![]()
Сам я проснулся около семи утра, позавтракал, после чего упаковал остатки продуктов из морозильника в рюкзак (сырники для сына и плов мне на основной прием пищи). В восемь попытался растормошить ребенка, получилось не сразу, но через час мы уже были готовы к выходу. Упаковались в 45 литровый транспортник, еще был маленький 7 литровый с аптечкой и водой и сумка с каской. С транспортом более-менее везло, 1 маршрутка конечно проехала мимо, т.к. мы прятались в тени остановки, но на второй мы успешно доехали во Фрязево. На кассе купили билеты, полный комплект туда-обратно до Серпа вместе с детским билетом обошелся в двести с чем-то рублей. На путях уже стояло 2 электрички, обе Фрязевские, нужный поезд удалось угадать не сразу, поэтому без утренней зарядки, в виде бегания по мосту с двумя трансами и ребенком в охапке, не обошлось. Ехали достаточно долга, отвлечь ребенка от излишней болтовни наушниками в этот раз не удалось, он ухитрялся сыпать вопросами, пытаясь перекричать музыку. На серпе нужно было сделать пересадку на станцию М-Товарная кольцевых диаметров, на этот раз все прошло без заминок, на навигаторе с прошлого раза остался трек, да и идти было недалеко, хотя куча мостов и переходов удовольствия явно не добавляли. Наушники предательски разрядились, и мне предстояло придумать, чем занять ребенка на ближайшие минимум 40 мин. Поезд приехал не такой красивый как в прошлый раз, я уж было подумал, что он будет совсем без туалета (а свой шанс посетить бесплатный туалет в городе мы не стали использовать именно в расчете на поезд), но в головном вагоне нашлась кабинка. Навигатор выключать не стал, тем более, что он частично отвлекал Елисея, он конечно задавал вопросы типа «почему на навигаторе есть светофор, а за окном его не видно», но это было уже хоть что-то. «Не молоко» оказалось похожим на теплое молоко с мелкими опилками, Елисей его допить так и не смог, пришлось компенсировать негативный опыт парой мармеладок. Несмотря на тот факт, что транспорт нас не подводил, на ст. Силикатная мы были где-то в 12.20, мой просчет, я по привычке посчитал что в любую точку Москвы можно добраться часа за 3, но это была ведь не Москва, а Подольск, да и встал я на час позже запланированного. Идти до входа в каменоломни нужно было порядка 2,5 километров, я хорошо помнил дорогу, т.к. был уже в Силикатах в феврале этого года. Однако без косяков не обошлось, калитка на выходе из городской застройки оказалась закрыта, и нам пришлось идти в обход всех хаотично и непонятно расположенных заборов. Очень скоро мы вышли на свеже заасфальтированную дорогу, идущую напрямую в Девятовское. Долгая дорога сделала свое грязное дело, Елисей уже начал уставать и ныть, а рюкзак все больнее впивался в плечи. До привходового колодца мы в итоге дошли минут на 30…40. Елисея вход явно заинтересовал, и мне с трудом удалось уговорить его поискать вход в Рыбинскую каменоломню. Я очень сильно надеялся что мы быстро найдем вход, тк у меня были его координаты, и я надеялся отыскать там карту, которую нет в свободном доступе в интернете. Это, конечно, была еще одна моя ошибка, вход мы не нашли, зато устали, испачкались, покормили комаров, и потеряли почти час времени. Мы вернулись к колодцу, и стали переодеваться.
Было довольно жарко, моя майка была насквозь сырая, на мокрое, липкое тело с трудом натягивался теплый и пушистый изотермик. Докучали комары, и безуспешные попытки Елисея натянуть колготки. Ребенок требовал чтобы его дочиста отмыли после хождения в грязной траве, и уверения, что очень скоро он станет еще менее чистым его явно не радовали. Одевать Елисея пришлось чуть ли не дважды, мы то забывали надеть наколенники под его, уже ставшим не по размеру, изотермик, то он сам норовил куда-нибудь убежать, когда я рылся в груде вещей, пытаясь отыскать очередной элемент его гардероба. Весь процесс занял еще минут сорок. В колодец я спустил сначала транс, потом ребенка. Уже на метровой глубине двенадцатиметрового колодца чувствовалась резко подступающая прохлада. Внизу было приятно прохладно, но уже довольно грязно. Вход в каменоломню представлял собой горизонтальный лаз сантиметров восемьдесят высотой, метр шириной, и порядка двадцати метров длинной. После очередной порции вопросов «а нет ли там пауков, аллигаторов, паутины или призраков» Мы полезли во внутрь. Сын полз впереди, ему почти удавалось не опуститься на коленки, он все еще не был готов окончательно испачкаться. В двух метрах от входа нас ждала уже первая лужа. «Папа, папа, я вижу какие-то надписи» - это был журнал, но такие восклицания сопровождали нас почти все путешествие. Ребенку нетерпелось начать исследовать этот новый для него, только что открывшийся мир. «Здесь, развилка, мы должны проверить каждую!» -периодически заявлял он. Мы оставили запись о нашей заброске, но данным журнала, в системе в этот день находилось еще три группы, она из которых еще с субботы, а одна забросилась часом ранее. Совсем недавно, в прошлом месяце здесь побывали спелеологи из Тулы, в частности Таксист, который, как выяснилось в дальнейшем, успел обновить маркировку на стенах желтой краской. Затем я опробовал способы закрепления маркировки из светоотражающей ленты в известняке: промышленный степлер, как я и подозревал, оказался слабоват, гвозди же тоже входили с неохотой, периодически загибаясь. В это время Елисей исследовал оставленные посетителями «артефакты»: музыкальную шкатулку, различные предметы и таблички на стенах. В сторону сбойки были прокинуны «нити Ариадны», впервые наблюдал их в каменоломнях, хотя и сам периодически собирался попробовать, но карты были вполне адекватны, так что случай так и не представился. Мы двинулись вдоль нитей, один раз ненароком даже свернули в тупиковый грот, переоборудованный в храм, в нише стены которого была даже установлена неплохого качества икона. Дальше мы почти не косячили, на встречающихся по пути перекрестках мы оставляли маркеры из светоотражайки, крепя их гвоздиками в щелях камней. Немного не доходя до сбойки, мы услышали голоса, и вскоре встретились с группой из двух ребят лет 20ти, они интересовались не знаем ли мы где находится автопарк. Помочь мы им конечно так и не смогли, т.к. я там был всего 1 раз и лет 10, наверное, назад. В целом ребята оказались вежливые и приятные в общении, и еще любознательные: поинтересовались принципом работы ацетиленового фонаря. Очень скоро мы дошли до сбойки, дальше двигаться стало заметно легче, наконец то можно было распрямиться и нести транс в руках, а не тащить его по завалам. Наш путь лежал в грот «Яблочко», по данным весенней разведки это наиболее близкий к выходу грот (после Озерного). Там мы планировали пообедать и оставить вещи. Кстати, как не прискорбно, но ни на входе, ни где-нибудь еще мы не встретили летучих мышей. Может быть не сезон, а может просто разбежались от наплыва посетителей. До грота мы добрались часам к четырем, т.е. по сути, путь от входа до места стоянки занял у нас более 1,5 если даже не 2 часа. Виной тому был конечно вес транспортника, ибо все вещи, включая «спасательное снаряжение», аптечку, кухню и запас еды и света на 3 дня мы тащили не себе. Чтобы успеть домой хотя бы на последнем автобусе, мы решили отказаться от второго приема пищи, и ограничится приготовлением макарон с тушенкой. Встали мы немножко недоходя до грота, в штреке, там есть несколько ровных плит, которые мы использовали в качестве стола, и намного чище чем в самом гроте. С прошлого моего посещения там даже осались еще несколько свечей, которые упорно не хотели заново поджигаться. Макароны я переварил, но Елисей вроде не придал этому значения, достаточно охотно уплетая вместо них щедрые куски мяса. Портативная колонка на время привала разгоняла тишину и скуку, свечи, расставленные по гроту, создавали атмосферу и уют. Обед занял порядка часа, т.е. для «погулять» времени у нас было в обрез. Я вбил в стену крюк и приковал тросиком транс (чтобы у него не выросли ножки на время нашего отсутствия). Это конечно не бог весть какая мера, но вообще воровать в пещерах не принято, навигатор, запасной свет, деньги, аптечку и документы мы взяли с собой в маленьком транспортнике. Хотелось показать Елисею арку, метрополитен, душ и Геркулесовы столбы, из всего этого мы почему-то не нашли только арку. Да и вообще, передвигаться приходилось чуть ли не бегом, у нас было очень мало времени. Рельсы сын вроде оценил, даже сам рассказал, что они нужны для вагонеток, я лишь добавил, что здесь добывался камень для строительства. Еще больше он оценил водокап «душ», который он обозвал бассейном и был весьма удивлен наличием такого количества воды в пещере: наверное, говорит, где-то канализация протекла! Еле удалось его уговорить испить пещерной водички, благо она прохладная и весьма приятная на вкус. Мы наполнили взятую с собой флягу водой. Сразу за водокапом, нас ожидало подземное озерцо и миниводопад. Под ногами смачно хлюпал размытый известняк, приятного белого кремового цвета. Елисей окрестил его зефирчиком, после того как он своровал с его ноги сапог. Видимо это была ассоциация с мармешшоу, который он жарил на даче неделей ранее. Обратно возвращались чуть ли не галопом, те самые отвратные места, где на карачках ползти было слишком долго, а с полностью согнутой спиной и повернутой набок головой весьма неудобно, Елисею удавалось запросто идти в полный рост, чему можно было только позавидовать. При этом он уже вполне оценил прелесть передвижения на четырех точках и прибегал к этому способу передвижения без необходимости. Мне же, наоборот, все чаще требовались остановки, для того чтобы перевести дыхание. От этого момента у нас было ровно 2 часа, для того чтобы перекусить, собрать вещи и вылезти на поверхность. Часы показывали пять часов вечера. Около получаса мы потратили на перекус и сборы вещей, и час с небольшим для того чтобы добраться до журнала. Заблудились только один раз, и то Елисей перепутал наш маркер с отблеском греющей свечи. Он уже уверенно семенил четырьмя точками по узким лазам и коридорам, как прирожденный житель пещеры. Выписались из журнала где-то в 19 часов, минут через 20 были уже на поверхности, не забыв искупаться в привходовой луже обоими коленками. Ступени лестницы были грязными и скользкими. В первую очередь я помог подняться сыну, и наверху колодца я понимал, что второй заход за рюкзаком будет тяжелым, т.к. уже чувствовал сильную усталость в руках. Собственно ощущения меня не обманули, вылезая из колодца я едва мог держаться руками за лестницу и висел на ней на согнутых в локтях руках. А вот ребенку, наоборот, было вполне себе весело, он с неподдельным удовольствием скидывал в колодец траву, мусор и мелкие камни, прямо мне на голову, хотя я его и просил не шевелиться и ничего не трогать. Раздевания с жалкими попытками отмыть хотя бы внешние части транспортника заняли еще минут сорок, и еще столько же чтобы добраться до платформы. Было жарко и жутко тяжело, а дорога вообще была в гору, одежда насквозь мокрая, транс и ботинки в глине, ребенок ноет, полный комплект! Колонка села еще по дороге к Силикатной. Обратно нам, кстати, нормальный поезд достался, новенький. У Елисея открылось второе дыхание, и он постоянно подбивал меня погулять по составу, чтобы он мог покружится вокруг опорных столбов, или лишний раз понажимать зеленую светящуюся кнопку в туалете. Потом мосты переходы, пересадки. «А мы ночью поедем, а уже ночь?, а почему все еще светло? А почему фонари горят?». Во Фрязево были без 22.45, автобусов не было, но были люди на остановке, что вселяло хоть какую-то надежду. Еще были жирные комары, которые не прочь пообедать нашими мокрыми, местами пыльными тушками, и таксисты, которые увезут тебя куда угодно, но за неразумную цену! «Пойдем пешком, мне так хотелось» - вторил Елисей, я даже не пытался представить как медленно и упорно лямки рюкзака пытаются перетереть мои и без того гудящие плечи.