было вообще. То накормят, то нет. Никому команда была не нужна. Сначала какие-то деньги дали, а после - только подачки. Тысяч по двадцать рублей. До конца так и не рассчитались. Вспоминать противно.
ЖУТКИЙ ПОЛЕТ
- Сергей Николаев мне рассказывал про первое свое удивление от "Северстали" тех лет: "На команду четыре стукача! Зачем так много? Двух вполне достаточно…" Вы свое первое удивление помните?
- Душа не лежала у меня к этой команде. Почувствовал - как приехал в Череповец чужим, так чужим для него и останусь. Хотя ребята собрались хорошие - Коваленко, Вьюхин, Бардин, Гулявцев, Трубачев, Мухометов… Коллектив веселый, никто на меня не косился - мол, место занял.
- Так что не нравилось?
- Тренировочный процесс настораживал.
- Чем?
- В Ярославле мы гораздо больше работали. А здесь приходилось самостоятельно оставаться, дорабатывать. Город не понравился. Грязненький и скучный. Не мое! Если бы можно было исправить в собственном прошлом одну ошибку - не поехал бы ни в "Крылья", ни в Череповец. Даже если бы денег предложили в два раза больше.
- Вы для Ярославля больше чем хоккеист. Помните свой последний день в "Локомотиве"?
- Проиграли кому-то в плей-офф. Я тоже неудачно сыграл. Не продлили контракт - и все. С одной стороны, это было для меня неожиданностью. С другой, хоккеисты обычно чувствуют заранее, предложат или нет. Здесь была тишина.
- Переживали?
- Очень. Мне ведь до тысячи матчей оставалось игр сорок…
- Вы были в городе, когда случилось несчастье с "Локомотивом"?
- Ехал в этот момент по набережной Которосли. Около педагогического университета показывают странное видео - огромный клуб дыма. Я понять не мог: что горит-то? Прошло полчаса, набирает друг: "Гаишники сообщили, что-то с командой. Проблемы с самолетом". Доехал до дома - и посыпались звонки: "Команда разбилась!" Все тренеры сразу собрались на катке "Торпедо". Ждали новостей до самого вечера. Шоковое состояние, одна мысль - только бы выживших побольше…
- Кого знали особенно хорошо?
- Молодежь знал - Ваню Ткаченко, Собченко, Урычева, Шувалова. Еще Рахунека. С виду не скажешь, что очень здоровый - а разденется: вот это руки! Вот это ноги! В драке был очень убедителен. Причем дрался обычно не за себя, а за кого-то из ребят. А в жизни - добрейший. Улыбался постоянно. С Беляевым, Зиминым и Пискуновым дружили по 25 лет. Зимин был уникальным доктором. Однажды хоккеиста спас прямо на скамейке, тот умирал.
- Кажется, это был Андрей Емелин. Остановилось сердце, шайба неудачно попала.
- Да, ситуация была тяжелая. А за день до вылета "Локомотива" в Минск я приехал в команду. Хоккеисты еще на льду - а Саша Беляев сидит на ящике в коридоре, грустный-грустный. Хотя грусть - это вообще не про него. Я подошел: "Саша, что-то случилось?" - "Сезон не начался, а я устал. Так раньше не уставал…" Вгляделся в него - действительно, человек просто выжатый.
- Печально.
- На следующий день, 7 сентября, я позвонил Андрею Зимину, доктору. Команда как раз ехала в автобусе в аэропорт. Что-то ему говорю, а он отвечает шепотом: "Прилечу из Минска, тебе наберу. Сейчас неудобно. Давай, пока…" Я удивился.
- Чему?
- Обычно, когда первая игра, все едут радостные. И вдруг такой голос. Это был последний человек из команды, с которым разговаривал. Мало кто знает - ведь у нашего поколения тоже был жуткий полет. Кто был в том самолете, тот не забудет.
- Что произошло?
- Летали мы из Рыбинска на маленьком Ан. В который через хвост заходишь. Места не хватало, баулы сваливали прямо у туалета. А Саня Беляев садился на них сверху. До сих пор картина перед глазами. Такими были первые чартеры "Локомотива".
Однажды откуда-то возвращаемся, туман над городом страшный. Молодые понять не могут - что все летим и летим? Я сижу у иллюминатора, сам из Рыбинска - вижу сквозь туман, что уже два раза пролетали над этим местом… Два часа кружили!
ГДЕ Ж МОИ ЗУБЫ?
- Сейчас никто не помнит, что Ваня Ткаченко едва заиграл в "Локомотиве".
- Его в аренду отправляли в Нижнекамск. В "Локомотиве" Вуйтек дал Ване последний шанс - и тот зацепился. Попал в хорошую тройку к Королеву и Петереку. Мы смотрели - поражались: какая троечка образовалась, загляденье! Все быстрые, небольшого росточка, с пасом… Даже странно было вспоминать, что еще недавно Ткаченко в аренду отправляли.
- Матчи из собственной юности пересматриваете?
- Недавно попросили сравнить тот хоккей с нынешним. Стал смотреть игры 96-го года, чемпионского 97-го… Вообще другой хоккей. Бросается в глаза количество зацепов. Все гораздо медленнее. "Арены" еще не было, атмосфера забавная. Никаких иностранцев. Первый классный легионер, с которым я столкнулся в нашем чемпионате, - Ян Петерек. До сих пор играет в Чехии!
- А в других командах?
- Ян Бенда из Казани мне нравился. Это потом уже приехал Ягр…
- С Ягром у Ярославля особые счеты.
- Вот этот матч я пересматривал раза четыре!
- Вижу, поняли, о чем я.
- Как не понять - это впервые у нас дрались команда на команду. Началось с того, что кто-то задел Ягра. Ролик с той дракой в Ярославле еще долго крутили. Даже вратари с лавок повыскакивали.
- Первый матч на "Арене" помните?
- Дворец еще строился, мы поехали смотреть. Глазам не верили. Зашли в раздевалку, комнатку Саши Беляева, медицинский кабинет… Потом крышу соорудили - снова поехали. Уходить не хотелось. Должны были первый матч провести против "Лады" Воробьева, но что-то не сложилось, перенесли. Играли с Нижним. Столько народу пришло, мы озирались - неужели за нас так болеют?! Особенное впечатление это на Вовку Антипова произвело. Два гола забил.
- Ваша ярославская карьера кажется сплошным праздником.
- Радостного больше. Но было начало сезона-2003/04. Ужас какой-то. Мы чемпионы, состав тот же - а игры нет. Понять не могли: что творится?! Вот тогда свиста с трибун наслушались.
- Да и шрамы на вашем лице говорят - не все было празднично.
- Ухо разрезали коньком, но это ерунда. Помню другое. На "Арене" выношу шайбу, мне крюком с размаху попадают под маску. Я не понял: боли нет, а рот полон крови. Доехал до лавки, языком вожу во рту, пальцем попробовал - где ж мои зубы? Один под корень вынесли, от второго какие-то крошки. Шесть часов оперировали.
- На сборах насиделись?
- В плей-офф сажали за три дня до матча. Однажды целый месяц не выпускали. Развлечений не много - либо волейбол, либо собрание. На всю команду - один телефон в холле. Если проиграли накануне - всю тренировку "челноки" бегаем…
- Тяжело?
- Тяжелее было лет пять подряд ездить в Адлер. Гостиница, напротив стадион. Кросс - 25 кругов по 400 метров.
- Трудоголиков встречали?
- Роман Ляшенко. Если ошибется - словно сам на себя обижается. Переживает, остается после тренировки. Поэтому и уехал в "Даллас", играл с Майком Модано.
- Вы ведь не верите, что Роман сам повесился?
- Не верю. Темная история. Как и самоубийство Трасеуха. Я знал этих ребят, играл с ними - никогда бы они с собой не покончили. Тогда на наш город какая-то черная череда накатила - погибли Жашков, Трасеух, Ляшенко… У Романа мама, молодая еще женщина, год спустя умерла, не выдержала.
КАПИТАН В 25 ЛЕТ
- Был хоккеист, против которого ничего не получалось?
- Мне против Уфы тяжело игралось. Какие-то они были непредсказуемые - Цулыгин, Семак, Денисов… Вот против Денисова было туго. Праворукий, быстренький.
- А еще против кого?
- Против Нижнекамска. Очень уж холодный старый дворец. Раздевалки неуютные.
- Тренеры той поры не очень доверяли игрокам, но могли довериться экстрасенсам.
- В "Торпедо" только психолога приглашали на базу. Матча четыре продержался. Потом убрали.
- В "Торпедо" 90-х платили хорошо?
- Я получал 130 рублей, числился рабочим на моторном заводе. Стоял в очереди в заводскую кассу. В 1999-м и 2000-м "Торпедо" брало бронзу. А зарплату не видели полгода. Начальство сказало: "Потерпите, скоро все будет". Как только клуб переименовали в "Локомотив", сразу деньги появились. Сами не верили, что можем столько зарабатывать.
- Капитаном вы были лет десять?
- Ровно десять. Тарасенко уехал в Тольятти, и вдруг вместо него капитаном становлюсь я, 25-летний! До сих пор не понимаю, почему Воробьев назначил. Но он же и разжаловал - отношение, говорит, "не то". Потом вернул эту буковку.
- Жена пришивала?
- Саня Беляев подправлял. Эта буква на липучке была. Петр Ильич внушал трепет. В коридоре старались лишний раз не сталкиваться.
- В вашей команде чуть поиграл Владимир Кречин. Так он рассказывал, на команду было два "мерседеса", у него и Егора Подомацкого. Парковали эти машины подальше от дворца, чтобы Петр Ильич не увидел. Ревниво относился к таким вещам.
- Петр Ильич на хорошие машины нервно реагировал. Сам-то он пригнал из Германии какой-то пикап, еще от клуба прикрепили к нему старый "вольво" с водителем.
- А вы ездили на автомобиле для того времени экзотическом. "Альфа-Ромео", кажется?
- Да. Жуков пригнал две из Италии. Одну взял я. Поездил и перепродал зубному врачу из Рыбинска. А самый своеобразный автомобиль был у Сеича - Николаева Сергея Алексеевича. Армейский джип. Но он вообще человек особенный. Каждая установка как спектакль. Начинал спокойно, а чем закончит, предсказать было невозможно.
Как-то возвращались поездом, проиграли кому-то. Встречает нас старый "Икарус". Сеич кассету дает водителю: "Поставь. Пусть посмотрят, что с ними делали". Тот ставит - бог ты мой, порнография!
МОСКВА - НЕ МОЙ ГОРОД
- Мне Сеич рассказывал, как подтягивался в сорок лет на одной руке.
- А нам показывал в 87-м году! Увидел перекладину - вот, говорит, смотрите. Попробуйте повторить. В последнем его интервью вычитал, что учил меня и Юшкевича правильно бросать.
- Не было такого?
- Вспомнил - учил. Хорошо бросить не так просто. Если глубоко заворачиваешь крюк - шайба у тебя низом будет летать. Наоборот - по верхам.
- В последнее время его встречали?
- Тяжелая картина. Такой был крепкий мужик - а тут приходил на "Арену", двигался уже плохо, память терял…
- За эти годы хоть раз были близки к тому, чтоб уехать из Ярославля насовсем?
- Нет. Хоть звали в Чехию, Финляндию. Даже московское "Динамо" один год приглашало, при Крикунове. Сам отказывался. Москва - не мой город.
- Приезжает к вам гость. Куда ведете первым делом, чтобы все понял о вашем Ярославле?
- Сначала домой, с семьей знакомить. Потом - на рыбалку. Но это в Рыбинск надо ехать. Там огромное водохранилище и такая рыбалка, что кому угодно понравится.
- Борис Майоров мне как-то показывал, какую рыбу вытащил - ему рук не хватило.
- Я судаков с лодки ловил по три килограмма. И удочкой, и сетями. Ночь провести в лодке, среди деревьев - это просто здорово. А охотник номер один у нас Илья Горохов. Я ходил на глухаря и тетерева. Даже на кабана, но тот не вышел. Да у меня и ружья своего нет. Больше рыбалка нравится.
- Вас можно встретить около полыньи?
- Вполне. В зимней рыбалке одним днем не обойтись, надо дня на три уезжать. Есть мечта - махнуть в Карелию на недельку. Какие там озера…
Ярославль - Москва
Юрий ГОЛЫШАК23.04.2014 22:30
http://hockey.sport-express.ru/reviews/43739/
Метки: Голышак Красоткин |
Страницы: | [1] |