Завтро 14-ое... А я грущу) Да) Я грущу) Надо улыбаться, всем советую чтоб они улыбались, а сама грущу) Ну не буду компосировать вам мозг) просто читайте и оставляйте коменты)
Николос пришёл в себя, дверь была распахнута настежь и дул лёгкий сквознячок. На руках сидел брезгун, увидев, что его хозяин проснулся, он вскочил на задние лапы, и начал усердно курлыкать, как бы пытаясь что-то объяснить. Оливии рядом не было и это его очень встревожило. Он поднялся на ноги, громко вздохнув, он, велел Брезгуну сесть ему на плечё, затем он спросил, куда побежала Оливия, Брезгун усердно замотал головой и показал передней лапой в сторону противоположную выходу в главный коридор. Николос опять тяжело вздохнул, видимо расстроившись этому, и поспешил пойти на поиски Оливии. Они шли прямо по коридору, по открытым дверям можно было проследить путь Оливии, медленно, но верно они продвигались вперёд, гудение ламп становилось всё напряжений и напряженней, ноги Николоса от чего-то сводило, и он шел, немного прихрамывая, Брезгун же тихо уткнулся своим носом ему в шею и тихо засопел, он уснул, видимо сильно устал. Он вообще редко спал и от этого мог свалиться спать в любой неожиданный и иногда даже в неподходящий момент.
Идти пришлось не долго, уже через несколько минут он вышел к одному из многочисленных коридоров который вел, как раз туда, где находились камеры с людьми, чьи глаза были налиты сильным гневом. Ник не знал этого т.к. успел изведать только малую часть этого чужого страха. Но идти туда он как не странно не боялся, внутри струилось тепло, а мирно сопящий Брезгун заставлял углубиться в свои мысли.
Очнуться Николоса заставили быстрые шаги из а двери, он замер и уже приготовил железный прут, который всегда держал при себе, дверь распахнулась, а Ник уже замахнулся прутом, но успел вовремя остановиться, увидев испуганный взгляд Оливии. Он опустил прут и тяжело вздохнув, перевёл взгляд на новую знакомую Оливии, присел на корточки так, чтоб оказаться на уровне глаз девочки. По нему было видно, что он сильно удивлён не смотря на то, что изо всех сил пытался это скрыть. Почему он так старательно скрывал свои эмоции, Оливии было не понятно.
- Откуда ты здесь, - переведя дыхание, спросил Ник – как ты сюда попала?
Девочка молчала, скромно опустив глаза на свои башмачки с изрядно потрепанными бантиками. Николос ещё долго пытался её разговорить, но ему ничего не удавалось, она не издала не единого звука. Он бы ещё долго пытался бы заговорить с ней, но их отвлёк странный звук, издающийся из-за двери, которую Олива и девочка только что прошли. Это были те люди из камер, теперь они не просто мычали, а просто зверствовали, скребли ногтями по непробиваемому стеклу и пытались выбраться из душных камер. Вой и крик стал непереносимым. Ник схватил Оливию за руку, а та схватила за руку девочку и они все вместе побежали к выходу в главный коридор.
Запахло тухлым мясом, пол под ногами начал проваливаться, а с потолка потекла кровь. Да, Оливия точно знала, что это кровь, она тонкими струйками стекала от самых лампочек и медленно спускалась по внезапно посеревшим стенам. Оливия с Ником бежали по коридору, ноги всё глубже проваливались в мягкий пол. Шум всё усиливался, в следующие короткие мгновенья Оливия не слышала ничего кроме гула звоном отдающегося в ушах, до главного коридора оставалось совсем немного, но ноги предательски отказывались идти. Девочку Оливия уже практически тащила на себе, а та лишь громко смеялась, зажмурив от удовольствия глаза, Олива, конечно, испугалась, но отпускать девочки не стала.
С горем, пополам дотащившись до двери через проваливающийся неизвестно куда пол, Ник открыл дверь, забрался на порог и помог Оливии затащить девочку. Она уже не смеялась и вид у неё был очень серьёзный, она была явна, не довольна тем, что её не составили там, где проваливается пол, стоит непонятный шум, а с потолка стекает самая настоящая кровь. Захлопнув дверь, Ник сел на корточки и облокотившись спиной о белую стену, зажал ладонями уши. Голова гудела так, словно кто-то проехался по ней грузовиком так и, оставив её лежать на пустынной дороге. Оливия чувствовала то же самое, а девочка как будто ничего и не произошло, стояла на коленях, пытаясь снять вцепившегося в шею Никлоса Брезгуна перепуганного досмерти.