"Baby" продолжение |
- Что, Билл? – Про снова вернулся ко мне, встав рядом и с нескрываемым любопытством уставившись на меня.
- Ты никогда не думал о том, чтобы завести семью, детей?.. – четко произнеся последнее слово, я все же повернулся и взглянул на Дэйва.
Йост с минуту молча смотрел мне в глаза, потом опустил голову и как-то тяжко вздохнул. Я удивленно вскинул брови, видя, как Дэвид чуть хмурится, вероятно, обдумывая ответ на вопрос.
- Ты же знаешь, я не могу бросить работу, - тихо проговорил Йост, вскинув голову и снова устремив взгляд на меня.
- Я так и знал… - вздохнул я, свешивая ноги с подоконника. – Иногда уже сам запутываешься, что для тебя важнее в жизни…
- К чему ты завел этот разговор? – Дэвид мрачно взглянул на меня из-под нахмуренных бровей.
- Ладно, не бери в голову, - отмахнулся я и, хлопнув Дэйва по плечу, соскочил с подоконника на пол. – Пойдем к остальным?
- Идем, - отозвался Йост, следуя за мной в направлении лестницы…
- Чертов дождь! – воскликнул я, отодвинув шторку и выглядывая в окно.
Мне совершенно не хотелось торчать в студии, пока этот гребаный ливень кончится. К тому же репетиция накрылась, поскольку в грозу нельзя пользоваться электрическими приборами. Снаружи была настоящая стена из воды, даже разглядеть что-то было практически невозможно. В комнате зажгли свет. Я, отойдя от окна, устало плюхнулся на диван рядом с Дэвидом. Про вздохнул и, потерев лицо ладонями, откинулся на спинку дивана.
- Дэйв, ну неужели ты ничего не можешь сделать?! – раздраженно проговорил я.
- Мне что, Землю повернуть, чтобы уладить погоду?! – взбешенно выкрикнул Йост, пронзив меня свирепым взглядом.
- Спасателей вызови, да, блядь, что хочешь! – продолжал беситься я.
- Билл, успокойся, - вмешался Том.
Я, резко повернувшись в сторону брата, смерил его гневным взглядом, но в следующую секунду смягчился и глупо улыбнулся в ответ на удивленный взгляд Тома. «Все хорошо...» - мысленно успокаивал себя я, что не слишком помогало.
- Сколько мы уже здесь сидим? – спросил я, снова усаживаясь на диван.
- Сейчас почти шесть часов, - отозвался в дальнем углу Густав.
- Мы тут сдохнем с голоду… - буркнул я себе под нос, но, похоже, услышали все, поскольку сейчас как-то ошарашено смотрели на меня. Первым пришел в себя Шеффер:
- Билл…ты…что с тобой? – хороший вопрос. Я бы тоже хотел знать на него ответ.
- Эмм… Томми, можно тебя на минутку? – так и не ответив Густаву, обратился я к брату,
Поднявшись с дивана, указываю взглядом на дверь, Том согласно кивнул и тоже поднялся со своего кресла. На секунду ловлю на себе взгляд Йоста и, повернувшись лицом к нему, внимательно смотрю на его недовольную физиономию.
- Не волнуйся, не будем мы трахаться, - с сарказмом произнес я, предположительно угадав мысли Про. Ведь он только об этом и думает, когда мы с братом идем куда-то вместе.
Выйдя в коридор и едва закрыв дверь, хватаю брата за ворот футболки и отшвыриваю его к стене. Подаюсь вперед, прижавшись к груди Тома своей, и с жадностью впиваюсь в его губы. Брат опешил, не ожидав такого натиска, и я, воспользовавшись этим, засунул язык ему в рот. Скользнув кончиком языка по его небу и лизнув за щекой, я углубил поцелуй, в то время как Том, почти не дыша, позволял делать с ним все это. Все же чуть отстранившись, давая брату возможность ответить на поцелуй, я то закусывал зубами язык Тома, проскользнувший в мой рот, то нарочно выталкивал его наружу… Спустя минуты две, я все-таки разорвал поцелуй, отшагивая в сторону от брата и бесстыдно улыбаясь.
- Билл, что все это значит? – тяжело дыша, спросил Том.
Я лишь пожал плечами, при этом изобразив невинную улыбочку. Брат непонятливо сморгнул, а я, не проронив ни слова, схватил его за руку и потащил наверх, к «своему» окну. Том беспрекословно следовал за мной, молча поглядывая на меня и крепко сжимая мою руку своей.
- Теперь стой, - распорядился я, когда мы остановились возле того самого окна.
- Зачем ты меня сюда притащил? – оглядывая запыленный подоконник, спросил брат.
- Просто, - коротко ответил я, присев на все тот же подоконник и свесив вниз ноги.
- Ну, говори, ты что-то хотел? - зачем-то кивнув на меня, стребовал Том.
- Сначала дай мне сигарету, - брат лишь устало вздохнул, услышав мою просьбу, и зашуршал по карманам в поисках сигарет…
POV Йоста
В голове роились бесчисленные потоки мыслей и вопросов. Таких как: «Нахрена Билл сегодня спросил меня, хочу ли я завести семью?» или «Куда, черт возьми, они с Томом пошли?» Видимо, мне не суждено знать ответы на эти вопросы, ведь Каулитцы в любом случае ничего не скажут. Какие-то секреты у них. Даже не хочу углубляться во все это – мне и без того проблем хватает. Но я точно уверен, что эти сумасшедшие близнецы что-то мутят у меня за спиной. Нет, мне не интересно! Нисколько…
Из всей белиберды, что творилась сейчас в моей голове, на первый план вышла мысль, а точнее воспоминание о сегодняшнем «происшествии» в ванной. То, как я не мог оторвать взгляд от привлекательной фигурки младшего Каулитца, восторгаясь его изяществом и неземной красотой. То, как он предстал передо мной в одном полотенце, обвивающем худющие бедра. В какой-то момент мне показалось, что Билл довольно-таки доступный, и я с легкостью мог бы завлечь его, совратить, если бы он так всецело не принадлежал Тому. Эти мысли сводят меня с ума… А ведь они совершенно одинаковые, ведь они близнецы. Так почему меня тянет к этой крашеной сучке, а не, предположим, к Тому?.. Я сказал одинаковые? Чушь! Они настолько разные, что этого нельзя так просто не заметить. А если учесть, что я вижу их почти каждый день уже на протяжении многих лет, тут явно не ошибешься… К чему все эти мысли? Ах, да, к тому, что Билл в свои почти уже двадцать, совершенно не мужик! К двадцати годам парень уже практически превращается в мужчину, чего не скажешь о Каулитце-младшем. Том более ли менее напоминает представителя сильного пола…
Кажется, начинаю врубаться. Точнее подтверждать свое еще ранее сформировавшееся убеждение. Все дело в так называемых «ролях» Каулитцев, включенных в сценарий спектакля под названием «жизнь». Должен заметить Биллу очень идет его роль – этот образ девушки, сложившийся в начале его карьеры и оказавший немаловажное воздействие на дальнейшую судьбу… Блядь, я рассуждаю как хренов философ! И какого черта я вообще полез копаться в закутках своего сознания?! И почему, мать его, меня это так цепляет?!..
- Дэвид, - будто разбудил меня голос Густава, подошедшего ко мне.
- Что?! – грубо отозвался я.
- Машина подъехала, - немного оторопев, ответил Шеффер.
Окончательно «очнувшись», я быстро пробежал взглядом по комнате, заметив только Георга, дрыхнувшего в кресле напротив. Где Каулитцы, ебать их?! К слову, очень точно подмечено. Вскакиваю с дивана, уже решив отправиться на поиски близнецов, как вдруг за окном раздается громыхание и сверкает молния – в этот момент гаснет электричество.
- Ебаный свет! – выругался я. Это выражение как нельзя кстати подходит к сложившейся ситуации. Я прямо блещу афоризмами!
Нихрена не видно, поскольку единственный источник света – солнце сейчас было заслонено непроглядными тучами. Вообще очень странно, чтобы такое было в середине лета… Несколько секунд стою, не двигаясь и прислушиваясь к разным шорохам, после на ощупь добираюсь до двери и вылезаю в коридор. Похоже, свет вырубился по всей студии. Где теперь искать Каулитцев? Сообразив, что нужно делать, вынимаю из кармана мобильник, слегка осветив пространство вокруг себя, и выискиваю в списке номер кого-нибудь из близнецов. Прежде, чем я успел найти нужный контакт, откуда-то сверху послышался грохот. Еще секунда – и снова доносится шум, кажется, на втором этаже, а вслед за ним знакомый вопль…
- Билл! – кричу я и, сорвавшись с места, ориентировочно двигаюсь к лестнице.
По пути натыкаюсь на одно из окон и, раздернув занавески, позволяю хоть какой-то частичке неяркого света проникнуть в помещение. В полумраке добравшись до лестницы, обмираю на месте, едва различив практически у себя под ногами два сплетенных между собой тела. Дрожащими пальцами жму на кнопку панели телефона и направляю неоновый свет дисплея вниз.
- Господи… - выдохнул я, увидев ужасающую картину: близнецы почти неподвижно валяются у подножия лестницы, только Билл чуть слышно постанывает, лежа сверху на теле брата.
В ошеломлении прикрываю рот рукой и опускаюсь на корточки перед Каулитцами. Билл, к счастью, смог пошевелиться и даже приподнял голову. Слышу его всхлип, а вслед за тем болезненный стон и только тогда прихожу в себя.
- Дет-ка, что… - запинаясь, попытался начать я, но тут же прервал свою попытку, видя, как Билл испуганно смотрит на своего обездвиженного близнеца.
Отклоняюсь назад, плюхнувшись задницей на пол и задрав вверх голову: лестница впрямь была очень крутой и, похоже, близнецы с нее наебнулись, когда вырубили свет. Причем не самым удачным образом. Тому повезло меньше: он упал на спину, приняв удар на себя; Биллу же просто подфартило оказаться сверху.
- Томми… - всхлипнул Каулитц-младший, обхватив ладонями лицо брата и покрывая его щеки и нос легкими поцелуями. – Томми, пожалуйста, очнись…
- Билл, не надо, - севшим голосом произнес я.
Поднявшись на ноги, я ухватил его за плечи, оттаскивая от Тома и вместе с тем пытаясь помочь Биллу встать. Услышав позади себя торопливые шаги, оборачиваюсь и чуть расслабляю хватку. Каулитц-младший, отчаянно трепыхающийся в моих руках, все же вырывается и грохается на пол перед братом. Резкий щелчок – и снова загорается свет. Ко мне подлетают Густав с Георгом и Саки и ошарашено застывают в точности как я пару минут назад. С непривычки щурясь от яркого света, снова перевожу взгляд на Каулитцев.
- Сделайте что-нибудь! – не своим голосом завопил Билл, захлебываясь в собственных слезах.
- Ханс! – рявкнул я, хотя Саки находился всего в метре от меня. – Возьми Тома на руки и отнеси в машину, Билла я беру на себя, - распорядился я и, растолкав двух «Г», загородивших мне дорогу, снова схватил Каулитца-младшего.
Тот, к моему удивлению, больше не стал сопротивляться, только крепко обхватил мою руку дрожащими пальцами и сдержанно наблюдал за тем, как Саки поднимает его брата. Даже реветь перестал. Саки, взгромоздив на себя худое, обернутое кучей безразмерного шмотья тело старшего Каулитца, и быстрым шагом направился к выходу из студии.
- Чего встали? Идите к машине и ждите нас там! – скомандовал я Густаву с Георгом, а сам будто невзначай обнял Билла, прижав его к себе и водя большим пальцем руки по его спине сквозь ткань футболки.
Парни разом кивнули и чуть не бегом отправились вслед за охранником. Мы с Биллом остались вдвоем.
- Детка… - меня вдруг всего передернуло; с каких пор я снова называю его «Деткой»? - …Билл, расскажи, что произошло? – я старался говорить как можно мягче и спокойнее, хотя сам чувствовал невообразимое волнение и страх.
- Блядь, Йост, ты что, придурок?! – выкрикнул Билл, сердито посмотрев на меня и отстраняясь.
- Да подожди ты! – я взял его за руку и снова притянул к себе. – Объясни, как вы умудрились грохнуться с лестницы, да еще и вместе?
- В темноте, понимаешь, не видно ни черта! Я обнял его…а тут лестница…я даже не успел что-либо сообразить…то есть, я не понял, что тут лестница и… Блядь, отпусти меня, мне больно! – младший Каулитц завопил, оттого, что я, сам того не заметив, слишком сильно сжал его в объятьях.
- Прости, - спешно извинился я, разжимая свою хватку.
- Черт, кровь, - захныкал Билл, оглядывая свои руки.
Я тоже взглянул: локти и косточки сбоку на запястьях были содраны в кровь, а на ладонях Билла были ссадины. Я сочувственно посмотрел на него, но Каулитц состроил такую недовольную рожу (увы, лицом сие выражение назвать не могу), что я не придумал ничего лучше, чем отвернуться.
- Если бы не ты со своей гребаной репетицией, ничего бы этого не было! И Том сейчас бы не… - Билл так и не досказал, что хотел – резко сорвался с места и ломанулся к выходу.
Я мысленно выругался, чувствуя безмерное отвращение к себе, к Биллу – как ни странно. Не потому, что он прав, нет – потому, что сейчас искренне ненавидел нас обоих: себя – за свою тупость и снисходительное отношение к этому засранцу, Билла – за то, что он еще способен вызывать у меня какие-то чувства, кроме никчемного сочувствия, которое я тоже презираю в себе. С этими далеко не радостными мыслями, я вышел из здания студии, направившись к парковке, где в ожидании меня толпились ребята и Ханс с телефоном, прижатым к уху, диктуя адрес студии…
POV Билла
Стоя под дверью палаты и попеременно почесывая то один, то другой перебинтованный локоть, я изо всех сил старался не разреветься на глазах у многочисленной публики. С трудом сдерживался. Рядом со мной чуть не впритирку стоял Йост, чуть дальше – Густав с Георгом и охраной, по всему коридору толпились врачи и посетители госпиталя, которые так беспардонно обсуждали что-то, глядя в нашу сторону. Заметив, как повернулась ручка двери и из палаты, где мы все столпились вышел врач, я тут же подлетел к нему и как маленький ухватил за рукав больничного халата.
- Ну, что с ним? – с надеждой заглядывая в глаза молодого мужчины-медика, спросил я.
- А Вы, простите, кто? – мужчина удивленно вскинул брови. Ни фига себе вопросики! Ха, кто я?
- Я его брат. Скажите, что с ним? – объяснив доктору свое отношение к Тому, я повторил вопрос.
- Ничего серьезного. Небольшое сотрясение, ушибы. Переломов к счастью нет, - пояснил врач.
- Как долго он будет находиться в больнице? – встрял Дэвид, мягко отодвинув меня в сторону и поравнявшись с доктором.
- Я думаю, за пару дней он полностью реабилитируется. Кстати, он уже пришел в себя – можете войти к нему, - сказав это, мужчина уже собрался идти по своим делам, но Дэвид притормозил его.
- Простите, Вы сказали, пару дней?! – вытаращив глаза, воскликнул Про.
- Да, это стабильно. А теперь, прошу прощения, мне нужно работать, - объяснился врач и, развернувшись, двинулся дальше по коридору.
- Билл, твою мать! – схватив меня за ворот футболки, сквозь зубы прошипел Дэвид. – У нас концерт через три дня!
- Дэйв, отпусти, он не виноват, - вступился подошедший к нам Густав.
- Ты еще вякни! – выплюнул Йост и только ближе притянул меня к себе. – Если концерт сорвется, я вам всем устрою сладкую жизнь!
- Руки убери! – процедил я сквозь стиснутые зубы.
- Ты меня понял! – пригрозил Про и, все же отпустив, приблизился к Саки. – Через полчаса отвезешь их в квартиру! А вы… - Йост поочередно ткнул на нас пальцем, - я вас предупредил.
Нервно дернув плечом, Дэвид быстрым шагом удалился в направлении выхода из здания госпиталя. Так и хотелось выкрикнуть что-нибудь ему вслед, но я не стал этого делать – не хочу получить по шее, поскольку Йост явно не в лучшем расположении духа. Мысленно дав себе установку: успокоиться, я развернулся лицом к двери палаты и, кивнув Густаву, чтобы шел за мной, немного нерешительно повернул ручку. Дверь почти бесшумно отворилась, и я увидел удручающе белые стены палаты, казавшиеся грязно-серыми из-за темноты, что окутывала помещение. Свет исходил только лишь от тусклого светильника, подвешенного под потолком. Следом вошли Густав с Георгом, после закрыв дверь и уставившись куда-то в сторону окна. Я тоже посмотрел.
- Том, - я невесело улыбнулся, увидев возле того самого окна больничную койку, на которой с перебинтованным лбом лежал брат.
Все же сумев сдвинуться с места, я сделал несколько шагов вперед и опустился на корточки перед койкой брата. Том спал. Я вытянул руку и осторожно коснулся щеки брата. Ресницы Тома чуть подрагивали, и в следующее мгновение он открыл глаза.
- Привет, - зачем-то поздоровался я.
Том улыбнулся. Я только хотел наклониться и поцеловать его, как вдруг меня оттащила в сторону чья-то сильная рука. Я, не удержав равновесие, шлепнулся задницей на пол, и мое место теперь занимал Георг.
- Том, ты как? Помнишь меня? – затараторил Листинг и, схватив моего брата за плечо, зачем-то стал трясти.
- Да-а, помню-ю-у-у! – протянул Том, пытаясь отнять руку Георга от своего плеча.
- Хорошо, тогда как зовут твою сестру? – он все же отпустил Тома и замер в ожидании ответа.
- Придурок, у меня нет сестры! – недовольно пробурчал брат.
- Ты что?! Да вот же она! – воскликнул Листинг и, ухватив меня за руку, притянул к самой койке, демонстрируя Тому.
Том сурово взглянул на ухмыляющегося Георга, заставив того отпустить меня и отойти в сторону. Я, уцепившись руками за простыню, чуть привстал и уселся на коленки прямо на полу.
- Что у вас за порода такая, Каулитцы? Не смешные вы! – слегка обиженно произнес Листинг.
Теперь я, наконец, мог сделать то, что хотел: наклоняюсь и, чуть прикрыв глаза, целую брата в нижнюю губу. Том, шумно выдохнул и разомкнул губы, руками он обхватил мои плечи, притягивая к себе. Я поднялся с пола и, на секунду отстранившись от брата, пересел на краешек больничной койки. Затем снова прильнул к губам Тома, чуть покусывая и оттягивая зубами нижнюю. Брат тем временем переместил ладони на мою талию, задрав на мне футболку и поглаживая мои бока.
- Кхм… - послышалось недовольное кряхтение за спиной.
Я чуть подался назад, отрываясь от теплых мягких губ брата и напоследок жарко выдохнув в его отрытый рот, после чего Том все же убрал руки с моей талии. В дверях с весьма ошарашенным видом стоял Саки – ну, да, не каждый день в больнице увидишь целующихся близнецов.
- Я завтра приду, обещаю. Рано утром, как только проснусь – сразу к тебе, ладно? – будто спрашивая разрешения Тома, проговорил я.
- Я не доживу до утра… - тихо сказал Том – я поначалу даже испугался, подумав, что он говорит серьезно, но, вспомнив слова доктора, облегченно выдохнул; брат тем временем закончил фразу, - …без тебя.
- Вот увидишь, ты даже не заметишь, как пролетит время, и я снова буду здесь с тобой, - пообещал я и, быстро чмокнув брата в щеку, поднялся с постели и направился к двери.
Попутно прихлопнув отвисшую нижнюю челюсть Георга, я вышагнул в коридор и взглядом показал остальным, чтобы тоже выходили.
- Пока, Том! – попрощался Густав, следом закрывая дверь – он выходил последним…
Сидя на заднем сидении машины, я думал. Думал о брате, о том, как проведу сегодняшнюю ночь без него, о заблаговременно «угробленном» из-за наших планов концерте, о ребенке…
Войдя в квартиру, я первым же делом отправился на кухню – к мини-бару. Заранее зная, что не смогу заснуть в одиночестве, вынимаю последнюю бутылку виски и наливаю в стакан. Алкоголь обжигает горло, но у меня никак не получается делать маленькие глотки, поэтому, осушив стакан в два захода, подливаю еще виски и повторяю действия, пока не начинаю чувствовать легкое головокружение. Во всем теле появляется приятная слабость, но не сонливость. Отставляю пустой стакан и, выйдя из кухни, плетусь в нашу с Томом спальню. С трудом передвигая ноги, я все же достиг своей цели, почти не замечая удивленных взглядов парней, находившихся в гостиной. Дергаю за ручку и вхожу в комнату, включаю свет…
- Какого черта ты здесь делаешь?! – чуть не задыхаясь от возмущения, воскликнул я.
На нашей кровати, как ни в чем не бывало, сидел Йост. Услышав мой голос, Про повернулся в мою сторону и по его неясному блуждающему взгляду я понял, что он пьян.
- Детка! Это ты?! – обрадовано возгласил Дэвид.
Я немного напрягся – мне почему-то смутило его обращение ко мне. Он сказал «Детка»? Но меня скорее покоробило тон и выражение лица, с которыми он обратился ко мне. На лице Йоста играла какая-то нездоровая ухмылка, а глаза хитро блестели в свете лампы. Я сделал шаг к кровати.
- Слушай, Дэвид, я хочу спать. Иди в свою комнату, - попросил я, присев с другой стороны кровати где-то в метре от него, и принялся расстегивать ширинку джинсов.
- А я-то думал, что нашей Детке будет страшно спать без братика, - язвительно произнес Йост. – Это что, получается, я зря сюда пришел? – теперь его голос звучал сердито.
- Тебя никто не просил приходить… - безразлично ответил я, но все же еще раз взглянул на Дэвида.
Тот, поймав мой взгляд на себе, криво улыбнулся и поднялся с кровати. Я, не придав никакого значения его действиям, продолжил освобождаться от одежды: скинул джинсы вместе с кроссовками, стянул футболку… Чувствую, как холодная рука касается моего плеча, и дергаюсь с места, но Йост, схватив меня за предплечья обеими руками, с силой тянет на себя. Валит на постель и, перекинув через меня ногу, садится верхом, все еще удерживая мои руки. Я замер в ожидании того, что случится дальше. К тому времени алкоголь, выпитый мной пару минут назад, начал действовать нужным образом – одолевая сном. Я закрыл глаза, чувствуя тяжесть чужого тела, вдавливающего меня в матрас, и горячее дыхание на своей шее… За окном все еще слышался шум дождя…
POV Йоста
«Дэвид, что, черт возьми, ты делаешь?» - стучала в голове мысль, когда мои руки отчаянно сжимали тонкую талию этого неземного существа. Глаза Билла были закрыты, голова чуть повернута вбок, с его приоткрытых губ слетало тяжелое хрипловатое дыхание. Я наклонился: почувствовал горячий выдох на своем лице, едва не коснулся губ Билла своими… Резко отдергиваюсь, почувствовав, будто за мной кто-то наблюдает. Показалось… Смотрю на лицо Детки: такое красивое, юное, совсем не такое как мое. На нем нет ни единого отпечатка несовершенства, нет ни единой погрешности в идеальных пропорциях. И кожа такая гладкая и ровная, без всяких прыщей, что некогда досаждали нашей принцессе, будучи в переходном возрасте… Ангельское лицо. Не раз замечал за собой, что, глядя на него, на это лицо, забываю о том, что ангелы не живут на земле. Или все же есть один?.. Опускаю глаза ниже, спускаясь взглядом от подбородка к груди. Останавливаюсь на возбужденно торчащих сосках Билла. Облизываю пересохшие губы… Не удержался. Наклонился, лизнул розоватый сосок, поиграл с ним языком, обхватил губами. Билл чуть слышно простонал на выдохе и распахнул глаза. Выпускаю сосок изо рта, поднимаю голову, глядя на Каулитца и переместив руки с его талии чуть выше к ребрам. Билл слегка стыдливо опускает веки с пушистыми ресничками, что-то беззвучно шепчет одними губами, густо краснеет. Детка… Ему и сейчас очень подходит это прозвание…
Нет, я не должен этого делать. Я не могу так поступать с ним… Капелька пота, скатившись по виску Билла, упала на простыню. Его кадык резко дернулся при сглатывании. Чуть поглаживаю ладонями его горячую кожу, сильнее надавливаю и провожу кончиками пальцев по рельефности ребер, ощущая каждую косточку. Чувствую, как теплеет внизу живота, волна возбуждения будто пронзает мое тело, обращаясь сильной пульсацией в паху. Мой член, разбухнув, казалось, до нереальных размеров и, натянув ткань джинсов, уперся в живот Билла. Я чуть не взвыл от болезненных ощущений – только уткнулся носом в плечо Каулитца, глубоко вдохнув аромат его кожи и чуть не сходя с ума от такой близости. Билл дернулся и засопел подо мной – видимо я сильно навалился на него. Тяну вверх руку и зарываюсь ею в чуть всклоченные волосы Детки, расчесывая пальцами спутанные прядки. Второй рукой дотягиваюсь до своей ширинки, расстегиваю молнию и приспускаю джинсы на бедрах. Тело подо мной, наконец, ожило и даже стало сопротивляться, уперев свои ручонки мне в грудь и пытаясь отпихнуть от себя. Больше не в силах контролировать себя и откинув свои праведные мысли куда подальше, я спешно отстранился только для того, чтобы стянуть с Билла его боксеры. Тот, едва я коснулся его бедер, с силой лягнул меня под бок. Я скорчился от боли, но это лишь сильнее распалило меня… Да, я хочу его. Хочу, как никогда раньше и уже не скрывая своих желаний... Обхватив рукой обе ноги Билла и приподняв их, другой – я все же стянул с него боксеры и вмиг замер.
- Охренеть… - просипел я, с удивлением разглядывая именную татуировку на внутренней стороне бедра Детки.
«Блядь» - мысленно заключил я. Это уже верх извращения – татуировка с именем брата почти на самой заднице Билла. Интересно, как давно он сделал тату?.. Сглатываю большущий ком в горле и поднимаю взгляд выше, недоуменно уставившись на лицо Билла. Каулитц, не открывая глаз, что-то пробубнил себе под нос и выпутал свои ноги из моих ослабевших рук… Ткань моих трусов натянулась еще сильнее от такого возбуждающего, захватывающего зрелища, но вместе с тем я не мог даже пошевелиться – так сильно меня шокировало увиденное. Мой член уже изнывал, доставляя массу неудобств и болезненных ощущений; я глубоко вдохнул… Нет, теперь я точно не могу… Дело не в том, что мое желание резко притупилось, и не в том, что Билл уже был практически в отключке… Я не мог объяснить того чувства, охватившего меня. С каким-то угрызением совести я снова натянул трусы на худую задницу Билла, отвернулся и отсел на край кровати. Дышалось трудно: воздух был вязким и чересчур горячим… Черт, а я ведь чуть его не изнасиловал… Уже на все был готов…
Как ни странно весь хмель «выветрился» из моей головы, только перед глазами все еще стоял какой-то туман. Боль в паху постоянно напоминала о себе, и я все же решил, что если мне не суждено трахнуть Билла, то права дрочить на него у меня никто не отнимал…
Это так мерзко, гадко… Но хорошая дрочка мне не помешает… Разворачиваюсь лицом к Детке, предварительно просунув руку себе под резинку трусов, в то время как Билл уже видит какой-нибудь десятый сон…
- Билл, у тебя все в порядке? – дернувшись, резко сжимаю пальцами головку члена и против желания кончаю прямо себе в трусы.
Почти издаю облегченный стон, не вырвавшийся наружу лишь благодаря моим стиснутым зубам. На секунду задерживаю дыхание, затем все же выпускаю из легких раскаленный воздух и оборачиваюсь к двери. Едва успеваю выдернуть руку из своих трусов, прежде чем дверь открывается…
POV Густава
Услышав какие-то странные звуки, вхожу в комнату Билла и чуть не подпрыгиваю на месте от удивления: никак не ожидал увидеть здесь Дэвида.
- Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, устремив взгляд на Йоста.
Тот как-то встревожено посмотрел на меня, упорно пряча за спину правую руку. Повисла неловкая пауза. Перевожу взгляд на Билла: тот лежит почему-то поперек кровати с раскинутыми в стороны руками, полуспущенными трусами, и похоже уже спит.
- Я… просто зашел проверить… - стал сбивчиво оправдываться Дэйв. – А ты что не спишь?
- Я то же самое у тебя хотел спросить, когда…ну, увидел, что ты здесь, - я недоверчиво взглянул на Про; тот отвел взгляд в сторону.
- Пожалуй, нам всем уже пора лечь спать – сегодня был тяжелый день, - Йост поднялся с кровати и, обойдя меня боком, протиснулся в дверь. Я лишь еще раз отметил, что руку из-за спины он так и не убрал.
Дэвид громко хлопнул дверью, от чего окно – видимо неплотно закрытое – распахнулось, впуская холод и ветер в комнату. Я подошел к окну: то, что творилось снаружи, не было похоже на грибной летний дождик – скорее большущий ливень, какой обычно бывает в середине осени. Я вытянул руку, словив несколько крупных дождевых капель, затем стряхнул их и поспешил закрыть окно. Не доведи, Боже, если Билл простудится! Убедившись, что теперь окно точно хорошо закрыто, изолируя от бушующей стихии, я уже собрался отправиться в постель, но зачем-то остановился возле кровати. Смотрю на Билла: мне почему-то жаль его. Нет, не «почему-то», мне, в самом деле, жаль его и на то есть причины. Том – его брат, самый близкий человек – сейчас в больнице. Представляю, какого им обоим. Еще Билл в последнее время слишком часто срывается, психует – это на него совсем не похоже. А если судить по недавним событиям, имея в виду тот инцидент с «побегом», по этому поводу я могу сказать только то, что у Каулитцев какие-то планы из серии «top secret». Интересно, с каких это пор они тайком от всех что-то замышляют? Не иначе, что дело серьезное...
- Билл… - вздохнул я, подойдя ближе к кровати.
Склоняюсь над спящим Каулитцем и легонько похлопываю его по щеке. Тот недовольно бурчит сквозь сон и отмахивается от меня руками. Неожиданно Билл открывает глаза: полусонно и слегка удивленно смотрит на меня, хлопает ресницами.
- Ложись на подушку, - проговорил я, едва сдержав улыбку – Билл сейчас такой смешной, хотя по нему видно, что он далеко не в лучшем настроении.
- Голова болит, - как бы между прочим сказал Билл, поднимаясь. – У нас есть что-нибудь обезболивающее? – спросил он, забираясь под одеяло.
- Нет, - я покачал головой.
- Черт!.. Ну, ладно, Густ, можешь уже идти, - стал выпроваживать меня Каулитц, сам же улегся на подушку и натянул одеяло повыше. Я не стал протестовать и покорно направился к двери, но Билл снова меня окликнул. Я обернулся. – Если тебе не трудно, разбуди меня в восемь – хочу с утра зайти к Тому, - еле разборчиво пробубнил он из подушки.
- Хорошо, Билл, - благосклонно ответил я и отчего-то улыбнулся. – Спокойной ночи…
*20 июня – за день до операции*
POV Билла
Ночью я просыпался дважды… Мне снился самый бредовый сон из всех, что я когда-либо видел: снилось, будто я трахался с Йостом. Причем все выглядело очень реалистично, живописно и представлялось во всех подробностях. Казалось, я слышал собственные стоны из сна и, просыпаясь, загадочно прислушивался, пытаясь понять: стонал ли я вслух. В самом деле – бред. Абсурд. С какой радости мне снятся сны эротического содержания, причем с участием нашего ненаглядного продюсера?! Фу, блядь, противно!..
Утро я, разумеется, встретил в скверном настроении, что не удивительно после такой беспокойной ночки. Голова болела ужасно, в горле першило, а все тело ломило по понятной причине. Приподнявшись с постели, оглядываю свои руки, обернутые повязками на запястьях и локтях: теперь я вспомнил, что произошло вчера. Повернув голову, замечаю стоящего где-то в метре от меня Густава, который собственно меня и разбудил. Тот держит в руках стакан и, сделав шаг ближе, протягивает его мне. Беру стакан обеими руками, чтобы не уронить, осматриваю его содержимое – вода.
- Ты мой спаситель, - блаженно произнес я и, поднеся стакан к губам, сделал глоток.
- Ты вчера полбутылки виски выжрал…выпил, - укоризненно проговорил Густав.
Я чуть не выронил стакан из рук, поперхнувшись и пролив большую часть воды на постель. Откашлявшись, я поднял удивленный взгляд на Шеффера, на что он только покачал головой и отобрал у меня стакан. Спустя еще полминуты «торможения» я все-таки прихожу в себя и, наконец, выбираюсь из постели. Встав на ноги, ступнями чувствую холодный пол и чуть поеживаюсь, ощутив, как по всему телу пробежали мурашки. Плетусь к шкафу, по пути наткнувшись взглядом на свои джинсы, валяющиеся на полу еще со вчерашнего вечера… Постепенно память возвращается ко мне, а вместе с ней приходит толкование моего странного сна…
- Билл, ты как себя чувствуешь? – обеспокоено спросил Густав, увидев, что я стою посреди комнаты и тупо пялюсь в пол.
Мотаю головой, будто пытаясь отогнать подальше свои мысли, и все же подхожу к шкафу. Вытаскиваю первую попавшуюся футболку – а именно: футболку Тома – и, быстро напялив ее на себя, выхожу из спальни и иду на кухню.
- Привет, Билл. Кофе будешь? – любезно предложил Георг, едва я вошел в кухню.
Согласно киваю и с ногами забираюсь на диван. Листинг подал мне чашку с кофе, а сам уселся рядом, с каким-то интересом разглядывая меня. Отпиваю немного кофе и тут же чувствую приступы тошноты в желудке. Вчера я не ужинал, еще и виски выпил.
- Ты как? – кивнув на мои повязки, спросил Георг.
- Нормально, - я безразлично пожал плечами и откинулся на спинку дивана.
Делаю еще глоток и поворачиваюсь лицом к окну. За ним: холодное серое небо и неизменно сильный дождь, который, по всей видимости, закончится еще не скоро. По спине снова пробегают морозные мурашки. Ставлю чашку на стол и, натянув огромных размеров футболку на колени, таким способом греюсь. Футболка пахнет братом и, кажется, все еще хранит тепло его тела. Прикрываю глаза…
- Георг, где Дэвид? – слышу голос Густава, вошедшего в кухню.
Услышав упоминание о продюсере, распахиваю глаза и, чувствую, как меня охватывает волна отвращения. Снова беру в руки чашку с кофе и допиваю его одним глотком – горький.
- А он поехал договариваться насчет фото-сессии перед концертом, - объяснил Листинг, почесывая колено сквозь ткань джинсов.
Мой взгляд тут же упал на электронный циферблат наручных часов Георга: полдевятого. Вытягиваю ноги из-под футболки, чуть не запутавшись в ней, и вскакиваю с дивана.
- Эй, ты чего?! – встревожено воскликнул Густав.
- Мне нужно к Тому – я обещал ему, - пояснил я и уже направился к двери.
- Подожди, вернется Дэвид – вместе поедем в больницу, - посоветовал Георг.
- Вот только Йоста не хватало! – буркнул я. – Я как-нибудь сам разберусь, - Густав с Георгом переглянулись и непонятливо пожали плечами; махнув на них рукой, я направился в свою комнату.
Пинком распахиваю дверь и, шагнув за порог, тут же оседаю на пол, прижавшись спиной к этой самой двери. Меня немного штормит и желудок сводит, а сердце бешено колотится, так, что удары отдаются болью в груди. Учащенно дышу, чувствуя, как к горлу подкатывает тяжелый ком, а к глазам подступают слезы… В мысли врезался наш вчерашний разговор с Томом… Как раз перед тем, как случилось то, из-за чего брат попал в больницу...
…Я медленно растягивал сигарету, выдыхая дым на стекло и без того запотевшего окна, в то время как брат терпеливо ждал, когда я начну разговор. Голова немного кружилась – это наверно от дыма…
- Знаешь, - не спеша, начал я, все же подняв взгляд на брата, - мне кажется, мы еще настрадаемся из-за этой затеи с ребенком.
- О чем ты? – Том занервничал, по нему было видно: пальцы напряженно теребили край футболки, а взгляд был какой-то растерянный.
- Это ведь против законов природы. Кажется, так ты сказал? – сделав еще затяжку, я пристально посмотрел на брата.
- Что за бред?! Билл, ты сегодня очень странно себя ведешь, я не понимаю, о чем ты вообще тут говоришь!.. – Том поначалу вскипел, но спустя секунду как-то виновато опустил голову и резко выдохнул. – Ладно, прости. Видимо я от тебя заразился этой нервозностью.
- Ты дашь мне закончить? – я выразительно вскинул брови. – Лучше докури за меня, а то я не могу уже больше, - я протянул брату сигарету, - и успокойся, в конце концов!
- Я тебя внимательно слушаю, - Том крепко затянулся и сделал сосредоточенное лицо.
- Только не подумай, что я идиот… И не смейся, пожалуйста… Я просто… Я так думаю… Не то, чтобы я считаю, будто мы делаем что-то неправильно… - я не мог сконцентрироваться на своей воодушевленной речи, но все же попытался собраться и, глубоко вдохнув, продолжил, - …не спроста ведь все это… Видишь, даже погода против нас? Ведь, по сути, дождь никак не намечался, тем более такой сильный. Это не может ничего не значить... Нет, мне не страшно, просто… Я беспокоюсь, пройдет ли все как надо... Только не пугайся, ладно?! – поспешно сказал я, видя, как лицо брата до невозможности побледнело и окурок выпал из его руки. – Конечно же все будет хорошо! – заверил я Тома.
- Заткнись, Билл! Заткнись и подойди ко мне! – почти приказал Том, сверля меня тяжелым взглядом.
Я послушно заткнулся и соскочил с подоконника. Брат тут же протянул ко мне руки и, схватив за талию, притянул к себе. Я замер в его объятьях, даже не в силах вдохнуть воздух – так крепко Том прижал меня к себе. Закрываю глаза, утопая в нежности брата и чувствуя, как его сердце бьется совсем рядом с моим. Почувствовав, как Том выпустил меня из объятий, открываю глаза, но ничего не вижу. Только темноту. Я сначала немного испугался и, на ощупь дотянувшись до брата, инстинктивно обнял его, сомкнув руки за его спиной…
…Как я тогда был прав… Сколько еще напастей нам придется пережить, пока Господь, наконец, не смириться с нашим решением?.. Тишину нарушает резкий звонок телефона. Поднявшись с пола, осматриваюсь вокруг себя в поисках мобильника, пока вдруг не натыкаюсь взглядом на те самые джинсы, лежащие на полу. Наклоняюсь и, подхватив их, принимаюсь шарить по карманам. Телефон нашелся и я, даже не взглянув, кто звонит, нажал на прием и приставил трубку к уху.
- Билл? – послышался женский голос.
- Да, - немного неуверенно ответил я.
- Это Хильда, помнишь меня?
- Да, конечно, Фрау Шванне, - я почувствовал, как ноги подкосились, а внутри все затрепетало. Зачем она позвонила?
- Я по поводу операции, - будто прочитав мои мысли, сказала Фрау Шванне.
- Да, я слушаю, - я опустился на кровать, крепче прижав телефон к уху.
- Начну с того, что операция довольно сложная и времени на ее проведение нужно немало, поэтому вам с Томом необходимо придти с утра пораньше. Приходите в восемь, мы с вами разберемся еще с кое-какими моментами, - Хильда сипло прокашлялась в трубку и продолжила. – Вам повезло – как раз завтра выходит из отпуска доктор Хайнц. Он и будет тебя оперировать. Он самый лучший хирург. Герр Хайнц вам все объяснит и, если никаких проблем не возникнет, вполне возможно, что все пройдет отлично, - Фрау Шванне чуть помолчала, затем снова обратилась ко мне. - Билл, ты слышишь? В восемь утра, запомнил? Вместе с Томом, хорошо? Билл?..
- Я перезвоню… - сказав это, я нажал на отбой и откинул телефон на подушку.
Вот теперь мне точно хреново…
Спустя полчаса я был в фойе больницы. Когда входил сюда, заметил, как возле входа маячит парочка папарацци. Йосту это не понравится… Ну и черт с ним, мне наплевать…
Стянув со своей головы мокрый капюшон ветровки, я отряхнул чуть влажные волосы от дождевых капель и огляделся. Сегодня кажется суббота и народу сейчас не много, к тому же время еще раннее. С трудом припомнив, на каком этаже находится палата Тома, я отправился вверх по лестнице.
Дойдя до двери палаты, я уже потянулся к ручке, как вдруг дверь резко распахнулась, чуть не сшибив меня с ног – я едва успел отскочить. Из палаты вышла девушка в медицинском халате и с подносом в руках, на котором стояли стеклянные баночки с какими-то препаратами. Увидев меня, медсестра чуть нахмурила брови и принялась оглядывать меня с ног до головы.
- Верхнюю одежду оставь в коридоре, - девушки кивнула на мою ветровку. – Но без халата все равно не разрешается входить. Подойди вон к тому окошку, - медсестра указала куда-то в сторону, где, по-видимому, была гардеробная комната. Я закивал в ответ и тут же ринулся в указанном направлении.
Тихонько постучав в дверь, я тотчас открыл ее, заглядывая внутрь палаты. Вхожу и осторожно прикрываю за собой дверь. Том, увидев, как я вошел, чуть приподнялся с постели и тут же заулыбался мне. Я не мог не улыбнуться в ответ.
- Как ты себя чувствуешь, братишка? – я подошел ближе и легонько похлопал брата по плечу.
- Честно: хреново, - признался Том, но улыбка так и не сошла с его лица.
- Сейчас еще хуже будет, - уже не улыбаясь, серьезно сказал я.
- Так, говори, что случилось? – обеспокоено спросил брат и взглядом показал, чтобы я подошел к нему.
- Слушай, давай не сейчас. Я жутко по тебе соскучился, - я, сделав пару шагов, опустился на краешек койки сбоку от Тома. – Дай я тебя поцелую, мученик ты мой, - наклонившись, я припал к его губам; брат чуть подался вверх, отвечая на мой поцелуй.
Я с жадностью стал целовать Тома, активно двигая языком у него во рту и вместе с тем пиявкой присосавшись к его губам. Я целовал его сильно и дерзко, то кусая, то облизывая его губы. Брат тоже не отставал, втягивая в рот мой язык; Том резко схватил меня за ворот больничного халата, потянув на себя. Я чуть не поперхнулся, когда язык брата так глубоко проник в мое горло. Голова закружилась, сумка, которую я притащил с собой выпала из моих рук. Том схватил меня за волосы, вплетая в них пальцы и дергая на себя, я подался вперед и рухнул всем телом на брата. Тот болезненно застонал, разорвав поцелуй, и выпутав пальцы из моих волос.
- Ты же не хочешь, чтобы мы занимались сексом прямо здесь на больничной койке?.. – с трудом проговорил я, пытаясь приподняться.
- Именно этого я и хочу… - прошептал мне на ухо Том и снова притянул к себе. Мне вдруг стало невыносимо жарко…
Главы с 6 по 9
POV Тома
Такой родной, такой горячий. От него так приятно пахнет, но не парфюмом, а его естественным запахом. Запахом его кожи, его волос. Это так сводит с ума, это так возбуждает. И хотя я не видел Билла всего каких-то несколько часов, я невероятно соскучился. Не могу без него… Никого так не люблю как Билла…
- Том, я должен тебе кое-что сказать… - шепчет, чуть шевеля губами.
- Нет, потом скажешь, - перебил его я, - а сейчас я хочу, чтобы ты компенсировал мне ночь без тебя, - я лукаво улыбнулся, выжидательно похлопывая ладонями по бедрам брата. – И сними с себя этот дурацкий халат, он тебе не идет.
- Как скажешь, братишка, - беззаботно пожимает плечами, следом скидывая с себя халат, и снова тянется к моим губам.
Даже не целует, а просто облизывает мои приоткрытые губы и кожу вокруг них языком, время от времени проникая в мой рот. Игриво ловлю зубами его язык, чуть покусывая, и снова отпускаю. Отстраняется, разглядывает меня и издает тихий смешок. Прикладывает ладонь к моим губам, аккуратно стирая с них слюну. Чмокаю ладошку Билла, заставив его отдернуть руку и притворно надуть губы.
- Ну не тяни, - попросил я, почти умоляюще глядя на брата.
- Лежать, больной! – тычет в меня пальцем с ровным беленьким ногтем, после почти исчезает из моего поля зрения, свесившись с койки и ковыряясь в своей сумке. – Вот черт! – вернувшись ко мне, недовольно поджимает губы. – У меня нет с собой смазки.
- И что ты предлагаешь? – Билл несколько секунд неотрывно смотрит на меня, очевидно думая о сложившейся ситуации.
- Ладно, будем импровизировать. Только осталась одна маленькая проблемка: если войдет медсестра… - не дав Биллу закончить фразу, резко хватаю его за футболку и опрокидываю на себя.
Ухватившись за края, стягиваю с брата футболку и провожу холодными пальцами по его горячей коже от ребер вниз по изгибу талии. Спускаюсь на бедра и просовываю одну руку под джинсы Билла, чуть сжимая его упругие ягодицы. Брат отрывисто дышит, пристально глядя прямо мне в лицо и легко поглаживая мою грудь ладонями. Свободной рукой нащупываю его ширинку и тут же расстегиваю, потянув вниз за язычок на молнии, другой рукой провожу между ягодиц Билла, чуть надавливая пальцами на промежность. Брат, что-то тихонько промурлыкав, уткнулся лицом мне в ключицу и чуть отставил зад, чтобы было удобнее стянуть с него джинсы, что я и собираюсь сделать. Высовываю руку из джинов Билла и, ухватив за пояс, стаскиваю их с его бедер. Брат чуть приподнимается, полностью освобождаясь от джинсов, заодно стянув и трусы. Я тоже привстал, стянув с себя больничную рубашку, и откинулся назад, опершись на спинку кровати. Билл встал на четвереньки, подкрадываясь ко мне, будто пантера к своей добыче, схватил за край одеяла и резким движением стянул его с меня. Брат коротко хихикнул и принялся оглядывать меня, но с каждой секундой, с каждым изученным миллиметром моего тела, улыбка постепенно спадала с его губ. Вся его задорность переросла в недоумение.
- Не знал, что тебе так сильно досталось… - почти шепотом произнес Билл, оглядывая синяки на моей груди.
- Между прочим, это все твои кости, - усмехнулся я, таким образом пытаясь показать брату, что все в порядке. – Бедненький мой, костлявый.
- Дурак ты, Том, - беззлобно проговорил Билл, следом щелкнув меня по носу. – Я отработаю, честно, - брат, сказав это, одним резким движением оседлал меня и плутовски сверкнул глазами.
Мой возбужденный член уперся прямо в зад Билла, но единственной преградой все еще оставались мои трусы. Брат не спешил приступать к делу – только поерзал бедрами на моем члене, заставив меня издать тихий короткий стон. Слегка закусываю губу, вцепившись в бедра Билла и заставив его остановить движение; все же ухитряюсь просунуть под ним руку и стянуть чертовы тесные трусы.
- Билл… Черт, прекрати! – чуть не задыхаясь, проговорил я, когда брат снова потерся бедрами об мой член.
- Тсс… - Билл приложил палец к моим губам, затем чуть сполз вниз, так, что его лицо оказалось практически на уровне моего паха.
Губы брата легко коснулись головки члена, я зажмурился и съехал по спинке койки. Схватив его за плечи, заставил сильнее нагнуться и вобрать в рот мою плоть почти до половины. На мгновенье оторвавшись, одной рукой Билл заправил за ухо свои волосы, чтобы не мешались, пальцами другой руки провел по всей длине члена. Завел руку назад, просунув между ягодиц и разрабатывая свой анус. Затем снова вернулся к моему члену, проведя языком от основания к головке, вместе с тем продолжая растягивать себя пальцами. Чувствуя, что уже практически готов взорваться, я с почти мученическим стоном отстранил брата от себя, заставив его выпустить член изо рта.
- Давай же…иди ко мне… - с трудом выдавил я, сжав пальцами простыню.
Билл самодовольно хмыкнул, но все же подчинился. Встал на колени, расставив ноги по обеим сторонам моих бедер; я тут же вцепился руками в его ягодицы, раздвинув их и спешно пытаясь насадить его на свой перевозбужденный член.
- Э-эй, не так быстро-о! – возмутился Билл, сопротивляясь мне. – Пусти, я сам все сделаю! Тебе вообще физические нагрузки противопоказаны, - последнюю фразу брат произнес с явным сарказмом, но мне уже было все равно.
Скинув мои руки со своих бедер, Билл поудобнее расставил ноги, чуть подавшись назад и взяв в руку мой член. Я хрипло простонал, уже не боясь, что нас могут услышать, и чуть подался бедрами вверх, чтобы ускорить процесс «проникновения». Брат, сжалившись надо мной, медленно, но верно направил мой член в свой анус. Мне, не смотря ни на что, приходилось оставаться «пассивным» и только жалко поскуливать, пока Билл неспешно насаживался на мой твердый разбухший от сильного возбуждения орган… Меня абсолютно перестал волновать тот факт, что мы сейчас в больничной палате с незапертой дверью обнаженные и легко можем быть замеченными за своим нехитрым занятием. В глазах помутнело… Не сдерживаясь, синхронно стонем, когда Билл резко опустился на моем члене, и все мое естество полностью заполнило его нутро. Брат замер, зажмурив глаза и прикусив губу, на лбу красовалась напряженная морщинка.
- Ты как? – обеспокоено выдохнул я – меньше всего хотелось, чтобы ему было больно.
- Мм… Сейчас… - мотает головой, пытаясь справиться с болезненным спазмом, и, глубоко вдохнув, начинает немного раскачиваться на моем члене…
Я стонал в голос, запрокидывал голову назад и сильнее придавливал к себе тело брата. Билл задыхался, поднимаясь и опускаясь на мне, уперся ладонями в мою грудь, двигаясь в бешеном ритме и время от времени блаженно прикрывая глаза. Я с силой сжимал его бедра, заставляя еще резче и быстрее насаживаться на мой член. Билл, в свою очередь сжимал или, наоборот, расслаблял мышцы ануса, доставляя массу удовольствия нам обоим. Почти извивался в моих руках, выгибая спину и упираясь коленями в жесткий матрас. Я растворялся внутри него, утопая в целом урагане ощущений... Наш с Биллом секс никогда не был похож на обычный трах, не основанный на каких-либо чувствах: это было подобно полному соединению душ и тел в пламенном порыве страсти и любви. О лучшем невозможно и мечтать, ведь у меня уже есть самое лучшее… С ним я всегда возношусь на пик ощущений, эмоций и безграничной нежности… Мой самый дорогой и любимый брат… Вздрагивает и так сладко стонет, когда головка задевает простату. Не меняя направления своих движений, резко насаживается на член, сопровождая свои действия протяжными звучными стонами…
Все это продолжалось не больше пяти минут, хотя и казалось, что время остановилось, замерло на тот момент. Конец уже вот-вот наступит, но так не хочется отпускать это пылкое сладостное чувство… Последний рывок – и я с гортанным стоном выплескиваюсь внутрь Билла. Еще несколько секунд пытаюсь отдышаться, все еще поглаживая чуть влажные бедра брата и остро чувствуя его легкую дрожь, отзывающуюся в моем теле слабыми пульсациями. Взгляд немного проясняется и картинка перед глазами становится четче: Билл так и замер в той же позе, обхватив пальцами свой немного обмякший член и прерывисто дыша.
- Прости, солнышко, - как можно ласковей сбивчиво проговорил я, увидев, что брату так и не удалось кончить. – Тебе помочь? – я накрыл его руку, сжимающую член, своей.
- Нет, не нужно, - Билл убрал мою руку и осторожно приподнялся с меня.
- Билл, все в порядке? - я удивленно уставился на него.
- Да, все нормально. Просто…наверно это все от волнения…стресса, - вздохнул брат, спустившись на пол и поднимая разбросанные вещи.
- Прости… - сам не зная зачем, я просил у него прощения.
- Ты не виноват, Том! – едва не прокричал брат, бросив на койку взятую с пола сумку. – Черт, извини, сигарету хочешь? – я недоуменно взглянул на Билла, но все же согласно кивнул. – Быстро мы управились, - сказал он, глядя на часы и, вынув из сумки пачку сигарет, протянул ее мне. Меня почему-то не удивило то, что он носит с собой мои сигареты.
Отыскав свои трусы, спешно напяливаю их на себя и, взяв протянутую пачку, вытаскиваю одну сигарету. Брат подсовывает мне зажигалку, а сам, присев с краю, натягивает на себя джинсы. Поджигаю кончик сигареты и сильно затягиваюсь, чувствуя, как дым обволакивает легкие.
- А ты не закуришь? – спросил я, выпустив изо рта струю сероватого дыма.
- Нет, - отрезал брат. – Я открою окно, - Билл встал и, обойдя койку, распахнул оконную раму.
- Ты прав…не стоит тебе загрязнять организм всякой дрянью, ведь на кануне операция, - я заметил, как брат побледнел после моих слов. Или это просто его лицо так отражает свет?
- Об этом я и хотел поговорить… - тихо сказал брат, неотрывно глядя в окно.
- Билл, что… - не успеваю договорить – дверь резко распахивается и в палату влетает медсестра.
- Что вы себе позволяете?! – девушка подбегает ко мне и выхватывает из руки сигарету. Подлетает к окну и, отпихнув в сторону Билла, выбрасывает сигарету на улицу. Закрывает раму и, развернувшись лицом ко мне, кидает на меня свирепый взгляд. Яростно раздувает ноздри, прожигая меня глазами, затем переводит взгляд на брата.
- Вы что, вообще из ума выжили?! Забыли, где вы находитесь?! – взбешенно прокричала медсестра.
Билл устало вздохнул, отвернувшись к окну, а я только глупо хлопал глазами, глядя на красное лицо девушки. Та еще несколько секунд обильно заливалась краской, все ее лицо перекосилось от злости.
- Я немедленно сообщу администрации о вашей выходке! – прошипела медсестра и, нервно вздернув плечи, направилась к двери, что-то бурча себе под нос.
Когда дверь, наконец, захлопнулась, я снова взглянул на брата, но он даже не обернулся. С минуту просто молча смотрю на него, но ничего не происходит. Затем я тихо позвал его, но реакции опять не последовало.
- Билл, - снова обратился я.
Он все же повернул голову, а я только сейчас смог разглядеть слезы, поблескивающие в его глазах. Внутри все сжалось. Резкая боль прожгла меня изнутри и отдалась где-то в голове противным звоном. Я почувствовал легкое недомогание и пару раз сморгнул, пытаясь избавиться от этого чувства. Взмахом руки подозвал брата к себе, тот, спешно стерев слезинки со своих щек, все же подошел ближе.
- Том, у нас ничего не получится… - не выдержав, всхлипнул Билл.
Я, не говоря ни слова, выставил вперед руки, ухватив брата пониже локтей и притягивая к себе. Билл чуть склонился ко мне, опершись коленом на край койки, но не позволил мне обнять его. Я взглянул на его лицо: брови были чуть сдвинуты, на лбу все та же морщинка, глаза покрасневшие, уголки губ чуть опущены. Я обреченно вздохнул.
- Билли, расскажи, что все-таки случилось? – внимательно глядя ему в глаза, попросил я.
Брат покраснел еще сильнее, его губы скорбно разъехались в стороны, изо рта вырвался горестный рев. Крупные слезы падали на простыню; Билл вдруг отскочил от меня, оседая на пол и пряча лицо в ладонях.
- Мы не сможем! Как мы сможем быть в клинике завтра в восемь утра?! – заливаясь истошными рыданиями, прокричал брат. – Том, я не пойду…я не смогу…Как я…я не могу без тебя! Нам нужно быть там завтра! Нам с-с…тобо-ой… - сквозь слезы бормотал он.
Прихватив с пола рубашку, надеваю ее на себя встаю с постели. Поднявшись на ноги, чувствую, слабое головокружение и, чуть пошатнувшись, делаю шаг ближе к брату. Чуть нагибаюсь и, схватив Билла под мышки, вздергиваю на ноги и крепко-крепко прижимаю его к себе. Он весь дрожит, всхлипывает почти ежесекундно и слабо упирается сжатыми кулачками в мою грудь. Глажу его подрагивающую спину, тихо шиплю ему на ухо – успокаиваю. Жалобно скулит, вцепляется зубами в мое плечо, весь колотится как от лихорадки. Ноги подкашиваются, когда брат всем телом наваливается на меня, стискиваю зубы, чтобы не застонать от боли, чувствуя его ногти, впивающиеся в мою грудь через ткань рубашки.
- Билл… Билл… - повторяю раз за разом, чувствуя горячие слезы на своих щеках; а мое плечо уже мокрое от его слез. – Билл, ты пойдешь в эту чертову клинику! – кричу не в силах больше сдерживать ни слез, ни непонятно откуда появившейся злобы. – Более того, я пойду с тобой. Вместе. Слышишь? Мы смоемся к черту отсюда! Билл, ну хватит плакать…
Брат на какое-то время затихает, только часто-часто и сбивчиво дышит. Решив, что все уже позади, разжимаю объятья, но Билл внезапно хватает меня за рубашку, так, что она трещит по швам.
- Обещаешь? – вскидывает голову, глядя на меня своими заплаканными глазами.
Улыбаюсь. Почти по-настоящему. Мягко отстраняю брата от себя, заставив его разжать пальцы и отпустить ткань рубашки. Большим пальцем бережно стираю слезы с его лица, другой рукой придерживая Билла за талию.
- Обещаю, - серьезно и предельно честно ответил я.
Брат кивнул, будто соглашаясь с тем, что я говорю правду, и положил голову мне на грудь, прикрыв глаза и все еще не переставая тихонько всхлипывать. Я облегченно вздохнул... Ни в коем случае не собираюсь обманывать брата – даю честное слово, что любыми способами мы попадем на операцию… Немного раскачиваюсь из стороны в сторону, будто убаюкивая Билла в своих руках; почувствовав, что кроме нас здесь кто-то еще, поворачиваю голову вбок. На пороге палаты стоят Густ, Георг и Йост, все как-то растерянно смотрят на нас с Биллом. Пожимаю плечами, будто этим жестом отвечая на немой вопрос, повисший в глазах парней и Дэвида, и кивком приглашаю их войти в палату…
POV Йоста
Протягиваю Биллу стакан воды вперемешку с какой-то дрянью. Что-то вроде успокоительного, что принесла медсестра. Младший Каулитц дрожащими пальцами забирает лекарство, как-то испуганно глядя на меня. Неужели думает, что я буду кричать на них с Томом? А может он что-то помнит о сегодняшней ночи?..
До сих пор не могу отойти от увиденного: Том, стоящий босиком на полу и прижимающий к себе брата; зареванный Билл; медсестра, ввалившаяся в палату с целой бригадой врачей, которая чуть ли не пинками пыталась отправить старшего Каулитца обратно в койку… А я стоял, как полный придурок, не в силах даже сдвинуться с места, только неотрывно смотрел на Билла – мне стало настолько жаль его, что я сам чуть не пустил слезу…
Сейчас Каулитц-младший сидел рядом на постели брата, все еще тихонько всхлипывая. Том с такой нежностью и заботой смотрел на него, гладил подрагивающие плечи Билла, изредка нашептывая ему на ухо что-то успокаивающее. Младший в это время, изо всех сил борясь со всхлипами, мелкими глотками попивал «лекарство» и тут же наморщивал носик – видимо эта жидкость была неприятной на вкус. Я чуть заметно улыбнулся: все-таки эти близнецы меня очень умиляют. Такие смешные и такие…нежные по отношению друг к другу… Черт возьми, это и есть та самая настоящая любовь, в которую никто не верит!..
Чувствую, как Георг сильно пихает меня в бок и, повернув голову, вопросительно смотрю на него. Листинг взглядом показывает на Тома, и я сразу врубаюсь, что он от меня хочет.
- Том, - старший Каулитц поднял голову, уставившись на меня, - врач сказал, что тебя выписывают в понедельник утром, - оповестил его я. – Фото-сессию я заранее отменил, а вот концерт мы все же отыграем в понедельник вечером.
Том чуть хмурится и как-то заговорщицки переглядывается с братом. Билл надувает губы, как будто сейчас снова разревется; нет, я ошибся: он только уткнулся взглядом в пол и снова отпил из стакана.
- Да что у вас случилось? Чего вы такие кислые?! – не выдержал Георг.
Каулитцы даже не отозвались, будто вообще не слышали слов Листинга. Я вздохнул: с самого утра меня преследует чувство усталости…и эта блядская татуировка между ног… Мотаю головой, отгоняя видение, всплывшее в памяти после «бурной» ночи. Кидаю взгляд на Билла: он весь такой бледный и вид у него нездоровый. Блядь, только этого не хватало!
- Послушай, Билл, - я нерешительно шагнул к нему, - тебе не мешало бы выспаться хорошенько.
- И поесть! – прибавил Георг, выглянув из-за моей спины.
- Послушай, Дэвид, - передразнил меня Билл, - я никуда не пойду. Я останусь с Томом, - тихо сказал он и прижался боком к брату, бережно и как-то опасливо обнял, как будто боится, что его отнимут.
Я немного напрягся: нет, мне все это не нравится, здесь точно что-то не так. И это «что-то» меня очень напрягает. Устало потираю лицо ладонями и, все же сдвинувшись с места, подхожу к окну. Опершись спиной на подоконник, я еще раз взглянул на близнецов… Только сейчас заметил, как Билл на меня смотрит. Как-то вызывающе, пронзительно. Я только хотел открыть рот, чтобы узнать, в чем дело, но младший Каулитц осек свой взгляд и, резко развернувшись лицом к брату, смачно засосал его в губы. Какого черта?
Я стоял с открытым ртом, неотрывно глядя на эту «парочку» и чувствуя, как лицо заливается краской, а кровь в жилах буквально закипает… Том перехватывает Билла за талию, прикрывает глаза и энергично шевелит губами, отвечая на поцелуй. Каулитц-младший, не разнимая губ, придвигается ближе к брату, чуть не залезая к нему на колени. Я хуею… Перевожу ошарашенный взгляд на Георга с Густавом, те непонимающе хлопают глазами, поглядывая то на меня, то на Каулитцев… С моего ракурса хорошо видно, как Билл косится на меня во время поцелуя, будто проверяя: смотрю я или нет? Кажется, начинаю понимать. Хмыкаю и отворачиваюсь, скрестив руки на груди.
Я вижу, Билл. Я вижу, что ты принадлежишь ему. Я все понимаю...
- Я все понимаю… - неожиданно повторяю вслух.
Слышу громкий чмок, с которым прерывается поцелуй. Медленно поворачиваю шею, почувствовав, что мои слова привлекли немало внимания. Густав с Георгом синхронно вылупились на меня, Том тоже смотрит так, будто я сумасшедший. И только Билл слегка вопросительно, но спокойно смотрит на меня… Он знает, что я имел в виду. Наверно поэтому он сейчас улыбается…и смотрит на меня с какой-то благодарностью.
- Мне нужно работать, - пробормотал я, опустив глаза и отходя от окна.
Я уверен, все поняли, что я вру, что нет никакой «работы», но мне просто необходима какая-то отмазка, чтобы уйти отсюда. Я не могу здесь больше находиться. Не могу больше чувствовать всей напряженности обстановки. Слишком все странно. Это невыносимо…
- Увидимся вечером, - сказал я Георгу с Густом; взглянул на Каулитца-старшего и тут же перевел взгляд на младшего.
Билл одобрительно кивнул и улыбнулся. От этой его улыбки почему-то так полегчало, стало спокойнее на душе. Он не злится на меня – это утешает. И все же…я знаю, куда я пойду «работать». Очевидно, кабинетом мне сегодня послужит какой-нибудь бар…
POV Билла
После ухода Дэвида я еще какое-то время молча сверлил взглядом поверхность двери, даже не чувствуя, как собственные губы расплываются в улыбке. Кто-то машет перед моим лицом ладонью. Смаргиваю и поворачиваюсь: это Том.
- Чего это ты так улыбаешься? – брат как-то подозрительно взглянул на меня.
- Нет, ничего, - все же стерев с лица совсем неуместную улыбку, ответил я.
Дэвид… Это так на него не похоже… Какое-то странное чувство появилось после его ухода. Но самое главное, что он все понимает. Теперь понимает. И мне так спокойно, так легко… Но все равно страшно…
- Билл, - меня тормошат за плечо, заставляя обернуться, - не хочешь чего-нибудь перекусить? – заботливо поинтересовался Густ. – Мы сейчас отправим Саки в какую-нибудь кафешку.
- Не откажусь, - плюхаюсь рядом с братом и вытягиваю ноги вдоль узкой койки.
Том чуть потеснился, позволив мне улечься поудобнее, и тут же положил руку на мое плечо… Несмотря ни на что, чувство тревоги все же осталось. Я чертовски боюсь этой операции. Хочу, чтобы все поскорее закончилось…
Наш небольшой перекус отразился на мне не самым лучшим образом: меня тошнило, желудок просто отказывался удерживать пищу внутри. Густав помог мне добраться до туалета и даже подержал мои волосы, чтобы не испачкались, пока меня рвало. Он наверно уже пожалел о том, что захотел меня «накормить».
- Мне нужно забрать одежду Тома из нашей квартиры, - промямлил я, сплевывая в унитаз, затем вытер губы рукавом и поднялся на ноги. – Сможешь достать? – обратился я к Густаву.
- Зачем тебе? – подтолкнув меня к умывальнику и включив воду, поинтересовался тот.
- Мы завтра утром сваливаем отсюда, - честно ответил я и, набрав горсть воды, выполоскал рот.
- Может, расскажешь, что вы задумали? – Густав вопросительно посмотрел на меня.
- Нет, не сейчас, - закрываю кран и, подняв голову, разглядываю себя в зеркале: вид у меня ужасающий. – Еще не время, - добавил я уже тише.
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |