Однажды ночная фея прилетела к маленькому мальчику, больше всего любившему играть в солдатики. Она с улыбкой осмотрела всю коллекцию мальчика и, усаживаясь у его изголовья, прошептала.
- А для тебя у меня есть совсем необычная история. Сегодня мы унесемся в далекую древнюю страну Китай. Во времена, когда Китай только-только был основан из многочисленных маленьких провинций. Во времена первого императора. И звали его Желтый император.
Однако сам он называл себя «Сыном Неба», а страну, в которой он правил – Поднебесной. А коли китайская империя находится под покровительством неба, считал император, то и главней его империи на земле нет.
Желтый император был настоящим деспотом. Всех недовольных казнили, и даже малейший проступок жестоко карался.
Император все время вел войны с соседними государствами, подчиняя себе все новые и новые земли. А для войн, как известно, нужна хорошая армия. И армия у императора была.
А сказ наш пойдет о молодом лучнике из императорского войска, который был тайно влюблен в дочь своего военноначальника.
Он нередко украдкой любовался ею, когда она играла на лютне в саду, напевая какую-нибудь песню, или вышивала, или рисовала что-то, а то и просто упражнялась в искусстве каллиграфии.
Дочь военноначальника, Нефрит, догадывалась о чувствах молодого лучника, но делала вид, будто ничего не подозревает. Ей нравилось наблюдать, как он краснеет и смущается при её появлении, хотя он был и не робкого десятка.
И вот однажды император направил свою армию на север, откуда нередко делали свои набеги кочевники – гунны. Низкорослые воины, державшиеся в седле так умело, что казалось, они срослись с лошадьми. Бесстрашные и жестокие. Они стремительно нападали и тут же исчезали в степи. Догнать их было практически невозможно. И, с трудом оттеснив гуннов на север, император повелел воздвигнуть огромную каменную стену, для зашиты от их набегов.
На строительство стены были согнаны сотни тысяч рабов, военнопленных и крестьян. Они трудились день и ночь, укладывая огромные камни и утрамбовывая землю.
Войску же было приказано нести дозор.
Однако в первый же месяц службы у воздвигавшейся китайской стены гунны неожиданно атаковали, разрушив большой участок стены и угнав в рабство много народу. Узнав про это, император разгневался и велел бросить военноначальника в темницу, а дочь его доставить в наложницы к императору.
Когда стражники императора приблизились к дому военноначальника, чтобы забрать его, он быстро обернулся к лучнику, оказавшемуся в этот момент рядом, и шепнул:
- Спаси мою дочь! Переодень её в крестьянку и отведи подальше отсюда. Вот наша фамильная печатка, - с этими словами военноначальник снял её с пояса и поспешно вложил в руку лучнику, - иначе Нефрит не пойдет с тобой, - пояснил он. Лучник кивнул в тот момент, когда военноначальника уже окружили стражники.
Нефрит вышивала у окна, когда лучник подбежал к ней и, показав фамильную печатку, быстро заговорил:
- Госпожа, Ваш отец велел Вам следовать за мной, времени нет, я объясню всё позже!
- Мне нужно переодеться, - ответила девушка, - сейчас я позову служанку.
- Нет-нет, мы уходим прямо сейчас, на переодевание нет времени, - и молодой человек протянул руки, чтобы помочь девушке спрыгнуть с окна.
- Но дверь… - начала было она, но, видя его спешку, быстро спрыгнула в его руки.
- Вот, накиньте, - и лучник протянул ей синий халат из пеньки, такие носили только бедняки.
Девушка удивилась, но покорно накинула грубый халат на свое шелковое одеяние, расшитое цветами лотоса. Цветы лотоса олицетворяли солнце и летнюю пору.
- И выньте из волос жемчужную Диадему, - заметил лучник, оглядев Нефрит с ног до головы и оставшись довольным преображением. Теперь в этой одежде никто не заподозрит девушку знатного происхождения.
«Надо сказать, - заметила ночная фея, - что в Китае одежда и головной убор всегда соответствовали титулу и уровню благосостояния. Даже цвет одеяния различался в зависимости от положения в обществе. Желтый цвет был цветом императора и его семьи, белый – для траура, красный – праздничный, цвет невест, а синие одежды носили те, кто победнее».
Окраинами и узкими улочками молодые люди вышли из города, направляясь к маленькой крестьянской деревне на берегу небольшой речушки
В этой деревушке жил дядька лучника. Он в молодости тоже был воином, но со временем, будучи сильно покалеченным, осел в крестьянской деревушке, взяв в жены местную крестьянку и обзаведясь двумя дочерьми.
Увидев племянника с девушкой, да еще идущей немного позади молодого человека, дядька заинтересовался. Ведь чуть позади мужчины ходили жены.
- Никак мой племянник женился! – воскликнул он, поприветствовав входящих.
- Нет, дядя, это дочь моего господина, - покачал головой лучник, - но об этом никто не должен знать. Для всех она обычная крестьянка.
- И ты привел её ко мне, чтобы укрыть здесь, - догадался хозяин.
- Да, хотя бы на первое время.
- Хорошо. А что она умеет делать? – и дядя изучающее посмотрел на Нефрит.
- Я сам оплачу её еду и одежду, - поспешил ответить племянник, смущаясь дядькиной прямолинейностью. Но тот добродушно рассмеялся.
- По мне, так пусть ничего не делает, прокормить мы её как-нибудь прокормим. Но вот молва быстро разнесет, что я выдаю кого-то за крестьянку. Сам же знаешь, крестьянские дочки работают от зари до зари. В поле её не погоню, но чем-то заняться ей бы надо.
- Я могу вышивать, - молвила скромно Нефрит. Но дядька опять покачал головой:
- Мы расшитых платьев не носим. А вот если мастерить что умеешь, то, пожалуй, можно. Авось и обменять что удастся…
Итак, оставив Нефрит у дяди, лучник поспешил вернуться в город, дабы с утра поступить в подчинение к новому военноначальнику. И потянулись дни за днями.
Нефрит помогала по хозяйству, учила дочерей дядьки и соседских девочек рисовать иероглифы и читать их, а после полудня шла на реку и, сидя на берегу и напевая, лепила из глины разных животных, чтобы жена дядьки их потом могла продать или обменять на что-нибудь.
Нелегко было Нефрит, её некогда нежные ручки огрубели и болели, вместо тончайшего шелка она носила теперь грубые кофты и штаны, спала на соломенном половике. Но не это её больше всего удручало, а неизвестная участь отца, от которого так и не было вестей. И единственной ниточкой, еще связывавшей её с прежней жизнью, был лучник, приходивший иногда поздним вечером навестить её
Сама того не заметив, Нефрит стала всё чаще думать о нем, все больше радоваться его визитам.
И однажды, сидя как обычно на берегу реки и вылепливая фигурки, она незаметно для себя вылепила лучника. Глиняный лучник был как две капли воды похож на настоящего, только росту в нем было не более 10 сантиметров. Вылепила, и удивилась. А вечером, отдавая сделанные за день фигурки жене дядьки, фигурку лучника оставила себе.
На следующий день Нефрит снова вылепила лучника, но уже с другим лицом, и еще одного, и еще. А потом, немного подумав, вылепила глиняную копию своего отца.
Так, день за днем она вылепила целую маленькую армию. Арбалетчики, лучники, стрелки, пехотинцы и кавалеристы, всадники, офицеры, советники и военноначальники. Все эти воины были вылеплены так искусно, что можно было даже отличить их по званиям и по родам войск. Все в строгом согласии с военной иерархией, даже прически. Нефрит не забыла и о колесницах с упряжками лошадей и возницах. Кому как не ей, дочке военноначальника, было знать, как выглядело войско.
Глиняные воины на удивление хорошо продавались, ведь все маленькие мальчики любят играть в солдатики. И вскоре не осталось ни одного дома, где бы не было глиняных воинов Нефрит.
Молва о глиняных воинах и о девушке, делающей их, долетела и до императора. Увидев несколько фигурок у сына одного их подданных, он велел доставить ему таких же. Его впечатлили эти маленькие копии солдат, поразило мастерство, с которым они были вылеплены, в мельчайших деталях, со всеми складками на одежде и разными выражениями лиц.
К вечеру Нефрит привели во дворец императора. Испуганная, она боялась поднять на него глаза. Но император был явно в хорошем расположении духа.
- Так это ты придумала лепить солдат из глины? – император похаживал вокруг Нефрит, оглядывая её с интересом. Она склонилась еще ниже и еле слышно промолвила:
- Да, Ваше императорское величие.
- Что ты хочешь в награду? – император пытался разглядеть лицо этой, на первый взгляд, крестьянки, хотя внутреннее чутьё говорило о более высоком происхождении девушки.
- Спасибо, Ваше императорские величие, но то, чего я хотела бы, невозможно.
- Хм, - удивился император, - и что же это?
- Если бы я осмелилась, - с этими словами Нефрит посмотрела на императора и, окончательно решившись, выпалила, - я бы просила Вас помиловать опального военноначальника и вернуть ему свободу.
Император хранил молчание, всё еще внимательно рассматривая девушку. Наконец он хлопнул в ладоши, и тотчас появился один из охранников, готовый к исполнению любого каприза своего господина.
- Приведите сюда пленного военноначальника, - властно бросил он стражнику, не отрывая глаз от Нефрит.
- И кем ты ему приходишься? – спросил он. Девушка молчала, потупив взор.
- Помнится мне, была у военноначальника дочка, которая куда-то вдруг исчезла, когда пришли за отцом, - продолжал император, - и помнится мне, я приказал доставить её ко мне в наложницы.
По щекам Нефрит покатились слезы, но она по-прежнему хранила молчание. Император тоже выжидающе умолк, наслаждаясь своем могуществом.
Вскоре ввели связанного военноначальника. Тот шел с гордо поднятой головой, но тут взгляд его упал на Нефрит, стоявшую перед императорским троном. И сердце его сжалось от страха.
- Это твоя дочь? – спросил император пленного. Тот молча кивнул.
- Ну, что ж, - молвил император, обращаясь теперь к девушке, - я немного подумал, пока вели твоего отца, и решил-таки исполнить твоё желание. Я помилую твоего отца!
Услышав эти слова, Нефрит радостно вздохнула, слезы радости переполнили её и она, теперь уже открыто, разрыдалась от счастья и кинулась на шею отцу.
Император молча наблюдал за сей трогательной сценой и, когда отец и дочь, наконец, устремили на него свои взоры, сказал:
- Но у меня есть одно условие.
В глазах Нефрит на долю секунды отразилось опасение, в голове её вновь промелькнуло оброненное императором «наложница». И хотя жизнь отца была превыше, но она уже так скучала по лучнику.
- Я решил завести себе глиняный легион, и ты, Нефрит, - посмотрел он на девушку, - будешь помогать мастерам. Но мои воины будут в полный рост, даже чуть выше. И лица их тоже пусть будут вылеплены с живых воинов. Только я хочу, чтобы мои глиняные воины были без шлемов. Шлемы им не к чему, ведь они не знают поражений!
- И для императора сделали такую армию? – с восхищением спросил сонный маленький мальчик.
- Да, - кивнула ночная фея, - целое многотысячное войско. Но, в отличие от маленьких фигурок, большие делали из особой глины и обжигали в печи.
- Красиво, наверно, было, - мечтательно произнес мальчик.
- Очень! Тысячи терракотовых воинов в полном обмундировании!
- Терракотовых? - переспросил малыш удивленно.
- Так называют изделия из обожженной глины, - пояснила фея.
- А что стало с Нефрит и лучником? – вдруг встрепенулся ребенок. Ночная фея загадочно улыбнулась и продолжила…
Итак, Нефрит со своим отцом вернулись в свой прежний дом. Все были рады благополучному возвращению военноначальника, ибо он слыл весьма порядочным человеком. И всё потекло своим чередом, за исключением того, что Нефрит сейчас ежедневно выезжала в мастерские императора, где уже начались подготовительные работы: отбирались самые лучшие мастера и самые смышленые ученики, выбирался сорт глины, изготавливались формы, делались эскизы и прочее и прочее. Нефрит была полностью поглощена работой и почти перестала вспоминать своего лучника, как однажды вдруг случайно услышала разговор двух придворных.
- Император болен и подумывает передать трон сыну, - говорил один из мужчин. Нефрит замерла и, поняв, что говорящие не заметили её, отложила в сторону незаконченный эскиз доспехов и притаилась за ближайшим глиняным блоком.
- Но это будет не так уж и скоро, думаю, его сыну еще рано садиться на престол.
- Да, однако император уже дал некоторые распоряжения. Относительно своих жен и наложниц, а также нескольких тысяч крестьян и своего войска. Он приказал похоронить их всех живьем в его усыпальнице.
- Это на случай, если он оживет?
- Верно. Он хочет перейти в мир иной со всей своей свитой. А войско ему нужно, чтобы завоевать весь мир.
- Что тогда останется его сыну…
Дальше Нефрит уже ничего не слышала. В голове роилось множество страшных картин. И хуже всего, что её отец и возлюбленный возможно будут похоронены вместе с императором. Надо было срочно что-то придумать, но что?
На следующий день Нефрит тайно прокралась в покои императора и спряталась за пологом его кровати. И когда император уже засыпал, она стала нашептывать над его головой:
- О, сын неба, скоро ты уйдешь в мир иной, но вернешься на бренную землю, едва эпоха Водолея сменит эпоху Рыб!
Услышав шепот, император вскочил с постели и осмотрелся, но в комнате никого не было.
«Видно, приснилось», - подумал он, вытирая пот со лба и возвращаясь в постель. Но едва он лег, снова услышал таинственный шепот. Шепот продолжал:
- Но проснуться тебе суждено только вслед за твоим войском. Как только оно проснется и выйдет на поверхность, проснешься и ты.
- Я обязательно велю похоронить все войско со мной, - еще дрожа от страха закивал император, - я и сам знаю.
- Но это должно быть не простое войско, - продолжал шепот, люди так ненадежны!
- А какое, какое войско мне взять, - взмолился император.
- Терракотовое! Эти воины и выше, и преданней живых. Им не нужна еда и вода. Только с ним ты завоюешь весь мир!
- Хорошо, но…
- Никаких возражений! – грозно приказал шепот. – Иначе пророчеству не сбыться! А сейчас засыпай!
Император еще долго ворочался с боку на бок. И едва он заснул, Нефрит потихоньку выскользнула из комнаты, прикрыв за собою двери.
- А что было потом? – спросил малыш у феи.
- А потом была свадьба Нефрит и лучника. И когда спустя год император скончался, с ним похоронили только терракотовых воинов. И если б не Великая китайская стена и эти терракотовые воины, этого императора едва ли сейчас вспоминали, - и фея нежно погладила засыпающего мальчика по голове и, поставив у изголовья заснувшего ребенка маленькую терракотовую фигурку лучника, бесшумно вылетела из комнаты.