Давным-давно, еще в древние времена, жила маленькая ночная фея. Почему ночная? Потому что весь день она крепко спала, а вечером вылетала из своего цветка и спешила к бедным детям, чтобы рассказать им перед сном сказку. И летела она, в первую очередь, к добрым и послушным девочкам и мальчикам.
- Добрый вечер, - тихо шептала она им на ушко, ласково гладя их волосы, - сегодня я унесу вас в далекую страну, где не бывает холодной зимы, где есть теплое море, и зовется эта страна Италией.
В далекие времена были там грозные правители – цари, могущественные и богатые. Но не о них пойдет мой сказ. Я расскажу об одной бедной девушке - весталке. Бедная она не потому, что из бедной семьи, нет, ибо весталок выбирали только из знатных семей, а потому, что на её долю выпало серьезное испытание. Ну да начну с самого начала.
История эта началась с придворного звездочета, предсказавшего юному наследнику в жены самую прекрасную из дев, которая родится в первое полнолуние наступившего года. Верховный же жрец, мечтавший выдать за наследного сына царя свою только что родившуюся племянницу, подслушал сей разговор звездочета с царем. А подслушав, довольно ухмыльнулся. Он задумал объявить о рождении своей племянницы чуть позже, якобы она родилась в полнолуние. А всех девочек, рожденных в полнолуние – запрятать подальше.
На следующее утро он велел своим слугам разузнать обо всех жительницах города, ожидавших ребенка в ближайшее время, и велел следить, когда те разродятся.
И вот, как только луна стала полной, в Риме родилось несколько мальчиков и лишь одна девочка. Девочка родилась в знатной семье. Узнав это, верховный жрец очень обрадовался, ибо тогда он сможет назначить эту девочку жрицей, и придется ей служить богине Весте без малого тридцать лет. А потом её и замуж-то вряд ли кто возьмет: существовало поверье, что брак с весталкой добром не закончится. Одна беда – весталкой могла быть назначена девочка не младше шести лет, да к тому же без физических недостатков.
- Ничего, шесть лет быстро пролетят, - успокоил себя верховный жрец, потирая руки…
Девочку назвали Лидия. Она росла здоровым и умным ребенком на радость своим родителям. Рядом с ней всегда царили смех и веселье. И уже с малых лет она выгодно отличалась от своих подруг внешне. Её огненно-рыжие косы и белоснежная кожа не могли не вызывать восхищение. Но едва Лидии исполнилось семь лет, верховный жрец огласил имена двадцати девочек, одна из которых станет весталкой. И Лидия была одной из них.
А назначенный день все девочки предстали перед верховным жрецом, и выбор, как и следовало ожидать, пал на Лидию. С этого момента она переходила под покровительство коварного жреца. Её облачили в белое длинное платье, обрезали для жертвоприношения её прекрасные рыжие локоны (на радость жрецу), и так она была отведена в дом весталок, где ей предстояло провести практически в взаперти свои лучшие годы. Сначала – в ученье, потом – в служении богине. И хотя весталки были почитаемы и неприкосновенны, но верховный жрец мог жестоко высечь их розгами за малейшую провинность. Чем тот и не преминул воспользоваться.
После атмосферы любви и заботы, окружавшей Лидию в отчем доме, жизнь в храме давалась ей очень нелегко. Но, подобно тому, как её несравненные локоны снова выросли, став еще лучше прежнего, так и Лидия постепенно училась новому образу жизни, находя в нем свои преимущества.
И в семнадцать лет, став полноправной весталкой, она расцвела настолько, что сам верховный жрец тайно вздыхал по ней.
В белой тунике и копной льющихся рыжих волос она была настолько прекрасна, что у храма всегда толпился народ, чтоб хоть краешком глаза взглянуть на молодую весталку. А её недосягаемость делали её во сто крат желанней.
Раз в год, в июне, в Риме проходили празднества в честь богини Весты, весталии. Весь город собрался на празднество. И вот пред публикой предстали шесть весталок, которым предстояло провести обряд жертвоприношения. Все шесть были с ног до головы укутаны в белое, а лица скрывали густые вуали. И только у одной из-под длинной вуали, покрывавшей всю голову и лицо, игриво виднелись ярко-рыжие волосы. Именно они и привлекли взор молодого наследника, восседавшего по правую руку от царя…
- Кто это? – невольно молвил наследник, залюбовавшись весталкой.
- Некая Лидия, - недовольно ответил стоявший рядом верховный жрец.
- Никогда не видел таких дивных волос, - продолжал молодой человек, - наверняка она настоящая красавица.
Услышав такие речи, жрец даже поморщился:
- Обычная девушка, только и есть красоты, что рыжие косы, - молвил он. И чуть погодя добавил:
- Если бы не ритуал, требующий скрывать лицо весталок, Вы бы, Ваше Высочество, и не обратили бы на неё внимания. Извините, если разочаровал Вас.
Молодой человек ничего не ответил, продолжая следить за празднеством.
Однако на следующий день, как только наследник остался один, он тайно покинул дворец и узкими темными улочками прокрался к храму богини Весты. Он как-то слышал, что одной из основных обязанностей весталок было поддерживать в храме вечный огонь. Возможно, он увидит рыжеволосую весталку.
Прокравшись тихо в храм, он увидел молодую весталку с непокрытой головой. Но это были другие волосы. Хотя надо признаться, девушка была прехорошенькая.
«Попытаю счастье завтра», - подумал царский сын и также незаметно выскользнул из храма.
Потянулись дни. Именно потянулись, так медленно, неторопливо, ибо ничто не длится так вечно, как ожидание. Молодой наследник каждый день пробирался в храм, в надежде увидеть рыжеволосую весталку, но её не было. Он же не ведал, что хитрый жрец велел ей не показываться в храме и не выходить без густой вуали. Якобы она прогневила богиню, выставив на показ свои бесстыжие волосы во время жертвоприношения.
- О, Юпитер! – воскликнул он. – Что мне делать с этой несносной! Не будь она так красива, я давно бы уже самолично засек бы её розгами. Уж скорей бы свадьба наследника и моей племянницы!..- и возложив на алтарь дары своему богу, он удалился.
Спустя неделю после празднеств, Лидия проснулась ночью от какого-то шороха. Она зажгла лампаду и посмотрела по сторонам. Это была летучая мышь, она явно скреблась в окно. Девушка впустила ночную гостью.
- Что-то случилось? – спросила она.
- Быстрей беги в храм, Клавдия уснула, и огонь угас! Если верховный жрец узнает, то Клавдию засекут до полусмерти!
- Спасибо тебе, мышь! – воскликнула Лидия, торопливо накидывая плащ и поспешив в храм. Она так спешила, что не заметила у ворот в храм незнакомца. Тот поспешно спрятался за колонной, едва увидев спешащую с лампадой весталку. Она промчалась мимо него, и у него перехватило дух: по спине весталки словно струились огненно-рыжие волосы. Он не видел её лица, но её стан и величественная походка говорили о многом. Не раздумывая, он последовал за ней.
- Просыпайся, Клавдия! – крикнула та едва войдя в храм. В храме царила тьма – огонь, видимо, действительно погас. И Лидия, несущая перед собой лампаду, словно рассеивала тьму. Где-то невдалеке проснулась Клавдия, вскрикнув от испуга.
- Не бойся, - поспешила успокоить её Лидия, - мы разожжем огонь, и жрец ни о чем не узнает! – и Лидия поднесла лампаду к алтарю, где всегда горел вечный огонь.
Как только храм осветился, наследник наконец увидел Лидию. Боже! Как прекрасна она была! А в мерцании лампад она казалась скорее богиней недели человеком…
- Здесь кто-то есть, - насторожилась Клавдия, услышав шорох в углу храма и направляясь туда. Она изумленно смотрела на молодого человека. Тот, немного подумав, шагнул на свет.
- Я никому не скажу об огне, - молвил он, - но с одним условием.
- С условием? Каким? – быстро спросила Клавдия. Лидия же хранила молчание, рассматривая незнакомца. Он был без сомнения знатного роду, патриций. «Деньги ему вряд ли нужны», - подумала она. – «Тогда что?»
- Пусть Лидия прогуляется со мной немного, - услышала она.
- Вы, наверное, не ведаете, что весталки целомудренны, - голос Лидии звучал твердо, - выбирая между розгами за потухший огонь и погребением заживо за нарушение обета целомудрия, мы выбираем первое.
- Вы меня неправильно поняли, - поспешил возразить наследник, - я не имел в виду ничего предосудительного. Просто прогулка!
- Зачем?
- Хочу немного с Вами пообщаться.
- Просто пообщаться? – недоверчиво переспросила девушка. – Хорошо, завтра я приду в храм, но с покрытым лицом. И охотно пообщаюсь с Вами…
На следующий день наследник сначала решил заглянуть к придворному звездочету. Тот как обычно пропадал в библиотеке над ворохом каких-то карт.
- Добрый день, звездочет, - и царский сын прямиком направился к нему. Старик от неожиданности забыл поприветствовать вошедшего.
- Добрый день, - наконец опомнился он, - о чем на сей раз изволите побеседовать?
- О моей так называемой избраннице, - и молодой человек изучающее посмотрел на старика. Повисла пауза.
- Ах, о племяннице жреца! – опять спохватился звездочет, словно выныривая из каких-то своих далеких мыслей.
- Мне кажется, Вы ошиблись, предсказав мне в жены её, - и наследник опять изучающее уставился на собеседника.
