Активизируем? |
|
Парапланы над Южным |
Метки: сахалин параплан параглайдинг экстрим |
Сахалин в массы! |
Метки: сахалин друзья острова сахалин |
Кушать камбал - вкусссссно. |
Метки: еда рецепт камбала |
Святыни Косова |
![]() |
Оборонительные сооружения перед воротами монастыря Высокие Дечаны: кольца колючей проволоки и дзот-КПП |
![]() |
Национальный центр сербов Косово и Метохии - город Косовская Митровица. Город разделен на две части - сербскую и албанскую - между которыми стоят войска НАТО и ООН. |
![]() |
Храм Св. Троицы в селе Петрич, разрушенный албанцами летом 1999 года. Начиная с 1999 года в Косово и Метохии было разрушено более 150 храмов. |
![]() |
Сербский поселок в окрестностях монастыря Баньска. |
![]() |
Инок из монастыря Баньска. |
Метки: косово монастырь |
Аудио-запись: Йеху. песня "Бадминтон". |
![]() |
Йеху. песня "Бадминтон".Поёт автор музыки и слов Александр Кротов. |
Метки: йеху. песня "бадминтон". |
Аудио-запись: Йеху. песня "Берингов пролив". |
Метки: йеху. "берингов пролив". |
Аудио-запись: Йеху. песня "В городе Южно-Сахалинске". |
![]() |
Йеху. песня "В городе Южно-Сахалинске".Поёт автор музыки и слов Александр Кротов. |
Метки: йеху. песня "в городе южно-сахалинске". |
Аудио-запись: Йеху. песня "Сахалин". |
Метки: йеху. песня "сахалин". |
южно-сахалинск |
Сегодня у моего родного и любимого города День Рождение!!
Южный, С ПРАЗДНИКОМ!!!!
С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!!!!!
Спасибо за всё то, что дал мне!
За тех, с кем познакомил!
За те минуты радости и счастья!
За те цели, которые помогт поставить!
За те преграды, которые пришлось и приходится преодолевать!
Спасибо тебе за всё!
Я очень хочу, чтобы ты продолжал так же развиваться в лучшую сторону!
Становился краше и уютнее, становился добрее!
Сахалинцы с праздником вас!
Хоть я и далеко, ребята, но я с вами!Так что и на меня разливайте!))
Озеро Верхнее
Зима
Ночной Южный прекрасен с высоты "горного воздуха"
Железочка
Вот такие у нас сугробики бывают=)
Наша гордость-музей краеведческий
Метки: южно-сахалинск фото южно-сахалинск фото антон_пяскорский |
Аудио-запись: Где Сахалин |
Музыка |
![]() ![]() 137 слушали 1 копий |
Sacrilegus
![]() |
Где |
Метки: вермут - сахалин |
Комментарии (1)Комментировать |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: острова голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев фото голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев фото голофеев аэроснимки |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев фото голофеев южно-сахалинск аэропорт |
Без заголовка |
Метки: край света кунашир фото голофеев фото голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света кунашир фото голофеев фото голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света кунашир фото голофеев фото голофеев |
Край света. Часть 7. Мыс Столбчатый. |
Метки: фото кунашир край света голофеев фото голофеев мыс столбчатый |
Без заголовка |
Метки: край света кунашир фото голофеев фото голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света кунашир фото голофеев фото голофеев |
Без заголовка |
Метки: край света курилы фото голофеев голофеев фото |
Без заголовка |
Метки: край света голофеев фото голофеев |
Без заголовка |
Метки: корсаков фото фото корсаков голофеев фото голофеев |
Без заголовка |
![]() | ![]() | ![]() | ![]() |
![]() | ![]() | ![]() | ![]() |
![]() |
Метки: сахалин кунашир курильские острова курилы |
Без заголовка |
Истинная история Руси. Даты.
Сейчас 32.514 год по летоисчислению славян
Метки: "истинная история славян" |
Без заголовка |
Метки: 90е |
Без заголовка |
Японский солдат периода Второй мировой войны был упорным, выносливым и находчивым бойцом. В степях и долинах Маньчжурии и Китая, в туманных джунглях Бирмы и островов южных морей, на коралловых атоллах Тихого океана — повсюду японская армия показывала свое фанатическое упорство в бою. Американские, британские, австралийские, новозеландские, советские и китайские солдаты обнаружили, что японский пехотинец столь же хорош, как и его германский соратник, а может быть, и превосходит его. Еще важнее оказалась способность японского солдата применять в боевой обстановке современные технологии. Хотя пехота и оставалась основой армии Японии, ее солдаты располагали большим арсеналом оружия, включая танки, стрелковое вооружение, самолеты и артиллерию. Когда это вооружение сочеталось с тактическими и оперативными доктринами ведения наступательных и оборонительных операций, воины Японской Императорской армии могли более чем соответствовать своим западным противникам.
Истоки боевых способностей японского пехотинца восходят к военному прошлому страны. Воспитанный в традициях воинов-самураев, японский солдат, будь то офицер или рядовой, был умелым бойцом, обученным в духе древнего искусства ведения войны. Действительно, милитаризм оказывал сильнейшее влияние на все японское общество на протяжении его истории с XII века и до первых контактов с Западом в 1856 году. Он чрезвычайно повлиял и на развитие Японии как современного государства. Самураи не просто были политической элитой, общество воспринимало их как совесть нации. Мораль и дух воина так же обеспечивали влияние самураев на общество, как и материальные рычаги.
Понимание этого факта позволяет уяснить причину возникновения «параллельного» военного правительства, возглавляемого кабинетом сегуна, или генералиссимуса. В отличие от средневековой Европы, самураи превосходили аристократию и в культурном, и в политическом лидерстве. Со временем японское общество стало милитаризованным, основанным на феодальных понятиях службы и лояльности к нации. За время контактов Японии с конфуцианским Китаем неоконфуцианская философия, в свою очередь, влияла на развитие кодекса воина, или Бусидо. Именно «дух воина», или Бусидо, подвиг Японию в 1856 году, после прибытия американской эскадры коммодора Мэтью Перри, впервые открыть свои двери Западу, а затем вдохновил ее на быстрый территориальный рост в Северо-Восточной Азии. Начиная с оккупации Тайваня в 1895 году, и до конца Первой мировой войны, когда японские армии захватили германские концессии в Китае, Япония приступила к расширению своей империи. В межвоенный период (1919-1941) в политическом и военном влиянии в Азии она уступала только Соединенным Штатам.
Распространению границ империи в этот период способствовало мощное развитие ее вооруженных сил, и в особенности наращивание на западных рубежах армии и флота, которые постоянно вдохновлялись древним воинским духом. Именно он продвигал японские войска на Тихом океане и в конце концов в сентябре 1945 года привел к поражению от тех самых западных стран, которые когда-то познакомили самураев с современным оружием.
Как и большинство западных держав, Япония готовила свою армию ко Второй мировой войне три первых десятилетия XX века. Хотя японская армия, получившая современное вооружение, изучала методы ведения войны, применявшиеся западными государствами в ходе Первой мировой (1914-1918), многие старинные приемы и способы обучения солдат сохранялись спустя долгое время после появления в Японии начиная с Реставрации 1868 года французских, германских и в меньшей мере британских военных инструкторов.
В течение столетий самураями сливались воедино некоторые аспекты учений дзена и неоконфуцианства, что в конечном счете привело к возникновению Бусидо (кодекса воина). Дзен привнес в японское общество жесткую дисциплину или гражданскую форму милитаризма (со временем укрывшуюся под покровом военных искусств), а конфуцианство — подчеркнутый патернализм; в результате Япония оказалась открытой для милитаризма самурайского класса. Эта философия быстро сплотила раздробленную феодальную страну, точно так же как Бисмарк после 1864 года смог объединить Германию, опираясь на прусскую армию. Дзен-буддизм, который проповедовал монах секты дзен Нантембо (1839—1925), оказал большее влияние на японский милитаризм, чем официальная религия государства — синто, поскольку большинство выдающихся гражданских и военных деятелей в начале XX века склонялось к проповедям Нантембо.
