Aratron все записи автора
![(389x480, 42Kb)](//img1.liveinternet.ru/images/attach/b/3/7/901/7901842_706611_Melkiy.jpg)
Шайенны были одной из трех индейских групп западных равнин, принадлежавших к алгонкинской семье. Они являлись сравнительно недавними пришельцами в этот регион. По утверждениям Черного Мокассина, который долгое время считался самым достоверным историком, человеком с прекрасной памятью, некоторые из шайеннов достигли Миссури около 1676 года, за 204 зимы до 1880 года, когда это утверждалось. До этого шайенны жили на реке, носящей их имя, которая впадает с запада в Ред-Ривер-на-Севере, и на которой одно из их разрушенных старых поселений сохранилось до сих пор. Еще раньше они были в Минессоте, и прежде, чем они попали на равнины, они очень долго переходили с места на место.
На протяжении ряда лет по приходу на Миссури, шайенны жили на ее берегах, возделывая землю и воздвигая земляные дома, которые не были похожи на те, что строили вплоть до недавнего времени ри и манданы. Постепенно они двигались на равнины, оставляя свои оседлые обычаи и ведя кочевой образ жизни, живя в кожаных палатках и следуя за бизонами. Но и до недавнего времени, в 1850-х годах, они еще возделывали землю небольшими участками, и некоторые шайеннские мужчины описывали мне свои посевы маиса на Литтл-Миссури, которые они возделывали в те времена.
Народ, который мы знаем, как шайеннов, состоял из двух близкородственных племен, Tsistsistas и Suh'tai. Последнее было поглощено первым и оставило после себя едва заметный след. Они были племенем, известным ранним писателям как Staitan', т.е. Suh'tai he'tane - люди Suh'tai.
Я знаю многих шайеннов, которые помнили этот старый народ и которые родились в отдельном лагере Suh'tai. Они соглашались, что язык Suh'tai несколько отличался от шайенского, он "звучал несколько забавно", и что Suh'tai имели много своих собственных обчаев, позже осмеянных за свою непривычность. В 1831 году, во время завершения строительства форта Бент, Suh'tai все еще стояли отдельным лагерем и были самостоятельным племенем.
Внутри самого племени имя "шайенны" не употреблялось. Сами себя они называли Tsistsis'tas, слово, переводимое по разному, которое у Р.Петтера, нашего знатока языка шайеннов, предположительно означает "подобно воспитанный". Если это действительно так, то оно таким образом очень похоже на многие другие индейские племенные самоназвания, означающие "народ", "настоящий народ", и т.д., и, возможно, фактически переводится как "народ", "наши люди", "мы". Tsistsis'tas могли также означать разрезающий или наносящий глубокие раны народ и племенной знак означает то же самое, хотя часто он объяснялся ссылкой на полосатые перья, которые иногда использовались шайеннами в качестве оперений на стрелы. Слово "шайенны" часто объясняют, как происходящее от французского chien, имея в виду собачьих солдат, но на самом деле это термин сиу Shahi'ela, или Shahi'ena "народ, говорящий непонятным языком".
Сиу говорили о тех, чей разговор им был понятен, как о "белых собеседниках", и звали тех, которые говорили на непонятном им языке, "красными собеседниками". I'a или i'e - разговаривать понятно. Ie'ska используется как термин для обозначения "белой" или понятной речи. Как существительное, это слово означает "переводчик". Для говорящих на одном с ними языке дакота использовали термин Skae'a, "белый разговор". О тех, чей язык они не могли понять, и которые не могли понять их, они говорили Shae'a, "говорят красно", т.е. непонятно. Имя, данное сиу шайеннам, означает "красная речь", или говорящие на другом языке.
Отчасти вследствии больших контактов с деревнями ри, манданов и хидатса на Миссури шайенны имели большую примесь чужой крови. Еще больше эта примесь стала в результате их ярко выраженной воинственности на протяжении нескольких десятилетий прошлого века, что привело к захвату большого числа детей обоих полов из вражеских племен. В дальнейшем они были усыновлены в племени, становясь взрослыми, жили как шайенны, женились и воспитывали детей. Старые шайенны говорили мне, что сейчас трудно найти шайенна без примеси чужой крови. Когда же я сам вспоминаю своих знакомых, я с трудом могу проследить его родословную на много лет назад и не найти примеси иноплеменников. В другой книге я приводил список из 28 племен, из которых были пленники, захваченные шайеннами.
Когда шайенны впервые встретили белых людей, они были робкими, застенчивыми и пытались избегать пришельцев. Льюис и Кларк говорили об этом, а старики шайеннов рассказывали, что в прежние времена вожди всегда советовали им избегать белых чужестранцев. Они ссылались на пророчество шайенского культурного героя, в котором он предрекал встечу с народом, чья кожа будет белой, а дорога отличной от шайенской. Он предсказывал, что несчастья для его народа последуют после знакомства с этими белыми.
Позже Бен Кларк в рукописи, подготовленной по просьбе генерала Шеридана , заявляет, что шайеннов называли летающими индейцами из-за того, что они были постоянно в движении, переходили с места на место.
Среди племен на равнинах шайенны имели союзника, на чью верность они могли всегда полагаться. Это были арапахо, которые на протяжении многих поколений общались с шайеннами в условиях тесной дружбы, ставили свои лагеря совместно в течениии длительного периода, союзничали в войнах, или в иные времена были посредниками, через кого шли предложения о мире от враждебных племен.
Причина объединения арапахо с шайеннами довольна туманна. Мы знаем совсем немного о раннем общении этих двух племен, хотя написано по этому вопросу было немало. Мягкий, более беспечный народ, нежели шайенны, арапахо всегда сражались рядом с ними во многих упорных боях. Среди шайеннов была большая доля арапахской крови, т.к. многие шайенские мужчины женились на женщинах-арапахо. С другой стороны, по моим наблюдениям, относительно немногие шайенские женщины выходили замуж за мужчин-арапахо.
Исторические познания о шайеннах начались с отчетов Льюиса и Кларка, хотя многими годами ранее французские торговцы проникали вглубь страны шайеннов, живших на равнинах близ Черных Холмов и особенно в верховьях некоторых ручьев, которые стекали с этих холмов. Я полагаю, что шайенны задолго до этого встречались с Ла Верендри, и что они могли быть племенем, которое Ла Верендри в своем "Дневнике" называл Gens de l'are /народ луков/. Возможно,этого уже никто и никогда не докажет, но имя Gens du serpent данное их врагами народом луков, похож на шайенский термин Shi shi'ni wi he tan iu, "люди-змеи", имя, данное шайеннами команчам, которые по словам шайеннов занимали эту страну в то время, когда шайенны достигли окрестностей Черных Холмов. Шайенское имя для племени, названного белыми змеи - Sus'son i.
Хотя во многих книгах постоянно говорится о войнах шайеннов с сиу, я не нахожу среди них каких-либо преданий о том, что они когда-то были в серьезных ссорах со степным народом, который мы знаем и называем как сиу. С другой стороны, они были в жестокой конфронтации с северными дакота или ассинибойнами, и рассказы об этих войнах прослеживаются далеко вглубь веков. Позже врагами шайеннов были кайова, команчи и кроу, все, кого они постепенно вытесняли из страны, куда сами ранее вторглись. Шайенны долго воевали с пауни и шошонами, и эта вражда не прекращалась до тех пор, пока не утихли все межплеменные войны.
Ранее, в XVII веке, они были в мире с кайова и команчами, и в "Дневнике Джакоба Фаулера" в записи от ноября 1821 года встречается упоминание о кайова-команчах, кайова-аппачах, шайеннах и змеях /команчах?/, путешествующих вместе в более или менее дружеских отношениях. Шайенны традиционно говорили о кайова, как о миролюбивых соседях, занимающих вместе с ними страну Литтл-Миссури долго еще после того, как испанцы пришли туда с юго-запада, чтобы торговать, и еще до того, как шайенны впервые увидели французов или англичан. Последнее великое сражение шайеннов с кайова, команчами и аппачами произошло в 1838 году. Два года спустя был заключен мир, который с тех пор не нарушался.
Шайенны долго воевали с ютами. В годы первых поселений в западном Колорадо после открытия там золота, когда волны горняков и просто переселенцев основывали селения и городки на склонах гор на этой территории, военные походы шайеннов и юта друг против друга регулярно происходили. В докладах чиновников Индейской Службы часто звучали жалобы на беспокойства, причиняемые поселенцам шайеннами и арапахами в 1862-1865 годах во время военных походов против ютов, и ютами, когда они шли против шайеннов.
Дальше на север шайенны имели других врагов - кроу, на чьи территории они начали вторгаться сразу после того, как пересекли р.Миссури и начали движение на запад к горам. Стычки шайеннов и кроу длились по крайней мере лет семьдесят, а возможно, и более, и были только однажды прерваны перемирием, которое длилось где-то с 1851 по 1854 года, или около этого. С черноногими, проживавшими еще дальше к северу, шайенны нечасто вступали в контакты, хотя бывало, что они встречались, и такие встречи обычно заканчивались столкновением.
Племена замледельцев на Миссури - манданы, аринара и хидатся, были в хороших отношениях с шайеннами. Это были первые племена, которых они встретили на равнинах дружелюбно, и с тех пор они живут вместе или недалеко от них в течении длительного времени. Однако даже и с этими народами были случайные ссоры. Принц Максимилиан рассказывал истории сражений с шайеннами, о которых он слышал от манданов, в то время как шайенны давали сведения о битвах, которые они имели с арикарами.
По пути на запад, возможно, задолго до того, как они достигли страны Ред-Ривер, шайенны встретили ассинибойнов - Ho he. Говорили, что два этих племени столкнулись, когда и те и другие пытались окружить стадо бизонов. Они поссорились из-за этого, и дело дошло до рукопашной схватки. Старые ассинибойны говорили мне, что шайенны в это время были вооружены только дубинками и заостренными палками, об этом же говорили и сами шайенны. Ассинибойны, однако, имели ружья и убили несколько шайеннов, после чего скальпировали их.
Звуки выстрелов и страшная сила ружей ужаснули шайеннов, и они бежали прочь. Шайенны не знали, что делать в этом положении, так как они никогда до этого не были атакованы врагами, но спустя некоторое время один из воинов племени обратился к народу со словами: "Сейчас мы будем сражаться с этим народом, ведь они напали и убили некоторых из нас. И после этого я призываю вас сражаться со всеми народами, встреченными на пути, и мы будем великими людьми". Так они начали сражаться со всеми племенами, которые встречались им, и стали великими людьми. Они были великими воинами и захватили много пленных. Однако, существуют предания того времени, когда шайенны и их родственники Suh'tai жили на далеком северо-востоке задолго до битвы с Ho he, когда эти два племени сражались друг с другом. Но в последней великой битве они вдруг открыли, что говорят на похожем языке, и что являются родственниками, и тогда заключили мир, который никогда не наррушался.
Много преданий дошло к потомкам о битвах шайеннов и Ho he, в которых шайенны всегда терпели поражения. Некоторые авторитеты по шайеннам причисляли и оджибвов к Ho he. Обычно, Ho he приходили ночью и атаковали шайенский лагерь. Они несли рожки, изготовленные из полых стеблей каких-то растений, которыми они подавали сигналы друг другу, производя звуки подобно мычанию бизонов весной. Так что если шайенны и слышали их приближение, они могли думать, что идут бизоны, не подозревая о врагах. Ho he же тогда убивали многих шайеннов.
Часто упоминается рассказ о том, как собака спасла семью от смерти от рук Ho he.
В те дни мужчина со своей женой и подростком-сыном стояли лагерем в стороне от племени. У них была собака, чьи щенки находились в жилище. Однажды ночью собака отправилась в поисках пищи для щенков, а возвратившись обратно, она начала скулить возле них и лизать их. Мужчина посмотрел на это и удивился поведением собаки. Он обратился к ней:"Зачем ты это делаешь? Если ты знаешь, что случилось что-то плохое, то скажи мне об этом. Мы не хотим умирать, если мы в опасности. Помоги нам, и мы спасем твоих щенков. Попытайся любыми способами спасти нас". После того, как он сказал это собаке, она убежала из жилища и отсутствовала какое-то время, затем вернулась, стала внутри и глядела на дверь. Жена велела своему мужу взять щенков. Он сложил их в свой плащ, и они все были готовы уйти. Но первым делом мужчина разжег большой огонь в жилище, так что кто-нибудь, кто увидел бы это, предположил бы, что люди до сих пор там.
Собака покинула жилище, и все последовали за ней, а она повела их вниз к реке и переправилась на другой берег. Вдруг некоторое время спустя все услышали выстрелы, звучащие со стороны их лагеря, и поняли, что Ho he напали на жилище, в котором горел огонь. Семья пришла в общий лагерь, где жили шайенны, и рассказала о том, что Ho he напали на их жилище. Тогда шайенны двинулись прочь и все спаслись. Рассказ о том, как собака спасла своего хозяина, до сих пор рассказывается в лагерях.
В течении длительного времени шайенны не имели огнестрельного оружия, чтобы использовать его в сражениях с Ho he. Они рассказывали много о тех ужасных днях, говорили об ужасах бегства от этих врагов, о триумфе в редких случаях, когда на несколько неудачных попыток они едва убивали одного врага, о заботах при выборе места стоянки, чтобы избежать нападений Ho he, и как наконец благодаря находчивости одной старой женщины они смогли раздобыть несколько ружей.
В те дни, задолго до того, как шайенны обрели лошадей, они кочевали с места на место, складывая свое имущество на собак и часть перенося на своих спинах. Однажды, когда племя жило в земляных жилищах, а бизонов преследовали еще пешими, они охотились три-четыре дня и теперь имели в изобилии мясо. Покинув этот лагерь, они продвинулись на небольшое расстояние вниз по реке. Однако одна старуха, которая была занята топлением сала на жир, осталась в старом лагере. Она сказала:"Я останусь здесь на некоторое время, пока не закончу толочь кости, сварю их и сниму жир".
Ночь была темная, и старуха осталалсь одна в окрестностях. Она спокойно варила кости и снимала жир в горшок. Сделав факел, она привязала его к палке, воткнула палку за спиной, так что он возвышался над головой и освещал горшок. Она отделяла жир от воды, когда в жилище вошел человек и сел лицом к ее кровати. Старуха даже не взглянула на него, продолжая заниматься своим делом. Один за другим в жилище вошли человек пять больших рослых ассинибойнов.
Здесь было много еды, подвешенной на веревках, а на одной стороне висело несколько фунтов мяса. Ассинибойны говорили друг другу:"Сначала поедим чего-нибудь, а потом убьем ее". Они знаками показали старухе, что голодны, и каждому из них она дала по несколько фунтов мяса, а затем начала поджаривать куски свежего мяса на огне. Старуха была очень напугана. Про себя она говорила:"Они несомненно убьют меня. Что же мне сделать, как спастись?" В жилище был подвешен большой кусок черного жира - сала, и старуха сняла его, чтобы поджарить и угостить незваных гостей. Она наколола сало на палку и подвесила его над огнем, пока сало не начало поджариваться, а горячий жир капать в костер. Затем, подняв палку как бы для того, что-бы перевернуть ее другой стороной, она стала очень быстро вертеть ею над головой так, что горячий жир разлетался во все стороны и в лица ассинибойнов, сидящих вокруг. Обожженные, они отпрянули назад. Старуха же мигом выскочила из жилища.
Недалеко впереди жилья находился крутой высокий берег реки со скалой внизу. Ассинибойны, разъяренные от ожогов, бросились за старухой, следуя за факелом, который она держала над головой. Она бежала быстро по направлению к берегу, и когда приблизилась к обрыву, бросила свой факел впереди себя и резко повернула в сторону, побежав вдоль края обрыва. Ассинибойны, следуя за пламенем факела, бежали к берегу, пока не сорвались вниз на скалу, кто поранившись, а кто разбившись.
Старуха тем временем поспешила к лагерю шайеннов и догнала их. Она рассказала об ассинибойнах, которые пришли в ее жилище, и о том, что произошло дальше. "Я слышала их падение на утес, и думаю, все они попадали туда" - говорила она. На следующее утро мужчины вернулись в старый лагерь и там на берегу обнаружили пятьдесят Ho he. Некоторые из них были мертвы, часть со сломанными ногами или руками, ползающими вокруг. Шайенны убили их всех и завладели их ружьями.
Ассинибойны теснили шайеннов на юго-запад до тех пор, пока те не достигли Миссури недалеко от места, где сейчас расположен форт-Пирр. Здесь они оставались в течении многих лет, живя в земляных домах с манданами и арикарами, выращивая свой урожай на полях и выходя из селений, чтобы поохотиться за дичью, половить рыбы, собирать яйца водоплавающих летом, осенью ловить скунсов, когда они были жирные.