- Честно говоря, Ваше Величество, - начал тот, - я и сам было засомневался, но…
- Но?
- Но всё сходится: звезды указывают на деву, рожденную в первое полнолуние семнадцать лет назад. Вариантов нет, - и старик беспомощно пожал плечами.
- Но, насколько мне известно, - не сдавался наследник, - дева должна быть самой прекрасной под луной.
- Ооох, - вздохнул старик.
- Вы видели Лидию? – вдруг оживленно спросил молодой человек.
- Этого я и боялся. Думаю, не расскажи я о Вашей будущей избраннице, не быть бы Лидии весталкой.
- Это как? – не понял наследник.
- Звезды не предрекали ей путь весталки, я проверял, и ни раз. Думаю, жрец приложил тут свою руку.
- Но зачем!
- Ох, и глупец же Вы, Ваше Величество! – по-отечески покачал головой старик, но вдруг опять спохватившись, поспешил добавить: - Извиняюсь!
Но собеседник, казалось, не слышал его слов, рассуждая вслух сам с собой:
- Ты хочешь сказать, что у жреца был свой интерес? … Ну да! Ведь мне подсовывают его родную племянницу… Ах, наглец! – и царский сын поспешил к двери. В дверях он вдруг остановился и, оглянувшись на звездочета, спросил:
- А можно отказаться быть весталкой?
- Теоретически – да, но практически…
- Спасибо! – наследник уже не слушал его, куда-то торопясь…
- А Вы не спешили, - съязвила Лидия, обернувшись на гулкие шаги и увидев вчерашнего ночного гостя.
- Спешил, но по дороге к Вам пришлось кое к кому заглянуть, - и царский сын слегка склонил голову в знак приветствия. Весталка неспешно обошла все лампады, выдерживая паузу, и, присев на краешек мраморной скамьи, наконец, молвила:
- Так на какую тему Вы хотели пообщаться? Хотите оставить на хранение какой-нибудь документ? – из-под вуали лукаво смотрели бездонные глаза, а на губах играла едва заметная улыбка.
- Нет, Вы интересны мне в другом качестве, - он не без удовольствия отметил, как удивленно приподнялись её брови, - Вы интересуете меня как личность. Чем, например, Вы занимаетесь вне храма и что любите.
- Собой занимаюсь – читаю, общаюсь, выезжаю на колеснице. А Вы? – изучающее посмотрела она.
- А я вот пытаюсь кое в чем разобраться, - уклончиво ответил молодой человек, - и нравится Вам Ваша доля весталки?
Лидия задумалась.
- Я уже начала свыкаться с мыслью, что я весталка, - задумчиво ответила она, - но когда меня семилетней девочкой забрали из отчего дома – это была настоящая трагедия. И все десять лет, что я тут, это скорее борьба, нежели почетная привилегия.
- Так Вам семнадцать?! – изумился собеседник.
- Да. А когда отслужу богине, будет тридцать семь. Трудно смириться с мыслью, что единственное твоё предназначение – поддерживать вечный огонь, блюсти чистоту в храме и проводить обряды жертвоприношения. Печальная участь, - усмехнулась она…
Вечером царский сын опять постучал к звездочету.
- Ты знаешь, что Лидии семнадцать лет, и она рождена в первое полнолуние? – начал он прямо с порога. Старик кивнул.
- Тогда давай обсудим наши шансы, - и молодой человек сел напротив старика, - что ты там упоминал про теоретическую возможность?
- Да шансов-то в принципе нет, - и звездочет погладил свою бороду, - от обязанности служению Весте могут освободить только по особым семейным обстоятельствам.
- А кто, кстати, её родители? Может эти особые обстоятельства поискать, - царский сын с надеждой в глазах смотрел на старика.
- Её отец – известный судовладелец. Очень богат. На днях, я слышал, снова отплывает в Индию, по делам… - начал было звездочет.
- Может кораблекрушение? – перебил его наследник.
- Звезды такого не предсказывали, - испугался старик.
- Так ведь я о ЯКОБЫ кораблекрушении говорю, - успокоил его молодой человек, - ведь можно же что-то придумать!
- Хорошо, - неожиданно согласился собеседник, - давай попробуем…
Последние дни верховный жрец с явным неудовольствием наблюдал за Лидией. Никакие запреты и наказания её не удручали, скорее наоборот. Она постоянно улыбалась, что-то напевала себе под нос, витала в облаках, явно влюбилась.
«Видно, где-то я не доглядел», - раздраженно думал жрец.
- Хотя, уже вслух добавил он, - чего я паникую! На ближайшие двадцать лет её жизнь расписана, - и он самодовольно усмехнулся.
В один из дней царский сын пришел к храму после полуденного обряда. Это уже стало привычкой. В храме в этот час было достаточно народу, чтобы пообщаться с Лидией (общение с мужчиной наедине было категорически запрещено). Она беседовала со многими знатными римлянами, поэтому визиты наследника тоже не вызывали ни у кого подозрения.
Он неспешно приблизился к весталке и, поприветствовав, молвил:
- Я хотел бы спросить у тебя вот что, Лидия, - он сделал паузу, обдумывая слова, - если бы сейчас ты могла выбирать, быть тебе весталкой или нет, что бы ты предпочла?
Девушка удивленно смотрела на собеседника.
- Я знаю, - продолжил он, - у тебя как весталки очень много привилегий: неприкосновенность, деньги, право помиловать повстречавшегося тебе каторжника, решающее слово в суде и прочее, - царский сын взвешивал каждое слово, - и все же, ты могла бы от всего этого отказаться ради…
- Ради личной жизни? – продолжила за него Лидия. – Ради возможности открыто любить и рожать детей? – она взглянула ему в глаза и добавила:
- Конечно! Но, боюсь, у меня нет выбора.
- А если бы я смог сделать так, что тебе позволят уйти из весталок? – он с волнением смотрел на неё.
- Что ты захотел бы взамен? – она была убийственно прямолинейна. Он немного колебался, но, наконец решившись, сказал:
- Я попытался бы освободить тебя с одним лишь условием – если ты станешь моей женой.
Выпалив все, царский сын снова осмелился посмотреть на Лидию. Она хранила молчание, словно обдумывая его предложение. Он не выдержал и добавил:
- Я никогда не упоминал, кто я. Возможно, ты сомневаешься в моей способности обеспечить…
- Я знаю, кто ты, - остановила его весталка, - я не так глупа. Во время празднеств я видела тебя по правую руку от царя. Думаю, ты – его сын.
- Так ты согласна? – с облегчением выдохнул царский сын.
- Поменять участь весталки на участь будущей царицы? – улыбнулась она. – Да.
Верховный жрец возлежал на скамье в саду и о чем-то мечтал, когда его мысли прервали чьи-то шаги. Это была старшая весталка. Она поклонилась в знак приветствия и молвила:
- Худые вести, господин! Об отце Лидии.
Услышав это, жрец приподнялся со скамьи. Лицо его исказило недоумение. Он в доли секунды осознал, что это может значить, но еще на что-то надеялся.
- Что с её отцом? – еле выдавил он.
- Не так давно он отплыл в Индию, а ночью остатки корабля прибило к берегу. Судя по всему, весь экипаж и хозяин погибли в море.
- Не может быть! – рвал и метал жрец. – Это какой-то злой рок!
Весталка кивнула в знак согласия, не сомневаясь, что жрец имеет в виду гибель отца одной из весталок. Наконец, несколько успокоившись, жрец сказал:
- Конечно, гибель главы семейства дает Лидии право вернуться в семью, но может она всё-таки решит остаться с нами? – он с надеждой посмотрел на старшую весталку, словно это зависело от неё.
- Поговори с ней, утешь. И постарайся убедить бедную девушку, что ей лучше остаться весталкой. Так она больше поможет своей семье, - и жрец махнул рукой, давая старшей весталке знак, что та может удалиться.
О, Юпитер! – воскликнул жрец, оставшись один, - за что!!! Разве я плохо служу тебе, разве мало жертвую! – и он беспомощно воздел руки к небесам.
Через некоторое время старшая весталка вернулась. Жрец уже давно поджидал её.
- Ну, - нетерпеливо спросил он, - что Лидия?
- Пожелала уединиться в храме, молится Весте.
- Думаешь, она останется?
Старшая весталка покачала головой:
- Сомневаюсь. Нужно будет отобрать новых девочек на её место…
- И чем же закончилась эта сказка? – на ночную фею смотрели два сонных детских глаза. Фея загадочно улыбнулась.
- Когда Лидия вернулась в отчий дом, то по прошествии некоторого времени счастливый наследник сделал ей официальное предложение руки и сердца. И она с радостью приняла его.
А пока шли приготовления к пышной свадьбе, Рим облетело известие, что вернулся отец Лидии. Целый и невредимый. Его корабль, как оказалось, захватили пираты. Хозяина и всю команду пленили, вынесли с судна все ценное, а корабль затопили. Но спустя какое-то время пираты высадили всех пленников у неизвестного побережья, дав все необходимое на обратный путь.
- Такие добрые? – удивилось дитя, еще борясь со сном, чтобы дослушать сказку до конца.
- Глупенький, - улыбнулась фея, - это были не настоящие пираты, а нанятые царским сыном моряки!
- А жрец?
- А жрец был ужасно раздосадован таким счастливым концом! – и ночная фея погладила засыпающее дитя по голове и, укутав покрывалом из сладких снов, вылетела из комнаты.