colnce93 (Tokio_Hotel_Slash_Fiction) все записи автора
автор: Я
Название: оу.. даж не знаю. Как вам больше захочется.
Пэйринг: немного пошалила,и пришла к выводу,что можно поинтересоваться не только КАу но и остальными участниками группы. Хм... Я больше писать подобного не буду. Георг/Густав,Билл/Том,Георг/Билл,Густав/Том.
Рейтинг: PG-15
От автора: Ну,если вы не испугались пейринга-читайте.
![](//i.li.ru//images/smilies/new/lol.gif)
(Мне было страшно,когда я писала
![](//i.li.ru//images/smilies/new/lol.gif)
) два раза упала в обморок
![](//i.li.ru//images/smilies/new/lol.gif)
И помните,что это всего лишь стеб!!! Ничего серьезного тут нет.
Ню... вы ток не игнорьте. Аффтору обидно
Вся группа сидит за одним столом. Поехать домой, нет возможности, на следующий день должен состояться концерт. Рождество! И совсем не хочется работать, но что поделать?
Билл наливает себе еще один бокал шампанского. Георг протягивает и мне.
- Возьми, Том, тебе не помешает. – Говорит он мне и наливает еще Густаву. Смотрю, как Билл кончиком языка нежно слизывает с губ прозрачную жидкость и у меня захватывает дух. Поспешно выпиваю своё шампанское. Конечно, Георг и Густав уже давно знают о наших отношениях, но все же не хотелось бы снова что–то демонстрировать им.
- Давайте что-нибудь покрепче! – улыбается барабанщик. Я смотрю на Билла, тот утвердительно качнул головой. Подхожу к бару:
- Коньяк могу вам дать
- Что значит «могу вам дать»? нам не надо «давать». – Все начинают ржать, стол угрожающе качнулся – Билл задел его бедром, подходя ко мне.
- Ну, можно и коньяк – он улыбается и нежно касается моей щеки губами. С чего бы это?
- Вы, конечно, даете, близнецы, и как вам не стыдно развращать старших товарищей? – Георг подмигнул Густаву. Тот улыбнулся ему. Мне стало не по себе. Какое-то странное поведение у них сегодня. Я уже хотел открыть рот, но брат опередил меня:
- Ооо, Георг, это еще никакое не развращение! Ты еще не видел того, что творится ночью.
Билл смотрит на меня, и облизывает губы, по-кошачьи щурит глаза, мне даже на мгновение кажется, что в них зажглись зеленые огоньки.
Барабанщик и басист переглянулись. Оба поднимают брови. Оба смотрят на нас.
- ммм… ночью, говоришь? И что же происходит ночью? Там есть на что посмотреть? – Билл берет со стола два стакана и наливает в оба коньяк. Бутылку он ставит на стол, один стакан протягивает мне. Беру его и делаю два больших глотка. Янтарная жидкость приятным жаром обжигает горло.
- Ну, ночью происходит нечто более интересное, короче, тебе это не снилось. – Брат делает большой глоток.
- да, нам ЭТО точно не снилось, зато ЭТО нам очень хорошо слышно. – Тут уже я подключаюсь к разговору:
- Густав, а почему это НАМ, если ты все время живешь намного выше нас всех, утверждая, что тебе нужна тишина, и мы тебя достаем шумом? – тут уже Густав начал пить коньяк:
- Ну, я же не глухой и вообще…
- Что-что ты там бубнишь? – Билл подходит к нему поближе, чтобы лучше слышать.
- Повтори, пожалуйста? Наверно, музыка сажает мой слух.
Георг, до этого молчавший, отпил прямо из бутылки и сказал:
- Короче, не одни вы тут трахаетесь. – У меня закружилась голова. Похоже, мне нельзя столько пить. Или нельзя пить в этой компании. Да, точно. Мне вредны эти люди. И в первую очередь мой брат-близнец, затеявший тот разговор.
Все молчат. Молчит Билл. Молчу я. Наконец, Густав наклоняется к Георгу, и что-то жарко шепчет ему, краснея все сильнее с каждым словом. Я улавливаю отдельные слова: «Зачем? Не надо было! Рано. И вообще, Георг ты просто… »
Я поворачиваюсь к Биллу, похоже, он не очень-то и удивлен. Он спокоен. Даже чересчур спокоен. Он смотрит на меня, словно он доказал что-то мне. На лице играет какое-то торжество. Он подходит ко мне и улыбается:
- Вот видишь! – я удивился: – Что??? – Не одни мы с тобой… эээ.… Ну, любим друг друга. Он улыбнулся и облизнул нижнюю губу. Я с шумом плюхаюсь на стул, на котором сидел в самом начале. Кошмар. Вся группа друг друга поимела. Просто великолепно! Не хватало только дяди Йоста. И то, у меня нет гарантии того, что он сейчас не ворвется и с порога не заявит, что он тоже их всех натянул.
Билл садится на корточки передо мной и кладет голову и руки мне на колени.
- Ну, Том, почему ты такой тухлый? Разве ты не рад за них?
- Билл, чему тут радоваться? Чего в этом хорошего?
- А чего тогда хорошего в НАШИХ отношениях? – я не нахожу что ему ответить и просто перебираю его спутанные волосы. Подходит Георг. Подходит Густав. Оба смотрят на нас.
- Ну, Каулитцы, вы что?
- Да вроде ничего – осторожно отвечаю я, замечая то, что рука Густава лежит на талии у Георга. Я страдальчески закрываю глаза. Похоже, я схожу с ума.
- Ладно вам! Вы же сами того... – я лишь слабо шевелю головой, а Билл сжимает мою руку. И потом внезапно говорит:
- Ну, раз так, то все же рождество! Давайте потанцуем что ли? – он подходит к музыкальному центру и нажимает на play. Раздается быстрая музыка и Билл начинает кружиться по комнате, то, выставляя на показ зад, обтянутый неприлично узкими джинсами, то выгибается так, что мне видны все позвонки на его спине. Он смотрит на меня и, взяв за руку, вытаскивает на середину комнаты. Парни сидят на диване и с улыбкой смотрят на нас. Билл переключает на медленную песню и прижимается ко мне всем телом, заставляя невольно содрогаться.
- мне жарко. – Говорит он мне и стаскивает с себя черную футболку. Я поднимаю брови.
- ну что? Все свои, стесняться некого,… тем более что парни тоже заняты друг другом – он улыбнулся и показал на диван. Густав что-то тихо шепчет Георгу, и тот улыбается. Что же такое интересное может шептать наш барабанщик? Невольно ловлю себя на мысли, что мне было бы интересно узнать, что он ему там говорит? Но Билл ловко отводит мои мысли на себя, нежно прикасаясь к моим губам своими. – Ты о чем-то задумался, братик?
- да, нет, просто как-то неправильно все это. Хотя… хотя, какая разница? Это уже не моё дело.
- я тоже так думаю. Это уже не наше дело, так же, как и не их дело наши отношения. И знаешь, я тут подумал…, прикольно было бы, если бы пришел Йост и тоже сказал что-нибудь вроде того, что ночью нас всех тоже переимел. – брат широко улыбается, и снова целует меня в уголок рта. Я смеюсь:
- Билл, ты прямо мои мысли читаешь. Я тоже об этом недавно подумал.
- ну, так не просто же нас «назвали» близнецами.
- иди ко мне… - я хватаю брата за руку, и тащу на диван. Он бросает футболку на пол и, смеясь, идет за мной. Отпускаю его с другой стороны от Густава и Георга. Билл падает, не смог удержать равновесия. Внезапно я накидываюсь на брата, целуя его шею, лицо, губы. И… слышу стоны с другой стороны дивана. Билл выгибается мне на встречу и хватает меня за футболку, притягивая к себе. Бешеные поцелуи. Очень жарко. Даже слишком. Тонкие пальчики с холодными кольцами стаскивают с меня футболку. Дыхание сбивается. Кто-то задел рукой или ногой выключатель. Гаснет свет. Так даже лучше. Наклоняюсь вперед, к Биллу, но меня бьет по лицу рука. То ли Густава, то ли Георга. Черт! Мало места. Четверо на одном диване. Но Билл издает такой стон, что я моментально забываю про это. Забываю обо всем и обо всех. Остается лишь брат и почти тяжелый, словно плотное одеяло воздух. Несчастная мебель скоро развалится. И снова кто-то бьет меня по лицу. Не специально, потому что через секунду я слышу сдавленное «извини», которое, в конце будто срезали. Я понял, говорящие губы накрыли поцелуем. Чувствую теплые руки на животе, вот они идут ниже. И еще ниже. Почему-то я не чувствую холодного металла колец. Наверно, Билл снял их. Тянусь за поцелуем, и понимаю, что это не брат. С воплем падаю с дивана, кто-то падает рядом.
- ой!
- Ааа!
- Это кто?
- А это?
- это Густав.
- а я Том.
- Том? – еще одно тело скатывается со злосчастного дивана.
- Как это?
- Густав? Ты где? – Георг обнаружил «пропажу»
- Я здесь.
- Так только что был не ты?
- нет, я был с Томом.
- О, Боже, Билл?
- Да?
- Ты меня…???
- Ммм, извини, я просто не понял, кто ты, в темноте перепутал. И тем более я ничего ужасного не сделал, мы «поменялись» всего на пару минут.
Мы все смотрим, друг на друга в темноте, и смеемся так громко, что из соседнего номера прибегает Йост. Странно, когда мы все полуголые валялись на диване и стонали, как ненормальные, его почему-то не было, видно, его задержали дела поважнее. Либо кто-то поважнее.
Я думаю о том, что он сейчас скажет «А я вас всех ночью…» и начинаю ржать еще громче, видно, Билл подумал о том же, раз уже лежит на полу, неспособный подняться, и держится за живот, издавая какое-то всхлипывание, отдаленно похожее на смех.
Он, не включая свет, орет в глубины номера, чтобы мы вели себя потише и с шумом захлопывает дверь. Мы все поблагодарили Йоста за его халатность, иначе, он увидел бы интересную картину: все участники группы валяются на полу полуголые, в номере крепко пахнет коньяком и все раскрасневшиеся, и каждый тесно переплелся с другим.
-если бы он нас увидел, нашему продюсеру понадобился бы психотерапевт. – Давясь от смеха, говорит Густ.
- ой, Густав, я тебя умоляю, какие оргии устраивал наш Дэвид, тебе и не снилось.
- откуда ты знаешь? – спрашиваю я брата.
- ну… - он явно смутился. – Просто когда я был у тебя, я слышал кое-что, а потом, нечаянно заглянул в его номер в нерабочее время.
- Ну, ты же присоединился, Билли? – спрашивает Георг
- Нет, мне не хватило наглости, ведь я тааакой скромный! – Билл скромно опустил глаза, изображая скромницу. Стены вновь содрогнулись от нашего смеха.
- а давайте поиграем в бутылочку?
- Билл, мы не маленькие дети…
- Том, не нуди, давай! Ребят, а вы как на это смотрите?
- положительно.
- вот и отлично! Только надо допить…
- а это мы быстро!
Бутылка пошла по кругу. Билл первый хлебнул из горла, потом Георг, потом я. Густаву досталось больше всех, потому что в бутылке оставалась почти четверть.
- ну почему мне так иного? Не выпью столько!
- А ты пей, пей, когда с Биллом целоваться будешь, не так страшно будет. Все кроме Густава гоготнули.
- Ах, вот как вы! Давай, Билл, раз они смеются над нами, помоги мне… - брат берет бутыль и делает несколько приличных глотков. Вытирает губы рукой и отдает бутылку барабанщику. Тот охает и выпивает остаток. Он качнулся. И еще раз. Видимо слишком резко выпил, и алкоголь ударил ему в голову. Георг спешит поддержать его за плечи.
- Ну, вот и все! – Билл явно доволен. – Кто раскручивает?
- давай я! – Георг освобождается от Густава, берет бутылку и сильно закручивает в левую сторону.
- Ну, Георг, закрутил! Теперь до утра будем сидеть ждать, пока она остановится.
Но прогноз Билла не сбывается. Горлышко стеклянной бутылки останавливается на… мне. Дно на Густаве.
- эээ, и что?
- целуйтесь, вот что! - Я виновато смотрю на Билла, но тот ободряюще улыбается.
Густав наклоняется ко мне, даже скорее падает. А я наклоняюсь к нему. Горячее дыхание, запах коньяка становятся последней добивающей каплей. Чувствую его губы на своих. Он быстро ласкает мои губы, я его. Рука скользит по щеке барабанщика, и я отрываюсь от него. Густав садится на место и облизывает губы. Я тоже провожу языком по губе, и чувствую вкус чужих губ. Билл не отводит от меня янтарных глаз.
-Что? – наконец не выдерживаю я.
- Томми, знаешь, это так красиво смотрится… со стороны.
- ну, вот теперь, когда я буду тебя целовать, радуйся, что ты приносишь радость миру. – Брат смеется и несильно щелкает меня по носу.
- и что?
- дальше давай!
- теперь я. А давайте местами поменяемся, чтобы интересней было? – после нескольких минут пыхтения и пересадки Билл берет бутылку и, держа ее в правой руке, несильно крутит. Бутылка, помедлив, останавливается на Георге и Густаве.
- Густ, а тебе сегодня везет.
- Да, несомненно.
Видно он уже оправился от схватки с коньяком, и явно, Густав одержал победу
Они наклоняются друг к другу я, и Билл заворожено смотрим на это действо. Я тоже никогда не видел со стороны, как целуются парни. Вот их губы слегка соприкасаются, вот Георг чуть приоткрывает губы, и язык Густава заскальзывает в его рот…
Через минуты три они отползают друг от друга. Я и Билл продолжаем смотреть на них. Они поднимают брови:
- Что?
- Да нет, ничего, засмотрелись.
- ну и еще раз!
- я кручу. – Потягиваю руку за бутылкой. Холодная, тяжелая кладу ее на пол и кручу. Мы не забыли снова поменяться местами. Бутылка останавливается на мне и Билле. Брат довольно кусает губу. Наконец-то и ему выпала возможность.
- Том… - он выдыхает мне в рот. Мои руки обхватывают его талию и плечи. Властно врывается в мой рот и ласкает небо. И улыбаюсь и отвечаю на его поцелуй. Наконец, я отпускаю его.
Густав с Георгом тоже смотрят на нас. Мы улыбаемся. Мы уже знаем: это здорово выглядит со стороны.
Наконец, пинком открывается дверь, и влетает взбешенный Дэвид. Не хватает только фейерверка, для пущего эффекта злости.
- хватит! Все по номерам! Живо!
- что с тобой?
- не спрашивать! Все пошли! Марш! Марш! Живо! Все! Выметайтесь!
Мы хватаем свою одежду и вылетаем из номера. Никому не хочется попадать Йосту под горячую руку.
- ну да, весело отметили рождество – мурлыкает Билл. Он обнимает меня за талию, переодически
сползая проворными пальчиками ниже.
- ну а как ты хотел? Поменялись партнерами, напились, признались во всем, разозлили продюсера…
- и ждем, что у Йоста посыплется фейерверк из ушей. – Добавил я.
- Ооо, если мы сейчас же не уйдем, то фейерверк он будет выколачивать из нас. Непонятно из какого места, непонятно каким образом.
- интересно, что это с ним? – хотя все уже привыкли к внезапным переменам в настроении Йоста, но все равно всем интересно, что случилось в этот раз. Помнится, в прошлый вторник он обвинил Билла в том, что тот похож на педика и что он таких как брат два раза в день имеет, а через пять минут, с довольным видом отстегнул нам всем выходной.
- Наверно, очередное свидание накрылось. Том, помнишь, как он там, в студии на фотографа заглядывался?- все снова засмеялись, не думая о покое «честных граждан»
- И вообще, неплохой конец истории. – Георг нервно оглядывается на дверь, за которой сейчас стоит наш продюсер.
- А кто сказал, что это конец? – удивился Густав, обнимая Георга за плечи.
- Да и, правда, кто? – шепчет Билл мне в ухо и, повернув меня к себе, нежно целует. В коридоре никого нет. Понятно, дело почти за полночь. Даже свет не горит. Нормальные люди спят, ненормальные же вроде нас ждут от продюсера фейерверка и стоят в коридоре, целуются.
- ну ладно, мы, наверно, пошли. – По блеску в глазах басиста, я понимаю, куда они пойдут, зачем и почему.
- Ну-ну идите, идите. Только не перестарайтесь. Не то у нас потолок обсыплется.
Они, дав обещание сохранить наш потолок, уходят. Билл хватает меня за руку и тянет в свой номер.
Там он садится на кровать и, включив свет, осматривает свои ногти. Я сажусь рядом и беру в руки его пальчики. Он поднимает голову и растерянным взглядом смотрит на меня.
-Слушай, а как… ну с Густавом целоваться? Лучше чем со мной?
- почему это тебе интересно?
- ну, не знаю, просто вы с такой страстью целовались… и, мне кажется, ты был такой счастливый…
- да ну, с тобой всегда лучше, я думаю, Густ, скажет тоже самое Георгу. – Я улыбнулся.
- ну да, наверно…
- А что ты там сделал с Георгом, когда мы перемешались?
- ну, должны же быть у нас друг от друга хоть какие-то тайны? – я, неожиданно для себя соглашаюсь:
- наверно, ты прав, близняшка.
- ты меня, наверно, впервые назвал близняшкой. – Билл мило, совсем по-детски улыбнулся, и погладил меня по ладони.
Я отхожу к окну, и вглядываюсь в полную луну за окном. Где-то кто-то пускает фейерверки, слышны визги и радостный смех.
И вдруг Билл подходит ко мне, обнимает и чмокает в щеку.
- с рождеством, Томми.
Я в свою очередь тоже обнимаю брата:
- и тебя с рождеством, Билл.