все записи автора
Название: It always was you.
Автор: Хламида_Лимонада
Рейтинг: PG-13
Пейринг: Райан/Брендон
Жанр: Romance, Angst
POV Brendon's
Размер: миди
Статус: в процессе
Саммари: Брендон - беспечный молодой парень, живущий сегодняшним днем. Он не привык относиться к жизни серьезно. Что будет, если он совершенно внезапно и абсолютно безнадежно...влюбится?
От автора: в этот раз немного меньше, потому что в следующий будет немного больше. :))
***
-С днем рождения тебя!- проскандировали Сара, Даллон, Келти и еще несколько моих знакомых. Я только что зашел в кофейню по просьбе Даллона, который позвонил мне около часа назад и сказал срочно приезжать. Оказывается, нет никакого ЧП с прорванной трубой в кухне, просто они приготовили мне сюрприз. Сегодня 12 апреля и я надеялся, что они забудут о моем 23-летии.
-С днем рождения!- повторяет Сара и обнимает меня. Ее лицо светится от счастья, и я стараюсь улыбаться, чтобы не разочаровать ее. Мне все очень нравится, правда, просто нет праздничного настроения.
Прошел почти месяц с того разговора на вечеринке. Райан больше не звонил, и я не знаю, чего боялся больше – того, что больше никогда его не увижу или того, что увижу его, и мне будет больно.
Я не хочу об этом думать в такой момент, но не могу вытеснить мысли о Россе из своей головы даже на минуту. Поэтому, когда улыбающиеся друзья отдают мне огромный сверток, я думаю о том, как бы мы с Райаном могли отпраздновать мой день рождения.
-Открывай быстрее,- говорит Даллон, и я замечаю, что улыбки у них всех какие-то странные. Срываю шуршащую обертку и вижу ее. Гитару. У меня нет слов.
-Та-дааааам!- смеется Сара и снова обнимает меня,- Ты же всегда хотел заниматься музыкой, так вот мы думаем,- тут она многозначительно переглядывается с Даллоном,- что пора бы тебе начать.
Я задумчиво провожу рукой по струнам, и гитара издает печальный звук ненастроенного инструмента.
-Я даже не знаю. Спасибо, ребята.
-А теперь торт!
Начинается праздничная суматоха, в которой мою гитару забирают и отставляют к стене, а мне вручают нож, чтобы разрезать торт. Когда все рассаживаются и получают по куску торта, Даллон начинает травить шуточки, а Сара с Келти пытаются открыть бутылку вина, чем вызывают дружный хохот.
Весь вечер в кофейне шумно, звучит смех, а я все никак не могу отвести взгляд от инструмента, одиноко стоящего в стороне. Мне кажется, в чем-то мы с ним похожи.
Я брал гитару в руки каждый день. Проводил пальцами по струнам, гладил ее изгибы, но играть не мог. Странно было думать о том, чтобы я что-то сочинял – для этого нужен талант, не меньше. А мне не хотелось быть одним из тех, кто воображает себя рок-звездой. Хватит с меня мечтаний, ни к чему хорошему это не приводит.
Когда после работы в кофейне я приходил домой, инструмент ждал меня в гостиной. Гитара просто притягивала меня к себе, я чувствовал себя плохо, если не уделял ей хотя бы пару минут в день.
Первыми пробами стали песни, которые изо дня в день звучали в моем плеере – Nirvana и The Smith. Получалось коряво, и я старался, чтобы Сара даже не знала о том, что я играю – мне казалось, это настолько лично. Практически интимно.
Я даже петь пробовал. Странно было слышать свой голос, хотя мне кажется, что звучал он не так уж и плохо. С каждым разом получалось все лучше. Тренировка, знаете ли.
Первая песня, написанная мной, была о парне, потерявшемся в жизни. В ней было столько красочных метафор, мне кажется, Райан бы это оценил. Конечно, это было посвящено ему.
Все, что я писал после, тоже было о нем. Для него. Мои воспоминания были настолько яркими и так ложились на музыку, которую я придумывал буквально на ходу, что скоро пришлось завести большую толстую тетрадь специально для этого дела. Я не хотел забывать ничего из того, что приходило мне в голову. Это было мое. Целиком и полностью. И это… окрыляло, что ли?
Глупо прозвучит, но мне казалось, что я меняюсь. Становлюсь лучше. Я приношу в мир что-то свое, то, что никогда и никем еще не было сыграно и спето. Это давало мне странное ощущение нужности.
Я до последнего не хотел, чтобы кто-то знал о том, чем я занимаюсь свободными вечерами, пока меня никто не видит. Но однажды Сара вернулась домой слишком рано, а был настолько поглощен своим занятием и не заметил, как она пришла. Я сыграл ей одну из моих «песен» и ей понравилось. На следующий день она притащила домой Даллона, чтобы он тоже это услышал. Даллон сказал, что не ожидал такого от меня.
Они говорили, что мне нужно что-то делать с этим, не прятать в коробке под кроватью, а, может, отдать на радио и найти кого-то, кто заинтересовался бы моими работами. На это я лишь морщился и отмахивался – они же мои друзья, им свойственно преувеличивать.
Так что все это просто копилось и копилось во мне. Райан больше не снился мне, потому что мои чувства и эмоции находили отражение в музыке. Она облегчала мне жизнь, делала ее более сносной, но от этого мои чувства к Россу не становились слабее – я все еще скучал по нему.
В одно из теплых воскресений апреля я маялся дома в полном одиночестве. Сара работала, Даллон был занят подготовкой сюрприза для своей девушки, в общем, день обещал быть не слишком веселым. Я взял было в руки гитару, но дома было слишком пусто и душно, а на улице вовсю светило солнце – и я решил пойти в парк. Прихватив с собой гитару и тетрадь, я нашел уединенный уголок на траве под дубом и устроился там. Народу было не очень много, в основном это семейные пары, которые отдыхали на солнышке, пока их детишки играли в стороне. Недавно я начал писать новую песню, и застрял на середине, так что сейчас, отстранившись от внешнего мира, бренчал на гитаре, делая пометки в исписанной тетради.
Мою идиллию нарушили чьи-то мерные хлопки в ладоши. Я поднял голову, жмурясь от солнца – за время, проведено мною в парке, оно успело перейти по небу, и крона дерева уже не скрывала меня от его лучей.
Передо мной стоял высокий мужчина преклонного возраста.
-Отлично парень, эта часть очень сильная.
Я растерянно улыбнулся.
-Спасибо.
Он наклонил голову, смотря на меня.
-Тебе бы деньги на этом зарабатывать.
Я пожал плечами, удивляясь, что его заинтересовала моя корявая игра.
-Это ради удовольствия.
Мужчина улыбнулся.
-Я тоже когда-то поигрывал. У нас в школе была своя группа, мы были местными знаменитостями - ни больше, ни меньше,- он вздохнул,- Ладно, не буду отвлекать. Удачи тебе.
Он повернулся ко мне спиной и побрел в сторону аллеи. Я непонимающе улыбнулся и пожал плечами.
«Тебе бы деньги на этом зарабатывать».
Приятно, черт возьми.
***
После этого случая я играл на гитаре только в парке. Меня просто тянуло туда. Сначала, правда, откровенно напрягали взгляды в мою сторону: кто что подумает? Нравится ли им моя музыка и не считают ли они меня выскочкой? Но потом я как-то перестал обращать на это внимание.
Иногда люди останавливались послушать меня. В такие моменты я весь напрягался, более усердно следил за своими пальцами на струнах и старался не сбиваться, но это тоже прошло. Я действительно делал это ради удовольствия.
Мне становилось легче от того, что кто-то кроме меня знал о моей любви. Конечно, прохожие не знали ни меня, ни того, о ком я пою, а мои песни были настолько метафоричны, что догадаться об их смысле было трудно – и все равно от этого мне становилось легче. Люди улыбались, когда я пел о луне, которая встретила солнце, и они влюбились друг в друга.
Через несколько недель послушать меня уже собиралась небольшая толпа. Сначала я не знал, как к этому относиться, краснел, когда кто-то подолгу смотрел на меня, но люди улыбались и аплодировали, когда я заканчивал играть. И, знаете, это было потрясающе. От своей маленькой аудитории я получал такую отдачу, что мне больше не хотелось ничего другого. Зачем работать и оплачивать счета, если можно сидеть в парке и улыбаться в ответ на искреннюю улыбку?
Я и не заметил, как наступило лето. Просто однажды солнце стало настолько жарким, что куртка оказалась не нужна. Работы в кофейне меньше не стало, но я все равно находил время на то, чтобы поиграть в парке.
В тот день я взял выходной с намерением поставить личный рекорд – просидеть на лавочке с гитарой с утра до самого вечера. Я пришел туда, когда город только-только просыпался, и редкие прохожие тянулись по своим делам. Не знаю почему, но я волновался. Мне казалось, что этот день должен стать особенным.
Я выбрал место на траве рядом с бордюром аллеи, по которой обычно и ходит большинство гуляющих. На землю рядом с собой положил шляпу – на вырученные деньги, если они вообще будут, потом устрою вечеринку у себя дома, а то последнее время мы с Сарой очень редко общаемся, хотя живем в одной квартире. И Даллона я давно не видел.
Полуденную жару выдержал кое-как – солнце пекло настолько сильно, что я, обливаясь потом, клял открытую для лучей аллею, на чем свет стоит. Даже хотел уйти, но около меня постоянно находились прохожие, и я не мог позволить себе такого.
К обеду стало полегче – подул прохладный ветерок, и мое настроение улучшилось. Моих зрителей с каждым часом становилась все больше и больше, в шляпу, хоть и редко, летели долларовые купюры – я был как в раю.
Когда я допел песню о встрече солнца и луны, то нагнулся за бутылкой воды, которая лежала возле меня на траве. Мои слушатели понимающе переглядывались, и вдруг послышался голос:
-А эта песня написана для какого-то определенного человека?
Я поднял голову. Трудно было определить говорившего, скорее всего, он стоял где-то позади. Люди заинтересованно смотрели на меня, ожидая ответа.
-Да, можно и так сказать,- после некоторого молчания отвечаю я. Такое случилось впервые, обычно никто не проявлял подобного интереса, и, честно говоря, все это немного странно. Хотя, судя по лицам людей в толпе, так кажется только мне.
-Вы были влюблены в него?
Некоторые начинают улыбаться. Да уж, в этот раз мне в зрители попался кто-то чересчур любознательный.
Я тоже улыбаюсь и провожу пальцами по струнам, думая о том, могу ли я как-то уйти от ответа, начав исполнять следующую песню.
-Не тяните. Нам же интересно,- говорит молодая девушка, стоящая всего в паре метров от меня. Ее глаза смеются, и я решаю, что в этом действительно нет ничего такого.
-Да, я… Я был влюблен в этого человека. И до сих пор его люблю.
И тут я понимаю, что только что снес стену, которая в течение всего этого времени сдерживала мои чувства. Незнакомые мне люди поднимают больную тему, мой разум понимает, что из-за того, что я сейчас скажу, ничего страшного не случится, и я говорю гораздо больше, чем следовало бы:
-Я люблю этого человека, но мы не можем быть вместе, потому… потому что я все испортил. Он любил меня, я этого не ценил и потерял его.
Толпа переглядывается. Эти люди – незнакомцы, но я вижу сочувствие в их взглядах.
-Эта история со счастливым концом?
Реплика делает мне по-настоящему больно. Все привыкли к счастливым концам. Почему у меня не может его быть? Чем я заслужил такое?
Я знаю чем. Все возвращается, и сейчас моя очередь пожинать плоды.
-Нет, иначе бы я не сидел здесь,- смеюсь я и вижу, что толпа облегченно улыбается. Они-то, наверное, уже приготовились к тому, что я расплачусь прямо у них на глазах.
Я провел в парке весь день, как и задумывал, вплоть до самого вечера, когда солнце уже село и на аллее зажгли фонари. Больше ничего необычного не случалось, хотя я был морально готов к этому. Ну, ладно, не был готов, но зато постоянно ждал.
Домой я вернулся поздно, усталый и довольный. На кухонном столе нашел записку от Сары – она сегодня останется у какого-то Д., но обещает принести булочек на завтрак. Что ж, не так уж и плохо.
Когда я поставил гитару и уселся на диван, раздался телефонный звонок. Я настороженно взглянул на телефон – в прошлый раз, когда он звонил, ничем хорошим это не кончилось. Я решил, что не буду брать трубку и телефон, словно сообразив, что к чему, неожиданно замолк. Тут же расслабившись, я включил телевизор и устроился по удобнее – спокойный размеренный вечер именно то, что мне сейчас нужно.
Но телефон зазвонил снова через три минуты. Я снова просто посмотрел на него, всем своим видом показывая, что он может заткнуться, так как я не собираюсь отвечать.
Когда телефон зазвонил в пятый раз, я не выдержал. Нет, правда, сколько можно?! Я весь день провел в парке на жаре и все, чего я сейчас хочу – это спокойно отдохнуть в компании сериалов по ТВ, а тут кто-то яро названивает мне, намереваясь испортить вечер. Так не пойдет.
Я встал и взял трубку со столика.
-Слушаю,- сказал я раздраженно, но тут же подумал, что нужно сменить тон. Может, это Саре звонят по работе или еще что.
-Привет, Брендон.
Я почувствовал слабость, когда понял, что опять наступил на те же грабли.
-Здравствуй.
Вот черт меня дернул вообще смотреть на этот телефон?! Мне стоило еще в прошлый раз сказать Саре, чтобы вернула этот аппарат туда, откуда принесла.
-Как ты?
-Райан, зачем ты звонишь мне? Мы разве еще не все выяснили?
Я устал, раздражен и взбешен собственной глупостью. Ну, конечно, это звонил он, кто же еще? И я знал, в глубине души я догадывался и надеялся, что это он. Получите и распишитесь.
-Я видел тебя в парке.
Я сначала и не сообразил толком, что там такого было, в этом парке - я туда каждый день хожу. Но потом я вспомнил, что говорил о своей любви целой толпе незнакомцев.
-Это ты…ты спросил?- выдавливаю я. Мне неловко. Я не хотел, чтобы он это слышал.
Не нужно, чтобы он знал, что все еще снится мне.
-Нет, но я слышал твой ответ. Я просто мимо проходил, но там было так много людей. Мне стало интересно и тут я вижу тебя. Забавно вышло,- говорит Росс, как будто разговаривая со старым знакомым. Голос у него спокойный, уверенный, но я все же чувствую что-то неладное.
-У вас с Патриком все хорошо?
Я спрашиваю это не потому, что пытаюсь его задеть. Просто, я думаю, что если он расстроен из-за ссоры с ним, мы могли бы…поговорить об этом? Знаю, это нелепо, неудобно и глупо, но я бы поддержал его, если ему нужно высказаться.
По крайней мере, это я могу ему дать.
Райан на том конце провода вдыхает.
-Нет, я…Я просто увидел тебя в парке, и все так нахлынуло. Не знаю.
-Эм…понятно,- тяну я. Росс явно чего-то недоговаривает.
-Мне понравилась песня про солнце и луну. Ты сам ее написал?
-Да.
-И она про нас?
-Да.
Мне страшно. Сердце часто бьется об грудную клетку, и в квартире становится сразу как-то жарко. Пожалуйста, пусть этот разговор не означает то, что он хочет вернуться. Я не выдержу этого.
Я люблю его. Но. Правда, сколько можно?
-Я скучаю по тебе,- выдает Росс, и я чертыхаюсь вслух, не стесняясь его, но он как будто этого не замечает,- Не знаю, как позволил всему этому случиться.
Я закрываю глаза и свободной рукой тру переносицу.
-Райан, я…
-Да?
-Не звони мне больше, пожалуйста.
Я кладу трубку и у меня слезятся глаза. Я возвращаюсь на диван и беру в руки пульт от телевизора, пытаясь убедить себя, что это никак не связано с Райаном.
***
-Эй, Брендон, может, ты сыграешь что-нибудь?- говорит Келти, принимая из рук Даллона пластиковый стаканчик с пивом.
Мы у меня в квартире, сидим на полу на диванных подушках, жуем чипсы и запиваем их пивом – я же обещал, что устрою небольшую вечеринку.
Я собрал всех своих друзей на следующий вечер после звонка Райана. И хотя я ужасно по ним соскучился, и мы все давно не собирались вместе, главное причиной все же было не это – я надеялся, что, может быть, мне удастся высказать кому-нибудь все, что наболело.
Ну, зачем, зачем он поступает так со мной? Неужели не понятно, что это причиняет мне боль? Маленький противный литератор. У него же есть все, о чем только можно мечтать – материальный достаток, любимая работа, творческая реализация. Красивый парень в постели каждую ночь.
Я не хочу думать об этом.
-У нас есть караоке,- отвечаю я. После звонка Райана мне на гитару смотреть тошно, не то, что к ней прикасаться.
-Ну, это же совсем другое,- недовольно тянет Келти, усаживаясь на пол и передавая Саре миску с чипсами.
-У меня сегодня выходной. Вчера весь день играл, пальцы практически в кровь,- отрезаю я и тут же присасываюсь к бутылке с пивом, дабы избежать дальнейших расспросов. Но все же я вижу, как Келти с Сарой непонимающе переглядываются.
-Ладно, тогда давайте сыграем в «Правду или действие». Даллон, как насчет тебя?
Дальше вечер продолжается в таком же духе, мы смеемся, делаем всякие глупости, рассказываем друг другу последние новости. Я наконец-то отвлекаюсь от своих бесконечных мыслей о Райане, но желание поговорить с кем-нибудь о нем никуда не уходит. Я думаю, что лучшей кандидатуры, чем Сара, мне не придумать, поэтому весь вечер жду подходящего момента.
Когда время было уже за полночь, народ начинает расходиться. В итоге, в квартире остались только Даллон с Сарой и я. Ребята помогали мне наводить порядок, а я надеялся, что Даллону это надоест и он уйдет домой – я по-прежнему хорошо к нему отношусь, и мы даже стали вроде как хорошими приятелями, но, чувак, мне очень нужно поговорить с Сарой!
Потеряв уже всякое терпение, я собирал с пола диванные подушки, укладывая их на место. Потом взял два пакета с мусором, стоявших возле стены, и понес их на кухню. Зайдя в нее, я увидел, как Даллон обнимает за талию Сару, моющую посуду. Он шептал ей что-то на ухо, а она тихо смеялась.
-Эм. Все нормально?
Даллон сразу отстранился от подруги, а Сара перестала улыбаться.
-Да, конечно.
Ладно, подумаешь, кто-то просто немного перебрал.
Даллон замер, как-то странно глядя на меня, но я, не обращая на это внимания, сложил в мешки оставшийся мусор и поставил их у двери.
-Ну вот, вроде все.
-Мне пора. Я захвачу мусор,- Даллон натянуто улыбнулся и выскользнул из кухни. Когда дверь за ним закрылась, я услышал, как Сара вздохнула.
Вот он, этот момент.
-Райан звонил вчера.
Несколько секунд Сара меланхолично вытирает миски, но потом поднимает на меня округлившиеся глаза.
-Райан?
-Ну да.
-Пойдем,- она берет меня за руку и ведет за собой в гостиную. Усевшись на диван, подруга внимательно смотрит на меня,- Что он сказал?
-Что скучает. Что не знает, как позволил всему этому случиться.
Сара хмурится.
-Даже не думай об этом.
Я делаю вид, что не понимаю ее.
-О чем?
-Ты знаешь о чем. Ничего хорошего из этого не выйдет, вы уже пробовали, и все равно кому-то было больно. Ты только начал оживать.
Я решаю, что никогда не скажу ей, что не могу перестать любить Райана. Мои чувства впервые в жизни не меняются. Я все равно скучаю по нему, думаю о нем, несмотря на то, сколько всего случилось между нами. И если через 10 лет Райан предложит мне переехать к нему на Аляску и начать все с начала, я брошу все.
-Да, я знаю.
Наглая, наглая ложь.
-Давай забудем об этом, ладно?- вдруг говорит она,- У меня появилась отличная идея. Тебе нужно переключиться, правильно? И музыка помогает тебе в этом, но и работать ты должен. Что если ты будешь играть в кофейне?
Я смотрю на Сару, и молча хлопаю глазами.
-Нет, правда. Это будет вашей изюминкой, поможет привлекать новых клиентов. Ты отлично поешь, у вас отличный кофе – что может быть лучше?
И тут я понимаю, что нахожусь на пороге чего-то нового в своей жизни.
***
-Смотри, мы можем поставить его сюда. Здесь тебя будет хорошо видно, и ты не мешаешь посетителям.
Я стою посредине зала в кофейни и скептически оглядываю освобожденное от столиков и стульев место.
-В принципе, да, но моя спина будет прямо по центру окна, выходящего на улицу, и мне будет жарко от солнечных лучей.
Даллон хмурится, и мы переставляем все еще раз.
Хозяйке кофейни понравилась идея с живой музыкой в виде меня и моей гитары, и сейчас мы всем рабочим коллективом пытались выбрать наиболее подходящее место в небольшом помещении.
Я чувствовал себя немного глупо – обычно музыканты играют в ресторанах, причем на роялях. Они надевают красивые смокинги и у них музыкальное образование. А я буду сидеть на высоком стуле в рубашке в клетку, и бренчать на гитаре. Но все наперебой твердили мне, что такого они нигде не видели, от этого дела кофейни резко пойдут вверх. И еще, что если мне не понравится – я всегда смогу отказаться.
-А, может, сюда?- я перетащил стул в дальний правый угол зала и сел на него,- Отсюда мне все видно, солнце на меня не попадает, я не мешаю официантам и клиентам.
Даллон кивает.
-Да, да, так неплохо.
После вечеринки у меня дома он почему-то избегает меня. Я хотел сказать ему, что то, что я видел, ничего не значит и не задевает меня, но как-то все времени не хватало. К тому же, может, так и лучше – в конце концов, Сара моя подруга.
-Ну, тогда я оставляю его здесь,- я встаю со стула и отхожу, чтобы посмотреть на него со стороны и представить себя на нем. Мне до сих пор кажется немного безумной эта идея.
-Келти, можно мне кофе?
Со следующего дня я начал играть в кофейне. Я специально пришел туда к открытию, чтобы за столиками еще никого не было. Я волновался, и мне казалось, что было бы глупо, если бы кто-то увидел, что сначала я считал деньги в кассе и наливал кофе, а потом вдруг прошел через весь зал, сел на стул и заголосил на всю кофейню.
Поэтому я с самого начала взял себе бутылку воды, сел на свое место и принялся наигрывать какие-то мелодии. Нет смысла петь, когда кофейня пуста и даже Даллон не обращает на меня внимания, забирая с кухни свежую выпечку, но я хочу быть здесь, когда у нас будут первые посетители. Чтобы это выглядело так, как будто я всегда сидел на этом стуле.
Первой в кофейню в тот день зашла моложавая женщина, я в это время наигрывал что-то легкое и веселое. Она взяла кофе и вышла, даже ни взглянув на меня, и мне понравилось это. Не хочу удивленных взглядов или чего-то подобного – пусть люди просто принимают меня вместе с этим стулом как должное, как неназойливое радио без рекламы, которое не мешает думать и разговаривать.
Вскоре посетители стали прибывать: кто-то приходил и уходил, кто-то задерживался за столиками, читая газету или проверяя почту в интернете. Все это время я был на своем посту – не прерываясь ни на секунду, я тихо напевал разные песенки, в глубине души радуясь тому, что люди не обращают на меня особого внимания. Так продолжалось до самого вечера – мой первый день прошел вполне удачно. Дома меня хватило лишь на то, чтобы добрести до кровати: навалилась приятная усталость, а в голове стоял мягкий шум гитарных струн.
Вскоре я привык к тому, что вместо приготовления кофе я играю на гитаре. Хозяйка кофейни в восторге говорила, что прибыль увеличилась, хотя я, честно сказать, не заметил особого прилива клиентов. Какая мне разница – я занимаюсь любимым делом и получаю за это деньги.
Но через пару недель Даллон и Келти перестали справляться с работой, и у нас появился новый парень по имени Шейн. Ребята говорили, что все это из-за живой музыки, что они замечают, как посетители смотрят на меня и как реагируют на мои песни. Я только отмахивался – не то, чтобы мне было неприятно, просто мне действительно казалось, что они преувеличивают: нам в кофейне всегда не хватало третьих рук, и настал тот час, когда боги смилостивились над нами и послали Шейна.
Он начал увиваться за Сарой с первого же дня работы, но Даллон один-единственный раз что-то тихо сказал ему, и парень оставил все попытки. Не знаю, как Даллон это сделал и каковы были причины, но в глубине души я порадовался, что Сара нашла с ним общий язык. Он отличный парень, и Саре следовало бы найти себе такого как он, а не тратить время на богатеньких дураков.
