В колонках играет - Ustad Bismillah Khan
РАВИ ШАНКАР
пауза, длинной в вечность
В пятидесятых его нарекли индийским Моцартом, в шестидесятых его превозносили как крестного отца рок революции и основателя "word music", он отучил легендарную четверку Beatles разбивать гитары над головами беснующихся поклонниц и открыл им чудеса звучащей и самоуглубленной Индии, одна из лучших его пластинок была записана в Советском Союзе в стенах Кремля, в его бомбейскую музыкальную школу съезжаются попытать счастья тысячи достойных музыкантов со всего мира; по легенде, Индира Ганди, слушая ситар Шанкары, не торопилась вытирать текущие по щекам слезы, ибо то были слезы радости. Индийскому гуру уже за восемьдесят, но по его словам, он чувствует себя даже лучше ролс-ройса, пробежавшего 200 000 миль. Ведь человека окружает вечность, колесо крутится, и печальная рага непременно превратится в танец ликования - кому как не Рави Шанкару это знать наверняка.
Звук есть Бог, верят индусы. Индия - это непрерывная песнь, льющаяся из горячего сердца мира.
Классическая индийская музыка не подвластна математическим законам модуляций, тонов и тактов. Внутри нее живет пауза беспредельности, подобно молитве. Если бы Рави Шанкар не жил с детства в Париже, ему трудно было бы понять, почему европейцы физически не могут слушать ситар свыше полутора часов. Европейцы ищут точку опоры, им необходимо знать, что развязка обязательно наступит и точно по расписанию. Однако, сама судьба одаренного индийского мальчика ставила перед ним увлекательную задачу - соединить в своей музыке несоединимое - монотонное кружение Востока и устремленный бег Запада.
Начало этой истории идеально подходит для завязки в хорошем кино. Десятилетний мальчик по имени Робиндра Шанкар, родом из святого города Варанаси, самый младший в семье бенгальских брахманов, уговаривает своего старшего брата Удая, именитого танцора, взять его в свою труппу, отъезжающую на гастроли в Европу. Париж, прежде не видавший ничего подобного, встречает диковинных танцоров и музыкантов овациями.
Шанкар вспоминает об этом времени: "Париж, как известно, в тридцатые годы был столицей искусств, туда съезжались и классические музыканты. Я ходил на концерты Фрица Крейслера, Андреса Сеговии - он был нашим соседом, - Джордже Энеску, Игнацы Падеревского, Федора Шаляпина, встречался даже с шестнадцатилетним Иегуди Менухином. У меня не было подходящего образования, но в классической музыке я чувствовал себя как дома".
Когда Шанкару исполнилось пятнадцать, Удай пригласил в труппу одного из известнейших индийских музыкантов, виртуозного мастера игры на сароде, Аллауддина Хана, который выступал с ними целый год, а затем вернулся в Индию. По словам Рави Шанкары, встреча с ним перевернула всю его жизнь. "У тебя столько талантов, все, что ты делаешь, прекрасно, но ты ничего не добьешься, занимаясь одновременно всем, - сказал музыкант юному танцору. "Я танцевал все меньше, все больше склонялся к музыке, а в конце концов оставил брата и отыскал в Индии Хана, ставшего моим гуру".
Важно понять, что традиции индийской классической музыки передавались изустно, непосредственно от учителя к ученику. Соком индийской музыки является рага, устойчивый мелодический узор, по линиям которого импровизирует музыкант. Импровизация - это не просто виртуозная игра музыканта, это мистическое таинство, в котором мастерство следует за молитвенным экстазом. Ранджаяти ити рага - в преводе с санскрита - "только рага услаждает душу". Сложнейшая, изысканная, основанная на восхождении и нисхождении нот, полная тончайших диссонансов, остановок, микротонов, настоящая рага охватывает и передает все чувства, какие только может испытать человек.
В Индии этот принцип назывется нава раса - девять экстрактов жизни. Обычно расы ставятся в следующем порядке: шрингара (романтическое или эротическое настроение), хасья (юмористическое), каруна (печальное или патетическое), раудра (гневное), бхаянака (слезливое или испуганное), вибхатса (чувство отвращения), адбхута (удивление), шанта (ощущение покоя).
Именно эти ступени Робиндра Шанкар осваивал долгих семь лет под пристальным вниманием наставника. Получив благословение, и взяв себе новое имя как символ преображения, Рави начал концертную деятельность, быстро принесшую славу. Уже в середине 40-х годов он много писал для кино и балета. Тогда же он сочинил музыку для национального гимна Индии. Для честолюбия любого музыканта этого бы хватило с лихвой, однако Рави Шанкар следовал мудрости своего наставника и смело продолжал погружаться в суетный и иллюзорный мир, нарисованный на кончике пальца бога Брахмана.
В 50-х годах индийский музыкант посетил Европу, США, Японию и Советский Союз. В 1964 году в Бомбее открыл собственную музыкальную школу.
И все-таки воистину легендарное для мировой музыки событие произошло в 1965 году в Лондоне на обеде у президента общества азиатской музыки, где Шанкар любезно согласился дать небольшой концерт в сопровождении Алла Раха, после которого он предложил всем желающим взять первый урок игры на ситаре. Желающими оказались Джордж Харрисон, Джонн Леннон и Ринго Стар. В своей книге Харрисон потом вспоминал: "Удивительно было видеть выдающегося мастера, который показывал игру с самых азов. Мы занимались, тут зазвонил телефон, я положил ситар, встал и перешагнул через него, чтобы идти к телефону. Рави Шанкар шлепнул меня по ноге и сказал: "Первое, чему тебе надо научиться - это уважать свой инструмент!" Конечно, мы, Beatles, не всегда вели себя подобающе..."
Так открылась эпоха Шанкары у Beatles и Beatles у Шанкары, а, следовательно, и у всего мира западной музыки. "Джордж стал моим учеником, он жаждал научиться играть на ситаре, глубоко любил и уважал нашу музыку и культуру. Я дал ему автобиографию Йогананды, полностью изменившую его жизнь и повлиявшую на остальных "Битлз". Они стали моими учениками, а я превратился в гуру Beatles", - вспоминает Рави.
Вскоре после знакомства Харрисон отправился в Индию вместе с женой Патти. "Я начал делать упражнения йоги, потому что нужно было научиться сидеть и правильно держать ситар, - пишет он, - страшно болели ноги: ситар имеет такую неудобную форму и такой размер! Сидеть нужно со скрещенными ногами, правая нога на левой, левая на полу, инструмент лежит на правой пятке, правая рука лежит на корпусе ситара, а левая, перемещаясь по грифу, не должна его поддерживать. Заниматься надо с закрытыми глазами и знать позиции грифа наизусть, потому что если будешь пытаться вытянуть шею и посмотреть, куда ложатся пальцы, то тело мгновенно горбится и теряет осанку. Однажды Рави пришел и спросил меня: где твои корни? В Ливерпуле? И я отвечал ему, что в Индии я чувствую себя как дома. Но, поразмыслив, решил, что, может быть, следует возвратиться к гитаре, потому что ясно было, что выдающегося ситариста из меня не получится".
Знакомство с рок-н-роллом вдохновило Шанкару на эксперименты, он пробует новые для себя жанры - фолк, джаз, авангард, что не удивительно. Достаточно представить себе, как Харрисон и Ринго зазвали Рави на Монтерей - "на ознакомительную экскурсию", где шла вечерняя программа с Дженис Джоплин, Джими Хендриксом и The Who. Такую музыку их учитель слышал впервые и был шокирован. "То есть я вполне оценил виртуозность Хендрикса, и пели там хорошо, но в целом… Все были под кайфом, ломали инструменты, музыка была такая громкая, что я просто не мог ее вынести. Я отказался играть на следующий вечер, но Харрисон уговорил меня, и в конце концов концерт оказался приятным опытом".
В 1966-м году Рави Шанкар вместе со скрипачом Иегуди Менухиным участвовал в фестивале Bath; впоследствии музыканты вместе выпустили альбом "West Meets East", состоящий из трех частей. Первый диск из серии получил в 1967 "Грэмми" в категории "Лучшее исполнение камерной музыки".
В 1969-м, не без уговоров Ринго и Джорджа, он приехал на Вудсток - легендарный рок-фестиваль, после чего зарекся выступать перед огромными аудиториями и сменил менеджера на импресарио, работавшего с классическими музыкантами. Ему пришлось взять паузу на полтора года, чтобы отдышаться от бешеного ритма ненасытного Запада.
Рави Шанкар часто напоминал своим подопечным из Beatles, что настоящая музыка почти интимна, невозможно ее донести до многотысячной толпы на стадионе.
"Однако, в 1971 году, - пишет Харрисон, - когда я был в Лос-Анджелесе и записывал музыку к фильму "Рага", Рави Шанкар поделился со мной намерением дать концерт с большой аудиторией - чтобы он мог собрать тысяч 25 долларов для голодающих в Бангладеш. Он спросил меня, не мог бы я ему чем-нибудь помочь, например, открыть концерт. После этого он мне начал давать вырезки из журналов и газет, в которых описывалась война, бедствия, нищета, я начал осмысливать происходившее и подумал - пожалуй, мне надо бы помочь. Мы, как участники "Битлз", были воспитаны на взглядах, что если уж что-нибудь делаешь, делай это с размахом, если уж собирать средства, то почему бы не собрать миллион. Я три месяца обзванивал всех по телефону, подключил Эрика Клэптона... А после концерта еще долгие годы во всех бенгальских ресторанах мира ко мне подходили официанты со словами: "Мистер Харрисон, приятно было знать, что кто-то о нас думает, когда мы сражались в джунглях ". Спасибо Рави Шанкаре, - всегда отвечал я".
С начала семидесятых Европа и Америка переживает настоящий южноазиатский бум. Тысячи паломников, вдохновленных ситаром, "возвышающим душу", отправляются за просветлением в сакральные земли Индии и Тибета. Сказочные картины буддийского, индуистского и даоссого мировидения становятся не просто модными, они вдохновляют не одно поколение писателей и музыкантов, художников, дизайнеров и модельеров Запада.
Ежегодно Шанкар давал около семидесяти концертов по всему свету, продолжал писать музыку для кинофильмов и мьюзиклов, два изумительных концерта для ситара и симфонического оркестра в огромной степени перевернули как европейское так и индийское представление о классической музыке. Его Второй концерт впервые прозвучал 22 марта 1982 года в Лондоне в Королевском зале на торжественном открытии фестиваля Индии, где присутствовали принц Уэльский, премьер-министры Индии и Великобритании. В 1985-м году Шанкар получил очередной "Грэмми" за музыку к фильму сэра Ричарда Аттенборо "Ганди". А в 1988 музыкант приехал в Россию с новым проектом "Tana Mana", в котором он гармонично синтезировал новейшие европейские инструменты с традиционными ситаром. Концерт происходил в Большом театре в сопровождении русского балета. Запись этого концерта, пластинка "Ravi Shankar Inside The Kremlin" считается одной из самых успешных его работ. Впрочем, его дискография необъятна, ведь каждый концерт - это импровизация, а повторений не существует, разве что в домашнем кинотеатре можно повторить запись одним нажатием на кнопку пульта.
И все-таки, идея Шанкары встретить в музыке восток и запад наиболее наглядна в его совместных работах с европейскими исполнителями, например со скрипачом Иегуди Менухином. Обескураживают и пленяют его экспериментальные пробы с американским композитором-минималистом Филиппом Глассом, другом Брайна Ино. Одна из ярчайших дуэтных пластинок - "4 seasons", альбом удивительным образом сочетающий не сочетаемое: ситара и электронная музыка, живая рага и тревожные голоса, пропущенные по дорожкам компьютерной программы. Действительно, в такой музыке кросс-культурная встреча звучит почти аппокалиптически. Отчаяние и ужас, пропасть прошлого и холод будущего, острая душевная боль и быстрые слезы раскаяния, сменяющиеся облегчением и возрастающей надеждой, детской радостью жизни, жизни, которая продолжается во всех концах света, на семи небесах и на земле, пропитанной нефтью.
Человека обнимает вечность, когда как время сжимает его в тиски. Но музыка, как говорит Шанкара, освобождает.
Рави Шанкар - знаковый человек нашего времени. Сейчас ему 89, обладатель всех мыслимых и немыслимых премий, как музыкальных, так и гуманитарных - "Гремми", Юнеско, ЮНИСЕФ, а также 14 степеней разных университетов мира, званием командора ордена Почетного легиона Франции и почетного членства в Американской Академии искусств, он вновь гастролирует по всему миру вместе со своей младшей дочерью Анушкой, отшучиваясь в прессе о его старшей дочери поп-певице Норе Джонс, получившей недавно "Грэмми". Его любимый европейский город - Лондон, он по-прежнему считает США самой свободной страной в мире. А Индию - самой живой.
Санкт-петербургское турне летом 2005 Рави Шанкара называл "прощальным". На концерте присутствовала Патти Харрисон, вдова Джорджа Харрисона. В зале, как и прежде, убедительно просили не пользоваться фотоаппаратами. За полтора часа прозвучали три короткие раги. Восторгу зрителей, съехавшихся со всей России, не было предела. Пожалуй, это был единственный в своем роде концерт зарубежной "звезды" в нашей стране, билеты на который официально продавались во всех крупнейших городах: для подлинных ценителей музыки слетать на концерт Шанкары из Новосибирска в Санкт-Петербург - дело совершенно естественное.
На вопросы журналистов Шанкар всегда отвечает с полуулыбкой, стараясь развенчать все мифы, бытующие о нем. Он отрицает свое влияние на европейскую популярную музыку, не понимает, почему его почитают в Индии святым, не одобряет режиссера, снимающего в данный момент о нем фильм, оставляет автографы то на французском, то на английском, и подшучивает над своей старостью.
"Изменения были всегда, но шли постепенно и не пугали. Теперь они шокируют нас, потому что происходят так быстро. Не знаю, согласитесь ли вы со мной, но мне кажется, что Индия - единственная страна, сохранившая свою культуру. В Египте, Китае и Греции от великих культур почти ничего не осталось - традиции стали мертвыми музейными экспонатами. В Индии все еще есть йога, аюрведическая медицина, музыка, танец и ремесла. Когда Индия исчезнет - что останется?".
Нам трудно такое представить, мы лишь простые слушатели, внимающие бесконечному ликованию ситара.
"Я же простой индийский музыкант", - улыбнется Шанкар.
И в повествовании раги возникнет пауза, длинной в вечность.
Анастасия Романова
Если кто-то интересуется скудными ресурсами сети с настоящей индийской музыкой,обращайтесь...)))