Главное различие между кошкой и ложью заключается в том, что кошка проживает лишь девять жизней. Марк Твен
Самым лютым врагом истины зачастую является не ложь - умышленная, наглая и злостная, а миф - стойкий, убедительный и нереальный. Джон Ф. Кеннеди
Доля научных трудов Ньютона (1643-1727) превышает 15%. Всё остальное – труды по богословию и магическим искусствам – алхимии, нумерологии, истории и др. Львиную долю книг в его библиотеке составляли труды по богословию и магии.
«Скандальная» часть ньютоновского архива стараниями научного сообщества на 200 лет была предана забвению, и лишь совсем недавно появились первые исследования на эту тему.
Татьяна_Черноглазова, канд.хим.наук пишет:
К концу своей жизни он остался практически в одиночестве без учеников, которым он мог бы передать свой архив и дневниковые записи с научными рассуждениями и доказательствами.
Менее чем за полгода до кончины он, никому не адресуя, пишет на первый взгляд странное письмо-послание, о котором в ученом мире почти никому не было известно.
ПРЕДСМЕРТНОЕ ПИСЬМО ИСААКА НЬЮТОНА
"Письмо к Тому, Кто сможет сделать То, Чего не сумел сделать Я. Я, великий физик и ученый муж Ньютон Исаак, раскаявшийся во всем, что было сделано и не сделано мною, и признавший свою несостоятельность в вопросах физики, передаю сей труд в руки Того, Кто сможет сделать То, Чего не сделал Я, осознает полученные мною знания и сохранит переданные мне реликвии властвующей над всеми и вся Природы... Я прошу Тебя, о Добрый Друг моих изысканий, передать То, Что Ты здесь найдешь, людям... На сем остаюсь раб Твоей Воли и поступков, "учитель физики и лжи", Исаак Ньютон! "
А вот кратко то, что было через 70 лет после его смерти.
Архивариусом наследия Ньютона был Джордж Уоррен Бэкон, далекий родственник Фрэнсиса Бэкона (1561-1626) - философа и основоположника английского материализма. Как-то архивариус прослышал о молодом и талантливом физике Томасе Юнге, который уже немало времени искал в разных библиотеках сведения об архиве Ньютона...
И вот из дневника Юнга читаем: "27 августа года допоздна я оставался в кабинете, чтобы завершить некоторые дела... Внезапный стук в дверь отвлек мое внимание... Я встал и спросил: "Кто там? ", но мне не ответили. Тогда, приоткрыв дверь, я увидел человека весьма благородной внешности и, по-видимому, богатого. Я впустил его в дом, хотя для меня оставалось загадкой его намерения. Он представился мне как Джордж Уоррен Бэкон, далекий родственник известного Фрэнсиса Бэкона, и сказал, что он является архивариусом тайного общества "Приор Сиона"... Я со своей стороны выразил удивление: чем могу быть ему полезен, на что тот протянул мне странное письмо следующего содержания".
Письмо-послание смотрите выше.
Содержанием дневников и архива Ньютона он был ошарашен. Но гость предупредил Юнга, что все, что он принес, надо очень скоро вернуть, то есть до возвращения членов ложи "Приор Сиона", которые сейчас во Франции на переговорах,.
Всего лишь несколько дней провел Юнг в изучении тайных материалов. За это время он успел переписать не более одной трети "Доктрины о дыхании Мира", которую сам Ньютон пометил как "труд", подаренный ему "внеземными владыками". Однако и этого оказалось достаточно, чтобы Томас серьезно задумался об истоках возникновения световой энергии, границах познания Мировой воли и многом другом.
Перед тем как забрать архив и дневники своего бывшего шефа, Бэкон убедительно просил Юнга, чтобы он весьма осторожно распоряжался полученными "знаниями, так как члены ложи "Приор Сиона" внимательно следят за развитием науки и любое подозрение в том, что кто-то проник в их тайны, может привести к серьезнейшим последствиям.
К сожалению, молодой ученый не послушался его совета. В результате этого архивариус бесследно исчез, а Юнг бежал во Францию, где впоследствии благодаря прочтению тайных ньютоновских материалов прославился прежде всего как основоположник волновой теории света.
![p002_0_00_01 (620x440, 82 Kb)](//img1.liveinternet.ru/images/attach/c/1//56/761/56761294_p002_0_00_01.jpg)
конец света наступит в 2060 году
Вернёмся к Ньютону.
Ньютон украл не только законы, сегодня называемые его именем. Гюйгенс и Гук с ним судились. Судился с Ньютоном и великий Лейбниц на предмет воровства Ньютоном лейбницевского интегрального исчисления.
В 1675 году Ньютон прислал Обществу свой трактат с новыми исследованиями и рассуждениями о природе света. Гук на заседании заявил, что всё, что есть ценного в трактате, уже имеется в ранее опубликованной книге Гука «Микрография». В частных беседах он обвинял Ньютона в плагиате: «Я показал, что господин Ньютон использовал мои гипотезы об импульсах и волнах» (из дневника Гука). Ольденбург тут же известил Ньютона об этих обвинениях, и тот расценил их как инсинуации.
Мнение С. И. Вавилова по этому поводу:
Если связать в одно все предположения и мысли Гука о движении планет и тяготении, высказанные им в течение почти 20 лет, то мы встретим почти все главные выводы «Начал» Ньютона, только высказанные в неуверенной и мало доказательной форме. Не решая задачи, Гук нашел ее ответ. У Гука была гениальная догадка физика-экспериментатора, прозревающего в лабиринте фактов истинные соотношения и законы природы. ..
В дальнейшем отношения Ньютона с Гуком оставались напряжёнными. Например, когда Ньютон представил Обществу придуманную им новую конструкцию секстанта, Гук тут же заявил, что изобрёл такой прибор более 30 лет назад (хотя никогда секстантов не строил)."
О. Е. Акимов дополняет:
Так кто же открыл первый закон Ньютона?
Авторство этого закона принадлежит Декарту. Именно в декартовых «Началах» (1644), а вовсе не в ньютоновых «Началах» (1686), мы находим чеканную формулировку: «всякая вещь пребывает в том состоянии, в каком она находится, пока её что-либо не изменит». Правда, этот закон французский мыслитель трактовал шире, чем это предполагается первым законом Ньютона. Декарт писал: «если некоторая частица материи квадратная, она пребывает квадратной, пока не явится извне нечто изменяющее её форму».
Французский мыслитель включал механическую инерцию в более общий, можно сказать, философский закон инерции: нечто не происходит из ничего, на всё имеется причина. Однако сразу после процитированной фразы в разъяснениях к этому закону говорилось: «если же эта частица материи покоится, она сама по себе не начнет двигаться; у нас нет также никаких оснований полагать, что, начав двигаться, она когда-либо прекратит это движение, если только не встретится что-либо замедляющее или останавливающее его. Отсюда должно заключить, что тело, раз начав двигаться, продолжает это движение и никогда само собой не остановится. Но так как мы обитаем на Земле, строение которой таково, что все движения, происходящие вблизи нас, быстро прекращаются, притом часто по причинам, скрытым от наших чувств».
Но если он сформулировал «первый закон», то, по всей видимости, он сформулировал и «второй закон»?
Вот он: «всякое движущееся тело стремится продолжить свое движение по прямой»
Декарту важно было этим законом подчеркнуть именно прямолинейность движения, которая прямо не вытекает из предыдущего закона, который, как мы видели, затрагивал и форму материальных частиц.
Был ли у Декарта третий закон и если был, как он формулировался?
Третий закон был и формулировался он так: «если движущееся тело встречает другое, более сильное тело, оно ничего не теряет в своем движении; если же оно встречает более слабое, которое оно может подвинуть, то оно теряет столько движения, сколько сообщает».
Признаться, не очень понятен смысл этого закона. То ли дело у Ньютона: в отношении третьего закона к нему нет никаких вопросов. Его закон гласит: сила действия равна силе противодействия; обе силы направлены по одной прямой в противоположные стороны. В формулировке же декартовского закона не ясен сам термин «сильное тело».
