Люди, не будте равнодушны к бездомным собакам: они не повинны в том, что у них никого и ничего не осталось. Если можете, не проходите мимо...
Найк
Предрассветную тишину нарушал только шорох выброшенного кем-то пакета на промозглом осеннем ветру. Это был тот самый час, который Найк так любил: все ночные гулянки уже закончены, а их участники спят под заборами, бандиты разбрелись по своим логовам, а добропорядочные граждане ещё не проснулись.
Найк не любил людей. Он уже давно разочаровался в них, видя в лице любого прохожего только опасного врага, от которого стоит держаться подальше, а если сам подойдёт – показать клыки. Давно уже прошёл тот период его жизни, когда у него был дом, и он каждый вечер бежал к двери, услышав знакомые и такие родные шаги. Найк мог отличить эту походку среди сотен тысяч других: самое близкое двуногое существо на свете ощутимо прихрамывало. Но, как водится, хорошего много не бывает. Однажды ночью друг уехал не попрощавшись. Его увезла белая коробка на колёсах: Найк хорошо запомнил красную полосу вдоль всего кузова и синюю лампу на крыше, свет которой так слепил глаза. Вдобавок лампа орала дурным голосом, от чего у бедняги просто звенело в ушах. Напоследок Друг сказал только:
- Найк, мой мальчик, дождись меня – я скоро вернусь, и слушайся тётю Валю, она пока побудет за меня.
А потом его положили в какую-то странную кровать, которую держали на весу с двух сторон люди в белой одежде. От них неприятно пахло спиртом: что такое спирт пёс понял уже давно – им часто пах Друг, когда приходил домой позже обычного, и этот запах не ассоциировался у Найка ни с чем положительным. Но раз Друг сказал ждать, значит он будет ждать – ведь тот скоро вернётся, и всё снова станет хорошо. Не будет этих страшных людей в белом и тётя Валя – неприятная женщина лет сорока обязательно уйдёт туда, откуда так спешно сейчас приехала. Дверь громко захлопнулась.
В первый день Найк ждал. И во второй. Он неплохо умел считать, хотя кроме Друга об этом не знал никто. На третий день пёс начал скулить. На четвёртый взвыл в голос, чем удостоился болезненного пинка от тёти Вали. Ещё через 2 дня тётя Валя ушла, а когда вернулась, от неё пахло страхом. Найк ненавидел этот запах ещё больше, чем запах спирта. Той же ночью позвонили. Пёс не знал, что такое телефон и как им пользоваться, но после этого звонка тётя Валя почему-то долго плакала. Найк хотел утешить её и, подойдя, положил голову женщине на колени. Но та почему-то рассердилась и прогнала его, при этом перестав плакать и громко ругаясь странными словами.
На следующий день женщина вывела Найка во двор. Тот не удивился – ведь она так делала каждое утро. Но что-то казалось псу не правильным. Зачем она снимает с него ошейник? Ведь Друг никогда его не снимал, даже дома! И… куда она уходит? «Постой! А как же я?» Входная дверь захлопнулась перед его носом.
Ещё 2 дня Найк пролежал у подъезда. Пёс уже ни на что не надеялся, но ведь он просил ждать. Почему Друг бросил его? Разве он в чём-то провинился перед ним? И всё таки, он обещал вернуться. На следующее утро тётя Валя вышла из дома: она была с чемоданами. Пёс подбежал к ней, настойчиво заглядывая в глаза «Мы что, уезжаем?» Но женщина только зло посмотрела на несчастного и велела пойти вон. Друг тоже часто просил его об этом, поэтому пёс подчинился.
В конце концов, его терпение лопнуло. Найк пошёл искать друга: он бежал за каждой белой машиной с красной полосой, подходил к людям, от которых пахло спиртом. Но машины ехали быстрее, чем пёс бежал, а среди людей ре было Друга. Как-то раз исхудавший Найк добрёл до большого белого здания с прозрачными дверями. Оттуда пахло так же как от людей, забравших его хозяина. Пёс обрадовался: вот куда уехал его Друг! Ну ничего, сейчас пёс найдёт его там: вот хозяин обрадуется, когда он зайдёт в дверь и прыгнет, как раньше бывало, передними лапами на грудь, а потом оближет лицо. Осторожно, чтобы никто не заметил, уже зная, что остальным людям нельзя доверять Найк прополз мимо какого-то странного окна в стене, за которым сидела женщина в белом, и, выбравшись в коридор, стремглав помчался наверх. Он оббегал почти всё здания, но запаха Друга так и не обнаружил. Зато пёс учуял другой запах, от которого вздыбилась шерсть на загривке: запах смерти.
А потом его поймали и отвели в ещё более страшное место. Там было много клеток, а в каждой клетке сидело по собаке. Бесконечный пёсий лай и людская ругань сводили Найка с ума. Там он провёл ещё несколько дней, пока один из приходивших к нему людей не забыл закрыть дверь в его клетку. Найк бежал долго – лишь бы оказаться подальше от этого страшного места, и думая только о том, что если бы рядом был Друг, он бы не позволил никому сажать его, Найка, в клетку.
А сейчас пёс готовился к смерти. Он не ели уже много суток, после того, как вернулся к подъезду родного дома. Какая-то добрая женщина попробовала забрать его к себе – он не пошёл. тогда она вынесла Найку поесть – он не стал. Пёс твёрдо решил для себя, что будет ждать своего Друга, а если тот не придёт, он умрёт от голода на этом самом месте.
Сегодня был последний день, Найк чувствовал это всей шкурой. Он уже не мог встать и даже пошевелиться. А зачем? Друг не придёт – это он знает точно. Зачем же тогда жить? Солнце вставало как-то слишком медленно – Найку было холодно без его лучей. В глазах всё начало сливаться, есть и пить уже не хотелось. А потом стало как-то совсем легко, и пёс понял, что может встать. Более того, он может идти и… кто-то звал его, громко, настойчиво.
-Найк! Мальчик мой, ты меня нашёл! Я знал, что ты меня дождёшься.
Пёс поднял голову и увидел… Друг шёл к нему, радостно улыбаясь. Он не хромал. Найк бросился к нему, но на секунду замешкался, и, сам не зная зачем, обернулся. Он увидел себя, лежащего на боку около подъезда. Пёс удивился, но тут же забыл об этом, когда родная рука Друга коснулась его головы.
- Я искал тебя, мой мальчик. А сейчас нам пора. Ну, что же ты? Пойдём, пойдём же…
Они ушли. Никто этого не заметил. И только ветер шуршал чьим-то выброшенным пакетом рядом с худым телом немецкой овчарки, лежащим у порога собственного дома.
(17.04.10)
![(471x640, 79Kb)](//img1.liveinternet.ru/images/attach/c/1//57/868/57868998_c86b3559382f.jpg)