Звонок в дверь.
- Кто? – спросил хозяин квартиры. Из одежды, на нем была футболка со стершейся надписью, на которой читалось только – «…стибри», больничные кольсоны в полоску, а на шее висела лупа.
- Свои – ответили неуверенно за дверью.
- Ну раз свои – заходи.
На пороге стоял мужчина очень упитанного вида, в маленьких очках, лысый, в халате и босой. В руках был портфель.
- Ты кто?
- Свой.
- Я вас никак не узнаю – начал разглядывать через лупу незнакомца человек в футболке.
- Я вас тоже не узнаю – пролепетал толстяк и стал внимательно вглядываться в лицо хозяина квартиры – ну так и есть – я вас не знаю.
- Ну может всё-таки пройдете?
- Как же я пройду, если я вас не знаю.
- Нет уж пройдите-с…пожалуйста – настаивал хозяин и стал тянуть за рукав человека в халате
- А вы коварный: сами открываете дверь и сами же настаиваете, чтобы к вам зашли.
- Я коварный? А вы - наглый тип, звоните в дверь и не заходите.
- Прежде всего, я – вежливый. Я, между прочим, воспитывался в хорошей семье. Не хожу, понимаете ли, к незнакомым людям.
- Позвольте, вы совсем не незнакомый. Сами сказали, что вы – СВОЙ.
- Разве?
- Так и было – не сомневайтесь. У меня память хорошая. Сами подумайте, стал бы я впускать чужих? А своих – пожалуйста.
- Ну раз так…раз я свой...зайду к вам. Вы мне тогда чай налейте.
- Обязательно налью
Прошли в комнату. Из мебели, кроме деревянного стула и окна ничего не было. Хозяин громко и с пафосом воскликнул:
- Гостю стул.
- Вы очень любезны – поклонился гость и сел так, как садятся очень важные люди.
- Вы посидите, полюбуйтесь красивыми видами из окна, а я быстренько сооружу чай.
- Непременно.
Хозяин ушел в кухню. Временами доносилось кряхтение. Что-то падало. Два стеклянных предмета разбилось. Крик. Гость был невозмутим и разглядывал пролетающих мимо окна птиц. Вытянул руки и что-то на фоне неба измерял, наклонял голову, бубнил под нос всякие цифры. Наконец хозяин вернулся.
- Чай не найду, – и наклонившись стал руками шарить под стулом, как бы ища потерявшийся чай, лицо было озабочено, – никак не найду.
Гость продолжал «измерять» небо.
- А давайте играть? – предложил хозяин квартиры.
Человек в халате опустил руки на живот, сделал грустное выражение лица и заплакал.
- Играть будем? – Не замечая слез, спросил хозяин.
- Будем, – пробубнил гость и вытер нос платочком. Культурно вытер, без шумного сморкания и после паузы спросил:
– Во что будем играть?
Хозяин оживился, глаза загорелись, открыл рот, но забыл слова…Толстяк посмотрел на него вопросительно одним глазом.
- Играть…- заговорил Стибри – играть…хм…давайте бросать в окно ненужные предметы.
Толстяк посмотрел на него другим глазом.
- Ну как? Нравится моя идея?
- А что, недурная задумка. – растягивая слова сказал гость и вдруг захлопал в ладоши – Ура, мы будем играть ненужными вещами и бросать их в окно. Там за окном природа, птички…мы, наша игра и природа, - его лицо застыло в резиновой улыбке и глазами вглядывающиеся вдаль…в дырку на стене.
Хозяин притащил несколько стеклянных банок. Начали их бросать, в природу, через окно, сидя на стуле, посреди комнаты – таково было правило. Правила они не нарушали из уважения друг к другу. Банки летели вниз. Через несколько минут за окном раздались крики:
- Е мать…па шее…
Хозяин-Стибри и Гость-Толстяк переглянулись и улыбнулись
- Вот какие мы. Понра-а-а-вилось, значит…да-а-а!
Выглянули в окно. Несколько человек бегали по двору и громко кричали. До верхних этажей их настоящий смысл не долетал. Под окнами стояла когда-то красивая, с пробитой крышей, машина. У машины тоже был свой хозяин и он плакал. А в окнах десятого этажа виднелись два лица – одно лицо было пухлым, с обвисшими щеками, а другое худое и с висящей на шее лупой. Им что-то кричали и спрашивали:
- Вы…не видели?
А они только улыбались им и мотали головой – не видели.
- Понравилось им значит
- Ага…
- А приходи ещё завтра играть
- Да, приду конечно…хм…ещё что-нибудь придумаем, – стеснительно произнес толстяк глядя в пол, – обязательно приду.