Лицеисты – друзья А.С.Пушкина. Владимир Дмитриевич Вольховский: «Воспитанный суровою Минервой…» |
Владимир Дмитриевич Вольховский, друг А.С.Пушкина. Генерал-майор, лицеист первого выпуска, капитан Гвардейского генерального штаба.
В своём знаменитом послании к лицеистам Пушкин упомянул лицеиста Вольховского, Владимира Дмитриевуча Вольховского (1798—1841).
«Спартанскою душой пленяя нас,
Воспитанный суровою Минервой,
Пускай опять Вальховский сядет первый,
Последним я, иль Брогльо, иль Данзас.
Владимир Вольховский… Гордость первого выпуска Лицея, при окончании он получил Большую золотую медаль, причём отмечается, что она была дана ему с учётом мнения сокурсников.
Поразительны его лицейские прозвища: «Sapientia [мудрость]» (как вспоминал И.В.Малиновский, один из самых «буйных» лицеистов, «нередко двумя, тремя словами он останавливал тех из запальчивых своих одноклассников, на которых иногда ни страх, ни убеждения не действовали»), «Спартанец» и «Суворочка» (был небольшого роста, хрупкий, но, готовясь к военной службе, для укрепления мускулов носил на плечах, готовя уроки, две толстейшие книги, приучал себя спать по нескольку часов в сутки, учил уроки, усевшись верхом на стуле, обладал сильным характером и несгибаемой волей, вёл спартанский образ жизни, напоминая этим Суворова. Жил в комнате № 11, окно которой выходило на Большой (Екатерининский) дворец.
Суворов наш:
Ура! марш, марш!
Кричит, верхом на стуле.
(«Национальные песни»)
Впоследствии он благодаря этому выносил самые тяжелые походы и труды.
Учился Вольховский блестяще с самого начала. «Многие способности, примерное прилежание, успехи чрезвычайные», - так отзываются о нём практически все преподаватели (интересно, что в первый год обучения худшие результаты у него были по фехтованию). И ещё: «С превосходными дарованиями; весьма прилежен с внимательностью, весьма благонравен, не требуя надзора; одарен глубокою проницательностью и силою рассудка; знания его весьма основательны и прочны, но скромность его столь велика, что достоинства его закрыты ею, обнаруживаются без всякого тщеславия и тогда только, когда должно и когда его спрашивают». Над собой работал постоянно: чтобы исправить не совсем чистое произношение, подражая Демосфену, набирал в рот камешки и так декламировал стихи.
Вольховский прекрасно знал, что протекции ему никто не составит (он происходил из малороссийской шляхты, воспитывался в Московском университетском пансионе, откуда как отличный ученик в 1811 году был переведён в Лицей), и поэтому всего добивался сам.
В.Вольховский в лицейские годы
Над ним подчас по-дружески подтрунивали:
Физика, к тебе стремлюся,
Наизусть тебя учу,
Я тобою вознесуся
Перво место получу.
Хоть соскучу, хоть поплачу,
Сидя за громадой книг,
Хоть здоровие потрачу,
Буду первый ученик.
Это снова «Национальные песни». А Пушкин в «Пирующих студентах» будет иметь в виду явно его, когда напишет о президенте пирушки:
В награду пьяным – он нальёт
И пунш, и грог душистый,
А вам, спартанцы, поднесёт
Воды в стакане чистой!
И, конечно же, первенство его признавалось всеми:
Покровительством Минервы
Пусть Вольховский будет первый,
Мы ж нули, мы нули…
Эти строки из «Национальной песни» Пушкин перефразирует в черновом варианте "19 октября":
Спартанскою душой пленяя нас,
Воспитанный суровою Минервой,
Пускай опять Вальховский сядет первый…
Вольховский был выпущен прапорщиком в гвардию 10 июня 1817 года, но уже 13 июня после дополнительного экзамена по военным наукам утверждён офицером Гвардейского генерального штаба и назначен состоять при Гвардейском корпусе. В 1825 г. он уже капитан. Но… Недаром в статьях о лицеистах отмечали, что «лучшему из лицейских студентов… удалось сочетать обе эти ипостаси [государственный деятель и государственный преступник] и объединить в своей судьбе принадлежность к ранним декабристским обществам, следствие по делу декабристов, блестящую карьеру и генеральский чин».
Вольховский был членом преддекабристской организации «Священная артель», Союза спасения (с лета 1817) и Союза благоденствия, в 1823 году участвовал в совещаниях у единомышленников. 27 августа 1825 он был назначен в экспедицию для обозрения пространств между Каспийским и Аральским морями, и это спасло его от участия в восстании.
К следствию по делу декабристов Вольховский, естественно, привлекался, но, хотя его членство в тайных обществах ни у кого сомнений не вызывало, по совету начальника Главного штаба И.Дибича всё было «оставлено без дальнейшего действия». Тем не менее, оставаться при Главном штабе Вольховский уже не мог. Он начал службу на Кавказе под началом генерала И.Паскевича. Здесь он «сильно пошёл в гору»: принимал участие в шести штурмах и 55-ти походах, во время войны с Персией выполнял важные поручения, в частности, участвовал в командировке ко двору персидского шаха, "для выпровождения оттуда двадцати миллионов рублей серебром контрибуции, за отличное исполнение поручения сего произведён в полковники", был награждён многими орденами (в том числе особо почитаемым Георгиевским крестом и персидским орденом Льва и Солнца), золотой шпагой с надписью «За храбрость».
Император Николай I
Но с приездом на Кавказ в 1837 году императора Николай I «счастье его оставило». Вероятно, всё же император не мог забыть его декабристского прошлого. К тому же и любимец царя Паскевич очень ревниво и недоброжелательно относился к деятельности Вольховского.
Кстати, связь со своим другом Пушкин не терял, особенно пребывая на Кавказе. Учитывая описание трудов Вольховского современниками (ниже) не мудрено, что Пушкин обращался к нему за помощью в своих Кавказских странствиях. На Кавказе встретились лицейские друзья: летом 1829 года в полевом штабе Паскевича Пушкин увидел Вольховского, «запылённого с ног до головы, обросшего бородой, изнурённого заботами. Он нашёл, однако, время побеседовать со мною как старый товарищ».
К чести Вольховского, нужно сказать, что, он, занимая высокий пост в действующей армии, делал всё возможное для облегчения участи разжалованных декабристов; вспоминали, как он «сделался ангелом-хранителем всей довольно многочисленной семьи декабристов, поступивших по высочайшему милосердию на Кавказ рядовыми».
После Русско-персидской войны 1826-1828 годов его командируют в Тегеран для истребования и сопровождения контрибуции. Это огромные деньги, огромная ответственность и опасность. Справился с этой задачей Вольховский блестяще, за что буквально на следующий же день после возвращения из опаснейшей экспедиции, был пожалован в полковники. По возвращении в Петербург с Кавказа, где он умудрился принять участие в Русско-турецкой войне 1828-1829 гг, Вольховского назначили генеральным консулом в Египет. И это опальный декабрист! Но до Египта Вольховский не добрался - в 1830 году в Польше началось восстание, переросшее в открытый военный конфликт, и Вольховский был откомандирован туда, где был контужен в сражении при Грохове 13 февраля 1831 года. Уже в июне того же года Вольховский - генерал-майор! И в этом чине повторно был назначен обер-квартирмейстером Отдельного Кавказского корпуса и вновь переведён на Кавказ, где во время отсутствия по служебным делам командующего корпуса Розена управлял Закавказским краем.
В 1834 году Вольховский женился на дочери первого директора Лицея и сестре своего лицейского товарища Марии Малиновской.
Иван Васильевич Малиновский - однокашник Пушкина и Вольховского, сын директора и брат жены Вольховского, его первый биограф
Сообщая о свадьбе, О. С. Павлищева писала матери: «Малиновская делает прекрасную партию, она вполне её заслуживает; это новость меня обрадовала, родители в восторге, какое счастье видеть её так хорошо устроенной». Е. А. Энгельгардт 5 ноября 1834 года писал Вольховскому по поводу его предстоящей женитьбы: «Доброе дело, брат Суворчик. Выбор твой хорош во всяком отношении, она роду-племени доброго, взросла в тишине, привыкла отказывать себе во всем, что может называться прихотью; она одарена талантами необыкновенными, и — лицейского поля ягодка! Что же тут ещё прибавить?»
М.В.Вольховская
Его нисколько не смутило, что в приданое за женой он получил в приданое село Каменка (Стратилатовка) Изюмского уезда (Харьковская область).
У Вольховских родилась дочь Анна и сын Владимир. Чета Вольховских воспитывала также племянника Евгения, сына декабриста Андрея Розена (1799 - 1884). Он был осужден за участие в заговоре декабристов (членом тайных обществ не был, но присутствовал на совещаниях 11 и 12 декабря 1825 года у Рылеева и Оболенского и отказался усмирять восстание 14 (26) декабря 1825 года. Его жена, Анна Васильевна Розен (1797 — 1883) — дочь Василия Фёдоровича Малиновского) последовала за мужем в Сибирь.
Розен был осуждён по V разряду и приговорен в каторжную работу на 10 лет, впоследствии срок сократили до 6 лет. Летом 1826 года Анна Васильевна пришла на последнее перед ссылкой свидание к мужу с шестинедельным сыном Евгением (родился 19 июня 1826 года). Она хотела немедля отправляться вслед за супругом, но он уговорил её остаться с сыном, пока он не подрастёт.
Анна Розен выехала в Сибирь одной из последних среди жен декабристов в 1830 году. Она еще раз подавала прошение взять с собой ребенка, но А. Х. Бенкендорф был непреклонен. Пятилетнего сына она оставила на попечение своей сестре Марии (в замужестве Мария Васильевна Вольховская), которого та воспитывала до 1838 года.
В доме Вольховских Энни (так звали мальчика в семье) впервые встретится с отцом, переведённым для службы на Кавказе. А сам А.Розен будет вспоминать о Вольховском: «В Пятигорске я жил с ним два месяца под одною крышею, ...у него на уме были не звёзды, не аксельбанты, не деньги, — он думал о существенной пользе, которую хотел принесть повсюду, где находился…».
Царскую немилость Вольховский воспринял очень тяжело. В 1839 году он вышел в отставку.
Дружба с Пушкиным никогда не прерывалась. Поэт послал ему только что вышедшую «Историю Пугачева» с просьбой отозваться о ней, добавив: «Мнение твое касательно моей книги во всех отношениях было бы мне драгоценно» (к сожалению, отзыв Вольховского до нас не дошёл).
«Я простился с Вольховским, который на днях едет в Грузию», — записал Пушкин в своем дневнике весной 1834 года. Это была последняя встреча друзей…
Егор Антонович Энгельгардт - русский писатель и педагог из рода Энгельгардтов. Второй директор Царскосельского лицея.
Егор Антонович Энгельгардт ни разу не покривил душой - Вольховскому действительно досталась чудесная жена. К сожалению, её семейное счастье длилось всего 7 лет - мужа скосил тиф.
Вольховский умер 7 марта 1841 в имении жены Каменке, оставив двоих детей. Мария Васильевна после его смерти «обрезала свои великолепные косы и положила в гроб мужа. Надела старческий чепчик и 58 лет прожила безупречною вдовой». Её племянники вспоминали: «Это была чудная личность, всеми глубоко уважаемая, кто её знал. Великолепно образованная, умная, сердечная. Как свет ни зол, но об этой святой женщине никогда никто не мог ничего сказать…».
Источник:
https://zen.yandex.ru/media/arhkot/vospitannyi-sur...ervoi-5c776c0955643b00b5d2a672
https://proza.ru/2017/08/10/1260
https://dzen.ru/a/XvkRnoe04G3n_Ie4
https://ru.wikipedia.org/wiki/Вольховский,_Владимир_Дмитриевич
Рубрики: | Литература/О ПУШКИНЕ |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |