ГалаМаг все записи автора
Он и праведный, и лукавый,
И всех месяцев он страшней:
В каждом августе, Боже правый,
Столько праздников и смертей.
Анна Ахматова
У каждого собственный календарь радостных и печальных событий. Сосредоточим внимание на месяце августе, когда пышно цветущее лето начинает двигаться под уклон. Сразу всплывают в памяти четыре фамилии талантливейших поэтов первой половины XX века, отошедших в мир иной именно в этом месяце:
Александр Блок – 7 августа 1921 года, в 40 лет;
Николай Гумилев – 26 августа 1921 года, в 35 лет;
Максимилиан Волошин – 11 августа 1932 года, в 55 лет;
Марина Цветаева – 31 августа 1941 года, почти в 49 лет.
На этом, разумеется, список не обрывается. Однако всех перечислить невозможно. Самым горестным является год 1921, когда Россия простилась сразу с двумя звездными персонами. Первым оказался Александр Блок. На его смерть Замятин отозвался такими словами: «Блок умер. Или точнее — убит. Убит всей нашей теперешней жестокой, пещерной жизнью».
Многие обратили внимание, что с мая 1921 года Александр Блок был болен, причем странно и страшно. Недуг постепенно усиливался, затрагивая психику. Привычное тяжелое угрюмство и замкнутость перемежались припадками бешенства. В июле Блок еще вносил поправки в так и оставшуюся неоконченной поэму-завещание "Возмездие". Верхи решали вопрос, выпускать ли Блока для лечения в Финляндию. Не успели принять важное решение. Утром 7 августа Блок умер, а 10-го числа в день почитания иконы Смоленской Божьей Матери его похоронили на Смоленском кладбище. На это событие Ахматова отозвалась стихами:
А Смоленская нынче именинница,
Синий ладан над травою стелется.
И струится пенье панихидное,
Не печальное нынче, а светлое.
И через несколько строк продолжает она плач-поминание, называя поэта «лебедем чистым».
Принесли мы Смоленской заступнице,
Принесли Пресвятой Богородице
На руках во гробе серебряном
Наше солнце, в муке погасшее, –
Александра, лебедя чистого.
Как известно, Блок был невысокого мнения о ее стихах. Но оплакивала она, по всей видимости, не только поэта, но и свою несостоявшуюся любовь. Блок не оценил ее и как женщину. Обычно она рассказывала о своих романах спокойно, иногда с иронией или страстью. А о Блоке молчала. После опубликования его эпистолярного наследия все встало на свои места. Оказалось, что Ахматовой в его записях отводилось всего несколько строчек. И все же – пришла, а затем воспела. В общем-то, такое отношение к современникам было не в ее духе. Чаще она молчала.
Вероятно, 26 августа Гумилев был расстрелян. Официально о казни причастных к "таганцевскому делу", а их было шестьдесят, газета "Петроградская правда" сообщила только 1 сентября. И опять зазвучали стихи:
Не бывать тебе в живых,
Со снегу не встать.
Двадцать восемь штыковых,
Огнестрельных пять.
Горькую обновушку
Другу шила я.
Любит, любит кровушку
Русская земля.
Впоследствии Ахматова не могла вспомнить , по какому стилю оказалась проставлена дата под автографом этих стихов – 16 августа. Но даже если стиль "старый", стихи эти сложились до официального уведомления об убийстве. Не даром ее называли - пророчица. Всю последующую жизнь называла она Гумилева по-домашнему – Коля. Интересующимся говорила, что посвятила ему всего шесть стихов.
Долетают редко вести
К нашему крыльцу.
Подарили белый крестик
Твоему отцу.
Было горе, будет горе,
Горю нет конца,
Да хранит святой Егорий
Твоего отца.
Однако думается, что значительно больше. Значит, смогла простить все обиды – долгие путешествия и измены. Поняла, что среди всех ее мужей и возлюбленных он действительно был единственным истинным ее мужем, отцом сына, нареченного Львом.
11 августа в Крыму, после второго инсульта ушел из жизни 55-летний Максимилиан Волошин. Похоронен он на горе Кучук-Янышар вблизи любимого Коктебеля. Нет, Ахматова не оплакивала его смерть. И причина была одна. 22 ноября 1909 года между М. Волошиным и Н. Гумилёвым состоялась дуэль на Чёрной речке. Секундантом Гумилёва стал Евгений Зноско-Боровский. Секундантом Волошина выступал граф Алексей Толстой. Причиной дуэли оказалась поэтесса Елизавета Дмитриева, с которой Волошин сочинил весьма успешную литературную мистификацию — Черубину де Габриак. Ахматова не прощала обид и несправедливостей, нанесенных Гумилеву.
Марина Цветаева буквально воспевала август в своих стихах. Как всегда безудержно и восхищенно:
Август - астры,
Август - звезды,
Август - грозди
Винограда и рябины
Ржавой - август!
Полновесным, благосклонным
Яблоком своим имперским,
Как дитя, играешь, август.
Как ладонью, гладишь сердце
Именем своим имперским:
Август!- Сердце!
Месяц поздних поцелуев,
Поздних роз и молний поздних!
Ливней звездных -
Август!- Месяц
Ливней звездных!
Но и она ушла из жизни в последний день августа 1941 года. Ахматова опять промолчала. Известно, что она посвятила Цветаевой единственное полноценное стихотворение – «Поздний ответ». На ее же смерть откликнулась всего 4 строчками уже в 1959 году.
Ты любила меня и жалела,
Ты меня как никто поняла.
Так зачем же твой голос и тело
Смерть до срока у нас отняла?
Невозможно понять, как Ахматова относилась к творчеству перечисленных поэтов, их личностным качествам. Все они были в определенной степени знакомы, чаще - по стихам. Но она пережила всех.
За пять лет до своей кончины в стихотворении "Нас четверо" назвала четыре имени: Мандельштам, Пастернак, Цветаева и, конечно свое - Ахматова.
Все мы немного у жизни в гостях,
Жить - этот только привычка.
Чудится мне на воздушных путях
Двух голосов перекличка.
Двух? А еще у восточной стены,
В зарослях крепкой малины,
Темная, свежая ветвь бузины…
Это - письмо от Марины.
Из "августовских" имен упомянута лишь Цветаева. Вслушайтесь, как звучит всего одна строка - "Все мы немного у жизни в гостях...". Да, поэты люди особой категории, находящиеся вне времени и пространства. И, пожалуй, еще одно - пребывание каждого из них в этом мире облечено в маску таинственности и непознанности. И поныне рассуждаем мы об их стихах и жизни приватной, личной.