«Скойбеда так и не поняла, почему ее слова вызвали возмущение, решив, что она обидела евреев. Татуировки редко были у евреев, речь о другом. Сам посыл Скойбеды с жалостью, что мученическая смерть миновала предков политических оппонентов, совершенно людоедский» (Владимир Соловьев, журналист, телеведущий)
Опасения по поводу третьего путинского срока, к сожалению, подтверждаются. Страна наша неумолимо катится в пропасть. Причем ладно бы в плане экономики - к этому нам не привыкать, как-нибудь перекантуемся и выживем. Ну пусть не все, но выживем. А вот из фашизма выбраться без крови будет очень сложно…
Минувший День Победы был омрачен выходками сотрудников «Комсомольской правды», за последние 20 лет стремительно деградировавшей сначала до откровенной бульварщины, а теперь вот и до черносотенной пропаганды, льющейся со страниц этой газетенки подобно потоку фекалий из неисправной канализации. Застрельщицей вновь стала небезызвестная Ульяна Скойбеда, не так давно отметившаяся в кампании против написания «Тотального диктанта» по тексту Дины Рубиной, причем, как вы наверняка помните, ее тогдашнюю инициативу поддержал наш губернатор, и наш регион стал единственным в России, где текст был заменен. На сей раз г-жа Скойбеда не стала ходить вокруг да около, а возопила на весь честной мир: «Порою жалеешь, что из предков сегодняшних либералов нацисты не наделали абажуров. Меньше бы было проблем». С таким подзаголовком первоначально был опубликован на сайте «Комсомолки» ее критический материал в адрес директора по гуманитарным проектам корпорации «Роснано» Леонида Гозмана. Последний жестко раскритиковал выход на телеэкраны сериала «СМЕРШ», заявив, в частности: «СМЕРШ специализировался только на борьбе со шпионами и внутренними врагами – в атаку они не ходили. Я не знаю, скольких они расстреляли, скольких отправили на смерть в наши лагеря? Я не знаю, сколько среди этих расстрелянных и арестованных было совсем ни в чем не повинных? Много. Не сомневаюсь, при этом, что и в СМЕРШ были честные солдаты. Вот только случилось так, что служили они в структуре, не менее преступной, чем СС. И само это слово – СМЕРШ – должно стоять в одном ряду со словами «СС», «НКВД» и «гестапо», вызывать ужас и отвращение, а не выноситься в название патриотических боевиков. Это так историю восстанавливают, да еще и, наверняка, «по просьбе ветеранов»? Спросите оставшихся в живых фронтовиков, как относились они к особистам? Что думали о заградотрядах? На фоне державного звона, на фоне всего, происходящего в последние годы героизация СМЕРШ абсолютно логична. Но от того не менее омерзительна».
После бури возмущения подзаголовок статьи Скойбеды был заменен на более политкорректный, а сама она выдавила из себя другую статью с невнятным подобием извинений. От этого стало только гаже. Создалось ощущение, будто за это время руководству «Комсомолки» какая-то важная шишка объяснила, что время для окончательного решения евре… то бишь либерального вопроса путем переработки несогласных в абажуры еще не пришло, посему рьяность надо поумерить и терпеливо ждать команды: «Фас!» Бесспорно, ощущение может быть ошибочным. Но оно есть. И есть дополнительные аргументы в пользу его неслучайности.
Во-первых, поражает крайне беззубая реакция власти. Ну, опубликован на сайте Роскомнадзора следующий текст: «Роскомнадзор вынес электронному периодическому изданию «Комсомольская правда» письменное предупреждение о недопустимости нарушения действующего законодательства Российской Федерации. Роскомнадзором было установлено и задокументировано, что на страницах данного издания в материале «Политик Леонид Гозман заявил: «Красивая форма - единственное отличие СМЕРШ от СС» допущены высказывания, нарушающие требования Федерального закона «О средствах массовой информации» и Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». Невозможно даже понять, за что газете досталось: за высказывание Гозмана или все же Скойбеды. И все. Сам Гозман прокомментировал ситуацию так: «Она меня не обидела. Я не могу обидеться на фашистку. Они принадлежит к другому биологическому виду… Я полагаю, что эта дама не может работать журналисткой. Я полагаю, что она должна отвечать по законам нашей страны. В Германии и Франции она села бы в тюрьму. В любой цивилизованной стране она закончила бы работу в своей профессии». А тем временем зам главного редактора «Комсомолки» Сергей Пономарев продолжает тему физического уничтожения оппонентов. С некоторым разнообразием. Завершая статью в номере от 10 мая таким пассажем: «Я почти дословно передаю смысл рассуждений отъявленного либерала-гуманиста. Одного жаль: жаль, что таких нельзя положить на брусчатку Красной площади во время прохождения парадной колонны танков Т-90». Это он так эмоционально отреагировал на пост в Фейсбуке некоего Михаила Берга. Высказывается последний и впрямь неоднозначно, даже шокирующе: «Сколько бы ни погибло на этой войне моих еврейских родственников (а погибло их не мало); сколь бы ни радовались мои близкие Дню победы, как концу мучительной войны (а они искренне радовались) – не могу не сказать то, что говорил и раньше. Этот День Победы, эта война – самое главное пропагандистское оружие советского, а потом российского режима, используемое с целью еще большего закабаления сознания обычного советского и постсоветского человека. Самый мерзкий и самый эффективный инструмент манипулирования общественным сознанием. Способ наделения человека фиктивным чувством фальшивого единения перед лицом выдуманного врага. Потому что на нас уже давно никто не наступает, да и вряд ли захочет с нами воевать в ближайшее время. Когда перед общим врагом – что солдат, что особист, что герой-танкист, что начальник заградительного отряда или начальник особого отдела - одним миром мазаны, все одинаково счастливы и славят родную коммунистическую партию Жуликов и Воров и лично товарища Путина-Сталина. Лучше всех об этой войне сказал Юрий Колкер в своей давней статье в «Новой»: лучше бы мы эту войну проиграли. Евреям и так было хуже некуда, ну, было бы еще хуже. Зато для русской культуры, для русского общественного сознания – полновесное поражение было бы лечебно и спасительно, в виду последующей раскрутки великодержавия и превращения России в имперского полицейского Европы. Все большие европейские страны пережили горечь поражения, и эта горечь способствовала бы не только вменяемости, трезвости, но и скромности, отказу от иллюзий, от мифа непобедимости. Способствовала взрослению. Сразу вошло бы в моду считать убитых, ценить человека, считать потери. А за всем этим улыбнулась норма, норма обыкновенного государства, которое ценит человека не потому, что он - строитель коммунизма, а потому что он еще пригодится, да и немного их осталось. Понятно, никакой жизни под фрицем долго бы не было. Гитлер был обречен. И англичане с французами, наши спасители и освободители, его победили бы и нас милостиво бы освободили. Что также полезно: вместо высокомерия – благодарность в кои веки раз, которой просто нет в колчане русских чувств. А самое главное - с тех пор не надо было бы постоянно вставать на котурны, изображать себя нечто византийское размером с Третий Рим. Можно было бы быть обыкновенной европейской страной, у которой удачи перемежаются неудачами. И удачам мы радуемся, а поражениям – горюем. В результате бы обрели норму, которой сегодня нет и не понятно, когда будет. Когда рак свиснет. Жаль, что не проиграли в войну. Не надо было бы справлять насквозь фальшивый праздник Дня Победы, да и история у нас была бы иной – нормальной, неинфантильной». Слова эти всяк может истолковать на свой лад. Я в них вижу протест против попытки через Победу обелить тирана Сталина и его кровавых сподвижников, стремления оправдать тиранию в целом, сравнивая ее с другой, еще более кровавой. И не вижу никаких упреков в адрес наших солдат и офицеров, народа, который победил в этой войне, сражаясь не за Сталина с Берией, не за палачей из НКВД и не за коммунизм во всем мире, а за родной дом, жизнь своих близких, за Родину - ибо сталины с гитлерами приходят и уходят, а Родина остается. И ни при каком раскладе не соглашусь с теми, кто считает, что лучше было бы проиграть войну. Это, мягко говоря, недальновидное высказывание. А проще выражаясь, глупость. Свободу - ее нельзя ждать от какого-то доброго заморского дяденьки. За нее надо бороться и - если надо - умирать. И она рано или поздно придет. К тем, кто этого хочет.
Вот только за глупость нельзя раскатывать танками. И абажуры делать из людей нельзя. Даже из самых мерзких. Даже из отъявленных преступников - они должны предстать перед судом и понести наказание по закону. А если кто-то считает, что за высказывания можно раскатывать танками, то он в моих глазах ничем не отличается от нацистской нечисти, с которой сражались наши отцы и деды. Надеюсь, не только в моих. Иначе получается, что никакой Победы не было. А она была. Не это помпезное чудище, увешанное георгиевскими ленточками и утыканное парадными ракетами, которое нам сейчас преподносит под видом всенародного празднования всяческое властное жулье, а просто Победа. Праздник со слезами на глазах, стаканом, накрытым кусочком хлеба, фронтовыми фотографиями и минутой молчания…