(и еще 22608 записям на сайте сопоставлена такая метка)
Другие метки пользователя ↓
pussy riot Лукашенко Прохоров библиотека бирюлево будущее железный занавес скрепы евромайдан украина янукович евромайдан янукович украина ксенофобия леонид каганов лужков мигранты митинги морозов морозов рубина тотальный диктант навальный народный фронт пластов поклонная путен путин путин украина крым война рубина сергей морозов скойбеда тотальный диктант украина революция цензура в сети янукович евромайдан таможенный союз
Россия на распутье: мигранты или ксенофобия |
Дневник |
«Призывы к визам и декавказизации так же разрушают путинизм, как призыв к многопартийности разрушал советскую систему 24 года назад. Речь может идти только о моральной допустимости применения столь смертельного оружия действительно массового поражения. У Путина нет никаких «скреп», кроме кисло-сладких заклинаний о единстве исторических судеб. Путинизм может бомбить, стрелять, сажать. И всё. Последние 15 лет отечественный истеблишмент вовсю эксплуатировал русский консервативный национализм. И закономерно становится жертвой тех, кто делает лишь еще один следующий шаг. Совмещая его с антикоррупционными лозунгами» (Евгений Ихлов, публицист, эксперт "Движения за права человека")
Все время старался как-то по минимуму касаться этой темы. То ли из-за очевидности выводов (ну какой смысл рассуждать, едят ли лошади овес, впадает ли Волга в Каспийское море и опасен ли национализм для многонационального многоконфессионального государства?), то ли из-за болезненности расчесываемого и высокой вероятности эффекта снежного кома. Но когда следом за выборами мэра Москвы, на которых все кандидаты периодически выдавали нечто до ужаса напоминающее если не листовки НСДАП конца 20-х, то уж как минимум полный набор лозунгов активиста Союза Михаила Архангела, более известного под именем черной сотни, произошла вакханалия в Бирюлеве, стало ясно, что со страной происходит что-то совсем омерзительное. Ксенофобия, бывшая прежде уделом скинхедов, нечистоплотных политиканов типа Рогозина и - в нужные моменты - самых отмороженных кремлевских пропагандистов, выросла потихоньку из люмпенских штанишек, вышла на проспекты городов-миллионников, и теперь в стране, некогда победившей фашизм, вероятность прихода к власти какого-нибудь доморощенного фюрера вовсе не кажется абсурдной. Когда-то во всем был виноват Чубайс, затем митингующие на госдеповские печеньки белоленточники, а сейчас все большее число кажущихся прежде относительно вменяемыми сограждан издает зубовный скрежет при одном упоминании «понаехавших» и требует ввести самые что ни на есть жесткие меры. Закрыть границы, выслать в три дня тех, кто успел просочиться, отправить нелегалов в фильтрационные лагеря (хорошо хоть пока без газовых печей) и т.д. и т.п. В общем, Россия для русских или как минимум для славян и обрусевших. Вот такое вот слышится ежедневно и ежечасно, хорошо хоть главным образом из Москвы и Питера, провинция ввиду не ахти какой финансовой привлекательности для гастарбайтеров пока что по большей части остается в сторонке. Но тоже не всегда, и Кондопога с Пугачевом тому пример. Если к этому добавить ставшие популярными в последние годы лозунги «Хватит кормить Кавказ» (по большей части звучит в Москве) и «Хватит кормить Москву» (а вот это упорно твердит вся остальная Россия), то болтовня с телеэкранов про какие-то там духовные скрепы, таможенные и прочие союзы, братство советских народов и т.п. кажется совсем уж нелепым бредом… Страна подошла к критическому моменту, одинаково чреватому как взрывом, так и разломом. Причем перерождения в жалкое подобие Третьего Рейха в любом случае не получится, а вот в огромную Боснию - легко…
Ну ладно, хватит пока страшилок. Будем надеяться, что здравый смысл в России хоть когда-нибудь возобладает, тем более что последние лет 100 происходило с точностью до наоборот. И националистическая истерия угаснет сама собой, благо нынешний ее всплеск во многом обусловлен невероятным благодушием властей предержащих по отношению к доморощенным шикльгруберам. Вообще в конспирологию ударяться не хочется. Но придется. Итак, что мы наблюдали в последние три года. А наблюдали мы, как в ответ на очередную наглую фальсификацию думских выборов начались стотысячные стихийные митинги протеста в Москве. Митинги, собравшие самую что ни на есть разношерстную аудиторию - крайне левых типа Удальцова и лимоновцев, националистов, непримиримую либеральную оппозицию, умеренных либералов типа Кудрина и Прохорова, ряд справороссов и т.д. По сути дела власть на какой-то момент оказалась в изоляции от остального общества. И очень нервно засуетилась. Были предложены политические реформы, народу бросили очередную порцию костей с барского стола в виде популистских подачек, а по поводу вот этой сплачиваемой лишь ненавистью к существующему режиму протестующей коалиции наверняка кто-то стал думу думать, как бы ее опять разбить на мелкие группы, ненавидящие друг друга куда больше, чем режим. И ведь придумали. Сначала медийное пространство заполонили невесть откуда взявшиеся религиозные мракобесы и отмороженные на всю голову борцы с ними типа Pussy Riot. Общество радостно заглотило приманку и погрузилось в схоластику. Дорогущие часы Патриарха и исход суда над тремя девочками-панками внезапно стали для миллионов россиян куда более животрепещущей проблемой, чем повсеместное взяточничество, коррупция, казнокрадство, полицейский и чиновничий беспредел. Когда религиозные дискуссии надоели до сблева, откуда ни возьмись повылезали активисты сексуальных меньшинств и их ярые ненавистники, затем были приняты законы о зачистке Интернета, запрете усыновления наших детей американцами… По всем этим вопросам у людей мнения были разные. Что совершенно естественно. Часто мнения были диаметрально противоположными. Что тоже естественно. Печально другое: носители этих диаметрально противоположных мнений попали-таки в те самые группы, ненавидящие друг друга куда больше, чем режим. И им стало как-то не до режима. Плюс к тому ворующие и берущие взятки чиновники на фоне вот этого всего повылезавшего стали выглядеть белыми и пушистыми, а Путин так вообще отцом родным и матерью в одном флаконе. Но постепенно интерес общества к религии, гей-парадам и т.п. начал сходить на нет. Надоело. А тем временем экономическая ситуация в стране вернулась к привычному "из ряда вон". На смену популизму пришли решения в духе затягивания поясов. Причем с ценами на нефть они не связаны, цены-то как раз очень высокие, так что ни про какие перемены к лучшему даже заикаться нечего. Потихонечку всем стало понятно, что грядет северный пушной зверек (если кто не понял, то я про песца, а не соболя). Мантра про то, что кругом враги, уже срабатывала вяло. Понадобился раздражитель покруче. Типа врагов среди нас, чтоб сосед на соседа косо смотрел и думал, что лютейший его враг - это он, а вовсе не чиновники. Уж не знаю, кто там в верхах решил поэксплуатировать на полную катушку пещерный национализм, но вышло успешно. Вот только интересно, сумеют ли остановить то, что сами же раскрутили, и что после этого останется от России-матушки…
Попробуем теперь разобраться, с чего вдруг образовался этот всплеск ненависти к мигрантам, почему центрами оголтелого национализма стали самые цивилизованные Москва и Петербург, а не какая-нибудь суровая глухомань, как вообще влияет миграция граждан соседних стран в Россию на нашу экономику и обыденную жизнь и нужно ли (а главное, можно ли) на этот поток как-то повлиять.
Откуда есть пошла проблема наплыва мигрантов, лучше и доходчивей, чем писатель, журналист и политолог Денис Драгунский (кстати, сын легендарного советского детского писателя Виктора Драгунского и прототип главного героя его рассказов), не скажешь. Я и не буду. Цитата: «Чем больше умных машин – тем больше нужно неквалифицированных работников, которые смахивают с них пыль. Чем больше строится красивых торговых центров – тем больше нужно уборщиков, носильщиков, грузчиков, рубщиков, фасовщиков, охранников, окномойщиков, собиральщиков тележек, и т.д. и т.п. Плюс вершина низовой карьеры – хорошенькие мальчики и девочки, которые лучезарно приветствуют входящего в магазин возгласом: «Привет! Чем я могу Вам помочь?». Но ведь всему этому легиону тоже нужны дешевые квартиры, недорогие кафе и магазины – а в этих магазинах тоже нужны носильщики, грузчики, уборщики, рубщики, фасовщики, охранники… И прибавим к этому перенос традиционной индустриальной занятости в те страны и регионы, где (а) рабочая сила стоит в разы дешевле; (b) она при этом обладает высокой трудовой этикой, и (c) не надо отапливать производственные помещения. То есть в Юго-Восточную Азию. Развитые страны становятся странами банков, головных офисов, супермаркетов и торгово-развлекательных центров. Там нужно очень немного рабочей силы самой высокой квалификации – и очень много продавцов, мойщиков, уборщиков, фасовщиков, грузчиков… (см. выше). Каковыми и являются мигранты, гастарбайтеры. Красивые научные фантазии о могучих роботах и добрых интеллектуалах обернулись вот такой неприглядной картинкой: немного высококвалифицированных работников, раздражающе много чиновников и «управленцев», и масса неквалифицированных работников на грязной, тяжелой и низкооплачиваемой работе. Там, внизу, тоже идет конкуренция. Конкуренция за должность возчика дерьма так же тяжела и жестока, как и за место управляющего департаментом ценных бумаг. Но если во втором случае играется принстонский диплом, хорошее резюме и звонок из аппарата правительства, то в первом случае – где дерьмо возят – главным конкурентным преимуществом является желание работать за низкую – еще более низкую! совсем низкую! вообще почти никакую! – плату. И в этом споре нищий мигрант из разоренной страны всегда победит коренного жителя, у которого есть остатки представлений о достойной зарплате, одежде, питании… За прогресс приходится дорого платить. И не только войнами. Еще и социальными проблемами. За философию Платона и римское право – рабовладением. За индустриализацию – жесточайшим раскрестьяниванием. За цифровую цивилизацию и «общество изобилия» – наплывом мигрантов».
2
«В 1991 году в Советском Союзе было 150 000 вьетнамцев. С распадом СССР они лишились работы и средств к существованию. В отличие от бывшей ГДР, Россия даже не купила им обратные билеты и никак не помогла с отъездом, хотя многим было отказано в перерегистрации, что лишило их возможности легально проживать в России и создало дополнительную кормушку для коррумпированных чиновников в МВД» (Сергей Лаптев, сотрудник Института стран Азии и Африки при МГУ)
Первая волна гастарбайтеров хлынула в нашу страну, в том числе и в Ульяновск, еще в советские времена. Это были вьетнамцы. Тогда же начались первые трения, со временем переросшие в серьезные конфликты, между местными и «понаехавшими». Претензии к вьетнамцам многие наверняка еще помнят: нашим землякам не нравилось, что азиаты в ту незабвенную эпоху всеобщего дефицита массово скупали товары в советских магазинах, а затем контейнерами вывозили их к себе на родину либо перепродавали нам же по рыночным (тогда называвшимся «спекулятивными») ценам. То есть по сути чужаков не любили за то, что они занимались бизнесом. В Интернете удалось найти интереснейшую статью «Вьетнамцы в России», автор которой Нгуен Тат Тхань подробно рассказывает о том, как вообще его сограждане очутились у нас и в каких условиях им довелось жить и работать. Вот некоторые выдержки оттуда. «В результате продолжительных войн, а также попыток построить социализм за максимально короткий срок к началу 80-х годов внешняя задолженность Вьетнама катастрофически выросла. Долгое время вьетнамские коммунистические лидеры считали, что они заслуживают безвозмездную помощь, так как, по их словам, Вьетнам воевал ради мира на Земле, ради светлого будущего социализма и коммунизма. Но в начале 80-х годов мир "реального социализма" приблизился к своему всестороннему кризису: экономика стран Восточной Европы и СССР затрещала по швам. Таким странам, как Куба, Монголия, Вьетнам, стало нечем выплачивать Советскому Союзу долги. Возросла безработица среди молодежи в самом Вьетнаме, что создало настоящую угрозу режиму. Все эти обстоятельства вынудили вьетнамских лидеров искать выход из создавшегося положения. В 1981 году Вьетнам заключил с СССР межправительственное соглашение о направлении вьетнамских граждан на обучение профессиям и работу в СССР. Вьетнамское руководство одновременно преследовало три цели: в какой-то степени сократить внешнюю задолженность Вьетнама своим союзникам, смягчить вопрос безработицы среди молодежи в стране и обеспечить население дополнительным источником потребительских товаров, дефицит которых в то время остро ощущался… Вьетнам заключал подобные соглашения с некоторыми странами третьего мира, такими, как Ирак, Алжир, Ангола, Конго, Мадагаскар и другие. В эти страны направлялись учителя и врачи. В СССР в основном направлялись самые бедные, так как уровень жизни и зарплаты был здесь намного ниже, чем в других странах. Родители многих юношей и девушек долгое время считали, что им повезло, поскольку они обеспечили своим детям сносную жизнь. Они не знали, что их дети будут выполнять неквалифицированную, низкооплачиваемую, подчас вредную для здоровья работу, на которую не хотели идти местные жители… Как правило, рабочие направлялись в СССР группами численностью до 50 человек. Среди них - руководитель группы и его заместитель-переводчик. Они несли полную ответственность за подчиненных. Если на предприятии работало несколько групп, то подбирался старший руководитель или организатор. Эти люди были призваны отвечать за подопечных перед руководством предприятий и отделом труда посольства Вьетнама. На самом деле они оказывались заложниками ситуации. Частым явлением была круговая порука. Предприимчивые люди устанавливали деловые отношения с руководством предприятия, извлекая из этого выгоду: брали отпуск с выездом на Родину, доставали авиабилеты для последующей реализации по цене черного рынка. Пользуясь незнанием подопечными языка, многие руководители зарабатывали немалые деньги, договариваясь с сотрудниками таможни, чтобы те не осматривали контейнеры с личными вещами вьетнамских рабочих. В подавляющем большинстве содержимое контейнеров составляли товары, запрещенные к вывозу…
Отношения между местным населением и вьетнамскими рабочими никогда не были хорошими. В 80-90-х годах, когда в СССР остро ощущалась нехватка потребительских товаров и существовали понятия государственной и коммерческой цены, многие вьетнамские рабочие благодаря своей "находчивости" могли доставать самые дефицитные товары, чем нередко вызывали гнев местного населения. Свои общежития они превратили в своего рода склады. Зачастую местные жители вынуждены были пользоваться услугами вьетнамских рабочих для приобретения товаров массового спроса. Естественно, что реакция населения была отрицательной. Резко подскочило число конфликтов между вьетнамскими рабочими и местным населением. Правоохранительные органы проводили рейды по вьетнамским общежитиям, конфискуя товары. В 1989 году в результате драки в ленинградском микрорайоне Купчино между вьетнамским рабочим и уголовником-рецидивистом последний был убит. Купчинское общежитие ПО "Скороход" после этого случая неделю было в осаде. В конце января 1990 года сотрудники милиции Санкт-Петербурга были вынуждены применить огнестрельное оружие, чтобы восстановить порядок, после того, как двое сотрудников РУВД подверглись нападению со стороны вьетнамских рабочих. Все это, разумеется, не делает чести вьетнамским рабочим, но нельзя забывать, что по социальному положению они представляют собой людей с низким уровнем культуры, образования. Многие из них до приезда в Россию никогда не были за пределами родных городов или провинций. Нищета на Родине, материальные нужды сделали их отчаянными, поэтому они порой не считаются с законами страны пребывания. Корни всех проблем лежат в бездушной по сущности политике коммунистических лидеров. Достаточно вспомнить, что вскоре после того, как Ханой начал экспорт дешевой рабочей силы. Международная организация труда в 1982 году исключила Вьетнам из своих рядов.
Вьетнамские рабочие оказались заложниками изначально нелепой ситуации: прибыв в Советский Союз, они очень быстро поняли, что тот, кто будет честно работать, не сможет обеспечить себе достойных условий существования. Большинство было поставлено перед своеобразной дилеммой: либо живи впроголодь, либо крутись, как хочешь. А попробуй, проживи без языка в стране с мизерной зарплатой! Не стоит забывать и то, что вьетнамские рабочие направлялись в Союз на заработки с целью оказать посильную помощь родным и близким, оставшимся во Вьетнаме. Однако зарплаты, которую они здесь получали, едва хватало, чтобы сводить концы с концами. О какой уж тут помощи можно говорить! Даже если мы чисто теоретически предположим, что честно заработанных денег хватало на питание и взятки, то в каком же виде вьетнамские рабочие могли отправить домой сбережения? В виде рублей? Но это уже валютные операции, одинаково запрещенные как в СССР, так и во Вьетнаме. А вложить деньги в товары, которые можно выгодно продать во Вьетнаме, законно тоже никак нельзя. Как же быть? У вьетнамских рабочих оставался один-единственный выход: накопление капитала путем спекулятивной перепродажи, закупка в больших количества дефицитных товаров и переправка их во Вьетнам, а также другие страны с последующей реализацией. Безусловно, все эти операции проводились в тесном сотрудничестве с работниками советской торговли, которые за вознаграждение снабжали вьетнамцев большими партиями дефицитных товаров, в бесплодных поисках которых советские граждане проводили долгие месяцы и годы. В страну с четырехтысячелетней историей потекли контейнеры, набитые выключателями, дверными ручками, электрическими лампочками, счетчиками и прочим добром. На улицах советских городов появились маленькие фигурки, обвешанные чайниками и кастрюлями. Местные жители понимающе кивали друг другу и иронически посмеивались над вьетнамцами, которые продолжали скупать детские игрушки, перочинные ножи и фонарики. Однако через несколько лет снисходительность стала постепенно исчезать. Какая уж тут ирония, когда после бессонных ночей, проведенных в очередях за холодильником, стиральной машиной или пылесосом, приходится смотреть, как последний экземпляр вьетнамцы грузят в машину и увозят. Многие жители были вынуждены пользоваться услугами вьетнамцев, чтобы приобрести тот же телевизор или холодильник. Некоторые общаги превратились в своеобразные "торговые дома", куда свозили товар прямо с баз или магазинов. Нередки стали и потасовки в очередях из-за не доставшегося товара. Иногда конкуренты нанимали окрестных хулиганов для разборок с более удачливыми в торговых делах вьетнамцами. Со временем налеты и грабежи вьетнамских граждан стали довольно прибыльным бизнесом. Ведь не пойдут же они в милицию, где им придется объяснять, где они взяли такое количество товара или крупные суммы денег. Кстати, поборами не брезговали и сотрудники правоохранительных органов. Постепенно кое-где вьетнамцы нашли общий язык с местными рэкетирами, и те за соответствующую плату взяли на себя труд следить за их безопасностью и сохранностью товаров. Однако было бы ошибкой считать, что все вьетнамцы только и делают, что торгуют с рук. Как и среди русских, среди вьетнамцев тоже есть теневики, которые ворочают миллионами, тысячами долларов. В основном эти теневики живут в Москве и поддерживают тесные контакты с русскими коллегами. Многие из них сколотили себе состояния в перестроечные годы и пускают руки во все слои бизнеса, связанного с пребыванием вьетнамцев в России».
Вот такая вот история. Итак: вьетнамцы оказались у нас не столько по своей воле, сколько по соглашению между властями двух стран. Их по сути прислали нам, как рабочий скот, чтоб гасить правительственные кредиты, трудясь на самой тяжелой, грязной и низкооплачиваемой работе (сразу как-то вспоминается принудительный вывоз восточных рабочих в Третий Рейх в конце Второй мировой войны). Соответственно мигранты, не пожелавшие всю оставшуюся жизнь пробыть рабами в чужой стране, стали крутиться, как могли, вступать в коррупционные отношения, заниматься запрещенным тогда бизнесом и т.п. Движимые всего лишь желанием более-менее сносно жить и помогать семьям на родине. Можно, конечно, ненавидеть их за то, что они не смирились с ролью вечных чернорабочих и граждан третьего сорта даже по отношению к нищим советским работягам. А можно попытаться понять, в особенности с учетом нынешних реалий, когда российские провинциалы приезжают на заработки в Москву, Петербург и другие крупные богатые города и оказываются там на положении такой же бесправной рабочей скотинки, чаще всего презираемой коренными жителями мегаполисов…
Ну да ладно. Еще одна маленькая цитата, из статьи другого вьетнамца Кыонг Вана "Вторая родина". О том, как «отблагодарили» у нас людей, работавших там, где сами мы брезговали… «В начале 90-х годов СССР распался, около полумиллиона вьетнамских рабочих и нескольких десятков тысяч сотрудников их руководящего состава, трудившихся по межправительственному соглашению на тысячах советских предприятий, оказались предоставлены самим себе. Доля предприятий, которые смогли за свой счет отправить вьетнамцев на родину, как это было предусмотрено в межправительственном соглашении, не превысила 20 - 30% процентов. В остальных случаях стороны пришли к молчаливому соглашению – вьетнамцы «по-тихому» растворяются в российских городах и весях, советская сторона не предпринимает шагов к их поиску. Так был сделан первый шаг по пути всеобщей «коррупцизации» вьетнамской проблемы в России. С советской стороны ответственность за репатриацию вьетнамских граждан несли не только руководители предприятий, которые все как один бодро отчитались, что эта работа уже проделана, но и самые широкие круги госслужащих и работников правоохранительных структур, которые должны были отслеживать процесс репатриации и не замечать его явного пробуксовывания. Значительная часть чиновников высокого ранга, оказавшихся втянутыми в этот процесс и вкусившие безнаказанность денежной подкормки, получаемой от вьетнамцев, получила посты в новых кормушках».
3
«Очевидно, что люди стекаются в мегаполисы — в Москву и Питер, и тут переизбыток мигрантов. Должен быть компромисс между идеями «порядок лучше, чем беспорядок» и «свобода лучше, чем несвобода». К нам же едут не лучшие кадры из тех же республик Средней Азии. А конкурентную борьбу за лучшие кадры мы пока проигрываем. Важна также технологическая составляющая: пока мы не заменим десять таджиков с лопатами экскаваторами, у нас ничего хорошего не будет» (Андрей Коровкин, зав лабораторией прогнозирования трудовых ресурсов Института народнохозяйственного прогнозирования РАН)
Итак, в предыдущей части было рассказано об истории появления в нашей стране многотысячной вьетнамской диаспоры - людей, по сути проданных в рабство вьетнамским правительством советскому за межгосударственные долги и вынужденных любым путем как-то выживать в чужой стране. Разумеется, не все мигранты появились у нас таким же образом - подавляющее большинство приехало по доброй воле (если, конечно, к таковой относить и элементарное желание не умереть с голоду самим плюс попытаться прокормить семьи), тем более что после крушения коммунистического режима и распада СССР ограничения на передвижение и трудоустройство исчезли, сменившись проблемами с тем же трудоустройством в родном селе, городе и даже целых странах. А также массовое бегство людей из неспокойных, раздираемых войнами и конфликтами регионов. При всем при том жизнь в России в 90-е была не такой уж сладкой из-за развала прежней, заточенной на оборонку, экономики и низких цен на нефть, поэтому главный приток гастарбайтеров из стран СНГ и жителей наших северокавказских республик, которые хоть и являются гражданами России, но в глазах националистически настроенного местного населения если и отличаются от нелегалов из Закавказья и Средней Азии, то обычно не в лучшую сторону, пришелся на Москву. Собственно, сейчас Первопрестольную можно уверенно назвать не только столицей нашей Родины, но и центром российской ксенофобии. Именно там ненависть к «понаехавшим» год от года растет, как снежный ком, что более чем убедительно доказано последними выборами мэра и бесчинствами в Бирюлеве. Причем конфликтует с мигрантами по большей части вчерашняя «лимита», то бишь такие же приезжие, но из российской провинции, либо их прямые потомки. Несколько лет назад профессор МГУ Владимир Моряков так ответил на вопрос журналистов «Комсомольской правды» по этому поводу: «Коренным жителем города всегда считали человека, чьи родители, дедушки и бабушки, а также, конечно, он сам в этом городе родились. В Москве коренных жителей, я считаю, 5 - 10 процентов. С другой стороны, Москва - город приезжих. И здесь, наверное, коренным можно считать человека, родившегося в столице. Тогда число коренных вырастет процентов до 30 - 40. Но не каждый, далеко не каждый рожденный в Москве может смело назваться москвичом. Взять детей тех, кто приехал в Москву по лимиту. Многие из них не могут понять ни духа, ни быта Москвы!» В том же материале «Комсомолки» вкратце рассказывалось о заселении Первопрестольной: «С конца 1940-х годов в столицу ежегодно (официально!) переселялись 100 - 140 тысяч человек. В 1960 - 1980-е годы расселять стали по лимиту. Прописка у лимитчиков была временной, поэтому число переселенцев упало до 30 - 40 тысяч. Но ненадолго. С середины 90-х в столицу хлынули самые «неудобные» для коренных москвичей приезжие - жители постсоветских окраин. Спасаясь от безработицы или войн, в Москву потянулись сотни тысяч таджиков, молдаван, азербайджанцев, армян… Между двумя переписями населения - 1989 и 2002 годов - только официально численность армян и грузин в Москве выросла в 2,8 раза, азербайджанцев и молдаван - в 5 раз, чеченцев - в 7 раз, таджиков - в 12 раз, вьетнамцев - в 14 раз, а китайцев - в 35! И это только постоянное население, без учета мигрантов». Вроде бы надо ужасаться и солидаризироваться с москвичами, требующими очистить их город от «понаехавших». Но это взгляд на проблему с одной стороны. А глянуть можно - и нужно - и с другой. Цитирую на сей раз Анастасию Петрову из «Московских новостей»: «Впервые трудовые мигранты появились в Москве в 1970–1980-х годах, когда город столкнулся с нехваткой неквалифицированной рабочей силы. Москвичи не спешили идти на вредное производство, в городской транспорт, строить дома, метрополитен и возводить объекты к Олимпиаде-80. Тогда власти решили эту проблему за счет лимита и оргнабора, разрешая по квотам привлекать рабочую силу из регионов, в том числе из союзных республик. Лимитчики получали место в общежитии и не имели права менять работу. Только спустя пять лет приезжие рабочие могли получить московскую прописку, а уже с ее помощью поменять работу и встать в очередь на жилье… Первое постановление правительства России, регулирующее привлечение иностранной рабочей силы, было издано в 1993 году. В этом же году мэр Москвы Юрий Лужков подписал распоряжение, согласно которому иногородние и иностранцы, которых привлекали строительные компании, могли получить временную регистрацию. Дефицит рабочих ощущался и на транспорте, поэтому городское правительство разрешило привлекать ежегодно до 5 тысяч иногородних водителей и граждан СНГ. Уже в 1994 году было принято положение «О привлечении и использовании иностранной рабочей силы в Москве». Работодатель мог получить специальное разрешение на привлечение иностранной рабочей силы, заплатив городу за каждого иностранца пошлину в размере минимальной месячной оплаты труда. Этим воспользовались иностранные компании, которые привлекали на работу соотечественников, и российские компании из строительного сектора, которые нанимали дешевую рабочую силу из СНГ. В середине 1990-х в Москву в основном приезжали граждане Украины, Молдавии, Азербайджана, Грузии и Армении. «Нелегальные мигранты были с самого начала. Процедура получения разрешения была сложной. Все документы от каждого предприятия России пересылались в Москву в центральный аппарат миграционной службы и лежали там по полгода. Работодатели не могли столько ждать. Люди работали без всякого разрешения. Я думаю, уже тогда лишь четверть мигрантов работала легально. А остальные были нелегалами не потому, что не хотели получить разрешение. Они просто не могли сделать это законно. Разрешения выдавались в Москве вплоть до 2000-х годов», — объясняет бывший сотрудник ФМС, доктор экономических наук Ольга Воробьева… Уже к 2002 году на каждого из 52,5 тыс. иностранцев, которые получили официальное разрешение на проживание и работу в Москве, приходилось 10 нелегальных мигрантов. При этом в Москве постепенно меняется этнический состав рабочих-иностранцев. Теперь в Россию больше приезжают из стран Средней Азии — в первую очередь Узбекистана, Таджикистана и Киргизии». Ну и так далее.
В России активно идет процесс формирования разделения труда между местными и приезжими работниками. Основа такого разделения труда - процесс национальной сегрегации работников. Довольно четко выражена и гендерная специфика, т. е. «мужские» и «женские» сферы занятости. К первым относятся в первую очередь строительство, тяжелый труд в промышленности, на транспорте, в коммунальном и сельском хозяйстве. Ко вторым - торговля, сфера общественных и домашних услуг, индустрия досуга и развлечений, секс-занятость. В Москве за мигрантами «зарезервированы» строительные работы, торговля на уличных и крытых вещевых и продуктовых рынках, работы по ремонту офисов и квартир, уборка дворов, домов, офисов, мойка стекол, дорожные работы, мойка автомобилей, автосервис, придорожный сервис на пригородных шоссе, услуги в сфере развлечений, включая секс-услуги. К работам, где часто можно встретить мигрантов, относятся также курьерские, рекламные, маркетинговые и т. п. услуги, оплачиваемые, как правило, сдельно и требующие от работника большого напряжения сил. В некоторых из этих сфер мигранты уже составляют абсолютное большинство работников.
Сергей Смирнов, директор Института социальной политики и социально-экономических программ НИУ ВШЭ, так оценивает ситуацию с мигрантами в столице: «Не станет гастарбайтеров — Москва зарастет грязью, и очень быстро. И поэтому приходится выбирать между грязью и гастарбайтерами. Работники из российских регионов, которые теоретически могли бы занять те рабочие места, которые заняты сейчас гастарбайтерами, заняты уже в других видах экономической деятельности… Не думаю, что строительство, к примеру, сильно удорожает, если мигрантов оттуда убрать. Мы знаем, сколько стоит получить разрешение, разные подключения, разные проектные площадки, разные проектные документации, согласования. Цена всего этого достигает 40% от стоимости проекта. Поскольку платежеспособный спрос у нас ограничен, то коррупционная составляющая у нас немножко снизится на эти 10 – 15%, если вместо нынешних гастарбайтеров у нас появятся более высокооплачиваемые, более квалифицированные работники. Но я подозреваю, что в российской глубинке их нет. А если есть, они предпочитают работать «не пыльно» — охранять автостоянки или работать на частного нанимателя. Заменить гастарбайтеров некем. Если резко сократить количество гастарбайтеров в торговле, некоторые виды экономической деятельности просто встанут». Вот еще пара мнений по поводу мигрантов в Москве. Владимир Гимпельсон, директор центра трудовых исследований Высшей школы экономики: «В Москве очень высока доля лиц с высшим образованием. По мере того как люди становятся богаче, им нужно больше услуг: им нужно, чтобы улицы были чистыми, чтобы были магазины, а в магазинах работали кассы, чтобы дороги ремонтировались, чтобы шло строительство. Кто все это будет делать — москвичи с высшим образованием? Я не уверен, что они на это согласятся. С ростом благосостояния количество рабочих мест особенно быстро растет именно в секторе услуг, и это преимущественно места для неквалифицированных работников. Посмотрите на любую европейскую страну — они все столкнулись с этим. Логично ожидать, что спрос на такую рабочую силу не уменьшится, а увеличится. Потому что чем вы богаче, тем больше денег вы готовы тратить на услуги, а большинство этих услуг предоставляют люди без университетского образования». Бывший вице-мэр Москвы Андрей Шаронов:«Вице-мэры Лондона говорили о том, что их кредо - оставлять Лондон максимально открытым для людей со всего мира. Для них миграция - это возможность черпнуть свежего духа, свежей крови людей, которые меняют образ жизни и страну, приезжают для того, чтобы чего-то добиваться. Это важный урок для нас, потому что мы рассматриваем миграцию, что бы мы ни говорили, как угрозу.Мы тоже очень часто говорим: «Все флаги в гости к нам». Но реальность не совсем такая, поэтому еще один важный урок для Москвы - это миграционная политика. Заманивание и сохранение всех предпринимателей, наемных работников с новой энергетикой, с новой кровью, с новыми идеями, которые готовы быть законопослушными гражданами в России… У японцев нет миграции, они никого не пускают к себе, и стагнация продолжается уже 25 лет - нет экономического роста, нет бума, который у них был 30 лет назад».
4
«Несмотря на распространенное мнение, ксенофобия — не удел горстки националистов, а некое общее ядро, на которое опираются все российские политические силы, от «Единой России» до коммунистов, либералов и умеренных националистов» (Эмиль Паин, руководитель центра по изучению ксенофобии и предотвращения экстремизма Института социологии РАН)
В предыдущей части я достаточно, надеюсь, убедительно объяснил, что Россия нужна мигрантам точно так же, как мигранты нужны России: они зарабатывают на хлеб насущный, а нашей власти не приходится ломать голову, как заинтересовать либо принудить коренных жителей выполнять грязную и низкооплачиваемую работу. Умышленно не делю гастарбайтеров на легальных и нелегальных, так как при запредельной коррумпированности наших чиновников и правоохранителей разница лишь в размерах и частоте взимаемых с мигрантов поборов. А слышащиеся ныне отовсюду, кроме разве что утюгов, призывы пресечь именно нелегальную миграцию на самом деле чаще всего эвфемизм, за которым скрывается махрово-националистическое «Россия - для русских!» (ну, или славян, но уж никак не выходцев из Средней Азии или представителей народов Кавказа, будь они даже местными в нескольких поколениях). Французская газета "Le Huffington Post" в материале о бирюлевском бунте так характеризует ситуацию в нашей стране: «Во время кампании перед выборами московского градоначальника главный оппозиционный кандидат Алексей Навальный возложил на иммигрантов вину за подъем преступности в столице и выступил за введение визовой системы для граждан среднеазиатских республик. Это предложение пользуется поддержкой значительной части населения и некоторых политиков, однако есть здесь и одна серьезная проблема технического характера: подобные меры касаются лишь азиатов, но среди создающих проблемы мигрантов есть немало кавказцев с российскими паспортами. Некоторые поговаривают о введении квот или восстановлении советской системы, по которой человек не мог сменить место жительства без разрешения… В условиях ухудшения ситуации в экономике (и как следствия падения уровня жизни) и подъема насилия мигранты становятся для русских близким и понятным врагом, на которого они могут перенести все свои тревоги и недовольство». А в изложении Ильи Мильштейна на сайте «Грани.Ру» ситуация в стране выглядит и вовсе близкой к безысходной: «С одной стороны, государство с его духовными скрепами, то есть корпоративным капитализмом мафиозного склада, средневековым мракобесием в Думе и в церкви, политзеками и колючей проволокой от Жириновского. С другой стороны, "русские марши", которые на сей раз прокатились по десяткам российских городов, как бы усугубляя праздничные настроения в День народного единства. И убийства. Опросы "Левада-центра" показывают интересную динамику в развитии этих настроений. Поразительные цифры. Раздражение, неприязнь, страх по отношению к выходцам из южных республик испытывает 61% населения. Призыв "Россия для русских" всей душой или "в разумных пределах" поддерживают 66% неравнодушных граждан. Лозунг "Хватит кормить Кавказ" одобряет или скорее одобряет 71% опрошенных. Массовые кровопролитные столкновения на национальной почве ожидают или допускают 63% респондентов. Ограничить проживание в России кавказцев (граждан РФ, между нами говоря) предлагают 54%, а выходцев из среднеазиатских республик – 45% аборигенов. Это очень серьезные цифры, и если обойтись без моральных оценок и оценочных суждений, прямо запрещенных законом, то следует сказать вот что. Ни один политик, желающий реально избираться и быть избранным, не может в своих программах, выступлениях и постах в соцсетях не учитывать этих настроений. Он не может вот эти миллионы своих соотечественников, которые стоят за участниками опроса, сравнивать с нацистами, как они того отчасти заслуживают. А если он пожелает отвести душу и заклеймить ксенофобию, то на выборы ему тогда лучше не ходить. Результаты его разочаруют». Ну, с политиками все ясно, да, собственно, было ясно и до бирюлевских событий. От кого-кого, а от них честности и порядочности ждать нелепо. То за красных, то за белых, ну а сейчас вот - за коричневых… А что ж наша непримиримая антипутинская оппозиция - вся из себя мультикультурная, стремящаяся к консенсусам и приверженная либеральным ценностям так, что кушать не может? Да так же… Бормочет хоть и вполголоса, но те же ксенофобские лозунги. Слово политологу Евгению Ихлову: «Все социальные издержки реформ обосновывались великой целью – вырастить мощный продемократический слой. Самой большой толщины такой слой достиг в Москве. Пока он вызревал, его устраивал лужковский авторитарный и коррупционный патернализм. Потом, в декабре 2011-го, все начало взрываться и вылилось в поддержку Навального. И вот этот мощный продемократический слой сказал свое слово. Начиная с июня столицу трясет антимигрантский озноб. Все остальные проблемы мегаполиса, включая такие острейшие, как экологическая и транспортная, робко отошли на второй план. В антимигрантском захлебе путают гастарбайтеров и российских граждан. В августе нарыв набух концлагерем (в основном для вьетнамцев) в Гольянове. Лишь несколько правозащитников заявили о вопиющей незаконности устройства такого концлагеря. Лопнул нарыв в Западном Бирюлеве. И тут же раздались бурные, продолжительные аплодисменты: началось, народ проснулся… Конфузливо отмолчались властители дум. Возмущение погромом покрыли градом оскорблений, призывами прекратить "антифашистскую истерику". Стало ясно, насколько тяжело отравлена столица миазмами агрессивной ксенофобии. И в эту ядовитую атмосферу московское общество привело себя само. Его не оглушала госпропаганда, его не принуждали власти. Для начала были деликатно прикрыты глаза на ксенофобскую предвыборную риторику – "нам нужен таран!". Проглотили Гольяново: мол, "надо же что-то делать" - и вообще "их там кормят лучше, чем в подвале, где они жили…". Следующей остановкой стал бирюлевский погром… Под усыпляющие рассуждения о конфликте цивилизаций мы уже дошли до порога, за которым нас ждет нацизм».
Вот такая вот ситуевина получается. Такое впечатление, что на всю страну остался один-единственный интернационалист, не погрязший по уши в ксенофобской жиже. Гарант наш и по совместительству национальный лидер Владимир Владимирович Путин. Москвичи требуют перестать кормить Кавказ, а он кормит. Провинция требует перестать кормить Москву, а он кормит. Политики всех мастей от Собянина до Навального требуют разобраться, приструнить, ужесточить и вообще ввести визовый режим с государствами Средней Азии, а он отвечает: «Хрен вам, а не режим» (и то правда - что в этом режиме толку при нашей необустроенной границе с Казахстаном…). Даже Вольфыча пожурил прилюдно, когда тот с телеэкрана предложил колючей проволокой северокавказские республики огородить и всех там штрафовать за третьего ребенка. Так прямо с плеча и рубанул ему наш нацлидер: «У меня к вам большая просьба. У вас устойчивый электорат, я думаю, нет необходимости обращаться к отдельной части вашего электората для того, чтобы укрепить свои позиции в ущерб фундаментальным интересам нашего государства». Что в переводе с дипломатического на русский может означать: «Ну что мы с вами там огородим, если у нас символ России - грозненская мечеть? Нас самих Рамзан еще не огородил - и то хорошо…».
А теперь самое время перейти к теме, в чем же заключаются претензии россиян к мигрантам и насколько они обоснованы. Первая претензия - «понаехавшие» занимают наши рабочие места, соглашаясь работать за гроши. Насчет грошей все верно - платят мигрантам копейки. В особенности применительно к Москве, где проблема нелегалов и просто «чужаков» наиболее остра. Но получается парадокс: сытые успешные москвичи возмущены, что приезжие заняли в столице уж такие «престижные» места дворников, грузчиков, рыночных торговцев, водителей маршруток… При этом коренных жителей столицы заставить выполнять такую работу можно только в принудительном порядке, по приговору суда. Кого же москвичи хотят видеть в качестве своей обслуги? Приезжих из российской глубинки «правильной» национальности и вероисповедания (прямо-таки напрашивается написать «арийцев»)? То бишь нас с вами.Ну так, во-первых, многие и ездят в столицу на заработки. А во-вторых, большинство российских безработных живет в маленьких городах или в сельской местности. Экспертами было проведено исследование: безработным россиянам предлагали переехать в большой город, с предоставлением им работы, но приняли это предложение только 12% опрошенных, остальные же наотрез отказались оставлять свои дома и огороды. Плюс к тому существует проблема переквалификации. Ну и психологические проблемы: не всякий ради чуть больших денег согласится ехать на грязную работу в места, где он будет восприниматься человеком второго, если не третьего сорта. И последнее: практически 80% мигрантов, находящихся на территории России, не имеют среднего профессионального и высшего образования. Приехав к нам наобум, без профессиональных навыков, без знания языка, мигрант может устроиться только на низкооплачиваемую работу. Помимо этого, трудовые мигранты, приезжающие по собственному желанию, без вызова работодателя, ограничены в правах, лишены элементарной моральной поддержки со стороны коренного населения и, более того, воспринимаются им крайне отрицательно. Кто-то действительно может поверить, что при таких заведомо неравных условиях пришлые способны «захватить» рабочие места, на которые реально претендуют свои, местные жители, прекрасно владеющие языком, получившие определенное образование, имеющие определенные связи, знакомства? Я так точно нет.
В завершение предлагаю вот такой текст, попавшийся на глаза на одном из Интернет-форумов, где по «доброй» российской традиции наши сограждане костерили мигрантов, обвиняя их во всех смертных грехах: «Сам мигрант, гражданин Таджикистана. Знаю 5 языков (русский, английский, таджикский, узбекский, турецкий), образование высшее техническое (инженер-экономист). Так вот. Все попытки найти достойную работу заканчиваются печально. Там, где платят, гроши. Там, где обещают нормальную зарплату - вообще не платят. Какие-то бессовестные все русские бизнесмены. «С чистой совестью» не платят кровью нажитую зарплату. Еще с интонацией говорят про честность, человечность, нравы. Иногда гуляю по паркам. Чему вы учите свою молодежь? Совсем маленькие дети, их надо еще кормить молоком, пьют пиво, курят. Чего же от них следует ожидать-то в будущем? Вот вам совет: сначала установите порядок в своей семье, а масштабные проблемы предоставьте правительству! Вы для начала создайте семью полноценную, репутацию безупречную. И если даже справитесь с этим делом, все равно это не дает вам право судить других. Больше половины младенцев у вас рождаются без брака, и это нормально? Как видите, есть более важные касающиеся вас проблемы, которые больше достойны найти решение, чем проблема с мигрантами. Я работал на многих фирмах. И грузчиком, и в отделе кадров, и бухгалтером. Если кто-то хочет работать, то обязательно найдет работу. У вас здесь целый ряд сайтов по вакансиям. И что же вам мешает? Может, мигранты ломают цены? Конечно, мне надо оставить свои советы при себе, но все-таки посмею дать вам совет: берите пример с мигрантов. Они приезжают сюда, чтоб содержать свою семью. А что вы? Да, ваши мужики изобретатели! Мигом предоставят тысячу причин, чтоб не платить алименты для своего же ребенка. И это нормально. Все так делают, и ничего плохого в этом нет. Говорите, что мигранты не знают русского языка. Вы сами каким-то иностранным языком владеете? Скорее нет, может, есть у вас еще давно забытый со школьных времен английский. Или немецкий…»
5
«На сегодняшний момент всерьез проблема мигрантов не обсуждается. Ее обсуждают под прицелом защиты прав гопников либо абреков, либо работодателей, которые безобразно наживаются на людях, держа их в скотских условиях, либо популистов-политиков, которых близко нельзя подпускать к занятию, которое им кажется правильным, а надо бы вместе с их криками по поводу мигрантов держать на скотном дворе крутить хвосты коровам, что является максимально эффективным использованием их интеллектуального ресурса» (Евгений Сатановский, директор Института Ближнего Востока)
Еще одна проблема мигрантов, активно муссируемая ныне в СМИ, это преступность. И прежде, и особенно в этом году, когда вяло текущая ксенофобия перешла в настоящую истерию по отношению к чужакам, обсуждение этой самой преступности шло по традиционному сценарию «в чужом глазу соломинку видим, в своем - бревна не замечаем». Каждый случай насилия либо убийства мигрантом коренного жителя подхватывался СМИ на ура. Параллельно происшедшие десятки и сотни аналогичных преступлений замалчивались СМИ либо преподносились эдакой скороговоркой, ибо там преступниками оказывались свои и ничего раздуть из этого было невозможно. А уж если жертвой оказывался чужак, так и вовсе никому дела нет… Все наверняка хорошо помнят, как была обставлена поимка совершившего убийство в Бирюлеве азербайджанца Орхана Зейналова - вплоть до привода аж лично к министру внутренних дел. «Откровенно говоря, с такой практикой я сталкиваюсь впервые, не припомню, чтоб подобное имело место где-либо в мире, - пишет Али Гаджизаде на азербайджанском портале ИА REX. - Мне теперь даже интересно, может, это такой особенный ритуал, и всех предполагаемых убийц приводят к министру, чтобы тот заглянул им в глаза? Или это был первый случай?Впрочем, я охотно допускаю, что, может быть, министр обладает какими-то сверхъестественными экстрасенсорными способностями, которые позволяют ему по одному взгляду определить, виновен человек или нет… Некоторые люди в России, в том числе и журналисты, и общественные деятели полагают, что возмущение в Азербайджане связано с тем, что азербайджанец задержан по подозрению в убийстве. Это отнюдь не так, причина возмущения в том, как случившееся было обставлено. Людей возмутила театральность и показательность процесса, предвзятая позиция СМИ и потоки грязи в виде ругани и оскорблений расистского характера, что посыпались на азербайджанский народ в соцсетях и на некоторых российских сайтах». А вот другое убийство в том же печально известном Бирюлеве, чуть позже, и высказывание по его поводу не нуждающегося в представлении Виктора Шендеровича: «В столичном районе Бирюлево Восточное только что найдено тело гражданина Узбекистана с множественными ножевыми ранениями, лаконично сообщают СМИ. Вызовет ли эта смерть общественный резонанс? Будет ли у всех на устах имя убитого? Раздастся ли на площадях многотысячный крик с требованием найти убийцу? Будет ли убийца найден? Будет ли его задержание показано по всем федеральным телеканалам? Привезут ли его, скрученного, пред ясны очи главы МВД? Интересные вопросы, правда? Из очевидных ответов на них ясно, в каком пошлом средневековом цирке живет путинская Россия».
К Бирюлеву вернемся позже - как к образцовому примеру искусственного раздувания националистической истерии в самых омерзительных ее формах, то бишь в форме погромов. А сейчас обратимся к статистике по этой самой мигрантской преступности, которая, как утверждается современными российскими учениками доктора Геббельса, так захлестнула всю Россию-матушку, что насущнее проблемы нет и быть не может. 2011 год. "Вопрос интерпретации статистики – вопрос достаточно субъективный, — заявил тогда зам начальника управления Генпрокуратуры РФ по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности, межнациональных отношениях и противодействию экстремизму Алексей Жафяров. - Говорить серьезно о преступности со стороны мигрантов можно только с одной точки зрения: любое преступление, совершенное мигрантом, становится предметом повышенного общественного обсуждения и спекуляции со стороны средств массовой информации, раздувания информационного повода со значительной степенью искажения фактов, С точки зрения статистической на фоне более миллиона совершаемых в России преступлений 50 с лишним тысяч, совершаемых иностранными гражданами, выглядят несерьезно, даже говорить не о чем".
2012 год. По данным сайта МВД РФ, в январе-декабре зарегистрировано 2302,2 тысячи преступлений, или на 4,3% меньше, чем за аналогичный период прошлого года, иностранными гражданами и лицами без гражданства совершено 42,7 тысячи преступлений, что на 5,1% меньше, чем за 2011 год. В том числе гражданами государств-участников СНГ – 37,3 тысячи преступлений (меньше на 7,8%). Таким образом, в прошлом году граждане стран-членов СНГ совершили всего 1,6% преступлений. Вопрос для тех, у кого с головой в порядке: насколько серьезно снизится уровень преступности при введении визового режима со среднеазиатскими республиками, как того сейчас требует ряд политиков, включая, к великому сожалению, и оппозиционных. Кому считать лень - подскажу: в лучшем случае на десятые или даже сотые доли процента. А реально преступность вырастет. Ибо если у нас в свое время вооруженные до зубов террористы в самый центр Москвы проехали для совершения теракта на Дубровке, то уж через фактически отсутствующую границу с Казахстаном проедут все, кто пожелает…
Но вернемся к статистике. Согласно официальной статистике Федеральной миграционной службы России, численность населения страны составляет 143,056 млн. человек, количество находящихся в РФ иностранцев по состоянию на 14 декабря 2012 года – 10,3 млн. Подсчитаем и получим, что среди россиян преступников - 1,6%, среди иностранных граждан - 0,4% от общего количества. Вот такая вот «угроза»… Кстати, не стоит из этих цифр делать обратный вывод - о том, что коренные россияне по натуре закоренелые преступники. Вот как характеризует ситуацию бывший зам директора Федеральной миграционной службы Вячеслав Поставнин: "Совершить здесь преступление и сесть в тюрьму означает обречь на голодную жизнь семью на родине. Мигрант это понимает и очень хорошо подумает, прежде чем совершить что-то противозаконное". У него есть и объяснение антимигрантской истерии: в России продолжают "делать из мигрантов монстров", так как потом легче создавать дополнительные препоны на пути гастарбайтеров. Поскольку в последнем заинтересованы в первую очередь сотрудники МВД, они обнародуют лишь те показатели, которые позволяют поддерживать миф о высоком уровне преступности среди мигрантов. Вся система работы с приезжими, по словам Поставнина, устроена так, чтобы чиновники могли извлекать выгоду: "Образуется узкое горлышко, через которое поток мигрантов попадает в Россию. И кто-то решает, кого пустить, а кого - нет. Понятно, что пропуск - это деньги".
Осень 2013 г. Начальник управления ФМС по Ростовской области Виктор Солодовников: «В России менее трех процентов преступлений совершается иностранными гражданами, но у нас многие путают понятия "иностранный гражданин" и "внутренняя миграция". Приезжие из кавказских республик, из южных республик в центральную Россию, да, они действительно совершают большое количество правонарушений, в том числе уголовно наказуемых». По словам Солодовникова, приезжие из других стран не вносят существенного вклада в рост преступности, зато приносят пользу на рынке труда: «В плане влияния на экономику, по мнению экспертов, один заработанный мигрантом рубль приносит нашей экономике шесть рублей».
И в заключение несколько примеров «объективности» освещения деятельности мигрантов нашими СМИ. Факт: «В Люберецком районе 21-летний представитель талышской диаспоры Саламаддин Нагиев трагически погиб в реке Пехорка, спасая тонущих местных детей. Молодой человек приехал из Азербайджана в Москву в гости к своему отцу. Прогуливаясь днем около реки, он увидел в воде трех девочек, которые звали на помощь». Заголовок к этому материалу на сайте lifenews.ru - «В Подмосковье прохожий погиб, спасая тонущих детей». Другой факт - убийство в Бирюлеве. Заголовок на сайте km.ru - «Пойманный азербайджанец признался в убийстве жителя Бирюлево».
Мигрант из Узбекистана Хаким Очилов спасает при пожаре жизни четверых соседей, в том числе двоих детей. Заголовок на сайте «Доступ-1. Новости Челябинской области» - «В Копейске наградили местного жителя, спасшего на пожаре семью из четырех человек». На этой же странице в криминальной хронике - «Уроженцы Узбекистана ограбили челябинцев на 100 тысяч рублей»…
Факты: «Количество преступлений, совершенных иностранными гражданами в Петербурге за 1 полугодие 2013 г., выросло на 48% к аналогичному периоду прошлого года и составило 1422 случая. Об этом журналистам сообщила глава УФМС по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Елена Дунаева… По словам Дунаевой, преступления мигрантов составляют не более 5% от всех правонарушений, совершаемых в городе». Заголовок к статье об этом на сайте «БалтИнфо» - «За 6 месяцев мигранты совершили в Петербурге почти 1,5 тыс. преступлений». Легким движением руки, то бишь клавиатуры, иностранные граждане подменяются мигрантами, а 5% улетучиваются. Правда, сайт-таки обмолвился, что за жуткие злодеяния совершили иностранцы в городе на Неве: «Треть из этих преступлений выявлена при профилактике: сюда относится использование поддельных документов, незаконная миграция и предоставление услуг ненадлежащего качества, к примеру, при перевозке пассажиров». То есть все-все предоставляли услуги отменнейшего качества, у нас в России иначе и не бывает никогда со времен князя Владимира, и только понаехавшие малость подгадили. И еще они за какие-то бумажки вовремя с чиновниками не расплатились или расплатились, но не с теми. От чего наверняка в ужасе дрожит все коренное население Питера.
А вот свеженький пример антимигрантского передерга. 22 ноября в «Московском комсомольце» выходит материал под тенденциозным заголовком «Жительницы Таджикистана требуют депортировать мужей из России». Что-то сразу такое вспоминается из застойных времен: доярки и свинарки колхоза «100 лет без урожая» единодушно клеймят Пастернака, Солженицына и прочих отщепенцев-антисоветчиков. Глянем, про что же эта статья: «Ряд жительниц Таджикистана обратились в миграционную службу республики с просьбой вернуть на родину находящихся на заработках в России мужей, сыновей и братьев… Поводом для обращения стало то, что некоторые мигранты, уехав в Россию, утратили связь со своими семьями на родине… Ежемесячно поступает около 15 подобных запросов…» Аж 15 запросов ежемесячно! С ума сойти! Но: «Согласно информации миграционной службы Таджикистана за последние 10 месяцев за границу уехало 870 тысяч граждан этой страны, из которых порядка 730 тысяч человек мужчины». То есть из 73 тысяч ежемесячно уезжающих 15 человек требуют вернуть на родину их жены. Какие-то сотые доли процента… И это что, проблема, достойная освещения в СМИ? Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно… Вспоминается незабвенное: «Эти акробаты пера, эти виртуозы фарса, эти шакалы ротационных машин…» Видя, как наши самые независимые в мире СМИ столь усердно подпевают исполняемым дружным хором власти и оппозиции ксенофобским руладам, сложно поверить, что все это возникло спонтанно. И не только мне. Вот какие мысли возникли по поводу бирюлевских и околобирюлевских событий у политолога Дмитрия Орешкина: «Насколько я помню криминальную статистку по Москве, убийства происходят каждый день. И только это преступление почему-то послужило поводом для столь масштабных событий. Причем, со стороны глядя, кажется совершенно очевидным, что это специально было раскачано. Убийство произошло в ночь на 10-е. Погромы произошли 13-го. Три дня некоторые люди специально организовывали, разогревали общественное мнение, готовили так называемый народный сход. И все это делалось достаточно очевидно, достаточно открыто. В сетях все это прослеживается. Понятно, что это не какое-нибудь стихийное творчество масс. Есть круг специальных товарищей, кем-то уполномоченных, кому поручено. Кто-то же привозил водку на этот народный сход. Кто-то же провозглашал лозунги. Все это, естественно, очень несложно выяснить, если есть желание. Потому что я сильно подозреваю, что это желание у полиции очень сильно сократится или уменьшится, когда сотрудникам правоохранительных органов позвонят из кабинета другого ведомства и посоветуют уж слишком сильно не усердствовать в расследовании корней этого события. Так что могут всплыть те же самые доблестные защитники державности, которые монтировками учили любить родину журналиста Кашина. Могут всплыть те же самые боевики, связанные как бы с футбольными фанатами, которые опять же подкармливали из кремлевской администрации людей господина… Фамилии не будем называть. Скажем так: одного из известных организаторов молодежных прокремлевских движений родом из люберецкой шпаны. Вот всю эту шпану специально воспитывали, натаскивали для того, чтобы при случае использовать для сдерживания демократических перемен, требований, которые в городе естественным образом произрастают. Поскольку некоторые товарищи, как мне представляется, чувствуют, что контроль выворачивается из рук. Необходимо создавать повод для завинчивания гаек. Готовить почву для того, чтобы отменить выборы в Мосгордуму, потому что выиграть их "Единой России" при нынешней активности избирателей вряд ли возможно».
(Окончание непременно последует)
Метки: мигранты ксенофобия Бирюлево Навальный |
Страницы: | [1] |