Воздух скрывает суть вещей и положение дел,
крылья вскрывают воздух, делят на взмахи часы
я усну черным как ночь, проснусь просветленным как мел
когда рассвет обнаружит миру желтушную сыпь.
Руки за ночь умерших долго будут стучать в окно
пока я на завтрак сожру свой уставший язык
по радио передадут про небесную синь и новь,
и то, что мир исчезнет, когда перестаешь думать на миг.
А пока соседи читают Бодлера, попивая чай
про дохлую лошадь, и деву прекрасную и
говорят про маятник времени, который качай - не качай -
никогда не выйдет из натруженной колеи,
будто в мире все пусто, бодрствует и определено
что дао не знает границ для своей пустоты,
и поэтому, хоть ты умри, но совсем все равно,
прячется милиционер за кустами, или за милиционером кусты.
Воздуха нет, словно не стало совсем,
жаркая вечная ночь прорастет и будет легко
и птицы пустые споют заунывно тем,
кому до Бога осталось подать рукой.