Когда я пришел на работу в день, который был годовщиной моей «музыкальной» работы, я сразу понял, что мои приятели что-то задумали. Ровно месяц назад я начал играть в кофейне, и это был не такой уж большой срок. Но, судя по тому, как горели глаза Сары, когда она выпроваживала меня из служебного помещения, учитывая то, что ей вообще нельзя там находиться, можно сказать, что ребята так не считали.
Выходя за дверь, я краем глаза увидел пластиковые стаканчики и большую коробку, подозрительно напоминающую упаковку тортов из любимой кондитерской Сары, и понял, что день будет интересным.
Работа прошла как обычно – я играл на гитаре, клиенты приходили и уходили, а Даллон меланхолично сновал туда-сюда с кофейником. Ровно в восемь часов я встал со своего места, хотя посетители в зале еще были, но тут ко мне подбежала Келти с огромными испуганными глазами.
-Сейчас же вернись на место.
Я скривился.
-Им,- я кивнул на тройку занятых столиков,- моя музыка уже не нужна. Сжалься, Келти, я здесь с девяти утра.
-А вот тому парню, стоящему у стойки, нужна,- прошипела Келти. Я непонимающе посмотрел поверх ее головы: около кассы стоял молодой мужчина. На нем были клетчатые шорты и синяя футболка, на плече легкая сумка, и сейчас он что-то заинтересованно обсуждал с Даллоном.
-Он говорит, что работает в какой-то звукозаписывающей компании,- зашептала мне Келти,- Так что сядь на место, пока я тебя за уши туда не потащила.
Я нахмурился и вернулся на стул. Руки у меня мелко подрагивали, а ладони стали влажными. Думая о том, как этот парень узнал про меня и чего он хочет, я начал играть, стараясь не смотреть на него.
Вот надо было ему прийти в такой день! Я так ждал вечера и торта, который видел в подсобке, а сейчас волнуюсь как последний идиот. Одно дело, когда люди просто слушают твою музыку, но совсем другое, когда они ее оценивают. Я очень боялся услышать что-то плохое в свой адрес, а сейчас в одном помещении со мной находился человек, который действительно понимал толк в музыке.
Доиграв последние аккорды, я взглянул на него. Он стоял, широко улыбаясь, и громко хлопал в ладоши.
***
-Потрясающе, просто потрясающе!- восклицал он, пожимая мою руку и улыбаясь. Я стоял в немом шоке, не в состоянии выдавить не слова. Краем глаза я видел растерявшихся Даллона и Келти. Посетители кофейни не обращали на нас никакого внимания.
-Я…да?...спасибо.
-Меня зовут Пит Венц, я представитель компании Форкс Стайк Мьюзик,- он продолжал улыбаться, трясти мою руку и говорить без остановки, пока я пытался понять, что происходит,- Отлично, парень, ты просто находка! Где ты был все это время, пока я тратил свое время на этих бездарных идиотов…Тебя, кстати, как зовут?- спросил Пит, не уточняя, кто такие «бездарные идиоты».
-Ури. Брендон Ури,- выпалил я, пялясь на него,- Второе имя Бойд.
-Отлично, Бойд, отлично. Мне понравилась эта твоя песня…Как там...когда луна встретила солнце в середине лета..Ха-ха!- неожиданно громко рассмеялся Пит и сверкнул темными глазами,- Я уже вижу эту песню лидирующей в хит-парадах!
-Правда?- благоговейным шепотом спросил я. Это сумасшествие, я поверить не могу, что это происходит со мной.
-Правда! Я лично об этом позабочусь. Вот тебе моя визитка, позвонишь завтра до обеда. Не забудь – до обеда,- Венц хлопнул меня по плечу,- Обговорим с тобой контракт. Талант!
После этой фразы он ушел из кофейни также быстро, как и появился.
Я сел за ближайший столик. В голове гудело.
-Эй, ты как?- ко мне подлетела Келти со стаканом воды,- Это что, шок от чрезмерного прилива радости?
-Наверное,- промямлил я и посмотрел на кассу, за которой, нахмурившись, стоял Даллон. Поймав мой взгляд, он покачал головой и скрылся в помещении для персонала.
Неодобрение? Эгоист внутри меня фыркнул: я не собираюсь отказываться от такого шанса из-за спонтанности предложения. Да что Даллон вообще понимает в музыке? А Пит сказал, что я талантлив.
Я встал со стула и победно улыбнулся. Черт, да я просто везунчик.
....продолжение следует