Действительно, Декарт пользовался еще не совсем устоявшимися терминами. Под «силой тела» он понимал, собственно, количество движения, т.е. произведение массы тела на его скорость.
Третий закон в формулировке Ньютона не имеет той общности, на которую может претендовать физический закон. Он кается двух сил, направленных в противоположные стороны, т.е. мы имеем дело с частным случаем сложения двух векторных величин, когда их сумма равна нулю. Но силы могут быть направлены под углом друг к другу, и тогда нужно будет воспользоваться общим правилом сложения векторных величин, а именно правилом параллелограмма, которое было известно уже Архимеду.
Ньютону пришлось к своему третьему закону приписать еще шесть следствий, первое из которых касалось правила параллелограмма. Однако правило параллелограмма не является следствием третьего закона (или аксиомы, как говорил иногда Ньютон), хотя из правила параллелограмма путем логических рассуждений можно прийти к третьему закону.
Ну а что можно сказать о его теории света?
Никакой теории света Ньютон не создал. В молодости он читал «Лекции по оптике», которые оставлял ему куратор, Исаак Барроу. Потом он ставил эксперименты и писал работы на эту тему, но Гук всякий раз находил у него множество пунктов для серьезной критики. В постановке экспериментов Гуку не было равных. В вопросах оптики он намного опережал Ньютона. Недаром, публикацию своего основного труда по этой тематике, «Оптика» (1704), Ньютон откладывал до самой кончины Гука (1703).
В 1665 году Гук выпустил свою знаменитую «Микрографию», где впервые предложил волновую теорию света. Ньютон читал этот труд с пером в руках, покрыв семь листов бумаги своими выписками и комментариями. Однако в своей «Оптике» он ни разу не упомянул имя Гука, у которого были позаимствованы практически все оптические эксперименты. Именно по объяснению оптических экспериментов у него с Гуком вспыхнула первая большая ссора.
Ньютон, как и в эпизоде с Гуком, обокрал и Лейбница. Последний доверился ему, посчитав его порядочным человеком, а тот в ответ на это доверие, бессовестно обманул, объявив себя единоличным владельцем интеллектуальной собственности. Мало того, что Ньютон присвоил чужое, так он еще плохо разобрался в том, что незаконно присвоил себе. О дифференциалах Ньютон писал с ошибками, плохо понимая этот предмет, а интегралами вообще почти не занимался.
Тот, кто хорошо знает математику и физику, кто тщательно разбирался с тем, что написал он и теоретики его времени, скажет Вам, что слава Ньютона совершенно не адекватно его интеллектуальным способностям. «Начала» и «Оптика» — это вымученные сочинения, куда попали разнородные элементы множества тогдашних теорий. Автор крал ото всех понемногу, внося элементы спекуляции, которые, однако, очень нравились философам, хотя были ошибочны с точки зрения рациональной науки.
Хотите примеры? Пожалуйста. В третьей книге «О системе мира» в качестве первого предложения Ньютон написал: «Центр системы мира находится в покое», а потом добавил: «Это признается всеми, ибо одни принимают находящейся и покоящейся в этом центре Землю, другие — Солнце».
Это схоластическое предложение противоречит элементарному физическому факту, о котором знал уже Архимед. Центр тяжести Солнечной системы (здесь имеется в виду именно это понятие) будет перемещаться в зависимости от положения планет.
Другим примером того, что Ньютон имел слишком расплывчатые представления о важнейших принципах механики, которую разрабатывали Декарт, Гюйгенс, Лейбниц, Гук и другие мыслители, оставшиеся в тени славы надменного англичанина, служит теория движения Луны. Для объяснения очень непростого движения спутника Земли Ньютон целиком перенял объяснение своего друга Галлея, который — я сейчас, наверное, Вас сильно удивлю — оперировал еще птолемеевскими эпициклами.
http://sceptic-ratio.narod.ru/po/newton_0.htm
![(500x329, 34Kb)](//img1.liveinternet.ru/images/attach/c/1//56/761/56761427_29034_24254.jpg)
Ещё один взгляд на деятельность Ньютона.
Для того чтобы вам было более понятно, кто за этим стоял и был идейным вдохновителем данной афёры, приведшей к исторической подмене, я вкратце расскажу вам об Исааке Барроу — члене ордена «Вольных каменщиков» (прим. глобальная массонская организация), члене ордена «Люциферян» (прим. из той же шайки), учителя Ньютона по Кембриджскому университету.
Барроу попал в Тринити-колледж Кембриджского университета в пятнадцать лет. И не просто попал, а конкретно попал, поскольку его наставник был одним из членов тайного ордена «Люциферян», который входил в высшие круги ордена «Вольных каменщиков». Такое знакомство не только значительно повлияло на Барроу, но и изменило его дальнейшую судьбу. Именно в этот год с ним произошла резкая перемена. Помимо того, что люциферяне использовали его в тайных ритуальных актах силы, его наставник сумел направить буйный темперамент Барроу в русло изучения языков и наук древности. После окончания колледжа Исаак уже хорошо владел латинским, греческим, арабским, увлекался математикой, астрономией, философией, богословием, проявлял особый интерес к сведениям наук древности. В общем-то получился неплохой «кадр» для служения Архонтам (прим. массонам). После окончания колледжа люциферяне принимают Барроу к себе в орден и для начала используют его в качестве курьера с тайными поручениями. За четыре года он посещает Францию, Италию, проживает некоторое время на Ближнем Востоке (в Константинополе, Смирне). На обратном пути в Англию посещает Германию и Голландию.
В качестве награды за свои «подвиги» в тайной деятельности Исаак Барроу получил в Константинополе от членов люциферян очень любопытные древние трактаты, среди которых находились и ценнейшие по своим знаниям научные работы Омара Хайяма, таинственным образом исчезнувшие в своё время из библиотеки Тегеранского университета.
Его действительно страстным увлечением стал перевод привезённых старинных фолиантов. Уже по прошествию двух лет кропотливых трудов, поняв насколько гениальными были изобретения и знания древних учёных намного опередивших своё время (а в распоряжении Барроу были не только труды Омара Хайяма, но, к примеру, и узбекского математика Хамид ал-Хаджеиди, древне-греческого математика Евклида, Архимеда) Барроу убеждает членов люциферианства создать новую кафедру при Кембриджском университете — кафедру геометрии и оптики, на которую он впоследствии и перешёл, бросив кафедру греческого языка. В 1661 году, когда открылась данная кафедра, Барроу и знакомится с Ньютоном, который был одним из слушателей его лекций, субсайзером. В то время так называли бедных студентов, которые не могли заплатить за обучение. И пока они были недостаточно подготовленными к слушанию университетского курса, им разрешалось лишь посещать некоторые лекции. Но взамен этого они обязаны были прислуживать либо более богатым студентам, либо членам университета. Молодому профессору Барроу, зав. кафедры математики, было к тому времени тридцать один год.
Барроу стал для Ньютона не просто учителем и наставником, но и очень близким ему человеком. Этой непростой … дружбе ещё способствовала та жизнь, которую Ньютон провёл в течение своих восемнадцати лет. Ньютон родился на сельской ферме недоношенным, маленьким и очень хилым ребёнком. Его отец тоже Исаак Ньютон умер, не дожив до рождения своего сына. Мать фактически бросила мальчика в раннем детстве, оставив малолетнего Ньютона на воспитание бабушки. Она вышла замуж за священника и переехала жить к своему новому супругу. Естественно, это дополнительно травмировало психику ребёнка, который возненавидел своего отчима. Он рос замкнутым в себе. Был слабым, пугливым.
Барроу подходил во всём послушный Исаак, и в первую очередь, как человек его ближнего круга, который был не просто верен, но и во всём послушен. Поэтому Барроу вплотную занялся карьерой Исаака. Ньютону, с помощью лёгкой руки Барроу заменяют нищенскую субсайзерскую стипендию на аспирантовскую. В 1665 Исаак заканчивает колледж, получая учёную степень бакалавра изящных искусств (словесных наук). В это время в Англии начинается эпидемия чумы.
Барроу зря времени не терял. Перед тем как университет в связи с эпидемией распустил своих студентов на полуторагодичные каникулы, он вручает Ньютону переведённые трактаты Омара Хайяма с точными научными расчётами по физике, математике, астрономии. Среди них, кстати говоря, была и ценная работа Омара «Трудности арифметики». Барроу даёт задание Ньютону переработать данный материал на своё авторство для скорейшего присвоения Ньютону степени магистра. Кстати говоря, даже историю про яблоко Ньютон придумал не самостоятельно. Дело в том, что Омар Хайям, объясняя в своих работах закон всемирного тяготения, приводил разные примеры, в том числе объяснял силу тяготения на примере падающего яблока с яблони, то есть дерева весьма распространённого в Средней и Восточной Азии.
Так вот, прочитав и переделав на свой лад труды Омара Хайяма, его объяснения и формулы, связанные с законом всемирного тяготения, методами дифференциального и интегрального исчислений, работы о природе дисперсии света и спектральным цветам, позаимствовав из изобретений Омара Хайяма зеркальный телескоп, над которым бились многие светлые умы семнадцатого века, Ньютон явился в Кембриджский университет, как говорится, во всеоружии для получения степени магистра.
«Гениальная» задумка Барроу о быстром продвижении своего ставленника через присвоение чужих трудов сработала. Уже в 1669 году Исаак Барроу передаёт двадцатишестилетнему Исааку Ньютону почётную физико-математическую кафедру в университете. А сам Барроу в 1670 году получает степень доктора богословия, таким образом, мягко сходит с поприща точных наук.
Исаак Ньютон с самого начала сильно переживал, что этот обман могут раскрыть в любое время. Да ещё чуть было не прокололся на зеркальном телескопе. Из-за неточностей перевода он соответственно и соорудил телескоп, допуская элементарные ошибки. Но и в этой проблеме ему помог Барроу, сделав более точный перевод трактата Омара Хайяма, оригинал который хранился у учителя в тайнике. По второму переводу Ньютон и соорудил свой знаменитый второй зеркальный телескоп, демонстрация которого в 1671 году произвела сильное впечатление на его современников, что и послужило официальным поводом для избрания Ньютона в члены Лондонского королевского общества, как называлась тогда английская академия наук.
Барроу как-то ему сказал: «Если ты стоишь высоко и видишь дальше других, то лишь потому, что стоишь на плечах гигантов». Ньютон же эти слова перефразировал на тему своих гениальных открытий, хотя, по сути, речь шла о «Вольных каменщиках» и его зависимости от них.
Слава о молодом «гениальном учёном» стала настолько всеобъемлющей, что даже сам Ньютон начал верить в то, что он действительно гений. Благодаря непомерному эгоизму, его мания величия стала расти как на дрожжах. Дошло до того, что в одном из разговоров с Барроу, он небрежно отозвался о нём, ставя свою «гениальную» личность несравненно выше своего учителя. На что Барроу, имея достаточно сильный и волевой характер, сразу же поставил его на место, подчеркнув степень глупости Ньютона, напомнив ему, что достаточно ему опубликовать первоисточники.
Однако с тех пор у Ньютона появляется навязчивая идея — выкрасть и сжечь «подлинники», чтобы уже никому не удалось его шантажировать и обвинять в плагиате.
![(700x525, 119Kb)](//img0.liveinternet.ru/images/attach/c/1//56/761/56761848_salvador_dali_nyuton.jpg)
Сальвадор Дали. Ньютон
Буквально через полгода после этого разговора, в мае 1677 года Барроу в возрасте 47 лет скоропостижно умирает. Воспользовавшись данными обстоятельствами, Ньютон успел забрать из тайника Барроу все бумаги. Затем он скопировал те моменты, которые, по его мнению, могли бы принести ему ещё большую славу. Потом сжёг старинные бумаги, так сказать весь «компромат» на свою персону.
Потешая его манию величия, и, естественно, преследуя свои интересы и цели, они выдвинули Исаака в депутаты парламента от Кембриджского университета, дабы пополнить своё «большинство». Именно пополнить, потому что Ньютон был совсем никудышный политик. Впоследствии, они не раз его баллотировали и пропихивали в члены парламента. Про него в то время ходил анекдот, что Палата общин услышала голос Ньютона всего лишь один раз за всё время, когда он обратился к сторожу с просьбой закрыть форточку в зале заседаний.
Однажды возникло серьёзное противостояние преподавателей Кембриджского университета с властями, которые хотели, чтобы университет был укреплён и возглавлен католиками. В состав делегации к властям с петицией протеста от университета вошёл и Ньютон. Его люциферяне специально выдвинули, чтобы он, пользуясь своей славой и авторитетом великого учёного, сказал решительное «нет». Вместо этого Ньютон, будучи трусливой натурой, особенно перед власть имущими, промямлил непонятно что. Положение спасли другие члены делегации, и университет всё-таки отстояли. Но люциферяне Исааку этого не простили.
Спустя некоторое время зимой в кабинете Ньютона случился пожар. Причём странный пожар, возникший якобы от упавшей, зажженной свечки на столе, и как-то лихо уничтоживший работы, которые Ньютон готовил к изданию: трактаты по оптике, химии, большое «сочинение» по акустике, рукописи о цвете и свете с его многолетними опытами и другие «его» труды. Причём пожар, лаконично пройдясь по бумагам Ньютона (и даже тем из его тайника, которые «непонятным образом» очутились на столе), больше ничего не повредив, на том и закончился.
На этом пепелище лежала записка, в которой указывалось, что уничтоженные им при таких-то обстоятельствах трактаты копией подлинников, выполненных в XIII веке, вот это по настоящему потрясло Ньютона. Причём, настолько сильно, что он был на грани сумасшествия. В течение последующих трёх лет его сопровождали припадки умопомешательства, тяжёлые психические расстройства, мания преследования.
Более-менее восстановив своё здоровье, Ньютон попросил люциферян подыскать ему какую-нибудь должность в Лондоне, поскольку понятно, что ни о какой научной карьере речь уже идти не могла. Более того, в письме к секретарю Королевского научного общества – эквиваленту современной Академии наук, Ньютон в возрасте 31 года сообщает, что с 4 декабря 1674 года он намерен прекратить всякие занятия математикой и оптикой и прочими физическими науками, с тем, чтобы целиком посвятить себя вопросам религии, не уточняя какой именно.
Люциферяне дали ему возможность искупить его провинности перед ними преданным служением, устроив Ньютона на должность смотрителя Монетного двора. Он действительно добился в этом деле успеха, приведя в порядок расстроенное монетное дело Англии. За это он получил пожизненное высокооплачиваемое звание директора Монетного двора. Ну, а дальше привилегии повалились на него, как снежный ком. Его избирают и членом парламента, и президентом английского Королевского общества. Кроме того, за научные «заслуги» Ньютона возводят в дворянское достоинство и он становится «сэром Исааком». Участвует в министерских и парламентских комиссиях, по протеже люциферян становится салонным философом принцессы Уэльской.
В общем люциферяне проворачивали через Ньютона серьёзные дела, стоящие гораздо больше, чем все его привилегии и звания. Ньютон прекрасно понимал всю марионеточность своего положения. И это неудовольствие в ущемлённом эгоцентризме выражалось уже в скверности и деспотичности его характера на старости лет. Он стал озабочен тем, каким его образ останется в памяти людей. Ньютон позировал перед художниками, дабы те рисовали его портреты. Причём, так часто позировал, как это в то время позволяли себе лишь коронованные особы. Ньютон умер, когда ему было уже за восемьдесят, перед смертью отказавшись от святого причастия. Но и после его смерти «Вольные каменщики» во всю использовали авторитет созданного ими образа для достижения своих целей.
По материалам книги Анастасии Новых «Сэнсэй-4. Исконный Шамбалы».