Помимо дзена и конфуцианства, японское военное искусство испытывало влияние даосизма и синтоизма. После почти столетней гражданской войны Япония объединилась благодаря влиянию класса самураев на японское общество. Знаменитый мастер меча Миямото Мусаси в своей «Книге пяти сфер» подчеркивал различия влияния дзена и конфуцианства на японскую культуру. Он писал: «Буддизм — путь помощи людям. Конфуцианство — путь цивилизации». По мере того, как в конце XIX века эволюционировал японский милитаризм, обе традиции все теснее сплетались с развитием взглядов самураев и со временем превратились в цельный социокультурный стиль жизни, породив таким образом японский милитаризм.
Японский милитаризм и Бусидо
Книга Мусаси может служить ключом для понимания японского воинского искусства в том его виде, в каком он сложился в конце XIX и XX веках. Мусаси писал, что «искусство войны — один из разнообразных путей японской культуры, который должен изучаться и практиковаться как политическими лидерами, так и профессиональными воинами». В «Пяти сферах он указывал: «Искусство воинского дела есть наука военных специалистов. Это искусство должны познать прежде всего вожди, но и солдатам должно знать эту науку. В наши дни уже нет воинов, правильно понимающих науку военных искусств».
У японского солдата развивали такие качества, как преданность императору, самопожертвование, слепая вера, подчинение офицерам и опытным солдатам, а также честность, бережливость, отвага, умеренность, благородство и вместе с тем чрезвычайно развитое чувство стыда. Это, в свою очередь, приводило самурая (и японского солдата) к принятию восходящего к VIII веку обычая ритуального самоубийства — сэппуку или харакири путем взрезания себе живота (после чего помощник уходящего из жизни должен был отрубить ему голову). Это важно знать, поскольку ритуальные самоубийства стали причиной возникновения многих мифов, с помощью которых европейцы пытались понять душу японского солдата и мотивы, которые двигали им на поле боя. Гораздо важнее осознать тот простой факт, что смерть и возможность смерти были постоянной составляющей повседневной жизни японца в феодальный период. Мусаси постоянно возвращается к этому:
«Люди обычно представляют, что все воины думают о том, как изготовиться к приходу постоянно грозящей им смерти. Но что касается смерти, то воины — не единственные из тех, кто умирает. Все люди, сознающие свой долг, должны стыдиться его нарушить, понимая, что смерть неизбежна. В этом отношении нет различий между классами».
Бусидо, кодекс воина, включал в себя те же принципы, которые Мусаси провозглашал в «Пяти сферах», в том числе концепции героизма, смерти и чести. Хотя класс самураев и феодальный порядок, при котором он формировался, во второй половине XIX века были отменены императором Мейдзи специальным указом 1873 года, известным как Императорский рескрипт, японцы, тем не менее, оставались верны кодексу Бусидо. Императорский указ положил конец эпохе феодализма в Японии и при этом стал основой для строительства японской армии современного образца. Императорский рескрипт включал «Пять слов», ставших кодексом поведения для офицера и солдата. В них утверждалось:
1. Солдат должен исполнять свой долг перед страной.
2. Солдат должен быть учтив.
3. Солдат должен выказывать отвагу на войне.
4. Солдат должен держать свое слово.
5. Солдат должен вести простую жизнь.
Японские офицеры и солдаты очень серьезно относились к этим пяти указаниям. Со временем они были включены в Сендзинкун, или солдатский устав, которым руководствовались японские войска в период Второй Мировой Войны. Как писал после окончания войны один японский офицер, «мы упорно трудились в период обучения, храня в своих сердцах «Пять слов». По моему разумению, они являлись основой подобающего нам образа жизни». Японский премьер-министр генерал Хидэки Тодзио постоянно напоминал своим войскам об их обязанности биться до конца или «покончить с собой» при исполнении своих обязанностей, как к этому призывал солдатский устав.
Сендзинкун абсолютно точен в своем главном посыле: преданность долгу и императору. Лояльность устав считал «главной обязанностью» японского солдата. Сендзинкун учил: «Запомни, что защита государства и возрастание его мощи зависят от силы армии... Помни, что долг тяжелее горы, а смерть легче пуха...» Японским солдатам также предписывалось быть учтивыми по отношению друг к другу и к обороняющемуся противнику. Это может показаться странным, если вспомнить, что творили японские войска в Китае и на островах Тихого океана, но кодекс Бусидо прямо осуждал солдат, которые не могли выказать сострадание как к мирным жителям, так и к противнику. Что же касается уважения к власти, то Сендзинкун провозглашал, что солдаты должны беспрекословно исполнять приказы командиров.
Значение доблести
Кодекс воина указывал, что солдат должен проявлять мужество. При этом японскому солдату полагалось уважать «низшего» врага и почитать «высшего», другими словами, согласно Сендзинкун, солдат и матрос должны были быть «истинно доблестными». Солдату предписывалось быть верным и послушным. Под верностью понималась готовность солдата-японца всегда защищать его мир. В то же время офицеры постоянно напоминали солдатам о послушании и необходимости исполнять все обязанности. Наконец, устав предписывал солдату вести простую жизнь, избегая «роскоши, изнеженного поведения и вычурности».
Помимо этого, Сендзинкун подчеркивал, что главная обязанность солдата — сражаться и при необходимости умереть за Императора. Практика самоубийств или сражения «до последнего» была широко распространена в императорской армии, как это показывают примеры Пелелеу и Сайпана (1944) и Иводзимы (1945). Отчасти такой фанатизм или фатализм прививались молодым рекрутам офицерами и старослужащими солдатами в период интенсивного трехмесячного обучения, «превращавшего их в фанатиков, готовых умереть за своего императора, свою страну и во славу своих полков».
Но все равно, сложно понять, почему японские солдаты, матросы и летчики с такой готовностью шли на смерть. Лучше понять это помогает тот факт, что малайские предки современных японцев были энергичными и храбрыми и в то же время обладали покорностью и лояльностью, полученными от монголов. Эти качества соединились в типичном японском солдате и могли быть выявлены при правильном воспитании и взращивании. После интенсивных тренировок японский солдат начинал верить, что он мог сражаться с храбростью, напором и отвагой, недоступными его противнику, выполняя приказы своих командиров и беспрекословно им подчиняясь.
Воинская служба и Бусидо
Такие качества японского солдата, как преданность долгу и стремление к самопожертвованию, в дальнейшем использовались для подготовки, обучения и развития воинских навыков. При этом японский солдат полагался на киай — фантастическую силу, или источник мощи, сокрытый в каждом человеке, которого можно достичь собственным усилием. Он был основой японских воинских искусств и умений. Термин ки означает «мысль», или «воля»; значение термина ай противоположно понятию «единение»; в целом суть киай может быть передана как мотивированная мощь, соединяющаяся со стремлением превзойти противника. Отсюда вытекает принцип превосходства духа над материей, лежащий в основе японских искусств дзюдо и карате.
Влияние киай на сознание самурая было невероятно мощным. Вскоре воины-самураи (а следовательно, и японские солдаты) пришли к вере в то, что преград выносливости человека не существует. Японское военное руководство использовало дух киай в качестве практического элемента воинской подготовки. Считалось, что при правильной мотивировке японский новобранец способен преодолеть любые преграды и тяготы. Полагали, что при правильном воспитании дух киай, или хара («внутренности»), может обеспечить солдату сверхчеловеческие качества. В результате японская армия приняла такие тяжелые методы обучения и тренировки солдат, каких не было, пожалуй, ни в одной другой армии мира. Одним из способов наказания, например, был 80-километровый марш; в период обучения солдат проходил через все возможные тяготы, с которыми мог столкнуться на поле боя и которые лежали, кажется, за пределами возможностей обычного человека. При подготовке к боевой службе западного солдата в большинстве армий устанавливались какие-то разумные пределы нагрузок, которые считались границей выносливости человека. В Императорской японской армии подобного не было. Японский солдат обязан был безропотно принимать все тяготы и нагрузки. В соответствии с кодексом воина не существует пределов выносливости, и пока человек не потерял хара, он может «идти вперед вечно». Из этого следовало, что самурай любого ранга не может отказаться от выполнения приказа на том основании, что задание превосходит силы человека. Слова «невозможно» в японской армии не существовало.
Снайпер-"кукушка"
Японских солдат заставляли думать только о наступлении, даже если противник превосходил их числом, а сами японцы испытывали недостаток вооружения и снаряжения. В ходе Второй Мировой Войны зафиксировано множество случаев, когда японские войска начинали атаки на укрепленные позиции неприятеля без артиллерийской, воздушной или какой-либо иной поддержки, располагая лишь винтовками и пулеметами. Как показали события на Гуадалканале в августе 1942 года и в целом бои на тихоокеанском ТВД, японские солдаты часто бессмысленно бросались на американские, британские и австралийские позиции, теряя при этом массу людей, но не имея возможности даже приблизиться к противнику. Японские командиры никогда не препятствовали подобной практике, несмотря на неравные с неприятелем шансы на успех. Отказ японского офицера или солдата от нападения был глубочайшим противоречием кодексу Бусидо.
Бусидо четко определял отношения между самураями и их поведение в бою. Хотя Бусидо иногда трактуют как рафинированную форму европейского рыцарского поведения, следует отметить, что этот кодекс воина не включал каких-либо обычаев относительно защиты женщин и детей, поскольку японское общество оставалось глубоко патриархальным. Напротив, самурай обладал полной властью над женщинами в своем поместье, и его интересы были превыше всего. Это объясняет распространенную практику японцев в годы Второй Мировой Войны использовать женщин покоренных областей в качестве проституток. Эти «женщины для удовольствия», как они обозначались японским командованием, находились в полной зависимости от захватчиков и полностью эксплуатировались как солдатами, так и офицерами. Шовинизмом можно объяснить и легкость, с которой японские солдаты убивали ни в чем не повинное гражданское население на захваченных территориях.
Когда в ходе войны стали появляться британские, американские и другие пленные, японцы не могли найти в кодексе Бусидо рекомендаций, как следует обходиться с плененным иноплеменником. Поскольку японский солдат никогда не получал ясных инструкций по поводу обращения с пленными, его поведение по отношению к захваченным американцам и британцам менялось от вполне цивилизованного до едва ли не зверского. Объясняя, как японцы относились к военнопленным западных армий, один из японских офицеров в конце войны заявил: «Наши солдаты заранее не получили четких инструкций. Но когда стали поступать пленные, мы направили в части приказ отсылать их в штабы, не причиняя им ран. Я полагал, что, хотя война и негуманна, нам следует действовать по возможности человечнее. Когда в Бирме я захватил несколько ваших (британских солдат), я дал им пищу и табак». Такое отношение к пленным менялось в зависимости от того, где, когда и при каких обстоятельствах они захватывались. Правда, как замечает один историк, «бойцы редко бывают склонны к доброте, когда выходят из боя». Кроме того, большинство японских солдат рассматривало сдачу в плен как бесчестье, которое не может быть прощено.
Солдат-камикадзе с авиабомбой в ожидании танка
Самураи воспринимали себя как истинных патриотов Японии, защитников трона и нации в целом. Кодекс воина означал, что дипломатия есть признак слабости, а заявления относительно достижения договоренностей вызывали отвращение. Молодые офицеры, мечтавшие о территориальной экспансии, опубликовали «Великое Предназначение», в котором были сведены воедино их взгляды по отношению к Императору и Хакко Ичи-ю («весь мир под одной крышей»): «С должным почтением мы полагаем, что божественное предназначение нашей страны заключается в ее распространении под рукою Императора до самых пределов мира».
Полевая и огневая подготовка
Подготовка пехотинцев японской армии включала обучение действиям в составе минимального по численности подразделения (отделения), последовательно переходя затем к действиям в составе взвода, роты, батальона и полка; завершающим аккордом были большие маневры, проводившиеся в конце каждого года. Обучение в ходе второго года службы по сути своей не менялось, но больше времени уделялось развитию специальных навыков, необходимых военнослужащим различных родов войск. Что касается качественной стороны изучения воинского дела, то можно сказать, что в японской пехоте оно предусматривало постепенность и последовательность в освоении материала с одновременным нарастанием интенсивности и глубины обучения. Японские солдаты совершали длительные марши с полной выкладкой и изматывающими упражнениями на выносливость; военное руководство считало это необходимым для того, чтобы воспитать в бойцах способность противостоять голоду и высоким нагрузкам в течение длительного времени.
Следует прояснить ставшее мифом воззрение относительно того, что японский солдат был лучше всего приспособлен для ведения боевых действий в джунглях. В целом это верно, но необходимо иметь в виду, что японский пехотинец прежде всего обучался ведению боя в любых климатических и природных условиях, а не только в джунглях. К тому же японский солдат получал навыки ведения «правильной» войны, то есть боевых действий, распространенных на Западном фронте периода Первой мировой. В самом деле, техника ведения боя, принятая японскими солдатами Второй мировой войны, особенно в ходе длительной войны в Китае, впервые была опробована еще в русско-японской войне 1904—1905 годов.
Японских солдат учили переносить все тяготы в любом климате и на любом типе местности. Особенно важной считалась тренировка в горных условиях и в холодном климате — практические занятия проводились в Северной Японии, Корее и на Формозе (Тайване). Там японские пехотинцы проводили «снежные марши» (сетчу ко-гун). Эти переходы, длившиеся четыре-пять дней, обычно организовывались в конце января или в первую неделю февраля, когда в Северной Японии устанавливается самая холодная погода. С целью повышения выносливости, солдатам запрещалось пользоваться перчатками, а ночевки организовывались под открытым небом. Основной целью подобных тренировок было приучение офицеров и солдат к холоду. С июля по август совершались длительные марши для приучения личного состава к жаре. И то, и другое проделывалось с целью обучения японского солдата переносить экстремальные температуры, самые жесткие условия жизни и всевозможные тяготы.
В дополнение к этим спартанским условиям пища и условия быта также были самыми простыми и практичными. Рацион японского солдата обычно включал большую пиалу риса, чашку зеленого чая, тарелку японских маринованных овощей, вяленую рыбу и пасту из жареной фасоли или же какие-нибудь местные деликатесы вроде фруктов и овощей. В столовой стоял большой прямой стол с деревянными лавками, установленными на голом полу из деревянных плашек. Как правило, столовая украшалась большим лозунгом или надписью с восхвалением верности Императору или напоминанием об одной из добродетелей воина.
Непосредственно же обучение включало штыковой бой (штык –«специальное оружие атаки»), основы маскировки, патрулирование, действие в ночное время, стрельбы, совершение маршей, обучение основам полевой гигиены, санитарии и первой медицинской помощи, а также информацию о военных новинках. На индивидуальном уровне каждый солдат готовился к ведению боя в условиях войны ХХ века, но при этом в основе его воспитания лежал кодекс Бусидо.
Полевые или «форсированные» марши
Огромное внимание, которое уделялось воспитанию несгибаемости и выносливости, приводило к тому, что японская армия активно включала в тренировочный процесс длительные переходы. Это делалось несмотря на многочисленные проблемы, которые возникали у японских солдат, вынужденных пользоваться неудобной кожаной обувью. Зачастую при выполнении учебных маршей солдат должен был сбрасывать свои ботинки и переобуваться в соломенные сандалии-вариси, которые носил в сухарной суме и использовал во время привалов.
Темп марша задавался заранее, и менять его запрещалось, как бы ни был труден переход. Роты должны были совершать марш в полном составе, и любой солдат (или офицер), покинувший строй, подвергался суровому взысканию. Британский наблюдатель, приданный японской армии в 1920-х годах, сообщал о том, как японский офицер, упавший от переутомления во время марша, покончил с собой, сделав харакири, «в надежде смыть неизгладимый позор». Ротные командиры обычно совершали марш в арьергарде колонны, а возглавлял движение второй или первый лейтенант. После каждых 50 минут перехода рота останавливалась, и объявлялся десятиминутный привал, чтобы солдаты имели возможность поправить обувь или выпить воды.
Полевая гигиена
Японский солдат непременно соблюдал требования полевой гигиены. Казармы в расположении частей дотошно чистились, постельное белье и одеяла ежедневно проветривались. Японская армия передвигалась преимущественно в пешем строю, и поэтому большое внимание уделялось гигиене ног, при возможности носки менялись два раза в день. Все солдаты должны были купаться, по возможности нательное белье менялось ежедневно или через день. Проверка чистоты проводилась при подготовке к принятию пищи, и командиры должны были лично проверять чистоту рук, состояние ногтей и одежды.
Рационы
В боевых условиях и на марше рацион японского солдата, или счичи бу но сан, состоял из пшеничной муки и риса; каждый солдат располагал семью порциями риса и тремя — муки. Мука и рис смешивались и отваривались в большом котле или чайнике. Солдат получал пищу три раза в день. Такой же была и основная пища в расположении части, но там рис обычно дополнялся какими-либо приправами. Хлеб солдаты получали раз в неделю, но не в обязательном порядке. Японские солдаты, как и многие жители Азии, не особенно любили хлеб и предпочитали ему рис и муку с различными добавками. При всех трех ежедневных приемах пищи солдаты получали горячее питье — зеленый чай или просто горячую воду.
Единая цель
Каждый этап подготовки японской армии в межвоенный период был посвящен одной цели — отбору, призыву и подготовке хорошо обученных пехотинцев. Эти солдаты должны были получить изрядную дозу военных знаний и умений. Процесс подготовки допризывника продолжался с периода обучения в средней школе до колледжа или университета, а непрерывные тренировки и учеба должны были обеспечить армии Японии достаточный приток обученных офицеров и солдат. Это и произошло во Второй Мировой Войне.
С самого начала военной подготовки вдохновляемый «духом воина», или Бусидо, со временем японский солдат становился одним из наиболее обученных и, без сомнения, одним из самых фанатичных противников, с которыми пришлось столкнуться армиям США, Китая, Великобритании, Австралии, Советского Союза и Новой Зеландии.
Не подлежит сомнению, что японская армия периода Второй Мировой Войны была преимущественно пехотной. Только против Советского Союза и Китая, а также лишь на нескольких островах Тихого океана японцы использовали бронетанковые и механизированные силы.
В большинстве случаев бои на Гуадалканале, в Бирме, на Новой Гвинее и островах Тихого океана были сражениями пехоты. Именно в этих боях японский солдат проявил себя находчивым и крепким бойцом, несмотря на все обстоятельства, которые ему противодействовали. Все это было следствием тренировок и пропаганды кодекса воина в межвоенный период.
Метки: бусидо японцы микадо |
Без заголовка |
Оккупация Сахалина в самом конце русско-японской войны не имела большого военного значения. Однако данная операция ещё больше укрепила позиции японской делегации при подписании мирного договора в Портсмуте. В соответствии с договором Россия уступила Японии южную часть Сахалина. Граница прошла по 50-й параллели. Российским подданным была предоставлена возможность, продав недвижимость, выехать в свою страну, или остаться. Подавляющее большинство русского населения оставило ставшую японской южную часть и выехало на материк.
Печальные последствия русско-японской войны сказались и на жизни населения северной части острова. В декабре 1905 года на Северном Сахалине насчитывалось 7500 жителей (из 46 тыс., проживавших на всём острове до русско-японской войны), в том числе 2000 представителей коренных народов – нивхов, эвенков, айнов и ороков.
Повальным бедствием сахалинцев были пьянство, картёжная игра, разврат, высокая заболеваемость и смертность из-за тяжёлых условий труда и отсутствия медицинской помощи. Например, в 1912 году на Северном Сахалине было всего две больницы и три врача. В том же году по Александровскому участку родилось 85, умерло – 95 человек. А это был центральный участок. Следовательно, находился в лучшем положении.
Две революции в России в 1917 году оживили притязания японцев на северосахалинскую нефть. В мае 1918 года угольный магнат Кухара Фусаносукэ подписал договор с одной сомнительной российской фирмой (компания Стахеева), и японцы получили возможность вести изыскания на северном Сахалине в течение четырёх лет.
Метки: оккупация северного сахалина японцы александровск автономное сахалинское государство северный сахалин |
Без заголовка |
Храбрость японских солдат и верность своему Императору напоминала о себе спустя многие годы после войны. Спустя десятки лет после того, как закончилась Вторая Мировая Война, на различных островах, где вела бои Японская Императорская Армия, находились японские солдаты в потертых мундирах, не знающие, что война уже давным-давно закончилась. Охотники из отдаленных филиппинских деревень рассказывали о "людях-дьяволах", живущих в чащобах как лесные звери. В Индонезии их называли "желтыми людьми", которые бродят по лесам. Японским солдатам не приходило в голову, что можно сдаться местным властям, они продолжали свою партизанскую войну, войну за Императора. Это было делом их чести. Японские солдаты всегда выполняли свой долг до конца, до последней капли собственной крови.
Рядовой Масаши потерялся в джунглях 14 октября 1944 года. Ито Масаши наклонился, чтобы завязать шнурок на ботинке. Он отстал от колонны, и это его спасло - часть Масаши угодила в засаду, устроенную австралийскими солдатами. Услыхав стрельбу, Масаши и его товарищ, капрал Ироки Минакава, тоже отставший, бросились на землю. Так началась их невероятная шестнадцатилетняя игра в прятки со всем остальным миром.
Первые два месяца рядовой и капрал питались остатками НЗ и личинками насекомых, которые отыскивали под корой деревьев. Пили дождевую воду, собранную в банановые листья, жевали съедобные коренья. Порой обедали змеями, которых случалось изловить в силки.
Вначале за ними охотились солдаты союзной армии, а потом – жители острова со своими собаками. Но им удавалось уходить. Масаши и Минакава для безопасного общения друг с другом придумали собственный язык - пощелкивание, сигналы руками.
Они соорудили несколько убежищ, выкопав их в земле и накрыв ветвями. Пол устлали сухой листвой. Неподалеку вырыли несколько ям с острыми кольями на дне - ловушки для дичи.
Они бродили по джунглям в течение долгих восьми лет. Позднее Масаши скажет: "За время скитаний мы натыкались на другие такие же группы японских солдат, которые, как и мы, продолжали верить, что война продолжается. Мы были уверены, что наши генералы отступили из тактических соображений, но придет день, когда они вернутся с подкреплением. Иногда мы зажигали костры, но это было опасно, так как нас могли обнаружить. Солдаты умирали от голода и болезней, подвергались нападениям. Я знал, что должен остаться в живых, чтобы выполнить свой долг - продолжать борьбу. Мы выжили лишь благодаря случаю, потому что наткнулись на свалку американской авиабазы".
Свалка стала источником жизни для затерявшихся в джунглях солдат. Расточительные американцы выбрасывали много разной еды. Там же японцы подобрали консервные банки и приспособили их под посуду. Из пружин от кроватей они сделали швейные иглы, тенты пошли на постельное белье. Солдатам нужна была соль, и по ночам они выползали на побережье, набирали в банки морской воды, чтобы выпарить из нее белые кристаллики.
Наихудшим врагом скитальцев был ежегодный сезон дождей: два месяца подряд они тоскливо сидели в укрытиях, питаясь лишь ягодами и лягушками. В их отношениях в то время царила почти невыносимая напряженность, рассказывал потом Масаши.
После десяти лет такой жизни они нашли на острове листовки. В них было послание от японского генерала, о котором они никогда раньше не слышали. Генерал приказывал им сдаться. Масаши рассказывал: "Я был уверен, что это уловка американцев, чтобы поймать нас. Я сказал Минакаве: "За кого они нас принимают?!"
Невероятное чувство долга у этих людей, незнакомое европейцам, отражено также в другом рассказе Масаши: "Однажды Минакава и я разговаривали о том, как выбраться с этого острова по морю. Мы ходили вдоль побережья, безуспешно пытаясь найти лодку. Но наткнулись лишь на две американские казармы с освещенными окнами. Мы подползли достаточно близко, чтобы увидеть танцующих мужчин и женщин и услышать звуки джаза. Впервые за все эти годы я увидел женщин. Я был в отчаянии - мне их не хватало! Вернувшись в свое убежище, стал вырезать из дерева фигуру обнаженной женщины. Я мог спокойно пойти в американский лагерь и сдаться, но это противоречило моим убеждениям. Я ведь давал клятву моему императору, он был бы разочарован в нас. Я не знал, что война давно закончилась, и думал, что император просто перебросил наших солдат в какое-то другое место".
Однажды утром, после шестнадцати лет отшельничества, Минакава надел самодельные деревянные сандалии и пошел на охоту. Прошли сутки, а его все не было. Масаши охватила паника. "Я знал, что не выживу без него, - говорил он. - В поисках друга я обшарил все джунгли. Совершенно случайно наткнулся на рюкзак и сандалии Минакавы. Я был уверен, что его схватили американцы. Неожиданно над моей головой пролетел самолет, и я бросился назад в джунгли, полный решимости умереть, но не сдаться. Взобравшись на гору, я увидел там четверых американцев, поджидавших меня. Среди них был Минакава, которого я не сразу узнал, - его лицо было гладко выбрито. От него я услышал, что война давно закончилась, но мне понадобилось несколько месяцев, чтобы действительно поверить в это. Мне показали фотографию моей могилы в Японии, где на памятнике было написано, что я погиб в бою. Это было ужасно трудно понять. Вся моя молодость оказалась потраченной впустую. В тот же вечер я пошел в горячо натопленную баню и впервые за много лет лег спать на чистой постели. Это было восхитительно!"
Как оказалось, были японские солдаты, которые прожили в джунглях намного дольше, чем Масаши. Например, сержант императорской армии Шоичи Икои, тоже служивший на Гуаме.
Когда американцы брали штурмом остров, Шоичи отбился от своего полка морской пехоты и нашел укрытие у подножия гор. Он тоже находил на острове листовки, призывающие японских солдат сдаваться согласно приказу императора, но отказывался верить в это.
Жил сержант полным отшельником. Питался в основном лягушками и крысами. Форму, пришедшую в негодность, ему заменила одежда из коры и лыка. Брился, скребя лицо заостренным куском кремня.
Шоичи Икои рассказывал: "Я был совсем один столько долгих дней и ночей! Однажды попытался криком прогнать змею, которая заползла в мое жилище, но получился только жалкий писк. Мои голосовые связки столько времени были в бездействии, что просто отказывались работать. После этого я стал каждый день тренировать свой голос, напевая песенки или читая вслух молитвы".
Сержанта случайно обнаружили охотники в январе 1972 года. Ему было 58 лет. Икои ничего не знал об атомных бомбардировках, о капитуляции и поражении его родины. Когда ему объяснили, что его отшельничество было лишено смысла, он упал на землю и зарыдал. Услышав, что он скоро полетит домой в Японию на реактивном самолете, Икои с удивлением спросил: "А что такое реактивный самолет?"
После этого случая под давлением общественности правительственные организации в Токио вынуждены были снарядить экспедицию в джунгли, чтобы извлечь своих старых солдат из их берлог. Экспедиция разбрасывала на Филиппинах и других островах, где могли оказаться японские солдаты, тонны листовок. Но воины-скитальцы по-прежнему считали это вражеской пропагандой.
Еще позже, в 1974 году, на отдаленном филиппинском острове Лубанг вышел из джунглей и сдался местным властям 52-летний лейтенант Хироо Онода. За шесть месяцев до этого Онода и его товарищ Киншики Козука устроили засаду на филиппинский патруль, приняв его за американский. Козука погиб, а попытки выследить Оноду ни к чему не привели: он скрылся в непроходимых зарослях.
Чтобы убедить Оноду, что война кончилась, пришлось даже вызвать его прежнего командира - никому иному он не верил. Онода попросил разрешения оставить на память священный самурайский меч, который он закопал на острове в 1945 году.
Онода был настолько ошеломлен, попав совсем в иное время, что к нему пришлось применить длительное психотерапевтическое лечение. Он говорил: "Я знаю, что в лесах скрывается еще много моих товарищей, мне известны их позывные и места, где они прячутся. Но они никогда не придут на мой зов. Они решат, что я не выдержал испытаний и сломался, сдавшись врагам. К сожалению, они там так и умрут".
В Японии состоялась трогательная встреча Оноды с его престарелыми родителями. Его отец сказал: "Я горжусь тобой! Ты поступил как настоящий воин, как подсказывало тебе сердце".
Последний случай обнаружения произошел совсем недавно - в мае 2005 года. В джунглях филиппинского острова Минданао обнаружены 87-летний лейтенант Иосио Ямакаве и 85-летний ефрейтор Цудзуки Накаути, служившие в дивизии "Пантера", потерявшей в боях на Филиппинах до 80% личного состава.
Они воевали и скрывались в джунглях 60 лет - они положили всю жизнь на то, чтобы не потерять чести перед своим Императором.
http://www.renascentia.ru/w2_japon.htm
Метки: японцы плен |
Без заголовка |
Впервые война вплотную подошла к сахалинским берегам 7(20) августа 1904 года, когда русский крейсер «Новик» атаковал в заливе Анива японский крейсер «Цусима». После боя русские моряки затопили повреждённый «Новик» и часть команды осталась на острове.
24 июня (7 июля) 1905 года японская эскадра из 53 судов подошла к Сахалину и начала высадку на побережье Анива 14-тысячного десанта 15-й дивизии под командованием генерала Хирагучи Канэнари. Японцы имели 12-кратное превосходство в живой силе, т.к. на Южном Сахалине находилось только 1200 русских солдат и дружинников из числа каторжан и ссыльных.
Ввиду явного неравенства сил русские воины перешли к партизанской войне. Было сформировано пять партизанских отрядов. Более месяца на юге острова велись партизанские действия. В конце концов, русские отряды были частично уничтожены, частично попали в плен. Незаурядную храбрость проявил в этих боях 5-й отряд дружинников под командованием русского офицера, капитана Василия Петровича Быкова. Первоначально его отряд состоял из 226 человек. 1 июля 1905 года к нему присоединились 49 дружинников отряда капитана Полуботько, не пожелавшие сдаться в плен, как это сделал их командир. Бойцы отряда Быкова 5 июля разгромили японский отряд у села Галкино-Враское (ныне г. Долинск), а в бою 9 июля японцы потеряли только убитыми более 100 человек, после чего десять дней не рисковали появляться в зоне действий быковского отряда. Дважды на предложения японцев сдаться в плен Быков отвечал отказом. Узнав о сдаче отряда Арцишевского, Быков сумел связаться с командующим войсками Сахалина генерал-лейтенантом М. Ляпуновым, но вместо ожидаемых указаний по ведению боевых действий Ляпунов посоветовал Быкову сдаться, что сам в последствии и сделал. Командир роты Тымовского батальона штабс-капитан Сомов, посланный на помощь Быкову, узнав о сдаче в плен командующего войсками Сахалина со всем штабом, повёл роту не на юг, к Быкову, а в посёлок Оноры, к японцам. Быков, как и большинство офицеров сахалинских войсковых частей, в очередной раз отказался от плена, и двинулся с отрядом на север к Тихменевскому посту, громя по пути японцев. От поста отряд тайгой прошёл до Погиби, и, переправившись через пролив, прибыл в Николаевск-на-Амуре, потеряв в боях 54 человека.
Места партизанских действий отряда капитана Быкова
Фото с http://dolinsk-sakh.narod.ru/photo.html
Метки: быков анива цусима новик хирагучи канэнари японцы галкино-враское долинск сомов оноры |
Без заголовка |
Что найдете в магазинах, как то: пшено, соль, товары и рыбу, взять все с собою; буде же которыя будут ею наполненными и одаль строения, таковых сжечь…
… Обязать на судне вашем всех подписать, чтобы никто не разглашал о намерении экспедиции сей и чтоб исполнение ея в совершенной тайне было…». Справедливости ради отметим, что вскоре Резанов пошел на попятную и отдал обратный приказ, но Хвостова и Давыдова было уже не остановить…
Ещё в молодые годы друзья успели прославиться по всей России - от Петербурга до Аляски - ратными и мирными делами. Николай Хвостов, выходец из обедневшей дворянской семьи, в возрасте 14 лет участвовал в двух своих первых морских сражениях и удостоился золотой медали; Давыдов тоже очень рано, в 17 лет, прославился на флоте отчаянной отвагой. Первый, по описаниям современников, обладающий средним ростом и посредственной силой, "соединял в душе своей кротость агнца и пылкость льва". Второй же "был высокого роста, строен телом, хорош лицом и приятен в обхождении. Предприимчив, решителен, смел". Надо полагать, именно эта схожесть характеров и свела их вместе, несмотря на разницу в возрасте. Непомерная удаль, всепобеждающая тяга к приключениям определяли чуть ли не все поступки Хвостова и Давыдова.
О том, что за характер был у молодых офицеров, можно судить по случаю, произошедшему во время их первого путешествия через Сибирь на Дальний Восток. Г. Давыдов писал в своих путевых записках: "Проехали верст пять по дороге, остановились в первом часу пополудни кормить лошадей. Едва успели разбить палатку, как услышали ружейные выстрелы, от которых якуты наши тотчас упали ниц, и в то же время с разных сторон появились семь человек, из коих два шли прямо к нам, имея совсем готовые ружья. Не ожидая ничего доброго от такой встречи, стали мы хвататься за свои намокшие ружья. Хвостов, не могши скоро достать своего, с одной саблей побежал навстречу к ним и, подошедши к атаману, спросил: "Как вы смели подойти к военным людям? Положи ружье, или я велю стрелять". Сей смелый поступок устрашил атамана. Он велел своим положить ружья и сказал: "Мы видим, что вы военные люди, и ничего от вас не требуем". Прочие разбойники также кричали нам: "Не пали! Не пали!" Между тем, однако ж, атаман, посмотря с некоторым удивлением на Хвостова, предложил ему идти в их палатку, отстоящую, по его словам, не далее ста сажень от сего места. Хвостов, чтоб не показать себя оробевшим от его предложения, отвечал: "Пойдем". Он вошел с ними в палатку, где набралось их более 10 человек. Один из них стал говорить с ним грубо: "Молоденек, брат, ты, а шумишь много". И начал его трепать по плечу. Хвостов, видя, что дерзость сия может также и других ободрить к наглостям, решился в то же мгновение из всей силы ударить его в щеку, так, что разбойник не устоял на ногах. Потом, подняв саблю, сказал: "Ежели вы что-нибудь против меня подумаете, то дешево со мною не разделаетесь, я один справлюсь с вами". Разбойники оцепенели. Атаман закричал на виноватого: "Ты забыл, что ты варнак, а его высокоблагородие - государев офицер". После чего велел ему кланяться в ноги Хвостову и просить прощения. Так заключен был мир с разбойниками, которые потом даже сами предлагали нам все, что имеют, кроме сахару, извиняясь тем, что не нашли оного ни у одного купца".
6 октября 1806 года "Юнона" бросила якорь в заливе Анива. На следующий день часть экипажа высадилась на берег и посетила айнское селение, 8 октября Н.А.Хвостов провозгласил Сахалин владением России. Вот как описывает эту церемонию сам командир "Юноны": "В 8-мь часов пополуночи отправились на двух судах я, лейтенант Карпинский и корабельный подмастерье Корекин к тому же селению. Подъезжая к берегу, подняли на шлюпке военный, а на баркасе купецкий флаги; добрые айны встретили суда уже в большем числе и присели на колени, когда мы вышли на берег, старались объяснить кое-какими словами, что мы русские и друзья их; я приказал на берегу поставить флагшток, на котором подняли оба флага, как военный, так и коммерческий. Показывая на судно, одарил всех платками и разными безделицами, на тоена или старшину селения надел лучший капот и медаль на владимирской ленте при троекратном из шести ружей выстреле, с судна на каждый залп ответственно из одной пушки. Здесь должно заметить, что ружейная стрельба не произвела на айнов ни малейшего страха, но когда увидели огонь и звук пушек, то ужаснулись и приклонили головы. Старшине при медали дал лист, на котором написано "1806 года октября _ дня". Российский фрегат "Юнона" под начальством флота лейтенанта Хвостова, в знак принятия острова Сахалина и жителей оного под всемилостивейшее покровительство российского императора Александра I, старшине селения, лежащего на восточной стороне губы Анива, пожалована серебряная медаль на владимирской ленте. Всякое другое приходящее судно, как российское, так и иностранное, просим старшину сего признавать за российского подданного".
После этого российские моряки разорили все найденные ими на берегу залива Анива японские магазины и фактории, захватили в плен четверых японцев. Находившиеся на японских складах товары были частично захвачены (всего на "Юнону" было погружено до 1000 пудов риса, до 100 пудов соли, а также невода, посуда, другие предметы), частично, по предложению Н.А.Хвостова, разграблены винами. Затем все японские постройки и запасы строевого леса были сожжены. 16 октября "Юнона" покинула залив Анива.
В мае 1807 года "Юнона" и "Авось" появились у берегов Итурупа. 18 мая Н.А.Хвостов и Г.И.Давыдов высадили десант в бухте Найбо и сожгли находившееся здесь небольшое японское селение. Далее они атаковали Сяна - самое крупное поселение японцев на Итурупе (в настоящее время город Курильск). Сравнительно многочисленный (до 300 солдат) гарнизон Сяна был легко разгромлен. Магазины японских купцов и промышленников были разграблены, а само поселение сожжено. 27 мая "Юнона" и "Авось" покидают Итуруп. Посетив Уруп, оба судна 10 июня вошли в залив Анива. Предав огню оставшиеся там японские строения, Н.А.Хвостов и Г.И.Давыдов двинулись в направлении Хоккайдо. В районе небольшого острова Пик-де-Лангль (у северо-западной оконечности Хоккайдо) они сожгли четыре японских судна. Бывший на судах груз (рис, рыба, соль) был экспроприирован.
Своевольные действия лейтенанта Н.А.Хвостова и мичмана Г.И.Давыдова не были поддержаны правительством Российской империи. В итоге японцы вновь вернулись на Сахалин и восстановили свои укрепления на Итурупе. Таким образом, следствием "подвигов" Н.А.Хвостова и Г.И.Давыдова было значительное усиление японского военного присутствия на Итурупе и Кунашире (уже в 1808 году здесь появляется 1000 японских воинов), а также пленение 11 июля 1811 года японским гарнизоном Кунашира русского мореплавателя Василия Михайловича Головнина. В.М.Головнин провел в японском плену более двух лет (1811-1813 годы) и был освобожден только после получения японцами от российской администрации заверений в том, что набеги на Сахалин и Итуруп носили самочинный характер. В итоге Санкт-Петербург был вынужден четко обозначить южную границу своих владений на Курильских островах. В новых привилегиях, дарованных 13 сентября 1821 года Российско-Американской компании императором Александром I, крайним владением империи на Курилах был назван южный мыс острова Урупа.
После возвращения из секретной экспедиции моряков в Охотске ждал немедленный арест и водворение в острог по распоряжению охотского управителя Бухарина, обвинившего Хвостова и Давыдова в самоуправстве. Друзья попали в куда как отчаянное положение. Истинного вдохновителя сахалинской экспедиции и единственного свидетеля, который мог высказаться в их защиту, уже не было в живых. Имелись, правда, письма Резанова графу Румянцеву на сей счет, но до Петербурга далеко. К тому же некоторые современники выражали уверенность в том, что обвинения в самоуправстве служили лишь предлогом для расправы над Хвостовым и Давыдовым, а подлинной причиной ареста было корыстолюбие Бухарина, который захотел наложить лапу на захваченные ими трофеи.
В пользу такой версии говорит чрезмерно жестокое обращение с арестантами: их развели по разным камерам, лишили всех личных вещей и принялись морить голодом и холодом. Все шло к тому, что, пока суд да дело, доблестных офицеров сгноили бы насмерть в охотской каталажке. Воистину, мир не без добрых людей. Молва о бедственном положении Хвостова и Давыдова, уже успевших приобрести в маленьком Охотске изрядную популярность, не оставила безучастными местных жителей, включая и некоторых тюремщиков. В условленное время двери темниц отворились. Чтобы отвести подозрение от добрых стражей, Хвостов оставляет записку, гласящую, что это он усыпил их с помощью опия.
Горожане снабдили беглецов одеждой, обувью, сухарями и двумя ружьями. С такой убогой экипировкой им, истощенным длительным бесчеловечным заточением, предстояло пройти до Якутска - ближайшего населенного пункта - около 700 километров. Поразительно, но они проделали этот путь - зимой, по горным кряжам, нехоженым лесам и болотам (надо было запутать следы), то впадая в отчаяние, то вновь обретая волю к жизни. Последняя оказалась сильней. В Якутске беглецов было задержали и переправили в Иркутск, но вскоре от министра морских сил Чичагова пришло предписание доставить обоих в столицу, не чиня никаких препятствий. В мае 1808 года Хвостов и Давыдов возвратились в Петербург. Отдыхать героям пришлось недолго. Разумеется, что их отдали под суд; но государь-император, по благости своей, предоставил им средство загладить проступок, и послал их на гребной флот, в Финляндию, которую тогда покоряли русские войска. Хвостов и Давыдов вскоре и там прославились отчаянным мужеством и блистательными подвигами. Имена их были хорошо известны в финляндской армии.
В одном морском сражении ядром пробило подводную часть канонирской лодки, на которой находился Хвостов. Он мгновенно сорвал с себя мундир, и заткнул им дыру. Главнокомандующий граф Буксгевден привез обоих друзей в главную квартиру, и в награду за их подвиги велел отдать гауптвахте генеральскую почесть. Государь-император, по окончании финляндской войны, простил Хвостова и Давыдова, и они возвратились в Петербург.
4 октября 1809 года в Петербурге оказался корабельщик Вульф, тот самый, у которого Резанов в свое время приобрел "Юнону". На другой день он намеревался отплыть в Америку и пригласил Хвостова и Давыдова на вечеринку. Собрались на Васильевском острове у общего приятеля. В два часа ночи, возвращаясь с пирушки, друзья подошли к разведенному Исаакиевскому мосту. Что за преграда для отважных морских офицеров? Под мостом как раз проходила барка. Хмель ли, всегдашняя ли удаль явились тому виной, но им показалось, что не составит труда соскочить на судно, а с него - на другую половину моста... Больше Хвостова и Давыдова никто не видел.
Из воспоминаний Ф.В.Булгарина: «Вдруг оба они пропали без вести, а как в это же время американский купеческий бриг прошел без осмотра, при сильном ветре, мимо брандвахты, за Кронштадтом, и не заявил бумаг, то многие, зная беспокойный дух Хвостова и Давыдова, полагали, что они, по страсти к приключениям, ушли в Америку. Это казалось тем более вероятным, что шкипер американского брига был приятель Хвостова и Давыдова, оказавших ему услугу в Ситхе. Наряжена была комиссия для исследования дела, но она ничего не открыла.
Два года прошли в неизвестности о судьбе наших храбрых моряков, а на третий год прибыл в Петербург тот же самый американский шкипер. Он объяснил дело. За день до отъезда его из Петербурга в Кронштадт, Хвостов и Давыдов обедали у него, на Васильевском острове. Они пропировали долго за полночь, и возвращались, когда уже начали разводить Исаакиевский мост. Только один плашкоут был выдвинуть наполовину. — «Воротимся!» сказал американский шкипер, провожавший их. — «Русские не отступают!» возразил Хвостов: «Вперед! Ура!» Хвостов и Давыдов хотели перепрыгнуть через пространство, казавшееся небольшим в темноте, упали в воду — и поминай, как звали! Опасаясь задержки, шкипер тогда промолчал, а люди, разводившие мост, также боялись ответственности, и несчастный случай остался тайной. Замечательно, что тел не выброшено нигде на берег».
Некто А. Шишков сложил им эпитафию:
Два храбрых воина, два быстрые орла,
Которых в юности созрели уж дела,
Которыми враги средь финских вод попраны,
Которых мужеству дивились океаны,
Переходя чрез мост, в Неве кончают век...
О странная судьба! О бренный человек!
P.S. Их необычайные приключения и отчаянная смелость сделали их надолго петербургской легендой - в их смерть не верили и говорили, что они уехали в Америку, а знаменитый Симон Боливар и есть Хвостов. В память о них Державин написал большую оду, в которой говорил, что "они удивили три света" - Европу, Азию и Америку. Японцы с тех экспедиций сохранили память о русских как неприязнь, смешанная со страхом и до сих пор называют Хвостова и Давыдова "пиратами". Вспоминается, как в школе на одном из уроков истории, учительница дала нам добрый совет: если хотите испортить настроение японцу, скажите по-английски «Хвостов и Давыдов навсегда»!
http://sakhalinych.livejournal.com/10489.html#cutid1
Метки: хвостов давыдов резанов авось анива |
Без заголовка |
Смирных Леонид Владимирович - командир стрелкового батальона 179-го стрелкового полка 79-й стрелковой дивизии 16-й армии 2-го Дальневосточного фронта, капитан.
Родился 1 (14) апреля 1913 года в деревне Круглое ныне Красноармейского района Челябинской области в семье служащего. Русский. Окончил 7 классов в Челябинске. После смерти родителей, 13-летний Леонид Смирных был определён воспитанником кавалерийского эскадрона в Челябинске.
В Красной Армии с 1930 года. Окончил полковую школу, а в 1935 году – военную школу в городе Николаевск-на-Амуре Хабаровского края. Член ВКП(б) с 1938 года. Участник советско-японской войны 1945 года.
Командир стрелкового батальона 179-го стрелкового полка (79-я стрелковая дивизия, 16-я армия, 2-й Дальневосточный фронт) капитан Леонид Смирных особо отличился в боях за освобождение Южного Сахалина.
Вверенный капитану Смирных Л.В. батальон совершил марш-бросок через болота, 12 августа зашёл в тыл укрепрайона Харамитогэ и завязал бой за станцию Котон. За пять дней боёв батальон выдержал десятки контратак, находясь практически в окружении, уничтожив при этом сотни вражеских солдат и офицеров, овладев пятью дотами. 16 августа капитан Л.В. Смирных погиб от пули японского снайпера -"кукушки".
Похоронен в посёлке Леонидово Поронайского района Сахалинской области.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 сентября 1945 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с японскими милитаристами и проявленные при этом мужество и героизм капитану Смирных Леониду Владимировичу посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Награждён орденом Ленина, медалью.
Имя Героя носят улицы в городах Челябинск и Александровск-Сахалинский, посёлок городского типа Смирных, посёлок Леонидово, Смирныховский район Сахалинской области, судно Министерства морского флота. В городе Поронайск, посёлке городского типа Смирных, посёлке Леонидово установлены бюсты Героя Советского Союза Леонида Смирных. Герой навечно зачислен в списки воинской части.
Мало кому известно, что останки Леонида Смирных были найдены лишь в 1993 году. Поисковый отряд под руководством Александра Цыганкова обнаружил останки тела советского офицера с перевязанной японским плащом головой. Леонид Смирных единственный из офицеров воевавших в этих местах часто носил японский плащ. Вероятность того, что найдены именно его останки, составляет 90 процентов. Сослуживцам ничего не оставалось, как наспех перевязать ему голову его же плащ-палаткой. Дальше начался бой, и, скорее всего, тело офицера присыпало землей. Похоронная команда то ли не побывала на этом месте, то ли его тело не нашли.
Метки: леонид смирных |
Без заголовка |
Хочу сразу сказать, что не особо верю в «подвиг Матросова», точнее, не верю в положительный результат этого подвига – продолжение атаки и захват определенных объектов. Считаю это отличным пропагандистским мифом того времени, но как бы то ни было…
Буюклы Антон Ефимович – командир пулемётного расчёта 165-го стрелкового полка 79-й стрелковой дивизии 16-й армии 2-го Дальневосточного фронта, старший сержант.
Родился в 1915 году в селе Александровка Акимовского района Запорожской области в семье крестьянина. Болгарин. Член КПСС. Образование начальное. Работал в колхозе в родном селе.
В Красной Армии с 1941 года. В годы Великой Отечественной войны Буюклы служил на Дальнем Востоке.
Перед бойцами дивизии стояла японская усиленная дивизия, опиравшаяся на мощный Котонский (Харамитогский) укрепрайон. Он протянулся по фронту на 12 километров и в глубину до 30. Японцы соорудили в этом узле 17 дотов, 28 артиллерийских и 18 миномётных позиций, много различных инженерных препятствий. Местность здесь была лесисто-болотистая, а единственная грунтовая дорога, вдоль которой предстояло наступать, проходила по отрогам гор и заболоченной долине реки Поронай.
14 августа 1945 года на одном из рубежей у железнодорожной станции Котон (ныне посёлок Победино Смирныховского района Сахалинской области) наступавшие были остановлены сильным пулемётным огнём из дзота. Бойцы залегли. В этот критический момент Буюклы вызвался подавить огневую точку. Командир роты одобрил его план.
Прикрываясь щитом пулемёта «Максим» пытался гранатами уничтожить японский дзот, а в последний момент, когда закончились гранаты, закрыл его амбразуру своим телом (по некоторым советским книгам, уже, будучи тяжело раненным). Рота в стремительном броске овладела японской боевой точкой.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 мая 1965 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с японскими милитаристами и проявленные при этом отвагу и геройство старшему сержанту Антону Ефимовичу Буюклы было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Похоронен Герой в посёлке Леонидово Поронайского района Сахалинской области.
Установлено четыре его бюста: на родине - в селе Александровке Запорожской области, в столице Болгарии - Софии, в районе где проходил бой, и в Южно-Сахалинске на площади Славы. Именем героя в Софии названо училище, на Сахалине - поселок. Имя Буюклы носят океанский пароход, улицы городов, школы.
Приказом Министра обороны СССР А.Е.Буюклы навечно зачислен в списки личного состава воинской части.
Награждён орденом Ленина.
Буюклы любил родину своих предков - Болгарию, гордился ее народом и часто рассказывал сослуживцам о своем мужественном прадеде, который в те далекие времена создал партизанский отряд и смело громил турок. Могучего телосложения, исполинской силы был болгарский воин и носил длинные пышные усы. Турки охотились за партизанским вожаком. Но знали о нем лишь то, что местные жители зовут его Усачом, по-турецки "Буюклы".
За голову Буюклы сулили большой выкуп, но поймать его так и не удалось. А потом болгары с помощью русских братушек избавились от иноземных поработителей. Прозвище Буюклы закрепилось за прадедом и позднее превратилось в его фамилию. К этому времени он обзавелся семьей, поселился в Бессарабии, а потом перебрался в Запорожскую область. Там у него появилось многочисленное потомство, среди которых и будущий Герой Советского Союза.
Есть мнение, что Антон Буюклы не болгарин, а…гагауз. По крайней мере так считают в Киевском гагаузском национально-культурном обществе "Halk birlii". Якобы он специально был записан болгарином, иначе не получил бы заслуженной награды. Странно, ведь служить он пошёл уже болгарином, а звезду Героя получил в 1965…
О подвиге Буюклы его однополчанин написал в 1945 году:
Общими были беды,
Ненависть и любовь.
В отблеске нашей победы
Есть и болгарская кровь.
Метки: антон буюклы |
Без заголовка |
Метки: японцы плен |
Без заголовка |
Я думаю, сообществу не повредит, если время от времени здесь будут выкладываться подобные материалы? Мне кажется, что для всестороннего изучения истории единственной в России островной области, это будет полезно. Да к тому же, без японской оккупации всё равно не обойтись...
Шестьдесят брёвен в обмен на жену
Надобно сказать, что в конце XIX - начале XX века семейный быт являлся самым слабым местом Сахалина. В то время на сотню островитян приходилось всего 19 представительниц "прекрасного пола", что очень вредно отражалось на нравственности населения.
Поначалу ссыльные женщины высылались на остров по требованию начальника воинских команд, для "удовлетворения потребности" последних. Систематическая высылка на Сахалин женщин, осужденных на каторжные работы, началась с 1884 года, а в следующем году по соглашению Министерства внутренних дел с министром юстиции в интересах колонизации Сахалина установлена была и высылка туда поселенок не старше 40 лет.
Распоряжением начальника острова майора Депрерадовича каторжные женщины по прибытии на Сахалин тотчас же поступали в дом терпимости, образованный на базе женского отделения тюрьмы в посту Корсаковском. Никакими работами женщины не занимались, только провинившиеся или не заслужившие мужской "благосклонности" попадали на работу на кухни.
Затем прибывших женщин стали на основании 345 статьи "Устава о ссыльных" раздавать ссыльнопоселенцам под видом работниц в сожительство для совместного обустройства и домоводства. Антон Павлович Чехов, посетив Сахалин, снял копию с прошения мужиков деревни Сиска: «Просим покорнейше отпустить нам рогатого скота для млекопитания и еще женского полу для устройства внутреннего хозяйства...»
Метки: каторжанки каторга |
Без заголовка |
Метки: симодский трактат японцы северные территории путятин симод итуруп уруп курильские острова |
Без заголовка |
Метки: казнь японцы |
Без заголовка |
Метки: алкоголь багадулы каторга каторжане |
Без заголовка |
В сентябре 1885 г. из Корсаковской тюрьмы сбежала группа каторжан. Добравшись до селения Тоннай (Охотское), они зверски убили там 11 айнов, в том числе четырехлетнего ребенка и 85-летнего старейшину восточных айнов Мазахранку. Затем 4 каторжника перебрались от озера Тунайча к озеру Чибисанское, украли лодку, на ней вышли в залив Анива и направились к маяку Крильон. 3 октября в 20 верстах от маяка они заметили старшего надзирателя Тымовской тюрьмы дворянина Канабеева, который с несколькими ссыльнокаторжными перегонял стадо быков, купленных у смотрителя маяка. Заявив Канабееву, что они идут сдаваться на маяк, беглые присоединились к надзирателю. На ночлеге беглый Овсов топором зарубил спящего Канабеева и ссыльного Огнева. [В одной из сносок главы XII книги А.П.Чехова «Остров Сахалин» (писатель посетил Сахалин в 1890 г., книга вышла в свет в 1895 г.) имеется следующая запись: «В 1885 г. в октябре беглые каторжники напали на Крильонский маяк, разграбили все имущество и убили матроса, бросив его со скалы в пропасть».
Пойманный впоследствии убийца был приговорен окружным судом к смертной казни через повешение. 27 октября 1886 г. приговор был приведен в исполнение, казненного выдержали на виселице 25 минут.
В память о трагической смерти надзирателя мыс Венночи, возле которого произошло убийство, был переименован и назван именем КАНАБЕЕВА.
http://konobeev.narod.ru/toponim.htm
Метки: мыс канабеева овсов каторга каторжане крильон |
Без заголовка |
Японская листовка 1945 года с призывом
сражаться до последнего солдата
Метки: японская листовка японцы |
Без заголовка |
Метки: эсутору углегорск серпентарий японцы |
Без заголовка |
Метки: соня блювштейн сонька золотая ручка золотая ручка |
Без заголовка |
Метки: золотая ручка |
Без заголовка |
http://sambo-himki.ru/2008/03/20/istoriya-sambovasilij-sergeevich-oshhepkov/
Метки: история самбо |
Без заголовка |
Метки: клоповка |
Без заголовка |
|
Без заголовка |
|
Без заголовка |
Метки: фото |
Без заголовка |
Метки: фото три брата александровск |
Моя любовь Шантары |
Метки: шантарские острова |
На Шантарских островах |
Метки: шантарские острова |
Остров Ионы |
Метки: остров ионы |
Шантарские острова |
Метки: шантарские острова |
Сахалин |
Метки: сахалин |
Дневник остров_Сахалин |
|
Страницы: [1] Календарь |