Маршал Массена в Португалии |
Наполеоновский маршал Андре Массена (1758-1817), герцог Риволи, князь Эслингский, бывший контрабандист, отличался неумной страстью к стяжательству.
Однажды Наполеон бросил фразу:
– Массена, вы первый грабитель в мире!
– Только после вас, государь! – учтиво ответил маршал.
Этого-то старого разбойника в апреле 1810 г. император и решил поставить во главе Португальской армии на Пиренейском полуострове, которой предстояло действовать против английских войск Артура Уэлсли.
Массена отнюдь не горел желанием отправиться в Испанию. Во-первых, возраст уже не тот, во-вторых, в подчинение ему были отданы генерал Жюно и маршал Ней, что в перспективе сулило свары и склоки.
Когда он высказал свои сомнения императору, то услышал в ответ:
– Сегодня вы не в духе, мой дорогой Массена. Вы все видите в черном цвете… Ваш возраст?.. Насколько же вы старше теперь, чем были при Эслинге? Ваше здоровье? Разве вы чувствуете себя хуже, чем при Ваграме?.. Отправляйтесь в поход с уверенностью. Будьте осмотрительный и тверды, и все препятствия, которых вы опасаетесь, со временем исчезнут, прежде вы преодолевали гораздо большие трудности.
Ничего другого не оставалось, и «любимое дитя победы» (выражение Наполеона) отправилось на полуостров. А чтобы было не скучно, маршал прихватил с собой свою любовницу, некую Анриетту Лебертон, обряженную в зеленую драгунскую форму, так как, кроме скупости, Массена обуревала еще одна непреодолимая страсть – к женщинам. По словам одного из биографов маршала, он «обожал всех женщин без исключения, даже свою собственную жену».
Мадам Лебертон превратилась в обузу для всей армии. Она была очень изнеженной и непривычной к тяготам походной жизни. Она кричала от ужаса, услышав орудийные залпы. Однажды она забыла любимого попугайчика в деревне, где войска останавливались на ночлег. В результате целый корпус генерала Ренье остановился и ждал, пока эскадрон гусар привезет хозяйке птичку.
А попытка усадить Нея, Ренье, Жюно и Монбрена за один стол со своей любовницей вообще обернулась для Массена полной катастрофой.
– Мой дорогой маршал, – предложил князь Эслингский Нею, – дайте, пожалуйста, руку госпоже Лебертон.
Ней побледнел и едва не сорвался. С трудом сдержался, проводил даму к столу и, по указанию Массена, сел рядом с ней.. Но за весь вечер не сказал ей ни слова, хотя поддерживал оживленный разговор с Монбреном, своим соседом слева. Тут с Анриеттой, на которую не обращали внимания, случился нервный припадок: она упала в обморок. Тогда Ней, Ренье, Монбрен и Жюно решительно встали из-за стола, причем Ней начал громко возмущаться поведением командующего.
«С того дня, – отмечает в своих мемуарах Марбо, – Ней, Ренье, Монбрен и Жюно были в плохих отношениях с Массена, который им тоже этого не забыл».
И началась война герцога Риволи со своими подчиненными. «Я такой же маршал, как и вы, – написал ему Ней, – а ваш титул князя Эслингского имеет силу только в пределах Тюильрийского дворца». «Я заткну ваши слова обратно вам в глотку», – любезно ответил Массена.
Однако сначала военные действия развивались успешно для французов. Были взяты два города: Сьюдад-Родриго и Аламейда. Англичане отступали в глубь Португалии, оставляя французам опустошенную землю. Армия Веллингтона двигалась к линии оборонительных укреплений Торрес-Ведрас, возведенных вокруг Лиссабона. Там под руководством английских офицеров трудились тысячи португальских крестьян. Работы проводились в такой глубочайшей тайне, что о них не знало даже британское правительство!
14 октября 1810 г. французская армия показалась в виду английских укреплений.
Сидя на лошади, Массена, приложив подзорную трубу к единственному зрячему глазу (второй ему выбил на охоте Наполеон), внимательно изучил эту чудовищную, напоминающую лабиринт, линию обороны. В его штабе было несколько португальских офицеров, Массена послал за ними.
– Вы знали об этом? – спросил он.
Нет, отвечали они, они не знали об этом, никто об этом не знал, и год назад здесь ничего подобного не было.
– Да, они немало потрудились, – мрачно заметил Массена, – но Веллингтон не может воздвигать горы!
Атаковать укрепленную линию французы не решились, да и сил у них для этого было недостаточно. В результате французской армии пришлось пережить страшную, холодную и голодную, зиму на разоренной территории. Один португальский шпион доносил Веллингтону: «Господь меня простит, если я ошибаюсь, но, по-моему, они (французы) съели моего кота».
…5 марта 1811 г. маршал Массена дал приказ к отступлению.
Рубрики: | Биографии |
Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |